Собрание сочинений. Том 03. 1978–1980

Поскольку экономика коммунистической формации — это экономика централизованного управления, то и законы коммунистической формации — законы централизованного, планово управляемого хозяйства. Они возникают в меру достижения известной ступени планового централизованного управления и действуют только при условии его сохранения и развития. Планомерное функционирование народного хозяйства и управление им из единого центра — необходимое условие действия экономических законов, коммунистического способа производства. Создание и укрепление системы планового централизованного управления производством в общественных интересах, обеспечивающего непосредственно–общественный характер производства, — принципиально важное направление в создании и развитии системы отношений общественной собственности. Такое понимание взаимосвязи между общественной собственностью и плановым управлением является необходимой теоретической предпосылкой исследования и осуществления на практике процесса перерастания социалистических производственных отношений в коммунистические.

Противоречие между непосредственно–общественной определённостью социализма и элементами товарности в организации общественного производства при социализме проявляет себя в том, что, будучи непосредственно–общественным в целом, труд при социализме ещё не есть только труд на общее благо; он несёт в себе и иной момент: это и труд с целью вознаграждения. Стоимостные и товарно–денежные формы социалистического производства поэтому являются формами не только непосредственно–общественного содержания, но и несут в себе остатки товарного содержания, элементы и оттенки товарности. Товарность также есть определённость социализма, но это такая определённость, которая используется для развития социализма и в этом развитии преодолевается.

Тенденция к усилению непосредственно–общественной определённости социализма имеет своей основой неуклонный рост общественного характера производства. Укрупнение первичной ячейки народного хозяйства, создание производственных объединений чрезвычайно усиливает этот процесс. При этом значимость рычагов косвенного регулирования в конечном счёте уменьшается, а значение методов, прямо воздействующих на производство, возрастает. Усиливается роль директивных методов и социалистического соревнования, т. е. форм, порождённых непосредственно–общественной определённостью социалистического производства. Изменение роли, которая принадлежит директивным методам экономического управления и социалистическому соревнованию, с одной стороны, и рычагам косвенного регулирования, косвенного воздействия на производство, — с другой, — ещё один критерий, по которому можно судить о развитости производственных отношений социализма. Как сравнить, как соизмерить эти роли при самом тесном переплетении и взаимном проникновении методов в единой системе методов социалистического управления — один из вопросов, которые экономической науке ещё предстоит решить.

Будучи отрицанием капитализма как анархически организованного хозяйства, социализм выступает как хозяйство планомерно организованное. Но можно ли сказать: раз социализм есть планомерно организованное хозяйство, стало быть, всякие элементы стихийности в осуществлении хозяйственных процессов здесь совершенно изжиты? Нет, так сказать нельзя. Планомерное подчинение производства общественным интересам при социализме осуществляется в условиях, когда наряду с общностью сохраняются и различия в интересах. Во–первых, это различия в степени заинтересованности в осуществлении тех или иных преобразований у различных классов и социальных групп. Во–вторых, это различия внутри личных интересов между интересами коренными, однонаправленными с общественными, и могущими вступать с ними в противоречие интересами побочными, дополнительными. Имеющиеся ещё неантагонистические противоречия интересов ослабляют планомерность. По мере изживания этой противоречивости разрешается и противоречие между планомерной организацией хозяйства и ещё имеющимися элементами стихийности в осуществлении некоторых хозяйственных процессов. Действует тем самым тенденция ко все большему укреплению централизованного начала в управлении производством. По степени развития планомерности также можно судить, следовательно, о развитости производственных отношений социализма.

В осуществлении хозяйственных процессов огромную роль играет расширение горизонтов планирования хозяйства. Подготовка кадров осуществляется на 30–35 лет, цикл замены оборудования на предприятии превышает 10–15 лет, время от возникновения крупной научно–технической идеи до её реализации в производстве также составляет около 15 лет, а максимальный срок планирования сейчас не превышает 5 лет. Переход к тому, чтобы включить в систему наших планов в качестве ведущего звена долгосрочный план на 10–15 лет, в числе других мер позволит значительно повысить эффективность нашей экономики, будет способствовать развитию производственных отношений социализма как производственных отношений планомерно организованного хозяйства.

Поскольку общественная собственность реализуется в планомерном подчинении производства общественным интересам, постольку тенденции к сокращению социально–экономических различий, возрастанию общности интересов, усилению непосредственно–общественного характера производства и развитию планомерности соединяются воедино и в совокупности проявляют себя в тенденции ко все большему обобществлению.

