Беги, Франни!

Фокусник смутился, отводя взгляд:

― Прости, Франни, больше это не повторится. Я понимаю тебя…

Нежно взяла его руки в свои ладони, почувствовав, как он вздрогнул и напрягся:

― Конечно, Арчи. А может, нам присоединиться к твоей труппе, как ты на это смотришь? Вряд ли такую «пропажу» будут искать в цирковом фургоне.

Он тяжело вздохнул, легонько пожимая холодные кончики моих пальцев ― на этот раз тело словно погладил тёплый, волнующий ветерок:

― Да, в другой ситуации это был бы отличный выход, не спорю, но не теперь, такое дело. Вчера меня пытались убить свои же цирковые: я повздорил с Хозяином труппы ― вступился за избитого мальчика-акробата. Этого уроду-Фокуснику не простили: во сне ткнули кинжалом под рёбра… даже не знаю кто, и выбросили прямо здесь в лесу.

Я ахнула:

― Но как же ты выжил, бедняжка?

Арчи отошёл на пару шагов и, распахнув куртку, показал корсет из толстых кожаных пластин.

― В последнее время у меня появились проблемы с позвоночником, вот недавно пришлось купить эту штуковину, такое дело… Тяжёлая, конечно, но, как ни странно звучит, с ней легче. А вчера она и вовсе спасла мне жизнь, ― он печально усмехнулся, застёгивая куртку, а я невольно залюбовалась его обаятельной улыбкой.

― Что за ужас, какие же всё-таки люди жестокие… Но что нам теперь делать? ― «прекрасная дама» была здорово напугана таким поворотом событий, растерянно выдёргивая листья и травинки из волос, всё больше походивших на спутанную гриву.

Новый друг и защитник думал недолго:

― Вот что, конь у тебя молодой и здоровый, выдержит двоих. Жаль, он маловато отдохнул в эту ночь, но гнать его не будем, направимся в ближайший город. Правда, ― тут он иронично усмехнулся, ― на самом деле, это далековато, но у меня там есть знакомый ― немного странный тип, конечно, но очень умный. Одно слово ― учёный. Надеюсь, он не откажет в помощи и даст дельный совет. Только тебе, красавица, надо замаскироваться, такое дело.

Сердце жалобно трепыхнулось, предчувствуя, что мне не понравятся его слова, но я сдержалась. Арчи внимательно осмотрел беглянку:

― Будем делать из тебя мальчика. Твои друзья, ― при этих словах он слегка поморщился, ― бросятся искать девушку, а уж точно не Фокусника с учеником.

Я схватилась за свои густые рыжие локоны, жалобно простонав:

― Арчи, неужели придётся их резать? Волосы ― моя гордость…

Рыцарь тут же покачал головой, поспешив успокоить:

― Обойдёмся без подобных жертв, такое дело. Франни, садись-ка вот на эту корягу и подсвети немного. Буду тебя гримировать, но сначала не туго заплети косу.

Я покорно выполнила все его требования. Арчи достал из походной котомки небольшой, потемневший от времени ящичек, начав кисточкой закрашивать брови и рисовать веснушки на белом от волнения лице. Аккуратно уложив косу вокруг головы, закрепил её шпильками, и в завершении этой процедуры напялил, правда, с трудом, лохматый парик с грубыми, неровно постриженными прядями, напоминавшими жёсткую солому.

Как настоящий художник, он отошёл в сторону, любуясь творением своих рук, и остался вполне доволен. Фокусник достал из той же котомки маленькое овальное зеркало в чехле, протянув его со словами:

― Только аккуратнее с ним, это очень дорогая для меня вещь.

Я взглянула на отражение и не поверила себе ― из зеркала на меня таращился конопатый деревенский мальчишка. Впрочем, весьма симпатичный…

― Арчи! ― прошептала я.

― Что-то не так? ― его голос звучал взволнованно.

