Смертник из рода Валевских-2

— …какой-то задохлик! Случайный бездарь, решившись с утра выйти на разминку!

— Наставник, это…, — Карина до сих пор не могла перевести дух.

— Никаких отговорок! Позор, Фарди. Это чистой воды позор! Упор лёжа принять — держим планку на одной руке. Меняем её каждую минуту. И только попробуй ещё раз сдаться! Это будет наша последняя тренировка. Сдохни, но сделай! Выполнять!

Голова ещё слабо соображала, но тело подчинилось, приняв горизонтальное положение. Руки начали дрожать секунд через десять — всё ещё катастрофически не хватало воздуха. Однако отповедь наставника подействовала не только на Карину — я проникся тоже. Сдаваться нельзя, даже если будет плохо.

— Закончили! — приказ Злого Инженера пробился сквозь тьму. Я рухнул на землю, завалившись на бок. Падать прямо не позволяла брезгливость — утренние булки благополучно покинули моё бренное тело, не выдержав нагрузок.

— Следующее упражнение. Шевелись, Фарди! Ты же не хочешь опять стать второй?

Два часа сущего издевательства закончились плачевным финалом — мы с Кариной остались лежать на земле, не в силах подняться. Вырвало не только меня — красавица-отличница тоже запачкала землю. И были там отнюдь не бабочки. Злой Инженер разошёлся не на шутку, увеличив нагрузку в разы. Так плохо мне было только на первой тренировке.

— Понятия не имею, как ты доберёшься до кровати, но эликсир пить только там. Жду тебя после обеда — настало время показать, что такое настоящая тренировка. Сейчас, когда тебя не ограничивают слабые напарники, можно оторваться по полной. Выданные авансы нужно отрабатывать, Фарди. Раз отец Нор считает тебя потенциальным Чистильщиком, значит, ты должна хоть издали соответствовать этому званию.

Развернувшись, наставник отправился в сторону главного корпуса, утратив к нам всякий интерес. Но отдохнуть мне не удалось — внезапно раздался наполненный ненависти голос Фарди:

— Смертник, ты урод! Ненавижу тебя, тварь подзаборную! Всё бы отдала, чтобы вернуться на месяц назад. Я бы упросила отца тебя уничтожить! Раздавить, как таракана! Ненавижу!

— Повторяешься, — я попытался встать, но руки подвели. Они не смогли оторвать меня от земли. Собравшись, я зарычал и рывком перевернулся на спину. Затем вновь на живот. И вновь на спину. Там, где-то сбоку, находится мой рюкзак. В нём лежит спасительный флакон. Мне никто не запрещал пить эликсир восстановления, так что через пару минут силы вернутся, и я смогу встать. Осталось сущая малость — не промазать и докатиться до нужной точки. Потому что второй такой заход повторить мне не удастся.

— Он здесь! — послышался чей-то голос, когда я практически добрался до рюкзака. Оставалось всего два переката, но закончить их сразу у меня не получилось. Потребовался отдых. Ещё раз дёрнувшись, я перекатился на спину и уставился на странную процессию — несколько десятков церковников разной расцветки ряс двигалось к нам из главного корпуса. Внимание сразу привлекла уникальная золотая мантия — такая на всю церковь только одна. Что же забыл в академии верховный епископ? И почему он идёт в мою сторону? Перекат! Мне нужен мой рюкзак!

— Что с ним? — толпа подошла ко мне ровно тогда, когда я подкатился к рюкзаку и даже закинул на него руку. Оставалось дело за малым — каким-то образом достать эликсир, дотащить его до рта, не разлив, и выпить. Сущие мелочи! Часа на два работы, не больше.

— Тренировка, — отчитался курирующий Фарди церковник.

— Тёмный нарушил мой приказ? — голос принадлежал отцу Нору, но выцепить его в толпе со своего ракурса я не мог.

— Тёмный тренировал только Фарди. У нас не было указаний о недопуске других студентов к самостоятельным тренировкам неподалёку от Злого Инженера.

