– Я же сказал, что выйду! – воскликнул он, чувствуя, как в нем накипает злость.

– Умный, какой нашелся! – завопила женщина. – Ты сначала заплати, а потом выходи. Столько жулья развелось, граждане. Каждый норовит без билета проехать, а у меня план.

– Я же вам сказал, что у меня нет денег, – попытался оправдаться перед ней Сергей.

– А нет денег, так ходи пешком! – грубо отрезала та.

– Я на работу опаздываю.

– А мое какое дело. Я тебя вот сейчас в милицию сдам. Там тебе покажут, как без билета ездить.

Она продолжала орать на Сергея, и не успокаивалась всю дорогу. Вот ведь ведьма! Наконец троллейбус остановился, и Сергей направился к выходу. Но с кондукторшей, словно что-то случилось.

Она вцепилась ему в куртку и закричала:

– Не пущу! Поедешь до конечной. Пусть там с тобой разбираются!

Назревал невиданный по силе скандал. Даже видавшие виды пассажиры были шокированы поведением кондукторши. Сергей пытался сохранить достоинство, хотя ему сильно хотелось дать этой дуре как следует, и выпрыгнуть наружу. Но он естественно не решался на подобный шаг. Пока он так раздумывал, двери захлопнулись, и троллейбус поехал дальше. Сергей покраснел от гнева. Он совершенно разозлился, а кондукторша продолжала орать на него и осыпать бранью. Она была блондинка в возрасте и вдруг напомнила молодому человеку собаку, только что также бросавшуюся на него с лаем. Да что же это такое делается?

У Сергея даже заболело сердце от обиды. Он напрягся и вырвал руку из руки женщины. Та заорала еще громче. В троллейбусе уже начались раздаваться смешки, сочувствовавшие Сергею возгласы и даже крики, выражавшие возмущение поведением кондукторши. Кондукторша ничего этого не слышала. Она снова вцепилась в руку Сергея и стала тащить его в сторону кабины.

И вдруг с ней что-то случилось. Высокий ее крик внезапно прекратился чуть не на самой высокой ноте, словно она подавилась. Она отпустила Сергея и стала размахивать перед ним руками. Рот ее открылся, из него вырвался какой-то хрип. Глаза широко раскрылись, в них показались слезы.

Это продолжалось недолго. Кондукторша схватилась за грудь и повалилась на пол. Все разговоры в салоне тут же прекратились. Люди, кто с удивлением, кто со страхом, смотрели на происходящее. Некоторые привстали со своих мест и вытянули шеи.

– Кондрашка хватила! – ахнула одна женщина в цветастом платке и быстро перекрестилась.

Тут троллейбус подъехал к остановке, и водитель открыл двери. Увидев это, Сергей тут же выбежал вон. Оказавшись на улице, он тревожно завертел головой, думая как поступить. Он ясно понимал, что ему надо бы оставаться в троллейбусе и узнать, чем кончилось дело с кондукторшей, но ноги сами понесли его прочь от остановки. Он сбежал, словно преступник с места преступления. Сердце его бешено стучало в груди. Он с трудом соображал, в какую сторону идет. Наконец он остановился в незнакомом дворе, засаженном липами и вязами, и бухнулся на первую попавшуюся скамейку. Голова вдруг сильно заболела, и Сергей даже обрадовался этому, потому что можно было отвлечься от происшедшего. Но отвлечься не удавалось. В ушах стоял пронзительный голос кондукторши, а в глазах плыло ее разъяренное лицо.

Только теперь Сергей сообразил, что все это случилось по его вине. Даже не по вине, а по желанию. Ведь это именно он захотел, чтобы кондукторшу что-нибудь скрутило, и она заткнулась. И так оно и произошло. Не просто так, а как он хотел, как представил себе. Как в детстве, когда к нему приставали большие мальчишки и вымогали деньги, он потом расправлялся с ними в фантазиях. Только тогда это все так и оставалось в мечтах. А сегодня случилось чудо. Сергей на секунду замечтался, и тут же увидел все наяву. Он бы не поверил себе, списал бы все на случайность, совпадение если бы… Если бы это произошло с ним в первый раз. Но, увы, это с ним произошло сегодня во второй раз. Утром точно также в мыслях он расправился с взбесившейся собакой, и она взлетела, и улетела бы, если бы на ее пути не оказался гараж…

Два случая за день, это уже не случайность. Сергей сидел и переваривал свое открытие. Кто же он теперь такой? Неужели в двадцать четыре года у него появились способности к телекинезу? На ум сразу пришли воспоминания о передачах под знаком Пи, романы Стивена Кинга и Гарри Гаррисона и выдержки из газет и журналов. Вот тебе раз!