При социализме общественные интересы по своей классовой природе суть интересы передового рабочего класса, выражающего коренные интересы всех трудящихся. На XXV съезде КПСС подчёркивалось, что по своей природе наша партия была и остаётся партией рабочего класса. Она выступает руководящей силой всего социалистического общества, и эта её роль закреплена в новой Конституции СССР. Тем самым обеспечивается руководство всеми социальными процессами (прежде всего теми, которые идут в сфере производства) со стороны рабочего класса, развитие их в коренных интересах всего народа.

Классовое содержание задачи подчинения производства общественным экономическим интересам делает необходимой государственную форму отношений общественной собственности на решающие средства производства в первой фазе коммунизма. Государство — это орудие принуждения для осуществления интересов класса и подавления его противников. Однако при социализме антагонистических классов уже нет, и поэтому нет места подавлению целого класса или слоя. Подавляются лишь отдельные действия, не отвечающие интересам коммунистического развития, и насилие осуществляется лишь как реакция на эти действия. В высшей фазе коммунизма, когда отомрут экономические основы существования государства, отомрёт, как известно, и государство.

Какова же диалектика отмирания государственной формы отношений общественной собственности? Можем ли мы считать, что государство будет выполнять все меньше экономических функций или, напротив, экономическая роль государства будет возрастать? Ответ на этот вопрос, по существу, уже имеется. Раз при социализме действует тенденция усиления централизованного начала, а функции экономического центра выполняет государство, роль государства в экономике социализма будет не слабеть, а усиливаться.

Отмирание государственной формы производственных отношений, государственной формы общественной собственности вызывается теми же факторами, с которыми связано отмирание государства вообще. Государство же отмирает по мере сокращения социального неравенства, по мере уничтожения классов, по мере перерастания распределения по труду в распределение по потребностям в меру расширения участия трудящихся в управлении обществом. Расширение такого участия как одна из важнейших тенденций в развитии социализма закреплена в Конституции СССР. Участие трудящихся в управлении производством обеспечивает проведение общественных интересов в хозяйственной жизни с той полнотой, которая достижима только на основе одного типа централизма, а именно — демократического централизма. Участие трудящихся в управлении обеспечивает также необходимое воспроизводство кадров социалистического управления, воспринимающих интересы передового класса как свои и способных вести активную борьбу за решительное и неуклонное их проведение в жизнь. С расширением участия трудящихся в управлении поэтому теснейшим образом связано развитие производственных отношений социализма как отношений коллективизма, отношений общества ассоциированных производителей, и степень участия масс в управлении выступает одним из важнейших критериев развитости социализма и перерастания его в полный коммунизм.

Основной задачей советской науки является дальнейшее повышение её вклада в решение актуальных проблем строительства коммунизма. Думается, что обсуждение проблем развития производственных отношений социалистического общества может сыграть определённую положительную роль в решении этой поставленной нашей партией задачи.

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЙ ТЕОРИИ СОЦИАЛИЗМА [34] (Косолапов Р. И. Социализм: к вопросам теории. Изд. 2‑е, испр. и доп. М., «Мысль», 1979. 598 с.)

Рецензируемая монография Р. И. Косолапова посвящена анализу исторической обусловленности и сущности социализма. В ней изучается влияние социалистических преобразований на различные стороны жизни общества, рассматриваются этапы и формы социалистического и коммунистического строительства. Одно из центральных мест в исследовании Р. И. Косолапова занимает проблема отчуждения труда. Основываясь на произведениях классиков марксизма–ленинизма, автор показывает, что поскольку при социализме средства производства находятся в руках самих трудящихся и используются ими в их коренных интересах, преодолевается отчуждение труда, свойственное эксплуататорским обществам. Труд превращается из средства удовлетворения физиологических потребностей в наслаждение, в первую потребность жизни человека. Люди начинают осознавать себя действительно людьми, свободно творящими свою историю.

Однако в течение длительного периода развития первой фазы коммунистической формации сохраняются известные элементы отчуждения труда, не исчезает полностью отношение к труду как к средству удовлетворения физиологических потребностей. Причины этого коренятся прежде всего в уровне развития материальных производительных сил. Этот уровень делает неизбежным сохранение известных остатков «порабощающего человека подчинения его разделению труда»[35], обусловливает определённые социально–экономические различия между членами общества. На современном этапе ещё имеет место тяжёлый физический труд, труд во вредных для здоровья человека условиях. «Такой труд, — отмечает Р. И. Косолапов, — достался нам в наследство от прошлого и по своим социальным последствиям противоречит социалистическому строю. Закономерно, что Коммунистическая партия считает устранение тяжёлого физического труда своей программной задачей» (с. 282–283).

Сохранение остатков старого разделения труда противоречит сущности социализма именно потому, что эта сущность заключается в подчинении условий производства трудящимся. Изменение условий, содержания труда, заключает Р. И. Косолапов, является главным средством преодоления элементов отчуждения труда, достижения полной победы коммунистического труда, а, следовательно, и построения бесклассового коммунистического общества. Такой вывод вполне отвечает известному ленинскому указанию о том, что ««формулы» настоящего коммунизма… сводят все к условиям труда»[36].

Подчёркивание важности изменения условий и содержания труда как важнейшей базисной, экономической задачи весьма актуально, поскольку ещё встречаются экономисты, которые толкуют о том, что–де изменение условий, содержания труда якобы не относится к результатам производства, имеющим непосредственное экономическое содержание.[37] Оно актуально и в связи с тем, что ряд экономистов рассматривает совершенствование материального стимулирования чуть ли не как панацею от всех бед, чуть ли не как главное средство упрочения коммунистического отношения к труду. Как отмечает Р. И. Косолапов, «сосредоточение лишь на этом направлении… чревато неоправданным сужением исторической перспективы» (с. 357).

Значительное место в работе Р. И. Косолапова отводится классовому анализу общественных явлений при социализме. В этом, по нашему мнению, — одно из главных её достоинств, ибо, как учит марксизм–ленинизм, до тех пор, пока существуют классы, все общественные явления должны изучаться на основе классового подхода.

Сравнивая экономическое положение рабочего класса, колхозного крестьянства и интеллигенции при социализме, Р. И. Косолапов раскрывает важнейшие положения марксистско–ленинской теории о том, что рабочий класс является «наиболее последовательным борцом за осуществление целей и идеалов коммунизма» (с. 393). Он подробно исследует соотношение классовости и социальной однородности при социализме. «Роль рабочего класса в революционном движении и построении нового общества, — пишет он, — его политический облик и интересы, взгляды и мораль становятся своего рода эталоном для всех социальных групп в условиях социализма. И закономерно, что крестьянство и интеллигенция наиболее доступными им путями преобразуют себя в направлении сближения с рабочим классом под его руководством и с его активной помощью» (с. 394). Именно в этом смысле, указывает автор, следует понимать «превращение партии рабочего класса в партию всего народа, а государства диктатуры пролетариата — в общенародное социалистическое государство. Эти «всенародность» и «общенародность» — выражение того, что экономические и политические интересы рабочего класса, его идеология и мораль, созданные под его руководством хозяйственные и политические, государственные и общественные организации приняты всеми слоями трудящихся как свои собственные и занимают доминирующее положение в обществе. Таким образом, налицо расширение массовой социальной базы классово–пролетарских, социалистических интересов, а не её сужение. Истолкование этого факта в противоположном смысле, а именно будто происходит «отречение» от чисто рабочей точки зрения, «деклассирование» и т. д., лишено каких бы то ни было объективных оснований» (с. 422).

В этих словах точно и ясно сформулирована научная, партийная точка зрения на классовый характер и сущность коммунистической партии и социалистического государства.

Особый интерес представляет исследование в монографии характера социалистического производства и товарно–денежных форм при социализме. Р. И. Косолапов на основе трудов К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина показывает, что классики марксизма–ленинизма для раскрытия сущности отношений первой фазы коммунизма рассматривали их в «чистом виде», т. е. как отношения общественной собственности на средства производства, абстрагируясь от кооперативной собственности и индивидуального производства. Однако они не отрицали, а, напротив, предвидели возможность сохранения последних в течение определённого этапа развития первой фазы коммунизма. Дело в том, что диалектический метод требует выделения и анализа прежде всего главной, господствующей формы производства при абстрагировании от всех других форм и лишь на этой основе — изучения этих последних.

Используя указанный метод, Р. И. Косолапов показывает, что научное предвидение классиков марксизма–ленинизма о характере отношений первой фазы коммунизма полностью сбылось: социалистическое производство по своему характеру является непосредственно–общественным, нетоварным. В рамках государственной собственности на средства производства происходит планомерное распределение продуктов, отсутствует товарообмен в точном научном смысле, продукты производятся планомерно как непосредственно–общественные продукты, а не как товары; производство и распределение регулируются прежде всего основным экономическим законом социализма, а не законом стоимости; деньги являются прежде всего средством учёта, контроля и планомерного распределения, инструментом материального стимулирования, а не товаром — всеобщим эквивалентом, деньгами в точном научном смысле.

Однако, отмечает Р. И. Косолапов, это не означает, что при социализме нет товарного производства, обмена, денег в точном научном смысле. Эти экономические категории сохраняются, если учесть, что имеют место производство в рамках колхозно–кооперативной собственности на средства производства и индивидуальное производство на рынок. Их сохранение свидетельствует о том, что товарно–денежные формы при социализме в зависимости от тех экономических отношений, которые они обслуживают, имеют различное экономическое содержание. В свете этого в монографии подробно анализируется содержание товарно–денежных форм, которое они получают в различных экономических отношениях.

Заслуживает внимания также оценка, которую автор даёт встречающимся в литературе утверждениям о том, что социалистическое производство якобы является товарным, а продукт в рамках социалистической государственной собственности на средства производства будто бы производится как товар и обменивается на деньги. Р. И. Косолапов показывает, что из таких утверждений, независимо от желания тех, кто их высказывает, неизбежно следует тезис о товарном характере рабочей силы при социализме, следовательно, понимание социализма как государственного капитализма. Таким образом, по своим выводам эти утверждения мало чем отличаются от воззрений различных буржуазных, ревизионистских, троцкистских и прочих «теоретиков» социализма. Рассуждения о якобы товарном характере социалистического производства, подчёркивает Р. И. Косолапов, ведут к противоречащим социализму выводам и практическим рекомендациям (с. 266) и наносят ущерб укреплению коммунистического отношения к труду (с. 272).

Говоря о крупных достоинствах рецензируемой монографии, нельзя вместе с тем не остановиться на ряде вопросов, которые изложены в ней, на наш взгляд, не совсем точно. Так, автор правильно характеризует централизм социалистической экономики как объективную историческую необходимость, главную гарантию проведения коренных интересов всех трудящихся (с. 458–459), а, следовательно, и как главное орудие обеспечения социалистической демократии. В то же время в ряде других мест его можно понять так, будто демократизм тождествен децентрализованному управлению (с. 462, 554–555, 559).

Следовало бы также более определённо подчеркнуть, что работник заинтересован в реализации общественного экономического интереса при социализме как морально, так и прежде всего материально, экономически (с. 294, 304). Ведь в условиях коммунистической формации реализация общественного экономического интереса ведёт к улучшению жизненных условий каждого члена общества, а следовательно, является реализацией и его личного интереса.

В целом монография Р. И. Косолапова заслуживает высокой оценки. Это крупный вклад в разработку проблем экономической теории с позиций марксизма–ленинизма. Она безусловно будет служить оружием в идейной борьбе с антикоммунистами и ревизионистами всех мастей.

ПОКАЗАТЕЛИ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ПРОГРАММЫ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ И ИХ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ В ПЛАНОВОМ УПРАВЛЕНИИ[38]

Задача централизованного планового управления социалистической экономикой состоит в осуществлении общественных экономических интересов. Это предполагает выбор соответствующего общественным интересам варианта экономического развития и его реализацию.

Научное выражение развития экономики в соответствии с общественными экономическими интересами является проблемой колоссальной важности. Усилия всех научных учреждений концентрируются в конечном счёте именно на решении данной проблемы, и благодаря этому выясняется та социальная перспектива, которой нужно руководствоваться в управлении общественными процессами, намечается тот путь, по которому должна идти экономика, чтобы совершалось быстрое и последовательное перерастание социализма в полный коммунизм, определяются те действия, которые должны совершать субъекты экономических отношений, и та их взаимосвязь, которая необходима для осуществления варианта экономического развития, отвечающего общественным интересам.

Необходимо добиться полной ясности и конкретности в понимании того, какие социально–экономические изменения являются коммунистическими и, следовательно, за какие из них с помощью системы планового управления нужно бороться. При этом речь должна идти не об изменении отдельных сторон социалистической действительности, а о последовательности изменений во всех существенных сторонах социально–экономической жизни общества, органически связанных между собой. Следовательно, необходимо составить программу социально–экономических преобразований, описывающую достаточно определённо и конкретно путь развития социалистического общества. По форме эта программа должна представлять собой последовательность этапов. Рубежи этапов определяются качественным изменением по меньшей мере в одной из существенных сторон, развитие которой отражается соответствующим показателем.