— Теперь есть, — жестко приказал отец Нор. — Смертник по кличке Макс не имеет права заниматься рядом с тёмным наставником!

— Право, отец Нор, зачем так жёстко? — верховный епископ с интересом посмотрел вправо. Видимо, именно там находился сухопарый церковник. — Приведите Макса в чувство. Я так понимаю — у него в рюкзаке эликсир? Помогите ему.

По телу разлилась живительное тепло, возвращая мне контроль. Я поднялся на ноги и поклонился, приветствуя собравшихся. На фоне нейтральных и даже добродушных лиц физиономия отца Нора выделялась особо. Словно второй вечно недовольный Злой Инженер.

— Не стоит ограничивать стремление смертника стать лучше, — закончил свою мысль верховный епископ. — Если Макс уверен, что сможет выдержать программу, подготовленную для нашей юной звёздочки, кто мы такие, чтобы ему мешать? Полагаю, через пару дней он сам поймёт всю тщетность своих потуг и прекратит. Не нужно влиять на ситуацию, которая может разрешиться самостоятельно. Кстати, почему Карина Фарди находится в столь непрезентабельном виде?

— Разминка с максимальной выкладкой, — отчитался всё тот же контролёр. — Согласно распоряжению тёмного, восстановление допустимо только в личной постели. Нам запрещено прикасаться или помогать. Только контролировать.

— Вот как… Узнаю нашего тёмного — работать нужно только на максимум, иначе для чего тогда всё это? Милое дитя, можно попросить тебя о помощи?

Я обернулся и сглотнул. Студенткой, которую подозвал отец Ург, оказалась Миральда Лертан. Принцесса явилась со своей свитой смотреть на то, как страдает Фарди, но попала на глаза верховному епископу.

— Верховный епископ, — принцесса подошла ближе и изобразила красивый реверанс. — Какая помощь вам требуется?

— Ничего такого, что затронет твою честь или будет выше твоих сил. На земле, как ты видишь, лежит сестра Крепости. Карину Фарди нужно доставить в общежитие, положить на кровать и аккуратно, особо подчёркиваю это слово, аккуратно влить ей в рот зелье восстановления. Полагаю, никто в целой академии не справится с этой задачей лучше тебя. Свет тебе в помощь, милое дитя. Да, и ещё… Пользоваться помощью свиты нельзя, каждый шаг будет контролироваться, один косой взгляд в сторону Фарди, одно неосторожное или случайное движение, что причинит ей вред, любое слово, даже сказанное шёпотом, будет учитываться как нападение на церковь. Если вы, милое дитя, решили, что насмешки над дочерью Крепости могут поднять ваш авторитет, то смею развеять ваши иллюзии. Наказание будет строгим и избежать его у вас не получится. Я ясно выразил свою мысль, или принцесса желает возразить?

Я испугался, словно попал под действие тёмного без блокировки — добродушный старик размазал Миральду по земле и прошёлся сверху ботинками. Прилюдная порка гораздо страшнее самого факта порки. Какой удар по репутации! Что самое неприятное для принцессы, она прекрасно понимала, что в просьбе верховного епископа нет ни следа издевательства — только помощь представителю Крепости. Но то, как были обозначены границы этой самой помощи… Это было красиво.

— Я с радостью окажу Крепости посильную помощь, — сквозь зубы произнесла Миральда, после чего подняла Карину на руки, как невесомую куклу и с высоко поднятой головой отправилась в общежитие. Свита ринулась за ней, часть побежала вперёд, расчищать путь, но всё происходящее отца Урга уже не заботило. Внимание верховного епископа вновь вернулось ко мне.

— Значит, определились — смертник Макс имеет право заниматься рядом со Злым Инженером. При этом сам тёмный не имеет права замечать Макса. Отец Нор, разве с такими браслетами можно заниматься на арене академии?

— Нет, они уничтожат своего носителя.

— В таком случае у нас дилемма. С одной стороны мы разрешили Максу тренировки, с другой сами же ограничили его. Предлагаю быть последовательными — до тех пор, пока смертник выдерживает ритм Фарди, его избавят от этих железок. Как только он сдастся — их вернут назад. Полагаю, по этому вопросу у вас не будет возражений, отец Нор?

— Я поговорю со старшим тёмным, чтобы он выдал Фарди в ближайшие два-три дня максимально возможную нагрузку, с которой она может справиться, — сухопарый церковник явно на меня взъелся. Неужели какой-то камень может так на него повлиять?

— Ваша воля. Однако, предлагаю перейти к тому вопросу, ради которого мы сюда, собственно, и явились. Господин ректор, как вовремя вы к нам подошли. Крепость приняла решение наградить одного шустрого смертника. Не каждый день нам притаскивают действующего члена тёмного ковена. Прошу, ознакомьтесь с этим листом. Нам потребуется ваша помощь, Кималь. Настало время интегрировать Максу несколько камней и разобраться, что же творится в академии. Судя по информации из достоверного источника, здесь завёлся прислужник мастера Эльора. Осталось дело за малым — проверить каждого человека академии, чтобы его найти. Каждого. Включая тайных доверенных лиц. Когда мы сможет интегрировать камни?

Глава 11

— Садись, — Кималь Саренто указал на стул. Кабинет, напичканный странными приспособлениями, находился в главном корпусе, но просто так в него попасть не получится. Несколько стальных дверей, пост охраны, даже окон и тех не было. Самая настоящая тайная комната с тайными приборами. Я с интересом крутил головой, в тщетной надежде разобраться, что за что здесь отвечает. Мне даже было плевать на то, что я выглядел как какой-нибудь дремучий крестьянин, впервые попавший в центр городской суеты. Всё было жутко интересно, но совершенно непонятно.

— Процесс интеграции камней делится на три части, — начал пояснять ректор, забрав у верховного епископа шкатулку с камнями. — Этап первый — подготовка. Он заключается в том, что магические камни специальным образом обрабатываются, получая возможность взаимодействовать с человеком. Механизм обработки прост и одновременно сложен. Деталей, как вы понимаете, не будет — это секрет академии. Зато могу приоткрыть завесу тайны — подготовкой занимается вот это устройство. Мы помещаем камень или, как в нашем случае, камни в специальный приёмник, даём команду специалистам и спустя всего несколько минут получаем результат. Наступает этап два — он заключается в том, что пользователь, а нашем случае Макс, с помощью специального устройства получает камень себе в грудь. Звучит жутко, но по факту ничего страшного или опасного в этом нет. Интеграция осуществляется на ином уровне, отличном от физического. И, наконец, этап три — непосредственная установка камня в магическое поле. Это осуществляется третьим устройством по заранее заданному алгоритму. Ничего сложного. Но! У нас с вами не просто человек — у нас тёмный. И тут, господа, у меня возникают определённые сомнения. Как мы все знаем, в отличие от всех нас, Макс прекрасно умеет пользоваться строкой состояния, магическим полем и прочими недоступными нам атрибутами. Если мы станем действовать так, как предписывают инструкции, есть вероятность того, что всё пойдёт не по плану. В связи с этим, прежде чем мы запустим стандартный процесс, предлагаю воспользоваться уникальным случаем и протестировать способности нашего подопечного. Отец Ург, не возражаете?

— В чём конкретно вы собираетесь тестировать Макса?

— Хочу проверить одну теорию. Есть мнение, что тёмные могут интегрировать камни не только без наших устройств, но также и без огня. То есть занимаясь сознательным моделированием своей таблицы.

— Что наводит на довольно нехорошие выводы, — задумался верховный епископ. — Если тёмные могут вставлять камни по своему желанию, то их таблицы могут быть идеальны. С максимально раскрытым потенциалом.

— Что должно повлиять на подготовку братьев, — поддакнул отец Нор. — Сейчас мы исходим из того, что камни специальностей и усилений если и есть у тёмных, то находятся вразнобой, никоим образом не влияя друг на друга. Если идея ректора подтвердится, нужно будет думать. Тем не менее у меня есть сомнения — младший тёмный не стал интегрировать себе «Усилитель». Либо не понимал, каким образом это делать, либо не имел такой возможности.

— Поэтому и предлагаю проверить. Отец Ург?

— Допустим, я соглашусь. Допустим, Макс действительно сможет вживить себе камни. Но кто может дать гарантии, что вживлённые камни не станут в таблицу в случайные места, ломая нам стройную систему? Одного камня не на своём месте хватит, чтобы результат был признан неудовлетворительным. Если вы желаете провести тесты — можете сделать это после того, как мы закончим с нашими камнями.

— Воля ваша, — Кималь сохранил невозмутимость. — В таком случае, нужно подождать пару минут. Отец Ург, позволите камушки? Их нужно подготовить.

— Глупый, конечно, вопрос, а можно поставить меня в известность, что мне собираются вживлять? Куда, зачем, почему? Как это повлияет на мою способность убивать тёмных тварей?

— Разумное замечание, — ректор посмотрел на отца Урга. — Макс что, даже понятия не имеет, что вы ему собираетесь вручать?

— Задача младшего тёмного — выполнять поручения Крепости, вне зависимости от того, какими бы странными или неприятными они не оказались, — отец Нор вновь продемонстрировал своё «дружелюбие». — Задача будет поставлена уже после того, как закончится интеграция.

— Отец Нор, порой излишняя строгость только вредит, — смягчил решение церковника верховный епископ. — Пока камни готовятся, не будет ничего страшного в том, чтобы мы рассказали Максу о том, что его ждёт. Как ни крути, это ему придётся пользоваться новыми способностями. Не мне, не вам. Каким бы смертоносным оружие не было, оно всё равно требует ухода и бережного отношения. Иначе сломается. Подумайте над этим, отец Нор.

— Твоя таблица, — сухопарый служитель подошёл ко мне и без всяких эмоций протянул лист бумаги. Поле пять на пять с несколькими заполненными ячейками, имеющими свою нумерацию. Ниже каждый номер расшифровывался, и я на какое-то время ушёл из реальности, пытаясь осознать свои перспективы. Кажется, церковники окончательно решили свести меня с этого мира.

«Анализ» — количество активных граней: 4. Уровень камня: 1. Активная способность. Радиус действия: 10 метров. Скорость: 1 использование в 30 (60 без камня поддержки) секунд. Требует маны: 15 (30 без камня поддержки) за использование.

«Скорость заклинаний» — камень поддержки, увеличивает скорость произнесения заклинаний в 2 раза. Каждые 5 уровней камня коэффициент скорости увеличивается на 0,5.

«Уменьшенная стоимость» — камень поддержки, уменьшает стоимость использования заклинания в 2 раза. Каждые 5 уровней камня коэффициент стоимости увеличивается на 0,5.

«Тёмная сущность» — камень поддержки, позволяющий изучать параметры тёмных тварей Скрона. Требования: наличие камня «Анализ».

«Усилитель» — камень поддержки. Увеличивает параметры связанных камней способностей в 2 раза. Влияет на сопряжённые камни-усилители, увеличивая их параметры в 2 раза. Каждый уровень камня коэффициент увеличивается на 0,5. Внимание! Использование камня уменьшает ментальную защиту перед тьмой.

— Эм…, — многозначительно произнёс я, подняв ошарашенный взгляд на верховного епископа. — «Усилитель»?

— Что тебя удивляет? — отец Ург был сама любезность. — Крепость всегда достойно платит тем, кто не жалеет ради неё своего живота. Ты смог пленить представителя тёмного ковена, благодаря тебе были выявлены десять обращённых, что прятались среди людей. Такое деяние не может остаться незамеченным.

— Лучше бы меня из смертников в обычные люди переквалифицировали, — пробурчал я, казалось, достаточно тихо, но верховный епископ услышал.

— Очень хорошо, что ты напомнил мне о своём положении. Свободу через камень «Усилитель» действительно можно получить. Только получают её обычные смертники, не носящие приставку «тёмный». С тобой этот способ не сработает. Даже если ты совершишь невозможное и принесёшь нам десять «Усилителей», на твой статус это никак не повлияет. Ты останешься смертником. Богатым, потому что за каждый камень мы заплатим, но всё же смертником. Если ты желаешь вернуться в список живых, тебе придётся искать другой способ. Они есть, не стану этого скрывать, но ты должен найти их самостоятельно.