Он попытался подвинуть взглядом урну, которая стояла рядом со скамейкой. Ничего не вышло. Сергей сосредоточился, напрягся и снова стал мысленно толкать урну. Он сразу сильно устал, но урна не двинулась ни йоту. Даже не покачнулась.

– Наверно она слишком тяжелая, – сказал себе молодой человек. – Надо попробовать что-нибудь полегче.

Урна была совершенно пустая, зато вокруг нее валялось не мало мусора. Сергей уставился на один окурок и стал работать над ним. И опять у него ничего не вышло.

– Что за черт! – удивился Сергей. Он уже совершенно успокоился и даже забыл про все неприятности сегодняшнего утра. – Неужели все это чепуха? Неужто все мне только показалось? Не может быть. Хотя почему не может быть? В последнее время мне все время что-то кажется. Неделю назад я ясно видел голую старуху, которая бродила около нашего дома. Может, я сбрендил?

Но он знал, что сбрендившие люди никогда не задают себе подобные вопросы, и сообразил, что вопрос, который он себе задал, лучшее доказательство его нормальности. Сергей надолго задумался. Он сидел наверно целый час. Пришла дворничиха и стала махать около него длинной уродливой метлой. Сергей встрепенулся. Он испугался, что сейчас и эта женщина к нему пристанет, и поспешил уйти со двора. Оказавшись на улице, и услыхав шум движения на дороге, он вспомнил, что шел на работу. Придя в институт, он долго не мог объяснить заведующему кафедрой, на которой работал, причину опоздания, и его отчитали словно мальчишку. Но, как ни странно, Сергей не расстроился. Он спокойно сел за свой стол и принялся за работу. Вернее он делал вид, что работает. На самом деле он был занят своими мыслями. Часа два он размышлял, а потом и сам не заметил, как снова стал пытаться мысленно передвигать предметы. Он занимался этим до обеда, но не сдвинул даже ластик или лист бумаги. Телекинез ему явно не давался. Но он ведь два раза уже смог сделать это! Почему сейчас ничего не выходит? В конец уставший, он решил, что ничего у него не выходит, потому что нет того настроя. Когда на него лаяла собака, и кричала кондукторша, он и сам был весь переполнен возбуждением и злобой. Из него буквально что-то вырвалось, что заставило его врагов замолчать и заткнуло им глотки, а сейчас он спокоен и подавлен. Значит надо просто подождать, когда к нему снова вернется состояние повышенного озлобления и ненависти. Вот тогда он окончательно узнает, действительно ли он теперь способен метать молнии.

Сергей развеселился. Ему стало легко и спокойно. Что он и впрямь так волнуется? Легче надо относиться к жизни! Легче.

* * *

Из-за угла дома вышла Валя. Она увидела Сергея, и широкая радостная улыбка появилась на ее лице. Сергей тоже неожиданно обрадовался ее появлению. Вошли в темный лифт, в котором всегда пахло свежей мочой. После яркого солнечного света он с трудом нашел, скорее, нащупал кнопку с цифрой семь. Лифт тяжело поехал вверх. Когда двери открылись, они осторожно, стараясь не шуметь, вошли в квартиру. Такая предосторожность была ими предпринята из-за больного шизофренией соседа. Он мог устроить скандал, поэтому они предпочитали не связываться с ним лишний раз. Даже Сергей давно спрятал свою гордость в карман, потому что понимал, что с сумасшедшим не договоришься.

2

– Как дела? – спросил он, когда они уже были на кухне и выкладывали из Валиной сумки продукты.

– Кошмар! Ничего хорошего, – затараторила девушка. – Мне такое уродское расписание сделали. Повеситься можно.

