Помоги проекту - поделись книгой:
Конечно он понимал, что машину так просто не развернуть, а разворачивать её край как надо было, от этого зависели жизни трех людей. Свою судьбу Энтони уже предопределил, ведь чтобы корабль начал двигаться назад им надо будет управлять в ручном режиме.
– Три минуты двенадцать секунд, – вел отсчет компьютер
– Энтони ты можешь, поторопится, мы начинаем загрузку топлива, – поторапливала капитана русская женщина.
– Ульяна, – как-то по-особенному нежно произнес её имя Энтони, – Я тут вспомнил наш разговор, Пьер как видишь, медицина не всесильна, любовь нельзя убить полностью.
– О чем это ты? – настороженно спросила Ульяна.
– Если бы ты не искала того мужчину с карими глазами, у меня мог бы быть шанс? – неожиданно спросил капитан.
В эфире наступила пауза. В спасательном модуле Джек и Пьер даже посмотрели на окаменевшую возле селектора русскую женщину. Энтони тем временем в спешке выключал электромагниты и пытался перезагрузить панель управления кораблем, при этом то и дело бросая взгляд на селектор.
– Да, – чуть слышно прошептала Ульяна.
– Прости, не расслышал, – Энтони бросив все, подлетел к селектору.
– Да Энтони! Да! Только, не смей мне говорить, что ты останешься на корабле, – в отчаянье зарыдала Ульяна, понимая, что происходит.
– Ты же прекрасно понимаешь, что четыре пятьдесят шесть – это не пять, и вы не успеете отлететь на безопасное расстояние.
– Нет, сможем, – закричала в селектор Ульяна, – Немедленно покинь командный мостик, иначе я приду и силой вытолкаю тебя оттуда.
– Ульяночка, мы оба понимаем, корабль надо развернуть, чтобы выиграть время для безопасной от стыковки, – говорил по селекторной связи Энтони.
– Он прав Ульяна, – заметил Джек.
– Я иду к тебе Энтони, – неожиданно произнесла русская женщина и ринулась к выходу из спасательного модуля.
– Не дури, они не сядут без тебя, ты единственная кто сможет посадить капсулу.
– Но это можешь сделать и ты, – тут же ответила Ульяна.
– Но меня там не ждут, а тебе надо выжить, – сквозь слезы ответил Энтони, после собравшись, строго заметил, – Джек, слушай мой приказ назначаю тебя капитаном экспедиции Марс 2040. Приказываю посадить этот чертов модуль и всем троим, подчеркиваю, троим выйти на связь с Землей и доложить, что планета обитаема, мать их так! Как принят приказ астронавт Джек Стар.
– Я не смогу сер, – невнятно ответил американец.
– Не слышу четкого ответа, астронавт Джек Стар, – ещё громче потребовал Энтони.
– Так точно сер, – громко ответил американец.
– Выполняйте, ребята я горжусь вами, Храни вас Бог! – это были последние слова капитана Энтони Джонса.
Остановив вручную корабль Энтони, развернул его и направил в обратную сторону. Это подарило двадцать секунд экипажу спасательной капсулы, отделившись от корабля за секунды до столкновения с ракетой, астронавты успели отлететь на безопасное расстояние. А после они в ускоренном режиме опасаясь второго запуска ракеты все-таки сумели осуществить посадку.
Поверхность Марса.
– Я генерал Эдрих Туэ, искренне сожалею о ракетной атаке и уничтожение вашего корабля. Наши дальнейшие намерения будут основаны только на мире и сотрудничестве, мы готовы понести полную ответственность за свое непристойное поведение. Простите нас! – Эдрих замолчал, ожидая ответа.
Вместе с ним замолчал в ожидание и весь Тахинно.
– Вот уроды, – услышав человеческую речь возмутился Джек, – Они все-таки получили мое послание с кодами к земным языкам, и при этом не постеснялись сбить нас.
– Ульяна Сергеевна – это ловушка я предлагаю не выходить на поверхность, – предложил Пьер.
– Может быть и ловушка, – сухо произнесла русская женщина и запустила программу разгерметизации спасательного модуля.
– Что вы делаете, по-моему, я пока ещё ваш капитан, – попытался остановить её американец, – А я приказываю оставаться на месте.
– Ты меня не удержишь Джек, – Ульяна посмотрела ему в глаза, – С вами или без вас, но я выйду от сюда.
– Это абсурд Ульяна Сергеевна, они вас убьют, – отговаривал её уже Пьер.
Молча одев скафандр, она стала возле спасательного люка и неторопливо повернула рычаг. Со свистом, скрежетом дверь, испуская пар начала подыматься. Мгновение и взору человека предстали существа ничем особым не отличающиеся от людей. И было видно, что марсиане тоже немного напуганы. Вероятно, главный из них вышел вперед, что-то жестикулируя солдатам с оружиями. Те в свою очередь опустили плазменные винтовки, и подошли ближе. И в тот же миг, переборов страх спустились ещё два астронавта.
Молча разглядывая людей, марсиане что-то говорили друг другу шепотом, а затем неожиданно сначала один потом все закричали на непонятном языке «Ума-да-росу!»
