Кодекс Охотника. Книга VIII

57 км от столицы

Когда-то в Силовое Крыло имперской Канцелярии мечтал попасть любой из Одарённых Империи, кто так или иначе планировал связать свою жизнь со службой Империи и Императора, в качестве силовика. Нельзя сказать, что за последнее время многое изменилось, вот только ходили слухи, что сейчас для того, чтобы попасть в это элитное подразделение, мало быть сильным Одарённым, преданным Империи и Императору. Нужно быть преданным непосредственно канцлеру, и в случае чего интересы Румянцева ставить выше... А дальше была откровенная ересь и слухи. Не может быть такого в одном из высших органов власти Империи, ведь имперская канцелярия служит исключительно делу Империи и Императора. Так ведь?

Происшествие на дирижабле сильно ударило не только по самооценке графа Алексея Антоновича Румянцева, но и по его людским резервам. Погибли наиболее преданные ему люди. Что самое пикантное — преданные именно ему, а не дяде-канцлеру. Да, Румянцев-младший вёл свою игру, насмотревшись у влиятельного дядюшки. Хорошо или плохо у него это получалось — сказать было сложно. Но раз он ещё живой, и всё ещё при власти, значит, пока был на шаг впереди.

После происшествия с этим мерзким стариком-герцогом, а также после хорошего пинка от канцлера, Алексей Антонович занимался тем, что заново набирал «ближний круг» Силового Крыла. При этом сильно страдало качество, ведь он заранее ограничивал выбор среди тех, кто будет подчиняться лично ему.

Шила в мешке не утаишь. Его репутация несколько подмокла за последнее время, и очередь из желающих поредела. Нет, можно было набрать крепких и перспективных Одарённых из провинции, что прилетели в столицу «со взором горящим» и жаждой послужить Империи. Со временем их можно потихоньку перевербовать для себя — это мы уже проходили. Но в данный момент лишнего времени у него не было.

Кто-то начал войну против его Рода, а Алексей, как никто другой знал, что в случае прямого или косвенного наезда на Род Румянцевых, дядюшка не побрезгует использовать административный ресурс, в том числе, своё силовое крыло. Также молодому графу не чужда была осторожность. Из тренировочной базы Имперской Канцелярии до своего дома его всегда сопровождал внушительный кортеж. Вот и сейчас он ехал в «Тигре» повышенной комфортности, а впереди и сзади с мигалками ехали ещё четыре машины сопровождения.

Румянцев был не в духе. Он всё ещё не набрал нужных и потенциально верных ему соратников, а время на полную комплектацию крыла, выделенное ему дядюшкой, подходило к концу. Кажется, ему придётся пойти на компромисс. А Румянцев-младший не любил компромиссы, и это его «имело».

Он нажал кнопку, и между ним и водителем опустилось односторонне непроницаемое стекло. Негоже даже его водителю знать, чем занимается его руководитель.

После того, как он остался без лишних глаз, Алексей достал мензурку, и высыпал на тыльную сторону ладони голубоватый порошок, смачно затянув его через левую ноздрю. Жизнь сразу заиграла яркими красками.

«Звёздная пыль» отработала, как всегда, на пять с плюсом. Разломная наркота, очень редкая и дорогая, позволить её могли только обеспеченные люди, а не всякие нищеброды. Идиоты говорят, что она вызывает привыкание. Брехня! Если ты сильный Одарённый, то ты можешь всегда легко справиться с пагубной привычкой. А Алексей считал себя очень сильным Одарённым. Великий Магистр, а ведь ему ещё нет и тридцати пяти лет!

Немного подумав, он потянулся к телефону и быстро начал скролить фотографии, выбирая себе компанию на вечер. Вот эти близняшки были ничего. Он нажал кнопку. Через секунду у него возникло подтверждение, что девушки выехали по указанному адресу. Настроение стало совсем прекрасным. Сегодня его ждёт весёлая ночь. Ну, а завтра... Завтра будет завтра.

Он насыпал вторую дорожку, и уже было поднёс к носу, как впереди и позади синхронно раздалось два взрыва. Машина резко затормозила, и непристегнутого графа бросило вперёд. Он впечатался в перегородку. Рефлексы, даже в «подгашенном» состоянии, его не подвели. Он успел нацепить доспех, поэтому почти не пострадал.

Ожил наушник у него в ухе, и один за другим раздались доклады.

— Внимание! Первая взорвана!

— Четвёртая взорвана!

Значит, всё по классике. Подорваны первый ведущий и замыкающий автомобили. Вокруг раздался грохот заработавших тяжёлых пулеметов. Командирский автомобиль графа для увеличения комфорта был лишён пулемёта в башне, а вот на машинах охраны они, конечно же, стояли. И прямо сейчас они начали поливать свинцом тёмную опушку леса, который подступал прямо к дороге.

— Ваше Превосходительство! Что делать? — повернулся к нему водитель.

— Валить отсюда!

— Понял!

Водитель дал по газам. Машина дёрнулась вперёд, объезжая покорёженного собрата, и тут же содрогнулась от взрыва, завалившего тяжелый автомобиль набок. Алексей всё-таки не был совсем дураком, и нынешнее место ему досталось, конечно же, по блату. Но для этого ему пришлось соответствовать, иначе не помогли бы ему никакие родственные связи, и дядя его при себе не держал.

Румянцев знал, как сражаться, и умел это делать. Всё то, что сейчас проделали с его конвоем, он обычно делал с врагами канцлера. Судя по тому, что он видел сейчас, по машинам конвоя били на поражение. Это было или очень сильное обычное оружие, конечно же, с магическим боеприпасом, либо же работали сильные Одарённые, потому что взрыва было всего два, и обе машины были уничтожены, а подбить «Тигра», идущего под щитами с одного выстрела — не каждый танк справится. Тем не менее, две машины пылали, а две все еще отстреливались.

Также Алексей Антонович понял, что его машину приложили не из того же оружия, иначе он уже попрощался бы с жизнью. Ну, либо выбирался сейчас с покорёженным доспехом. Нет, его хотели только обездвижить, выбив правое переднее колесо и покорёжив двигатели. Для такого удара требовалось ещё большее мастерство и понимание, чем его только что долбанули.

— Связь! Связь глушится! — его телохранитель, сидящий рядом с водителем, попытался выбраться, откинув боковую дверь, которая сейчас в перевёрнутой машине больше напоминала верхний люк. Высунув голову, он что-то хотел крикнуть, но не успел, тут же рухнув обратно. Пробив артефактный шлем из прочнейшего сплава, лучший из имеющихся на вооружении в Империи, после этого пробив духовный доспех телохранителя, являвшегося крепким Магистром, глубоко в мозг, убив его обладателя на месте, вошёл небольшой метательный нож из странного голубоватого металла. Вот только на рукоятке этого ножика было интересное клеймо — крест с вписанным в него черепом.

— Инквизиторы!!! — взвизгнул водитель, человек совсем не робкого десятка, также заприметив эмблему.

— Заткнись, дурак! — процедил Алексей. — Откуда им здесь быть? Последний сдох больше двадцати лет назад.

Но помимо его воли, по спине Румянцева пробежал холодок. Ныне несуществующую Императорскую Службу Специальных Операций (ИССО)иначе, как инквизиторами не называли.

Эта служба была создана по поручению и под личным контролем самого Императора — не нынешнего, а его деда. Бойцов для этой службы специально отбирали с особой тщательностью, отдавая предпочтение сиротам, выросшим в интернатах. Хотя были там и наследники обычных Родов, с одним условием — безусловно преданные Императору.

Ходили слухи, что некоторые бойцы подразделения были усилены способами, несовместимыми для жизни обычного человека. Многие бесчеловечные эксперименты привели к гибели людей. Но в погоне за абсолютным оружием эти эксперименты продолжались, и некоторые из них прошли успешно.