Выделение качественных переходов в развитии существенных сторон жизни общества, таких, как улучшение условий труда, обеспеченность жильём, одеждой, обувью, предметами длительного пользования, продуктами питания и т. п., представляет собой ключевой момент в построении программы социально–экономических преобразований. Чем больше мы выделим существенных сторон, чем конкретнее будет наше представление об общественном развитии, тем легче решить эту задачу, поскольку в качестве существенных сторон выступят такие, в отношении которых проще сказать, какие изменения в них носят чисто количественный характер, а какие являются качественными.

Программа преобразований экономической действительности должна включать в себя этапы ликвидации социально–экономических различий и ступени в создании условий для свободного всестороннего развития всех членов общества. Эта программа служит той основой, на которой должно базироваться использование показателей, являющихся количественными характеристиками экономической действительности.

Пусть – число показателей. Показателям сопоставим оси координат в пространстве , так что точка на — й оси выражает соответствующее значение -го показателя. Пространство выступит тогда как пространство показателей. Состояние экономики в момент времени в пространстве будет изображаться точкой , а экономическое развитие — движением точки в ; функцию назовём траекторией развития в пространстве показателей.

Обозначим через множество возможных вариантов действительного экономического развития: через – множество всех траекторий в ; через – отображение в , которое варианту развития из ставит в соответствие порождаемую им траекторию в .

Заметим, что одной траектории может соответствовать несколько вариантов действительного экономического развития, т. е., вообще говоря, некоторое множество. В том случае, когда – нереализуемая траектория, т. е. нет такого варианта, который отражался бы траекторией у в пространстве показателей, . Это является выражением того, что показатели не дают полного описания общественных интересов. Однако если привязать их к программе социально–экономических преобразований таким образом, чтобы они отражали ход её выполнения, то полнота и глубина отражения показателями общественных интересов будет определяться тем, насколько полно и глубоко отражает экономическое движение к полному коммунизму построенная как квинтэссенция научной деятельности социалистического общества программа социально–экономических преобразований.

Поскольку программа преобразований экономической действительности состоит из этапов, в пределах которых не происходит качественных изменений, постольку ей можно поставить в соответствие ось рациональных чисел так, чтобы целым числам на оси соответствовали номера этапов программы. Тогда развитие экономики будет отображаться движением точки по оси . Величина показывает, какой отрезок программы пройдён экономикой к моменту времени . Отрезок считается пройдённым, если пройдены соответствующие точки на всех осях, изображающих развитие каждой из существенных сторон экономической действительности, т. е. . Здесь – число существенных сторон экономической действительности, изменение которых отражается построенной программой.

Заметим, что в программе самой по себе выражается лишь путь и характер экономического развития, последовательность изменений и соотношение развивающихся сторон. Что же касается движения по этому пути, диктуемого общественными интересами, то оно изображается определённым графиком реализации намеченной программы .

Наличие программы социально–экономических преобразований является ключом к решению задачи нахождения научно обоснованного, наилучшего с точки зрения общественных интересов планового (оптимального) варианта. Сравнение плановых вариантов сводится тогда к определению того, на какое число этапов может продвинуть общество вперёд тот или иной плановый вариант при своём осуществлении. Наилучший плановый вариант (-й) — это такой, который с учётом вероятности его осуществления обеспечивает за плановый период наибольшее продвижение в реализации программы социально–экономических преобразований, т. е. такой, для которого, – число плановых вариантов; – вероятность осуществления — го варианта; – конец планового периода. При этом общественными интересами диктуется присущее оптимальному плановому варианту развёртывание социально–экономических преобразований во времени, изображаемое функцией на плановом промежутке .

На основе выбранного планового варианта формируется план, т. е. система заданий конкретным исполнителям, выполнение которых обеспечивает осуществление выбранного варианта развития.

Система директивных заданий должна прежде всего устанавливать планомерные связи между участниками производства, что происходит посредством заданий по поставкам продукции, с выполнением которых связано осуществление программы социально–экономического развития.

Пусть –число отраслей материального производства; в отрасли имеются предприятия с номерами , где – число предприятий -й отрасли; – общее число предприятий материального производства .

На основе выбранного варианта развития, представляемого функцией, с помощью метода межотраслевого баланса устанавливаются необходимый выпуск для каждой отрасли материального производства ( – выпуск продукта отраслью в момент времени ), поставки между отраслями материального производства ( – объём поставки продукта из отрасли в отрасль ;) и поставки для конечного потребления, т. е. для удовлетворения потребностей в предметах непроизводственного назначения, образования резервного фонда и фонда накопления (объём поставки продукта для конечного потребления обозначим через ). При этом