– Генерал, а их лица чем-то похожи на наши, да и тела тоже если их вытащить из скафандров, – говорил на родном языке сержант Тайс, – Отличие в цвете глаз и кожи, у этих двух особей серые и зеленые глаза, и это по ходу мужчины, а у той что первая спустилась голубые, и, по-моему, это женщина, и что-то мне подсказывает что она у них главная. Хм, – усмехнулся Тайс, – У них, что там миром правят женщины?
– Отставить болтовню сержант Тайс, – ответил Эдрих, и включил механически переводчик в своей рации.
Эдрих подошел ещё ближе к астронавтам и положил руку на грудь. И на удивление землян, он заговорил на земном языке, немного механическим голосом, словно говорил робот, но тем ни менее его можно было понять.
– Я генерал Эдрих Туэ, рад приветствовать вас на моей планете.
– Мы с планеты Земля, – нерешительно начала Ульяна глядя в глаза незнакомцу, – Третья планета в этой солнечной системе, мы прилетели с миром, не убивайте нас!
– Я не смел даже об этом думать, как можно убить разумную форму жизни, прилетевшую с мирными намерениями, – ответил Эдрих.
– Одну такую форму жизни вы уже убили, – в резкой форме ответил Джек.
– Я старшая по званию в первой экспедиции на Марс, – не обращая внимания на Джека, заговорила Ульяна Сергеевна, – И прошу контакта с вашим правительством.
– Простите, мы не хотели вам причинять зла, – перебил её Эдрих, – За этот поступок я лично понесу ответственность и прикажу наказать всех виновных в смерти одного из вас. Можете ли вы не держать на наш народ зла.
– Да, да надо именно разобраться в этой непростительном проступке, – возмущался Джек.
– Прекратить разговоры, – оборвав речь Джека, строго ответила Ульяна Сергеевна, – Мы сможем простить, как вы сказали разумную форму жизни, выслушав ваши разумные доводы.
Чувствуя, что перегибает палку астронавт Джек Стар решил лучше помолчать. А толпа, собравшаяся вокруг модуля, не прекращала кричать «Ума-да-росу!». Неожиданно возникла пауза в диалоге астронавтов с марсианами.
– О чем кричат все эти люди, простите марсиане? – неожиданно поинтересовался Пьер.
– Они радуются, что у вас розовая кожа, – ответил Эдрих и подошел ближе, и словно только что заметив добавил, – И голубые глаза, стекло скафандра немного отсвечивает, но, по-моему, я прав.
– А у вас карие, – неожиданно ответила Ульяна.
– Но не у всех карие, – подметил Пьер, – У других представителей этого вида радужная оболочка глаз черная.
– У меня тоже были черный, просто после встречи с хранителем они почему-то стали светлее, – оправдывался Эдрих,
– Выходит ты один на этой планете у кого карие глаза, – улыбаясь и немного покраснев, заметила Ульяна
– Генерал, а правда, – иронично подметил Тайс, – Этот как там его хранитель испортил вам такие красивые черные глаза.
– Отставить разговоры, – приказал Эдрих и молча посмотрел в лицо Ульяны, которое казалось ему самым красивым в мире.
Ульяна тоже смотрела на него и что-то произошло, как-то по-особенному стукнуло там возле сердца, и весь страх тут же исчез, и она уже ничего не боялась, потому что за миллионы километров, на другой планете, но она нашла свою любовь.
Оторвавшись на мгновение от безумно красивых глаз Эдриха, русская женщина посмотрела в небо и из её глаз покатилась слеза.
– Я нашла его Энтони Джонс, нашла, – прошептала она очень тихо, чтобы никто не услышал, – Спасибо друг!
***
А в Тахинно народ крушил дома управленцев, казармы, отделения полиции и общественные приемные главы парламента. Весь много миллионный мегаполис кипел и бурлил. Народ бунтовал, выкрикивая лозунги «Ума-дэ-росу» и «Му-дэ-ро», что в переводе на земные языки означало следующие: «У них розовая кожа и мы идем наверх».
Туртон просто влетел в хрустальную комнату главы парламента. На столе тусклым светом горела электронная лампа, и правитель неподвижно сидел в кресле с закрытыми глазами. Марсианин подбежал к отцу и задел ногой хрустальную бутылочку с ядом, та покатившись по полу стукнулся об ножку кровати и разлетелся на сотни маленьких осколков.
– Отец, нет! Не сейчас! – закричал Туртон, теребя умершее тело главы парламента, – Нет, ты нужен своему народу, они же не знают, что я должен стать главой парламента, – он с силой теребил Гертона, словно думая, что тот спит, – Отец, ты не можешь сейчас умереть, не можешь! – в отчаянье прокричал Туртон Эбус седьмой, и с силой толкнул мертвое тело ногой.
В гневе он стащил все электронные документы со стола и его взору предстал исцарапанный стол, точь-в-точь как в виденье. В ужасе Туртон посмотрел на отца и только сейчас заметил в его руке серебряный нож с красным рубином на рукоятке.
Все в точности как он и видел, тогда в миг смерти деда. Только на столе было написано «Ума-Де-Росу» у них розовая кожа, и это были последние слова, выцарапанные на золотом столе последним тираном в истории красной планеты.
***
И как говорится… именно так оно и было.
Жила была девушка, её звали Ульяна, и однажды под падающей звездой она не пожелала денег, не пожелала славы, не пожелала власти, а пожелала – любви….
И Марс подарил ей любовь!
***
Поделиться книгой: