Ты и Я - Сводные

— А что она тут делает? — показываю на мадам, как ее там кстати звали? Ольга, кажется. Женщина сглатывает, но слова не произносит.

— Мам, а ты не знае… — появляется еще один нежданный гость в коридоре.

— Па, что за… в чем дело?

— Начиная с сегодняшнего дня, мы будем одной семьей. Ольга, Дарья, я и… ты, сынок. Так что заруби себе на носу — следить за языком.

Глава 3

Элитный район, большой чистый двор, новые детские качели и ярких цветов турники, явно покрашенные недавно. Шлагбаум на въезде и дорогие машины по всему периметру. Нет, это конечно, не та многоэтажка, где живут дети Абрамовича, но явно квартирки в этом месте стоят недешево.

После посиделок в ресторане Борис стал выглядеть еще холодней и злей. Весь запал хорошего (по-видимому) настроения сошел на нет, и мужчина лишь хмурил брови, а на все вопросы мамы отзывался однотипно: угу или ага. В итоге мы почти в полной тишине доели свой обед и отправились в нашу новую обитель.

Когда я только вошла в подъезд, к горлу уже подкатил неприятный ком. Странное ощущение тоски пробежалось по телу. А может просто идеально белые стены давили. Но я постаралась отогнать от себя дурные мысли.

Квартира оказалась на втором этаже. Светлая, с большими витражными окнами и просторными комнатами. Длинный широкий коридор, с дубовым встроенным платинным шкафом для верхней одежды, четырьмя комнатами и квадратной кухней.

— Здесь твоя комната, Дарья, — сухо показал Борис мои покои, пока мама мыла руки в ванной. — Имей в виду, никаких подруг и мальчиков у нас в доме, чтоб не было. Есть только на кухне, и с мебелью аккуратней. Дорогая.

— Я услышала вас, — едва слышно кивнула и прошла внутрь. Завтра вечером должны будут привезти наши вещи, а пока придется довольствоваться малым: тем, что уместилось в дорожный рюкзак.

Комната мне досталась красивая, как, наверное, и все в этой дорогой обители. Высокий подвесной потолок с маленькими диодными лампами по кругу. Стены в персиковых тонах, идеально гармонирующие с ковролином на полу. Небольшая односпальная кровать с пышными подушками и тонкими деревянными ножками, угловой шкаф с красивым овальным зеркалом на двери. Возле окна расположилась пальма с длинными узкими лепестками ярко-зеленого цвета. Она почти достигала моего роста. И стол, куда ж без стола в комнате школьницы.

Я закрыла за собой дверь, с толстыми стеклами мутного волнообразного отлива, и плюхнулась на кровать. День был сложным. Однако это не повод не написать подругам. Зашла в наш чатик, тот самый теплый и уютный девчачий чатик, а там сообщений уже вагон и целая тележка.

Подруги спрашивали обо всем и даже требовали фотку комнаты. Конечно, я не стала отказывать и отправила кучу селфи. Потом мы созвонились и провисели часа полтора на телефоне, обсуждая предстоящий учебный год.

Около восьми постучала мама и пригласила за стол, вроде как ужин готов. Я с неохотой сбросила общую конференцию и поплелась на кухню. Видеть Бориса особого желания не было, но остаться на ночь без еды тоже не хотелось. Поэтому согласилась.

После совместных посиделок, а они выдались мягко скажем странными, я чувствовала себя там третей лишней. Никто ко мне не обращался, ничего не спрашивал. А темы, на которые велись яркие речи, мне были незнакомы. В итоге, молча запихала в себя еду, тихо поблагодарила и вновь скрылась за дверью своей (хотя куда уж там) комнаты.

Ближе к одиннадцати ночи в коридоре послышались голоса. И я сочла отличным поводом выскочить, чтобы узнать у мамы, не знает ли она точное время прибытия груза завтра. Однако именно в эту минуту на пороге появился сын Бориса. При свете домашней лампы он выглядел чуть иначе, удивленным что ли и каким-то уставшим.

— Начиная с сегодняшнего дня, мы будем одной семьей. Ольга, Дарья, я и… ты, сынок. Так что заруби себе на носу — следить за языком.

Прочеканил строго Борис, недовольно разглядывая сына сверху вниз.

— Что? Ты на старость лет сбрендил? — грубо кинул Илья, явно не стесняясь в выражениях. Он то и дело переводил взгляд с отца на нас с мамой, и кажется, раздражался еще больше.

— Еще раз повторяю, следи за языком! — крикнул Борис, раздраженно.

— Ты забыл? У нас договоренность была! Никаких левых людей. Але, пап? Что за приколы? Может, весь гарем свой перевезешь к нам жить. Будут задницами здесь вилять, я тоже полюбуюсь.

В ответ мой так называемый отчим ничего не сказал, зато выдал нехилую пощечину. Мне вдруг стало не по себе как-то. Наблюдать за подобным было противно. Да и колючий взгляд Ильи пугал до дрожи, казалось, он сейчас как размахнется и даст ответную. Но парень лишь молча проглотил это. Он больше не смотрел на отца, теперь его взгляд был устремлен на нас с мамой, и в нем читалось то самое ужасное, чего бы мне искренне не хотелось.

Говорят, что на новом месте спится плохо и это на самом деле так. Всю ночь я ворочалась, то влево, то вправо, но утонуть в царстве Морфея не получалось. Всякие странные мысли лезли в голову, и этот взгляд Ильи стоял перед глазами. Он бы мог убить им, если бы только очень захотел. Хотя чего я ожидала? Что все будет как в прекрасной сказке? Мы встретимся и станем дружной семьей? Розовые замки для детей, пора бы уже повзрослеть.

Утром я встала поздно. Накинула широкую мужскую майку, одну из тех, что остались от папы. Любила ходить дома в чем-то таком, да и в случае с сорока девятью килограммами на метр шестьдесят ростом, балахонистые вещи только к лицу. Под низ напялила короткие шорты, а на голову нацепила повязку с ушками зайца, словно бы находилась у себя дома. Сунула нос на кухню и обнаружила записку на холодильнике:

«Дашуль, мы с Борисом уехали к нему в офис. Завтрак на столе. Если пойдешь гулять, не заблудись».

Миленько. Вот так сразу. Кинула меня в первый день в новом городе одну, а сама упорхнула с любимым мужчиной.

На плите стояла железная тарелочка, только не особо походила она на готовую кашу. Зато в ней уже хранились овсяные хлопья, а рядом стоял стакан с молоком. Вот это забота. Просто высший пилотаж.

Я еще раз оглядела просторную кухню, дубовые полки и дорогущие бокалы за стеклянными рамками, а затем поставила тарелку на газ и принялась варить кашу. Быстренько включила чайник и полезла искать кружку. Их, к слову, было не особо много. Однако синяя с выпученным носом и улыбкой мне еще вчера приглянулась. Поэтому я вновь взяла ее, налила кипяток, кинула чайный пакетик и принялась уплетать свой завтрак.

Пока ела, ковырялась в телефоне, листая как обычно ленту в инсте. Кое-кто из знакомых всех еще отдыхал на море, а некоторые проводили последние деньки в огороде, но все такие улыбчивые и радостные, что стало немного грустно. Завидно. Новый город. Новая квартира. Новая семья. Новая школа. И никого рядом. Даже мамы. Она слишком занята собой и своей жизнью.

Так погрузилась в свои мысли, что не услышала шагов за спиной. Обернулась только когда хлопнула дверца ящика.

— Тц! — достаточно громко цокнул Илья, кидая до жути раздраженный взгляд в мою сторону. В домашних тапках, широких спортивках и красной майке, он выглядел иначе, и волосы так забавно торчали в разные стороны.

— Д-доброе утро, — выдавила кое-как из себя я, понимая, что мы с ним в равных условиях. Однако в ответ последовала тишина. Парень продолжал обыскивать ящики, будто там хранилось нечто ценное. И мое приветствие его явно не интересовало, да и вполне вероятно, он пропустил его мимо ушей.

— М-м, слушай, — повернулась я всем телом. Выдавила из себя нечто похожее на улыбку. Илья был не рад моему появлению здесь, да что уж там, я и сама бы предпочла остаться дома. Наши чувства были схожи, нет смысла враждовать. — Я хотела сказать…

— Какого черта? — стальной тон пронзил воздух, будто разряд молнии. Парень резко повернулся, только смотрел он не на меня, а будто за меня.

— Что, прости?

— Какого черта ты пьешь из моей кружки? — процедил недовольно Царев, скользя по мне надменным взглядом.

— Ну… я не знала, что она твоя. Там как бы не написано. Ладно, в следующий раз…

Однако договорить Илья мне не дал. В долю секунду он оказался возле стола, взял свою кружку, а содержимое вылил мне в тарелку. Глаза мои в ту минуту сделались круглыми, как две десятирублевые монетки, а к губам подкатила злость.