— Что?! — воскликнул я и даже вскочил бы с кресла, если бы не крепкие руки служителей, что удержали меня на месте.

— Полагаю, всё же стоит учесть твои заслуги и рассказать об одном способе, — продолжил обладатель золотой мантии, проигнорировав моё возмущение. — В Заракской империи существует один тайный указ, подписанный прадедом нынешнего императора. Он говорит о том, что, если через десять лет после официальной регистрации смертника в Крепости указанный смертник всё ещё жив, он получает помилование. К сожалению, за всё время существование этого закона нам никогда не приходилось его использовать, так что в твоей среде про этот указ никто не знает, но он точно есть. Через десять лет, если ты выживешь, не найдёшь иного способа вернуться в мир живых и останешься при этом верным Свету, то получишь свободу. Слово верховного епископа!

Возмущение, что должно было вырваться наружу, застряло в горле. Десять лет! Но как правильно? Целых десять лет или всего десять лет? Разница колоссальна — от неё зависит многое.

— Но вы не ответили — почему «Усилитель» нельзя использовать?

— Господин ректор, мне кажется, что всё уже готово. Можно приступать к следующему шагу, — когда требовалось, отец Ург был ещё хуже отца Нора! При этом я понимал — продолжи я возмущаться, мне запросто могут вообще обрезать все возможные пути отхода, оставив только десятилетний срок. Ладно, уроды, решили, что победили? Тройное «ха» на ваши плечи! Есть Злой Инженер, который, как ни крути, немного мне обязан. Прижму его к стенке и потребую выдать мне способ, с помощью которого он сам освободился. Вряд ли это был камень. Но в целом ясно одно — довольно эмоций! Никаких возмущений, вскриков или прочих импульсивных проявлений. Каждое моё слово церковники будут использовать против меня же, наслаждаясь своим превосходством. Нужно сделать вид, что я смирился с десятью годами и трясти других смертников. Даже если мне придётся платить — буду платить. Жизнь важнее. Но то, что происходит, мне категорически не нравится. Да, камни по описанию выглядят хорошими, но что значит «ментальная защита»? Как это повлияет на моё зеркало? Я не хочу превращаться в обычного смертника, грудью встречающего тёмных тварей — мне нравится подкрадываться к ним ссади и всаживать катары в уязвимые места.

Внимание! Происходит интеграция магических камней.

Желаете прервать, подчиниться или перехватить управление процессом?

— Хм… Что-то необычное, — нахмурился ректор, когда приставленный к моей груди аппарат начал странно гудеть. — Раньше такого не было.

— Я перехватил управление процессом, — пояснил я, вызвав пристальное внимание собравшихся. — Что? Неужели вы думали, что я позволю вставлять себе непойми что, без единого пояснения, для чего всё это нужно? Тем более «Усилитель». Камень, из-за которого лекарь императора рисковал своей жизнью! А вы отдаёте его смертнику, прекрасно понимая, что назад его уже не получить. Что такое ментальная защита и почему она уменьшится, если я вживлю себе камень? Что произойдёт с моим зеркалом? Что вы ждёте от меня с «Анализом»? Для чего мне «Тёмная сущность»? Граждане церковники, давайте делиться информацией, а не использовать меня в своих странных играх. Как показывает практика, когда я понимаю, что делаю, результат получается на порядок эффективней.

— То есть камни ты уже получил и можешь вставить их в любой момент? — уточнил ректор. — Это устройство уже не требуется? Посмотрим… Действительно, камней уже здесь нет! Что и требовалось доказать — тёмные могут выстраивать своё магическое поле по собственному желанию. Мы сражаемся не с безумцами, случайно получившими свои камушки. Мы сражаемся с подготовленными магами, способными пользоваться тёмными способностями.