Сергей промолчал. Он прекрасно помнил, какое расписание год назад сделали ему. Сплошные окна. Он не вылезал из школы. Торчал в ней как неприкаянный, работая в две смены. Бывало, приходил к восьми утра, а уходил в седьмом часу вечера. Молодой учитель в школе – нет ничего хуже. Администрация берет его на измор. Делает плохое расписание, дает самые трудные классы, в которых старые опытные педагоги не желают портить нервы. И плюс к этому смешная грошовая зарплата, получая которую, можно заплакать от обиды. Не все выдерживают. Как правило, большинство старается удрать из школы. Сергей удрал. Нашел место и удрал. И чувствовал себя прекрасно. Работа его была хоть и не денежная, зато спокойная и перспективная.

Валя работала в школе. Она смогла вцепиться в систему, потому что обладала более гибким, покладистым и терпеливым характером. К тому же у нее почти не было проблем с дисциплиной. Она могла работать в любом даже самом трудном классе. Это доказывало, что она обладала еще и хитростью. Взрослые хулиганы и балбесы даже заискивали перед нею. Как это ей удавалось, Сергей не понимал. Но нельзя сказать, что она была довольна и принимала все подарки судьбы с улыбкой на устах. Сегодня Валя была очень сердита.

– Четыре окна, представляешь? – возмущалась она. – Ни у кого такого дурацкого расписания нет. Таракашка, урод, за тебя мстит.

Таракашкой Валя и Сергей называли директора школы.

– Хочешь, я его прибью? – Сергей сразу вскипел.

– Не вздумай!

– А что? Возьму его за горло и заставлю сделать тебе нормальное расписание.

– Ага! А сам в тюрьму, да?

Сергей хмыкнул. В тюрьму ему не хотелось.

– Ладно, как-нибудь переживем, – Валя начала чистить картошку.

– Да тебя в школе дерьмом вымажут, ты слова не скажешь! – возмущенно воскликнул Сергей. – Как можно позволять так собой помыкать?

– Найди мне хорошую работу, тогда я не буду позволять над собой издеваться. А тут в школе, что я смогу сделать, если все можно прикрыть учебным процессом. «А не нравится, – скажут, – уходи. Плакать не станем». А куда я пойду? Тебе хорошо. Ты вон умный, и начальник в твоем институте твой знакомый. Чего ты меня в институт не устроишь?

На все это Сергею сказать было нечего. Слова Вали приземляли его беспощадной правдой жизни.

– Вот так вот, Сереженька, – Валя уже приняла вид победителя, и Сергей знал, что когда она делает такое лицо и принимает такой тон, то значит сейчас скажет банальность, – в этой жизни если папы с мамой богатеньких нет, то ты кусок дерьма, и среди дерьма будешь находиться.

– Ты себя считаешь дерьмом? – Сергей тут же поймал ее на слове.

– Вообще-то я твоим лексиконом пользуюсь, – Валя не хотела признать себя тем, что она сказала. – Ладно, я сегодня злая, как стерва. Ты на меня внимания не обращай. А вот ты сегодня почему-то добренький. Где твой сарказм? Твой цинизм? У тебя хорошее настроение?

– Наверно. Валя, сегодня со мной такая история странная вышла. Я просто не знаю, что и подумать. Мистика какая-то. Да ты не слушаешь?

– Слушаю, слушаю! – сковородка на плите нагрелась и зашипела, разбрызгивая на пол масло. Валя забегала по кухне и действительно ничего не слышала. – Давай рассказывай дальше. Тебе как, луку побольше, или как всегда?

– Побольше. Ладно, слушай.

И он рассказал ей все, что с ним сегодня произошло. Но Валя среагировала совсем не так, как он предполагал. Она смеялась почти все время рассказа, а когда он закончил спросила:

– Слушай, почему ты всегда в истории попадаешь?

Сергей даже обиделся.

– То есть как?