— Ты совсем? — возмущенно спросила я, подскакивая со стула. И хотя я держалась уверенно, но парень был выше и шире в плечах, чем, конечно, спокойно пользовался.

— В следующий раз вылью тебе на голову, поняла? — серьезным и до жути холодным тоном произнес Илья, продавливая меня взглядом. В его морских глазах закручивался смерч, который смог бы унести с собой целый город.

— Знаешь что! — сквозь зубы начала и тут же замолчала. Царев сделал шаг, и моя спина уперлась в стенку. Отступать было больше некуда.

— Скромный совет, — прошипел парень, хлопнув ладошкой прямо возле моего лица. Склонился надо мной, как черт над жертвой. Не хватало только слюней изо рта и клыков из пасти. — Вали-ка со своей мамочкой восвояси.

Я не успела ничего ответить, хотя на языке крутилось много чего. Входная дверь хлопнула и в ту же минуту, Илья отстранился. На пороге кухни возник Борис. Вид у него был недовольный, но все такая же идеально ровная осанка и поднятый кверху подбородок.

— Завтракаете? — сухо и без особого интереса поинтересовался мужчина, так для галочки скорее. Я нервно сглотнула, и перевела взгляд на Илью. Тот уселся на стул, закинув ногу на ногу, и смотрел куда-то в стенку, будто там вещало спутниковое ТВ.

— Дарья, — обратился Царев старший внезапно ко мне. Холодок пробежал по спине, и я вся сжалась. Эти двое мужчин вызывали во мне противоречивые чувства, хотя кого я обманываю. Кроме страха и желания сбежать, в голове ничего не крутилось.

— Я уже позавтракала, — отчеканила как по команде, взяла тарелку, поставила ее в раковину и планировала скрыться за дверью своей так называемой комнаты, как Борис остановил меня. Схватил под локоть и недовольным взглядом покосился за мою спину.

— Посуду за собой нужно мыть, Дарья, — строго и жестко произнес он. Это была не просьба, а приказ.

— Ясно, — кивнула сдержано я и направилась в сторону раковины. Хотелось все бросить и бежать прочь, не оглядываться. Что за тюрьма особого назначения? У одного придурка рвет крышу из-за кружки, другой повернут на чистоте. Куда я вообще попала.

В итоге, Царев старший стоял ровно пять минут в проходе до тех пор, пока я не закончила с посудой. Он сверлил мне в спину тяжелым взглядом, и если честно, я уже начала переживать, что будет, если на тарелке останется пятно. Однако Борис не стал проверять. Видимо ему нужно было просто убедиться, что задание будет выполнено.

Потом он пошел к себе в комнату, а следом за ним отправился и Илья. Минут через десять оба, как по команде, оказались у входной двери, оба отвернули головы друг от друга и вместе вышли.

Я устало выдохнула и плюхнулась на кровать. Если такая атмосфера будет постоянно, то лучше сразу застрелиться. И чем маму только привлек этот мужчина? Да, внешне он довольно симпатичный, да при деньгах. Конечно, не миллионер, но довольно состоятельный. Однако с таким характером под одной крышей… с ума сойти можно раньше времени.

Телефон пиликнул. Я потянулась к гаджету и прочитала сообщение.

«Дарья, сегодня будут выдавать книги. В течение трех дней нужно забрать все необходимые. Любовь Андреевна, твой классный руководитель».

Ого! Выходит мой номер, уже знает новая учительница. Борис позаботился, не иначе. В ответ я уточнила адрес и уже через сорок минут направлялась к своей будущей школе. Автобусная остановка была прямо напротив нашей многоэтажки, поэтому я решила в первый раз поехать на транспорте, но потом обязательно прогуляюсь пешком. Главное не заблудится.

Путь оказался коротким, и это, безусловно, порадовало. Возле ворот школы я остановилась и позвонила классной. Она сообщила, что кого-нибудь пришлет за мной и попросила немного подождать. Я приподняла голову к небу, сегодня было особенно тепло и солнечно. Двухэтажное новое учебное здание было кремового цвета с коричневыми пластиковыми окнами и зеленой крышей. Два баскетбольных щита по бокам на приличном расстоянии друг от друга, парковочные зоны для велосипедов, идеально ровный черный асфальт с белыми линиями разметки. С виду школа как школа, разве что все новенькое, в отличие от моей, где местами штукатурка отходила.

Через пару минут из входной пластиковой двери вышла невысокая девушка с темными короткими волосами. Она улыбнулась мне довольно дружелюбно и махнула рукой, намекая, чтобы я подошла.

— Привет, — звонко поздоровалась незнакомка. — Меня Марина зовут. А ты…

— Я Даша! Даша Лисицына, — протянула я ладошку в качестве приветствия.

— Рада знакомству, Даша. Надеюсь, подружимся. Пошли, провожу в библу и заодно покажу школу.

Девушка скрылась за дверью, а я за ней следом. Мы прошли по длинному широкому коридору мимо охранника, и столовой, затем поднялись по лестнице и попали на второй этаж, где, собственно, и проходили уроки у старшеклассников.

По пути Марина болтала без умолку. Рассказывала про учителей, про разные конкурсы, про школу и еще что-то. Я не успевала обрабатывать полученную информацию, как в меня кидали новой. Но самое важное успела выцепить — мы одноклассницы. И это прямо-таки порадовало. Прийти первого сентября в школу, где никого не знаешь совсем не весело. А сейчас я уже знаю хотя бы Марину. И пусть мы еще даже не подружились, но одно знакомое лицо среди сотни неизвестных безусловный плюс.

В библиотеке я взяла только пять учебников, потому что тащить все добро было бы сложно. За остатком планировала вернуться завтра. Делать все равно нечего. Уже собиралась забрать всю эту махину домой, как Марина меня окликнула.

— Эй, новенькая!

— Чего тебе, старенькая? — усмехнулась я, останавливаясь в дверях библиотеки.

— Я тут подумала, хочешь… прогуляемся? Город покажу. Ты же вроде как не местная.

— Серьезно? — радостно воскликнула я. — Было бы здорово.

К моему удивлению, Марина Лебедева оказалась просто без ума от корейского актера и певца Чха Ын У, по которому я сохла еще с девятого класса. Мы засели на лавке в парке и почти час просматривали разные видео с любимым Оппой* (так девушки в Корее обращаются к парням, которые им нравятся, к старшим братьям, а также к хорошим друзьям). Потом перешли к музыке и дорамам* (дорамы — это азиатские сериалы).

— Ты смотрела Истинную красоту? — воскликнула Марина, расплываясь в мечтательной улыбке.

— Ага, хотя Га Ен после одной роли у меня не особо заходила. Но в этот раз она мне показалась милашкой.

— Мы с моей лучшей подругой Наташей, нашей с тобой одноклассницей кстати, так спорили. Она болела за Ин Ёпа, а я за Ын У! Ух! Та еще горячая смесь!

— В нашем классе есть еще фанаты дорам и к-попа*? (к-поп — направление корейской музыки).

— Не знаю на счет остальных, — пожала плечами Марина, — но мы с Натай сблизились именно на этой ноте. Она тебе понравится.

Разговор медленно перетек к школе, и к будущим урокам. Девушка рассказывала про учителей, про одноклассников, а потом вообще перешла на сторонние темы. В итоге, мы прощались уже около четырех вечера. Обменялись телефонами и договорились завтра вместе пойти в библиотеку. А еще Марина обещала познакомить меня с Наташей, той самой милой, доброй и обаятельной феей, как она ее называла.

Уже возле дома, не доходя до подъезда, я остановилась. Заметила возле мусорных баков пожилую бабушку в перчатках и длинном платье. Она собирала картон, который туда сбрасывал магазинчик с первого этажа многоэтажки. В какой-то момент, бабуля начала поднимать груз и чуть не упала. Я подошла к ней, как-то неудобно было стоять в стороне.

— Может вам помощь нужна? — любезно поинтересовалась, осматривая рядом небольшую старенькую тачку.

— Ой, что ты милая, оно все грязное и воняет, — отмахнулась женщина, тяжело вздыхая.

— Да ерунда, давайте помогу! — воскликнула я. Бабушка особо отнекиваться не стала и позволила мне протянуть руку помощи. Я взяла часть картонок, погрузила их на тачку, затем обвязала веревкой. Женщина положила сверху еще немного, а затем довольно выдохнула. Пахло все это, на самом деле, не очень приятно: то ли рыбой, то ли какими-то отходами. Но я особо не стала заострять внимание. Если помогаешь, то помогай без оглядки.

— Спасибо большое! Я даже не знаю, как и отблагодарить, — растерялась бабушка, всматриваясь внимательно в мое лицо.

— Да ничего не надо. Если не секрет, что вы с ними делаете?