В добровольцах отбоя не было. Многие готовы былиумереть ради Империи и Императора. А дядя считал их тупыми фанатиками. По роду службы Румянцев знал, как минимум, об одном удачном эксперименте — так называемые «бесплотники», фактически призраки — люди, способные ходить сквозь стены, и избегать ударов любого оружия. Бойцы, справиться с которыми было достаточно сложно, даже группе сильных Одарённых.

Ходили слухи о людях, кто мог «глушить» любой Дар, о бойцах, кто мог существовать и функционировать при температурах и условиях, смертельных для обычного человека. Алексей в это не верил, уж очень фантастически это звучало.

Чуть больше сотни лет просуществовала «Инквизиция». Но в один прекрасный момент все бойцы спецподразделения были объявлены вне закона, обвинены в государственной измене, за считанные дни подвергнуты аресту, и без суда и следствия казнены. Причины этого поступка Императора оставались для Алексея Антоновича большой тайной.

Его дядя, наверняка, знал больше, но даже он с ним не делился. Единственное, в чём был уверен молодой граф — что даже тех, кого не повязали в первую очередь, затем нашли и ликвидировали.

«Инквизиция» превратилась в страшную сказку, которой пугали заставшие их в живых враги Империи и Императора, когда читали сказки на ночь своему подрастающему злодейскому поколению.

Но этот символ — череп на кресте, как считалось сделанный ради забавы основателем службы — неким Паладином (никакой другой информации о том, кем был этот человек, не сохранилось) явно намекал на то, что сведения Румянцева о полном уничтожении ИССО, скажем мягко, совсем не совпадают с действительностью.

Алексей потянулся к телефону, но увидел, что мобильная связь ожидаемо отключена. Рация также не выдавала никакой реакции. Похоже, где-то рядом работал мощный артефакт, подавляющий любые радиопереговоры.

От двух мощных взрывов поблизости на воздух взлетели две оставшиеся машины конвоя.

— Быстро наружу! — крикнул граф своему водителю, у которого прошёл первый шок, но ужас в его глазах был заметен невооружённым взглядом. Алексей достал свой меч и приставил к его горлу. — Иначе ты сдохнешь здесь!

С этим аргументом трудно было поспорить, и водитель также вылез наружу, сперва выставив туда короткий пистолет-пулемёт, обстреляв невидимые цели, а потом попытался выбраться и сам.

Глухой удар. и его ноги дёрнулись, а тело обмякло, застряв в люке. Румянцев выругался, и потянул того за штаны. Водитель упал. В голове у него торчал точно такой же метательный нож. Граф крепко сжал в руке меч, не зная, что делать. Вдруг в бронированное дно машины деликатно постучали.

— Тук-тук! Кто в теремочке живёт? — послышался удивительно жизнерадостный, для такой ситуации, голос.

— Вы понимаете, с кем вы связались?! — закричал Алексей. — Через минуту здесь будет все силы Имперской Канцелярии. Вас всех перестреляют, а кого захватят — вы умрёте долгой и мучительной смертью! Это я вам обещаю, я — командир силового крыла, граф Румянцев!

Со стороны раздался ещё один смешок.

— Палач, а ты не говорил, что он такой забавный. Мне вот уже так страшно, что я чуть не обоссался. Хорошо перед боем сходил облегчиться. Ты как, ещё держишься?

— С трудом, — раздался другой голос, показавшийся Румянцеву подозрительно знакомым.

Снова стук.

— Румянцев, вылазь. С тобой ничего не случится. По крайней мере, некоторое время. И не надо заливать про подмогу. Я точно знаю, что никого ты не вызвал. И да, у тебя есть полминуты. Иначе машина сейчас взорвётся.

— Кто ты такой?! — спросил Румянцев. — Что вам надо?!

— Твой старый знакомый, который мечтает побеседовать с тобой ещё разок. И да, у тебя уже двадцать секунд. Девятнадцать, восемнадцать... Пятнадцать...

Голос монотонно продолжал отсчёт.

Румянцев увидел, как край брони машины начинает наливаться вишнёвым цветом. У него на глазах начал плавиться суперпрочный металл, и отсек стал заполняться удушливым дымом.

Второй голос издевательски добавил.

— Это, чтобы лучше стимулировать твою мозговую деятельность, уважаемый командир силового крыла.

— Девять, восемь, семь... — продолжал считать второй.

— Стойте, я выхожу! — закричал Румянцев, быстро просчитав все варианты.

В любом случае, у него есть ещё пара решений. Всё-таки он был хорошим бойцом, и оценив обстановку, возможно, он сможет вступить в прямое противостояние с этими неизвестными типами.

Он открыл нижний люк, что сейчас был сбоку, и осторожно вышел наружу. Рядом с ним стояли две смутные тени. Одеты они были странно. Это не была технологическая броня спецназа или его разведывательно-диверсионных штурмовых подразделений. Это не была кожано-полотняная броня ассассинов и диверсантов, рассчитанная на бесшумное и тайное проникновение. Такое ощущение, что всё их тело покрывало что-то вроде жидкости, которая являлось самой бронёй, и она жила своей жизнью. Он видел, как в свете отблесков горящего пламени перекатываются лёгкие волны. А ещё из вооружения на них был только перевязь с метательными ножами, и у каждого по два коротких клинка, сейчас спрятанных в ножны. Чем же они взорвали «Тигры»?!

У горящих автомобилей он увидел ещё три похожие тени, которые что-то собирали с павших бойцов — судя по всему, свои уникальные ножички.

Больше он никого не видел, и его рука сжала рукоятку родового меча. Волна прошлась по лицу одного из врагов. Эта жидкость, как будто схлынула вниз, открыв лицо под ним. Пальцы непроизвольно разжались, когда он увидел герцога Хрулёва, и его странно помолодевшее лицо. Глаза смотрели хоть и иронично, но не предвещали ничего хорошего.

— Хрулёв?! За нападение на командира силового крыла Тайной Канцелярии вы и весь ваш Род будете уничтожены!

— Палач, я беру свои слова обратно, — раздалось со стороны второго человека, который всё ещё не открывал свое лицо. — Он не забавный, он тупой.

Хрулёв улыбнулся.

— Да, я вроде так и говорил. Вяжи его, Сарацин. И пора валить отсюда. Мы и так здесь неплохо наследили.

Румянцев прижался спиной к машине, и уже хотел достать меч, как вдруг у него внезапно куда-то ушли все силы. Он почувствовал себя маленьким и беспомощным. Как будто вернулся в далёкое детство, когда его мог обидеть любой простолюдин.

А потом тот человек, которого Хрулев назвал «Сарацином», с коротким смешком провел обычный правый прямой. И сознание командира силового крыла Имперской Канцелярии просто «выключилось». Его вырубил обычный удар кулаком!

Глава 4

Честно говоря, эта грёбаная «монгольская стена» конкретно так поломала мои планы. Я не знал о её существовании, и считал, что между порталом и Империей монголы пасут овец. А тут гляди-ка, какая неожиданность! Поэтому первое, что я сделал, увидев фортификационные сооружения, это связался с Катериной, и объяснил ей ситуацию.

Удивительно, но оказалось, что она уже была в курсе событий. Я настолько поспешно улетел спасать своих друзей, что не озаботился допросом пленных. Катя же подошла к делу обстоятельно, и некоторые из рабов до того, как перейти в разряд добытчиков, были строителями, в том числе на строительстве «Линии Славы» — именно так на монгольском называлась эта цепочка крепостей.