– Да так. Просто. Но ведь согласись, я с тобой уже год знакома, а с тобой, что только не случилось.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ничего. Ты просто всегда найдешь на свою голову приключение, а сегодня нашел целых два, да еще вбил себе в голову какой-то бред. Это же просто совпадение. Два похожих случая и ничего больше. Чтобы сделать какие-то выводы, надо, чтобы было хотя бы три. Три случая. Понятно? А два это просто совпадение. Тут и дураку ясно!

– Я, по-твоему, дурак? – нахмурил брови Сергей. Ему не очень понравился тон, каким с ним говорила Валя. Какая-то в нем была назидательность. И тут Сергей понял, что она с ним разговаривает как с учеником. Она учительница, а он ученик. Он тяжело задышал. Бешенство стало подниматься откуда-то снизу. – Ты что о себе возомнила?

Валя увидела, как он побелел, и тут же опомнилась. Кинулась обниматься.

– Нет, это я дура, – говорила она, целуя Сергея, – прости меня. У меня шесть уроков в восьмых-девятых классах. Я сорвалась.

Сергей сразу остыл. Он знал, что значит работать в восьмых-девятых классах.

– Никогда не разговаривай со мной учительским тоном, – уже успокаиваясь, сказал он. – Я от него зверею.

– Чуть не забыла! – Валя обрадованная, что все обошлось, бросилась к сумке. – Я же тебе пиво купила.

Сергей совсем разомлел. Это было как никогда кстати. Изредка он баловался пивком, но не часто, боялся поправиться. А Валя уже открыла бутылку и налила ему полный стакан. Сама она пиво не любила, и Сергей с наслаждением выпил всю бутылку. Потом подоспела картошка, к ним Валя сделала тушеные кабачки, и они сели обедать. К чаю Сергей принес два Сникерса и полкило пряников. Они славно посидели. Никто им не мешал. Настасья Филипповна была на работе, Марина на учебе в институте, Димка в садике. Время прошло незаметно. В шестом часу Валя осторожно посмотрела на Сергея.

– Мне надо в садик за Димкой зайти, – чуть виновато произнесла она. – Марина просила. Пойдем?

Сергей поморщился, но настроение его не испортилось. И он легко без уговоров согласился. Да и пора было уже и погулять. Скоро придет Валина мама, и Сергей предпочел побыть с ребенком, а не с ней. Да и Валя все равно уговорит его.

Молодые люди собрались и вышли из дома. Соседки, сидевшие на скамеечке, проводили их любопытными испытывающими взглядами. Они прошли гордо. Валя поздоровалась. Сергей не посчитал нужным, все равно он не знал их. Садик был недалеко. Надо было пройти несколько кварталов, затем пройти по липовой аллейке, для прогулки совсем неплохо. Настроение у них было отличное, и поэтому они не спешили, а шли степенно и разговаривали. По дороге еще зашли в магазин, где Валя купила молока и хлеба.

– Мать с Мариной обязательно забудут, – сказала она, вручая Сергею пакет с покупками.

Сергей молча согласился. Он знал, что Валины родственники люди весьма рассеянные. Они попили еще сока и продолжили путь. Через минуту они были уже в садике, Димка сидел на скамеечке перед Валей и переодевался.

– Привет, парнишка! – развязно воскликнул мальчик, когда увидел Сергея.

Тот промолчал и никак не ответил на столь наглое приветствие. Димка иногда бывал ужасно вредным, а многие дурные привычки, в частности панибратские отношения с окружающими, он унаследовал от своего отца, и теперь его всячески отучали от них тетушка и бабушка.

Они вышли из садика, держа ребенка с двух сторон за руки. Димка иногда повисал на их руках и визжал от восторга. Своим детским чутьем он уловил, что у взрослых хорошее настроение и не преминул этим воспользоваться. Вскоре показался Валин дом.

– Я, пожалуй, дальше не пойду, – сказал Сергей.

Валя расстроилась.

– Почему?

Сергей отвернулся. Ему не хотелось признаваться, что он не хочет подходить к ее дому, потому что не желает видеть ее любопытных соседей.

– Тогда подожди меня здесь, – предложила Валя. – Я отведу его домой и вернусь.

– Я с вами! – заявил Димка.

– Еще чего! Тебе есть пора.

В садике, куда ходил Димка, не было ужина.