— Ох, раз в неделю приезжает машина и покупает картон. Десять рублей за килограмм. Вот в течение недели я собираю, а потом сдаю. Вроде немного, зато потом внучку смогу купить новую кофту. Спасибо еще раз, милая. Дай Бог тебе здоровья!

— И вам, не болейте! — улыбнулась на прощанье я и зашагала в сторону дома. Хотелось дать бабушке денег, но, во-первых, у меня их нет особо, а во-вторых, она бы вряд ли приняла. Поэтому если увижу еще раз, лучше также просто помогу.

Когда вернулась домой, еще никого не было. Большая роскошная квартира смотрелась одиноко и совсем не уютно. Казалось, здесь не хватает жизни, любви и тепла. А ведь в этих стенах жили люди не один день. Я скинула вещи, быстро приняла душ, а там и мама вернулась.

Родительница щебетала без остановки. Все рассказывала о новой работе, о коллегах и конечно, о Борисе. Его имя мелькало в каждом предложении. Да с таким восторгом, что я иной раз прикусывала губы. Мама будто впервые влюбилась, настолько ее глаза горели этим человеком. И мне подумалось, может он не такой уж и плохой. Хотя ударить сына, это слишком.

Через час нам позвонили и сообщили, что приехала машина с вещами. Грузчики минут за десять подняли все коробки, взяли оплату и уехали дальше. Мы с мамой посмотрели на гору всего и решили: она готовит ужин, а я разбираюсь с новоприбывшими чемоданами.

К восьми вечера, я едва не валилась с ног. Откуда столько пожитков у нас взялось только. В итоге, разгребла все, кроме одной коробки. Сил на нее уже не было, а еще безумно хотелось есть. Тут и Борис подъехал. Явно на запах еды. Мама разложила блюда на стол, налила горячего чаю, даже успела сырников наделать, все так сказать для любимых.

Царев старший оглядел стол и довольно кивнул головой. Жест мне показался немного странным, однако заострять внимания я не стала. Какая разница, как реагирует чужой мужчина? Это мама должна переживать, а не я.

— Ну как? — хлопала ресницами родительница, когда мы уже сидели втроем за столом.

— Оч… — хотела было похвалить ее стряпню я, но Борис перебил.

— Достойно, молодец. — Сухо, но с улыбкой отозвался мужчина. Сказал так, будто похвалил за пятерку в школе, а не за вкусный ужин. Сухарь — он и в Африке сухарь.

Глава 4

Илья

Кинул черную майку в ящик и захлопнул дверцу. Надо ж было влезть в этот ненужный конфликт. Подумаешь, какие-то ослы докопались до нашей уборщицы. Хотя кого я обманываю. Ей сорок пять лет, бедная женщина пытается существовать в этом конченом мире, воспитывать детей и содержать свою мать. И она в любом случае, заслуживает уважения. Правильно сделал, что врезал этому напыщенному уроду. В следующий раз носа своего сюда не сунет, а может и рот на замке держать будет.

Выхожу из кофейни, одежда знатно пропахла кофе и булочками, желудок аж сладко урчать начинает. Скидываю вызов от Дыни и еду домой. Хочется в душ, поесть и уткнуться в потолок, настроение ни к черту. Хотя как представлю, что на хате меня ждут две содержанки и фанатки папика, волком выть хочется. Стукнет восемнадцать, свалю ко всем чертям из этой преисподней.

По пути натыкаюсь на какого-то нарика с другом, которые клянчат денег. Посылаю их лесом и раздражаюсь еще больше. Зачем люди убивают себя так, не лучше бы сразу сдохнуть, чем вот это все. Во дворе еще собака с лаем кидается на меня, прям вдогонку к веселому настроению.

Поэтому, когда переступаю порог квартиры и едва не падаю, спотыкаясь об коробку, накрывает окончательно. Какого лешего мусор оставили здесь. Проходной двор что ли. Беру коробку, едва сдерживаюсь, иначе бы содержимое вытрусил на голову аля сестры и мачехи, и хлопаю дверью. Долго не думаю, открываю большое окно на лестничной клетке и с размаху выбрасываю мусор на улицу. Пофиг если честно, что там оно все разлетится. Отец вываливает кучу бабок за проживание в этом элитном районе, пусть отрабатывают.

Возвращаюсь на хату, и сразу же натыкаюсь на идеальную семью за званым столом. Такие милые и любезные, тошно. Когда родители еще жили вместе, мы вот так никогда не собирались. А тут посмотрите, семья, твою мать.