В активном поиске

— Трава, Сопрано, быстро проверьте, что там!

— Масло… оно кипит, — хрипло сообщил вернувшийся травник. — Мы начали закидывать куски из запаса!

Когда мы собирали экспериментальный самолет в Академии Электры, в состав манипулятора входил не только нужный мне двигатель, но и несколько великолепных хималийских подшипников. Сейчас же пришлось на коленке мастерить эрзац ака “подшипник скольжения”. То есть борт от вала отделял только толстый слой алхимически гидролизованного растительного масла, обеспечивающего минимальное трение. Масла, которое сейчас стремительно испарялось.

— Сбавить до среднего оба! — прокричал я в трубу. И крикнул в спину Траве. — Засеките время остывания! И воду лейте сразу, если масло кончится!

Если через минуту-другую не прекратиться — придется вообще вырубать движки. Потому что если масло все выкипит, деревянный вал ляжет прямо на плахи борта корабля. А дальше все мгновенно полыхнет — помните, как древние люди огонь трением получали? Вот-вот.

Обошлось. Более того, алхимик прямо на ходу сварила присадку, серьезно увеличивающую температуру кипения смазки, и полный ход теперь можно будет держать до получаса. Правда, после длительного простоя подшипники скольжения нужно будет прогревать — но это такая мелочь…

Пока удалось совладать с механизмами, “Рыба моей мечты” отошла довольно далеко от острова. Некоторое время мы тренировали повороты при помощи колес, вращая их вразнобой — двухдвигательная схема позволяла. Убедившись, что научились и этому маневру — начали на среднем ходу огибать Чашу. По моим расчетам, противник уже должен был проделать половину пути — и теперь рейдеру как раз хватало времени и скорости его перехватить. Не без помощи Кирби, конечно.

— Это бригантина, на треть меньше “Рыбы”, — протянула мне набросок гарпия. Уже и типы кораблей научилась различать. Благодаря “трубочному зелью” уровень резерва маны у моей жены колебался от половины до четверти наполнения, что очень сильно облегчало разведку.

— И они нас по-прежнему не видят из-за заниженного силуэта, — удовлетворенно заключил я, разглядывая в оптический прицел показавшиеся над горизонтом верхушки мачт. Одну из которых “украшал” черный флаг. Пираты. С другой стороны — кто еще мог подходить к Чаше с юга?

Две из трех наших мачт лежали в разобранном виде на палубе — притянутые канатами как следует, разумеется. Это на тот случай, если техномагическая машинерия все же откажет и придется добираться в порт по старинке. Третью мы даже брать не стали: теперь её просто некуда было ставить. Перед квартердеком в прямом смысле слова вырос бугристый нарост из живой древесины, скрывающий моторный отсек. Такую же защиту пришлось нарастить вокруг запасов топлива: магическое растение Шелковицы впитывало излишки маны куда хуже кристаллов-накопителей и пускало на какие-то свои нужды, а не возвращало потом назад. Но зато нужное количество биомассы можно было просто нарастить по мере необходимости. А вот дополнительные кристаллы на острове взять было неоткуда.

Когда на бригантине нас заметили, каких-либо шансов избежать боя у пиратов не осталось. Да, они резко сменили курс, потом еще раз и еще — но мы перекладывались быстрее, подтормаживая нужное колесо. Кроме того, “Рыба” заходила против ветра, то есть любой галс бригантины вел к потере скорости. Думаю, на уме у капитана парусника было что-то вроде “изобразить испуганное барахтанье, а потом проскочить на полном ходу впритику” — но я эти дурные мысли загодя вышиб. Вместе с мозгами, когда дистанция позволила достать вражеский квартердек из удочки.

Еще несколько минут — и наши стрелометы сдернули паруса пиратской посудины книппелями. Дальше сближение на малом ходу и громкое предложение сдаться. Вот и весь абордаж. Уцелевшие члены команды очень-очень хотели жить, а трехкратный перевес по числу вооруженных разумных на нашем рейдере лучше любой дипломатии убеждал не делать глупости. Ей богу, с буксировкой трофея в порт возникло больше проблем. Хотя и тут колесный привод все максимально упростил.

Встречали нас будто былинных героев. Я даже сначала не понял, откуда столько исступленной радости и атмосферы всеобщего праздника. Народ выкатил припасенное вино и что покрепче, те, кто оставались на острове так и вились вокруг участников короткого похода. Пленных пиратов мне пришлось разводить по камерам едва ли не в одиночку — хорошо, Марго помогла, и еще несколько ответственных разумных нашлось.

В холле губернаторовской виллы меня в буквальном смысле поймали и от души покачали на руках. Даже не уронили, но выпутался я из ситуации далеко не сразу. И только тут до меня дошло: да, я не добился толком ни одной поставленной цели — но показал промежуточный результат, которого никто не ожидал. Да, не летающий сверхскоростной корабль — а просто скоростной. Обещал наладить сообщения с большой землей — и оп, притащил еще один корабль кроме своего! До сего дня не смотря ни на что многие воспринимали все мои усилия с легким недоверием. А тут р-раз — и триггер сработал.

Кажется, на тренинге для управленцев, на который меня как-то загнали по работе на Земле, этот феномен психики коуч назвал “эффектом Маска”. В меня не просто поверили, мне еще и выдали приличный кредит доверия, и назначили на место лидера. Еще и яростно будут защищать меня в спорах, коли найдется тот, кто справедливо укажет, что я обещал другое. Неожиданно, но очень полезно. Теперь нужно постараться не профукать такое полезное социальное достижение. И кое-что для этого можно сделать прямо сейчас.