— Эта информация ещё подлежит проверке, — отец Нор, как всегда, влез со своими комментариями. — Тёмный, ты должен интегрировать камни согласно схеме. Выполняй.

— Не буду! — я пошёл ва-банк. — Я читал закон — Крепость может обязать меня выполнять любое действие, какое только пожелает любой её служитель. Начиная от убийства тёмных, заканчивая чисткой туалетов. Но именно действие, а не установку магических камней. Я готов подчиниться, выполнить то, что вы требуете, но только после того, как пойму, как это будет на меня влиять. Потому что новые камни, тем более снижающие ментальную защиту, что бы это ни значило, наверняка повлияют на мою способность находится в разломе.

— Ты будешь наказан, — произнёс отец Нор холодным тоном.

— За что? — я картинно поднял брови? — Я выполняю всё, что мне говорят. Сижу в кресле, подставился под устройства ректора, готов перейти к следующему устройству. То, что что-то не сработало — не моя вина. Я чист перед вами, отец Нор. Делаю всё, что вы требуете, но только почему-то интеграция камней не получается. Полагаю, господин ректор что-то не так сделал. Или была диверсия, повредившая устройства. Или звёзды сошлись не тем образом. В общем — виноват кто угодно, только не я. А все мои предыдущие слова — чистой воды бравада.

— Ты же понимаешь, что противопоставляешь себя Крепости? — улыбнулся отец Ург, однако в его улыбке не было даже намёка на теплоту. — Твои слова хороши для суда, но у смертников нет и не может быть суда. Отец Нор прав — за такую позицию тебя стоит наказать. Ты должен помнить, кто ты есть. Смертник. Существо без права и собственной воли.

Процесс интеграции магических камней прерван.

Желаете сохранить слепок или воплотите их для дальнейшего использования?

Перед глазами возникли пять камней. Под пристальным взором собравшихся я протянул руку, и взял один из них, переводя в материальное состояние. Затем повторил фокус с остальными камнями, протянув раскрытую ладонь отцу Нору.

— Я готов к наказанию. Готов к тому, что меня лишат всего, может даже жизни. Готов выполнять любую работу, любые приказы, какими бы странными и глупыми они мне не казались. Но я не позволю корректировать свою сущность только потому, что так сейчас выгодно Крепости. Этого права у вас нет. Только после того, как мне объяснят необходимость этих камней в моём поле, они там появятся. Не раньше.

— Господин ректор, повторите процедуру. Камни будут интегрированы в любом случае. Даже если нам потребуется лишить тёмного сознания.

Удар по затылку был настолько неожиданным, что я отключился мгновенно и без всякий звёздочек. Просто внезапно наступила тьма. Однако, когда мир вновь включил освещение, перед глазами появились знакомые фразы:

Внимание! Происходит интеграция магических камней.

Желаете прервать, подчиниться или перехватить управление процессом?

Мои руки были связаны, видимо, чтобы я не мешал процессу, так что воплощать пришлось глазами. Один за одним камни переходили в материальное состояние и падали на пол. Всё, отступать поздно — свою позицию я чётко обозначил. Рано или поздно эта ситуация всё равно должна была произойти, так почему не сейчас. Настало время отстаивать свои интересы с позиции силы. Даже если у меня этой самой силы нет.

— Отец Ург, мне нужен специалист по убеждению. Через два часа его работы тёмный выполнит всё, что обязан.

— Полагаю, что нам стоит обдумать то, что произошло, — верховный епископ смотрел на меня так, словно у меня на голове рога выросли. — Не стоит пороть горячку. Хотя, признаюсь, очень хочется. Мы с таким трудом согласовали интеграцию уникальных камней, считая их получение привилегией, поэтому не ожидали такой реакции. Причём совершенно необоснованную и, признаться, довольно глупую. Пять камней, повышение всех камней до третьего уровня, превращение простого смертника в уникальное оружие против тёмных… Однако наш подарок оказался неугодным. Наши действия оказались неугодными. Видимо, сама Крепость стала неугодной для получившего излишнюю свободу смертника. Считаю, что это нужно основательно обдумать. Мы примем решение в самое ближайшее время. Сопроводите смертника Макса в место ожидания наказания…

(Магическая академия. Кабинет отца Нора)

— Да что он о себе возомнил? — отец Ург только что молнии не метал, наматывая круги по кабинету. — Желторотый пацан, только от сиськи мамкиной оторвался, а уже права качает!