― Знаешь, кто ты? Лучший в мире Фокусник ― за несколько минут превратил девчонку в мальчика. Даже я со своей магией не справилась бы с этой задачей лучше. Правда, парик ужасно жмёт, а в остальном ― всё отлично…

Арчи довольно засмеялся, облегчённо выдохнув. Мой рыцарь убрал свой гримёрный ящик в котомку и затушил костёр:

― Обещаю, парик я растяну, о красках тоже не волнуйся ― они плохо смываются, так что совершенно спокойно можешь умываться водой. А начнут стираться ― поправлю, это легко, такое дело. Осталось найти нормальный плащ ― твой сделан из дорогой шерсти, и на нём вензель семьи. А нам нужен простой, грубый, да и обувь попроще. Люди слишком наблюдательны, особенно если им заплатить. Так что не будем рисковать и поедем сейчас к одному хутору, там мне слегка задолжали…

― А зачем, Арчи? ― как дурочка поинтересовалась я, вскакивая на коня и помогая рыцарю устроиться впереди.

― Наведаемся к ним за нужной нам экипировкой, ― ответил он и развернул Грома в другую сторону, проявив себя ловким наездником. Про себя «наблюдательная Франни» отметила, что простой фокусник вряд ли знаком с такими заумными словами:

― Кто же ты на самом деле, мой рыцарь? Придёт время, обязательно узнаю, потому что обожаю тайны…

Мы ехали через ночной лес, не придерживаясь дороги. Вернее, её просто не было, но Арчи уверенно направлял коня, несмотря на то, что луна скрылась в облаках. Я пустила вперёд несколько магических огней, и этого хватило, чтобы примерно через полчаса остановиться у ограды большого хутора. Несмотря на нашу осторожность, сразу же злобно залаяли собаки. Мне стало страшно за уже спустившегося на землю неловкого Арчи: а что, если эти огромные псы погонятся за ним? Ему не убежать…

Фокусник посмотрел на моё озабоченное лицо, добродушно улыбнувшись:

― Не переживай, прекрасная Франни ― твой рыцарь очень любит животных и всегда находит к ним подход. Жди здесь и ничего не бойся, ― с этими словами он, как пишут в романах ― «растворился в темноте»…

Как только Арчи ушёл, я спрыгнула с коня и, закусив губу, стала вслушиваться в ночную тишину. Собаки вдруг разом замолчали, но, решив подстраховать своего героя, на всякий случай приготовила огненное заклинание. Пусть не думает, что Франни ― слабачка, хоть, честно говоря, именно так этой ночью я себя и вела…

Перед глазами сразу встали грязные, лапающие тело руки, и меня затошнило от отвращения и злости. Ну где же ты был в те минуты, мой боевой характер? Почему я не сожгла мерзкую тварь, не превратила её в жабу?

― Никогда, никогда больше не позволю к себе прикоснуться, это была минута слабости, стоившая мне очень дорого. Но я учусь на собственных ошибках и… ― шептала вслух, прозевав появившегося рядом Арчи.

― Зачем спешилась, что-то случилось? ― его встревоженный голос привёл меня в чувство.

― Нет, просто спина затекла, а почему ты так быстро вернулся ― не удалось найти плащ?

Арчи тихо засмеялся:

― А ну-ка снимай свой дорогой, но пока ненужный нам балахон, и примерь обновку, ― он протянул серый и колючий, но толстый плащ с капюшоном. Рядом поставил грубые башмаки.

Я переоделась, натянув капюшон на голову. Снимать свои чудесные сапожки было очень жаль, но пришлось и это сделать.

― Ну как ощущения, Фредди? ― тихо смеялся Арчи.

― Колется, и башмаки великоваты, ― недовольно фыркнула я, ― а почему Фредди? Не слишком ли похоже на Франни? ― поинтересовалась, запихивая любимый, такой красивый, мягкий плащ и сапожки на самое дно мешка.

Фокусник и, по совместительству, мой рыцарь пожал плечами.

― Знавал я одного Фреда, славный был паренёк ― руки у него были очень ловкие, такое дело. Из него получился бы отличный помощник фокусника, ― ответил Арчи, забираясь на коня.