Вопрос решился неожиданно. Когда они подошли к дому, то свет не горел ни в одном из окон Валиной квартиры, а это значило, что дома никого не было.

– Черт знает, где они шляются! – возмутилась Валя. – Темно уже, а их все нет. Пойдем, Сережа, его кормить надо.

Его, это значит Димку.

– Ну, пойдем, – вздохнул Сергей.

Димка радостно подпрыгнул.

Снова они прошли через соседей, и опять Валя поздоровалась, Сергей нет. Димка посмотрел на него и тоже не поздоровался. Снова сели в лифт и поехали наверх. Когда подошли к своей квартире, соседняя дверь резко открылась, раздался крик, похожий на рычание тигра, после чего показалась взъерошенная голова Володьки – сумасшедшего соседа. Валя и Димка испуганно шарахнулись назад. Таким они его еще не видели. Сергей задержался. От неожиданности он замер на месте.

– Куда прете, фраера дешевые? – заорал Володька, перемешивая свою речь отборным матом. – Здесь моя дверь!

Он поднял руку и замахнулся для удара. Рука уже летела к лицу Сергея, молодой человек застыл, не в силах сдвинуться с места, он ничего не мог с собой сделать, руки и ноги не слушались его. Так захотелось убежать, или хотя бы нагнуться. И все-таки Сергей почему-то понял, что Володько промахнется. И тут шизофреник вдруг встретился с ним взглядом. Зрачки в его голубых прозрачных глазах сузились, лицо сморщилось. Кулак замер в воздухе. Володька зашипел, и вдруг зарыдал так громко, словно маленький ребенок. Даже затопал ногами. Потом он упал на колени и стал просить прощения, при чем слов его совершенно невозможно было разобрать.

Все это произошло так быстро и неожиданно, что молодой человек, девушка и ребенок совершенно растерялись, и стояли ошарашенные. Володька продолжал причитать и плакать. Стали появляться из своих дверей соседи. Все они прекрасно знали Володьку, и не слишком удивлялись случившемуся. Раздались первые реплики:

– Опять Володька разбушевался!

– Покоя от него нет!

– Да что это такое делается? Сколько же можно? Безобразие!

Кто-то в соседней квартире уже крутил диск телефона. Вызывали милицию.

Молодые люди опомнились и осторожно прошли в свою квартиру. Здесь они затихли и притаились. Димка испуганно жался к Вале, Валя крепко держала за руку Сергея.

– Боже, как я испугалась! – прошептала она.

Сергей ничего не ответил. Его все еще била дрожь. Только теперь он сообразил, как он испугался. И чего он больше испугался, нападения или того, что было потом, Сергей не понимал. Прошло не мало времени, прежде, чем он начал успокаиваться.

В дверь позвонили. Валя пошла открывать. Ее и Сергея попросили выйти. Прибыла милиция и служба Скорой помощи. Первая даже не понадобилась. Санитары без особых усилий увели Володьку. Тот не оказывал ни малейшего сопротивления, только всхлипывал. Он, казалось вообще не понимал, что с ним происходит, и что творится вокруг. Вскоре его вопли и причитания пропали внизу. Соседи стали расходиться. Некоторые из них неодобрительно смотрели на Валю и Сергея, словно те были виноваты в случившемся. Сумасшедшие и пьяницы всегда находят сочувствие. Одна старушка и вовсе смотрела на Сергея как на чудовище. Так и сверлила его взглядом. Тому это не понравилось. Сергей стал злиться. Но все обошлось. Милиционеры и врач скорой помощи задали пару вопросов Вале, и ушли. К Сергею они, к счастью, не стали приставать. Молодые люди вернулись в квартиру и чуть не в изнеможении бухнулись на диван. Димка тут же забрался к Вале на колени и притих.

Настроение у них было непонятным. Они просто не знали, что им и думать. То ли воспринять все случившееся с юмором, то ли всерьез пережить все заново в разговорах.

Тут вдруг Сергея осенило.

– Вот тебе и третий случай, – сказал он.

– Какой третий случай? – Валя его конечно не поняла.

– Ты сказала, что совпадений должно быть три, чтобы они перестали быть совпадениями.

– Разве я так сказала?