— Не забывай, где ты находишься, — улыбнулся отец Нор. — В магической академии даже у стен есть уши. Что подумают люди, если узнают, что верховный епископ умеет испытывать негативные чувства?

— Уши? В твоём кабинете? — отец Ург уселся на стул и начал вертеть в руках карандаш. — Никогда не поверю, что ты такое допустил.

— Нет, конечно, но мне надоело смотреть, как ты бегаешь из стороны в сторону. Что планируешь делать с Максом?

— Что с ним ещё делать? Выпороть нужно, причём как следует, со знанием дела. Чтобы неделю не мог сидеть! Ты только вдумайся — он отказался от подарка верховного епископа!

— Его позиция обоснована, логична и показывает в нём зрелого человека. Причём формально он умудрился остаться в рамках наших законов. Вряд ли он что-то контролировал, будучи без сознания.

— Вот только не нужно его защищать! Вторую Графиню Крепость не вывезет!

— Боюсь, что Макс окажется куда неприятней Графини, — усмехнулся отец Нор. — Если ты накажешь его физически — потеряешь. Получишь сломленного смертника, коих в Крепости каждый первый. Настало время принимать решения, отец Ург. Максу нужен личный служитель.

— Так становись им, — недовольно бросил отец Ург, задумавшись над словами своего собрата. — Смертника нужно наказать. От подарков верховного епископа просто так не отказываются. Общественность не поймёт. Твои предложения, знаток тёмных?

— Если хочешь моё мнение — стоит взять камни, ещё раз вызвать Макса и в спокойной обстановке объяснить ему, для чего нужен «Анализ», «Тёмная сущность», и почему с «Усилителем» он станет только сильнее. Но делать так мы, конечно же, не станем. Слишком большой удар по репутации. Предлагаю отпустить его в поля. В окрестностях столицы находится семь разломов. Дадим ему в сопровождение начинающую группу. Пусть он с ними закроет несколько разломов, увидит кровь, смерть других людей, поймёт, что без должной подготовки ему не выжить. Кроме того, спишем на него всю ответственность за смерть группы. Совесть у него ещё есть, так что морально он будет подавлен. Через два-три разлома мы ещё раз вернёмся к этому разговору. И тогда уже мы снизойдём до того, чтобы обосновать наличие у него этих камней. Хотя, на мой взгляд, потеря команды сделает Макса сговорчивым, и он заберёт «Усилитель» без лишних разговоров.

— Как мы обоснуем изъятие смертника из академии раньше положенного срока? Кималь Саренто будет против, а сейчас не время идти на конфликт. Мне не нравится разлом под академией. С ним что-то нужно срочно делать — если там есть полигон, значит Хозяин уже добрался до четырнадцатого уровня. Через полгода может нагрянуть беда.

— Поэтому я и хочу отправить Макса в действующие разломы — ему нужен опыт. Здесь ничего, кроме своего зеркала, он не прокачает. И не будет никакого изъятия — только наказание за отказ от подарка верховного епископа. Скажем, на три недели. Этого вполне хватит, чтобы закончить два разлома. Свои три месяца смертник отбудет в академии. Хотя ты знаешь моё мнение — они ему уже не нужны. Только теряем время.

— Ты рассматривал вариант, в котором никто не умирает? Что будет делать в таком случае?

— Три разлома без смертей начинающей группы? — отец Нор с удивлением посмотрел на верховного епископа. — Если Макс сумеет единолично уничтожить разлом, сохранив жизнь группе, то наше с тобой мнение относительно его дальнейшей судьбы вообще не будет иметь никакого отношения. Над паладинами мы не властны. Придётся искать нового тёмного и воспитывать его с самых первых дней.

— Ты настолько в нём уверен?