― Так что, он стал великим…

― Увы, не стал, моя прекрасная Франни… ой, что это я ― просто Фредди. Зато из него получился отличный Вор, такое дело, ― глаза Арчи озорно блеснули, и его помощник Фредди решил не интересоваться:

― А где ты взял этот ужасный плащ и жуткие башмаки, Арчи, и сколько за них заплатил?

В тот момент я поняла, что иногда надо себя сдерживать и не задавать глупых вопросов, тем более, когда ответ настолько очевиден.

Мой рыцарь снова неторопливо развернул Грома, а я, обняв его за талию, прижалось щекой к широкой спине и расслабилась. Арчи уверенно вёл коня, и, рассвет путники встретили верхом. Удивительно, но я даже не заметила, как, миновав ужасный лес, с которым теперь было связано столько отвратительных воспоминаний, мы выехали на долгожданный простор. Вокруг были окутанные утренним туманом поля, а между ними пролегал хорошо утоптанный тракт. Я очень устала: поясница безбожно ныла, и не только она одна, но спросить Арчи, когда же, наконец, сделаем привал, так и не решилась.

Он сам остановился и, показав на поле, засаженное какими-то неизвестными, но зато очень высокими, пока ещё не скошенными растениями, предложил:

― Пора передохнуть, слезаем. Тебе, Фредди, наверное, не терпится… хм… размяться? Вот эти славные растения как раз для этого подойдут, только не заходи далеко, а то заблудишься, такое дело.

Мне не надо было повторять, и я с радостью углубилась в заросли высоченной травы. Закончив с «разминкой», покрутилась на месте, испугавшись, что потерялась. Голос друга помог мне вернуться. Прямо у дороги на небольшой салфетке меня ждали кувшинчик с родниковой водой и разделённая надвое лепёшка с пресным сыром. Я обрадовалась этому нехитрому завтраку, больше чем жаркому с трюфелями, но ела стоя, и понятливый Арчи не подсмеивался надо мной. Гром спокойно жевал ту самую траву, в которой я чуть не заблудилась. Все были довольны, пока…

Раздвинув заросли, на дорогу вышел странный человек. Нет, монстр. Его серая кожа, покрытая шипами, напоминала свободно свисающий с плеч плащ, лицо походило на неподвижную маску куклы, руки и ноги были вполне человеческими, но вот раздвоенный хвост с двумя острыми жалами на концах…

В голове сразу же возникла, взорвавшись барабанным грохотом, мысль:

― Это он, Франни, тот монстр, что погубил Вашу с братьями любовь, тот, из-за которого ты будешь всю жизнь бегать, пока не решишься покончить с обоими или подставишь свою голову под их меч. Он должен умереть!

Наверное, в тот момент я просто сошла с ума. Говорят, есть такие воины, бьющиеся с врагами, не замечая боли, в бою ими владеет холодная ярость ― об этом рассказывал отец. Сейчас я была одной из них, во всяком случае, чувствовала себя именно так.

Закричав изо всей силы, я отбросила Арчи на землю, потому что увидела, как один из хвостов летит в его сторону, и, выхватив кинжал, в прыжке отрубила ядовитое жало, уже смотревшее мне в лицо, сразу же пришпилив им к земле второе, зависшее над рыцарем. Это произошло так быстро, что и сама не поняла, как мне удалось справиться. Стояла, тяжело дыша, опустив руки и глядя на сгорающие в магическом пламени останки монстра. Того самого… Или просто на него похожего, это уже было неважно…

Ярость отпустила, и я повернулась к Арчи, смотревшему на свою «прекрасную даму», заляпанную чёрной кровью вперемешку с кишками невезучего монстра, не скрывая восхищения, устало выдохнув:

― Завтрак, кажется, окончен… Ну как, Фредди справился? Берёшь его себе в помощники, а, фокусник Арчибальд?