Так что Катя сейчас резко поменяла маршрут и двигалась на восток, вольно или невольно пытаясь подобраться на тот самый участок границы, над которым пролетел я. Там из-за отсутствия дорог и отсутствия потенциальной угрозы прохода тяжёлой техники «Линия Славы» прерывалась. В общем, в пути этому сборищу измученных людей предстояло находиться двое-трое суток, и это при хорошем раскладе, если их никто не будет искать.

Да, я оттянул на себя основное внимание, но думаю, что такую толпу своих Истребителей, точнее, их пропажу, монголы в ближайшее время обнаружат и пошлют туда разведчиков. А чтобы понять, куда двинулась вся эта толпа, много ума не надо. Оставляют они после себя достаточно ощутимый след.

— Здравствуй, друг мой! — сказал я в трубку телефона.

— О, Саня, привет! Рад тебя слышать, — голос Андросова был бодрым и жизнерадостным, как всегда.

— Слышал, что у вас там небольшая заварушка произошла? — поинтересовался я.

— Ну, так и есть... Совсем небольшая. Правда, наш Род без усадьбы остался, а отец её так любил.

— Ладно-ладно, не прибедняйся. Денег у вас хватит, чтобы второй Иркутск построить, не то что усадьбу.

— Это точно, — согласился со мной Андрей.

— Сами-то в порядке? Ты, Светлана?

— Да, в порядке, — сказал он.

— А гвардейцы?

— Почти никого не осталось, — голос Андрея заметно погрустнел.

— Ну, по крайней мере, они выполнили своё предназначение и уберегли тебя.

— Так-то оно так, но многих из них я знал с самого детства.

— Что ж, жизнь аристократа трудна и непредсказуема. И в этот раз это даже не сарказм. Зная тебя и твоего отца, об их семьях нормально позаботятся. Ну, а тебе нужно набирать новую гвардию.

— Это уж точно, — сказал Андросов. — И хотелось бы такую, как у тебя.

— Так за чем дело стало? — хмыкнул я.

— А где мне найти второго Волка?

— Это проблема, да, — засмеялся я. — Такого, как Волк нет, и скоро совсем не будет.

— В каком смысле?

— В том смысле, что смотрю я на Империю и понимаю, что она стремительным домкратом падает в пропасть.

— Чем падает? — уточнил Андросов.

— Домкратом же, — сказал я.

— Странное выражение.

— Забей! Я рад, что всё в порядке. Мне стыдно признаться, но мне, возможно, потребуется твоя помощь.

— После того, что сделали Волк и ребята? Да всё, что угодно! Я тебе по гроб жизни обязан! — Андрей на секунду замолчал, и засмеявшись каким-то своим мыслям, добавил — Снова!

— И снова не буду возражать, — сказал я. — В общем, твоя сестра сейчас на той стороне. Я планирую встретить её и, возможно, мне нужна будет помощь.

С Андросовым я этот вопрос решил обсудить после долгих размышлений. Честно говоря, вариантов не было так уж много.

Идти со своими ребятами на «Буревестниках»? Да, скорее всего мы сможем эвакуировать моих гвардейцев и Катерину, но точно тогда останутся все рабы. За что боролись-то?

Второй вариант был сбросить меня на головы монгольским пограничникам, как живую и очень, сука, опасную бомбу. А затем устроить монголам преждевременный геноцид с помощью иномирных тварей, по уши закидавшись желейками, и постараться при этом не сдохнуть. И таким образом очистить коридор для прохода Катерины. Этого варианта я и придерживался, когда у меня возник третий.

Сколько можно превозмогать «в одну каску»? Для этого есть специально обученные люди. Почему бы тебе, Сандр, не попытаться взаимодействовать с социумом, и начать получать ништяки от этого плодотворного сотрудничества?! Это так я уговаривал себя, если что.

Так что, позвонив без особой надежды, не ожидая, правда, что меня пошлют, но и предполагая, что скорость реакции меня не устроит, и мне придется дальше изображать из себя одинокого героя. Но Андрей меня удивил.