Сказав это, я заревела, и Арчи тут же меня обнял, дав как следует выплакаться на своём плече и что-то тихо нашёптывая на ухо. Но я всё равно ничего не расслышала, всхлипывая и размазывая кровь монстра по лицу. Немного успокоившись после страшного происшествия, закрутилась на месте в поисках Грома. Испуганный конь убежал, и, расстроенная, я совсем забыла, что верный спутник всегда возвращается сам.

Так и случилось через несколько минут: Гром потрусил назад к хозяйке, но близко не подошёл, фыркая и мотая головой.

― Арчи, что это с ним? ― заволновалась «грозная убийца чудовищ».

― На тебе кровь монстра, он боится, ― спокойно объяснил друг.

― Ой, точно… И костюм весь запачкала, что делать? У меня есть смена одежды, но надо и этот почистить…

― Правильно, ― Арчи взял коня под уздцы, ― иди-ка снова в траву и переоденься, приедем к реке ― постираешь, я тебя научу, Фредди…

Кивнув, покорно пошла переодеваться, на ходу сдирая с себя испорченные вещи. Рыцарь молча свернул грязный костюм в узел и спрятал в своей торбе, аккуратно оттерев платком мои испачканные лицо и руки. Было немного неловко, но он, улыбаясь, подбадривал и, вообще, обращался с «прекрасной дамой» как с маленьким ребёнком.

― А с другой стороны, ― морщила лоб в размышлениях «воительница», ― я же ему жизнь спасла, почему бы Фокуснику не поухаживать за девушкой. Тьфу, всё время забываю, что теперь Франни ― деревенский мальчишка. Надо будет голос потренировать…

Наконец, мы продолжили путь, и, слава богам, что сегодня не было дождя. Когда с неба льёт ― меня всегда клонит в сон, а если учесть, что накануне не удалось даже прикорнуть, я бы уже давно свалилась с коня. Зевая, приходилось заставлять себя таращиться на однообразные поля и пытаться чем-нибудь занять голову, лишь бы не впасть в дремоту.

Сама не знаю почему, на ум вдруг пришёл небольшой акцент Арчи, и я начала вспоминать, где уже слышала подобное. Ну, конечно… Тео говорил точно так же. Он вырос в стране «пожирателей Чёрной Луны». Что это было за место, и почему оно так странно называлось ― вопрос, долго меня мучивший. Но Тео, смущаясь, не хотел об этом говорить, и отец, отругав, попросил больше к нему не приставать. Я обиделась на обоих, впрочем, успокоившись, вскоре забыла об этой истории.

Став постарше, попросила Тео научить любознательную Франни разговаривать на его родном языке, и, к моему удивлению, он не отказался. Даже пожаловался, что ни Дон, ни, тем более, Марк не хотят изучать язык предков. Мысль об оставленных возлюбленных вновь меня расстроила, и, почесав жёсткий парик, стягивавший голову словно обруч, я снова переключилась на воспоминания о наших с Тео занятиях.

Учёба вообще давалась мне легко, вызывая зависть братьев, не отличавшихся в детстве особой усидчивостью. Я довольно быстро освоила разговорную речь и частенько практиковалась в этом с Тео, радуя его. Не знаю, почему мне пришло в голову спросить Арчи на этом языке:

― Как здоровье Вашей коровы?

На самом деле, вопрос должен был относиться к «жене», но это слово как назло вылетело из головы, а вот «корова» влезла сама. Получилось очень глупо.

Но Арчи, не оборачиваясь, ответил:

― Такое дело, Фредди ― у меня нет коровы, ― и он звонко засмеялся. Значит, понял. Я присоединилась к нему и, отсмеявшись, спросила:

― Откуда мой рыцарь знает язык жителей этой страны?

Он вздохнул, словно нехотя:

― Твой рыцарь там родился.

Глава 4

Этого мне показалось мало, и я начала канючить, упрашивая Арчи рассказать о себе, шутливо угрожая, что иначе ― свалюсь на землю и тут же усну.

― Ладно, ладно. Только не падай, любопытный Фредди… Пожалуй, это будет справедливо, ведь ты поделилась своей тайной, а обо мне ничего не знаешь.

― Точно, точно, не тяни, рассказывай! ― обрадовалась я, но история Арчи разочаровала ― она была предельно короткой, и сразу чувствовалось, что он просто хочет побыстрей отвязаться от приставалы.

― Кажется, я там родился, точнее сказать не могу. Дело в том, что со мной, похоже, произошёл несчастный случай, после которого всё раннее детство стёрлось из памяти. Вот только язык помню, да и то без тренировкиуже начал забывать. Очнулся в горах, в хижине какого-то пастуха, мне тогда было лет семь отроду. Он нашёл брошенного ребёнка на дороге и, скорее всего, прошёл бы мимо, ведь у самого было восемь детей, а лишний рот в семье ― ни к чему, такое дело. Но его добросердечная жена заставила взять меня с собой.

Арчи замолчал, отводя глаза, словно воспоминания причиняли ему боль, и я пожалела, что затеяла этот разговор.

― Я прожил у него недолго, надеясь остаться. Помогал, как мог, но старик оказался жадным малым и продал меня заезжим циркачам. Не могу сказать, что с приёмным ребёнком в труппе обращались хорошо ― частенько поколачивали, пока я не стал учеником старого фокусника. Хороший он был человек, добрая душа, но, к несчастью, горький пьяница. Прозвав своего нового помощника Коротышкой, старик научил мальца всему, что знал сам, а через пару лет умер от горячки. Правда из труппы меня не выкинули, им был нужен новый фокусник, тем более, такой урод, как я. Так Арчи стал циркачом. Вот и вся история, Фредди…

Я возмутилась, крепко его обняв:

― Никогда не говори о себе так, ты ― замечательный человек, а не урод. И, к тому же ― мой рыцарь, не забывай об этом…

Арчи грустно засмеялся:

― Как скажет прекрасная дама. Кстати, мы скоро подъедем к реке. Искупаться вряд ли получится, холодно, хотя… Но постирать костюм можно и нужно, заодно поспишь немного, я тебя покараулю. Если повезет, к вечеру будем в городе, такое дело.

Известие о реке меня взбодрило, и я стала выглядывать из-за спины Арчи, отметив, что плечи у него широкие, талия ― тонкая, как у Дона, а ещё ― такие сильные руки… На душе опять стало тоскливо, стоило лишь вспомнить обращённый ко мне полный ненависти взгляд любимого человека.

― Интересно, чем мои друзья сейчас занимаются? Хотя, догадываюсь: сделав вид, что очень взволнованы, бросились на поиски. Ага, чтобы найти и прикончить…

Арчи остановил коня, и я, наконец, смогла спрыгнуть на землю. Всё тело затекло, хотелось не только «размяться», но и просто походить по травке. Очень кстати рядом оказались густые кустики, что не могло не радовать. Стоило из них вернуться, как Арчи закатал мне рукава и повёл к реке. Там под его руководством я прошла краткий курс стирки и с грустью поняла, что теперь придется заниматься этим самой. И очень часто…

Зато потом смогла вполне заслуженно прилечь на заботливо постеленное моим рыцарем одеяло и, наконец-то, подремать.

― А что ты будешь делать, Арчи? ― пробормотала я, засыпая.

― Растяну парик и постираю свои вещи; спи пока, скоро снова в путь…

Казалось, я только-только закрыла глаза, как налитые свинцом веки снова открылись. Не знаю, сколько прошло времени, Арчи почему-то не будил меня, и я испугалась ― не случилось ли с ним чего-нибудь плохого. Повернулась на другой бок и замерла: он стоял по пояс в реке, осторожно раздвигая воду руками, а потом вдруг нырнул, даже не подняв брызг.

Это было удивительно: Арчи плавал в холодной осенней воде, и, по-моему, ему это нравилось.

― Неужели он не чувствует, как ледяной озноб пробирает до костей, боже, даже подумать об этом страшно! ― какая-то сила не давала мне оторвать зачарованных глаз от стройного обнажённого тела. Как же в эти минуты он был красив, и я совсем забыла о его слишком коротких ногах…