— Минутку внимания! — столы пришлось спустить из столовой и других комнат в бывший холл “Скромного приюта”, другого такого большого помещения на острове не было. — Скажу сразу, раз уж мы тут собрались все вместе. Бригантина в ближайшее время будет оборудована таким же приводов, как и “Рыба”, что сильно развязывает нам руки. Потому не будем ждать торговцев — соизволят приплыть на разведку или нет. Составляем сборный груз из самых дорогих островных товаров — на ваше усмотрение, что там будет — и отправляем рейдер в Золотистые гавани! И денег срубим по спекулятивной цене, и лучшей рекламы не придумать! И да, кому нужно на материк — пассажиры тоже предусмотрены. Отправление — как только сборный груз окажется в трюмах. У меня все.

От радостного рева из-за столов едва не лопнул дорогущий хрусталь. В нечленораздельных звуках радости островитян прорезалось и стало крепнуть одно повторяющееся слово.

— Гу-бер-на-тор!

Легендарная минута славы. Сподобился.

Глава 7 без правок

Феноменальная выносливость — опасная штука, оказывается. Я и сам не заметил, как моя жизнь превратилась в череду решенных вопросов, розданных указаний и поиска возможностей совместить несовместимое. Нормальный человек от такого темпа уже давно свалился бы с нервным истощением — а мне нормально. В итоге я понял, что конкретно завяз в собственноручно созданной паутине ответственности и власти только тогда, когда отправился договариваться с Даном об отправке Уяны вместе с Павлом Георгиевичем. Почему с Доком? Так цикл восстановительных операций еще не закончился.

— Полугодовой перерыв? — почесал основание правого рога демон. — В каком-то смысле пойдет даже на пользу, наверное, пойдет. Организм отдохнет от хирургических вмешательств… Если только девушка не будет получать новые травмы, конечно. И, желательно, отсутствовать не больше шести месяцев.

— Передам, — пообещал я.

Ну вот, теперь будет кому прикрыть Следопыта. Он, конечно, скорее всего справится отлично и один — тем более, сидя в лодке с магическим приводом. Но двое всегда лучше одного. А вот самого кирина заменить просто некем: найти дорогу к бывшей пиратской базе, где сейчас должен обживаться Орден через дельту Великой больше никто не сможет.

Пока владельцы плантаций сцепились в горячих дебатах между собой и горожанами, мы успели подготовить шлюпку к речному переходу. Настроили колесный привод, что им мог управлять немаг, загрузили необходимый запас топлива, провизию, водостойкий ящик с документами — вот где порядок в бумагах мне исключительным образом помог. И последний, но не по важности, груз — тонна чистого ебонита в живой древесной оболочке. Спецпосылка для Хо, одновременно замануха и оплата экстренной перевозки ограниченного контингента хималийских войск сюда, на Чашу. Вместе с боевыми машинам и ручным оружием.

По моему плану “Рыба моей мечты” выйдет в сторону материка, но сначала дойдет до мангровых зарослей в дельте Великой, спустит на воду шлюпку с гномой и кирином, и только после двинется вдоль берега к Золотистым гаваням. Как там пройдет торговля — меня, признаться, не очень интересует. Главное — чтобы курьеры добрались до Истребителей скверны, гномов Анфилад и Высокогорной Хималии. И такое время сейчас в Новом Мире, что по воде и минуя населенные земли это получится и быстрее, и много безопаснее. Особенно на собственном речном магоходе.

Ну а неоконченное лечение заставит дочь рода Дипперстоун не просто вернуться сюда. Я могу быть уверен, что она не просто приложит все усилия для мирного и быстрого завершения миссии, но и не попытается тем или иным способом передать роду или Анфиладам вообще часть отправленного стратегического материала. При этом я отдаю себе отчет, что экс-горничная вполне может стать агентом влияния своей семьи здесь, на нашем острове. Но только после того, как восстановит здоровье полностью. Ведь оказанная услуга уже больше и не услуга…

Захотелось сплюнуть, но я, конечно, сдержался. Чёртова политика! Но мне критически-важно оставить Чашу за собой, чтобы в моей семье был мир и порядок. Если ради Шелковицы я построил первый в этом мире самолет, запустив этим целую цепочку политических и военных событий — то для Ули готов вцепится в эту землю руками, ногами и зубами, но не отдать! Ох, надеюсь, как только хималийцы утвердятся на острове — чертова гонка со временем закончится. Эта паранойя… к сожалению, более чем оправдана.

Без безопасной бухты для парусных кораблей верхушка подводного вулкана потеряла свое стратегическое значение — но плантации все еще тут, и выращенное тут все еще легко загружать в трюмы торговых лоханок. Острова Большого и Малого полумесяца вряд ли смогут в обозримом будущем составить конкуренцию — нет там удобных бухт, и надо кучу денег вложить в освоение. К тому же части окультуренных на Чаше растений нужно по пять-десять лет до получения первых урожаев. Короче, мое губернаторское кресло обязательно постараются отобрать. Если решатся, и если успеют.

Первый и главный кандидат — конечно же мой “любимый” Синдикат Светлых Земель! Они ж тут целый дворец оставили — правда, подчистую все ценности вынесли и увезли на материк. Второе место… вот тут вопрос. Я бы предварительно поставил на пиратов. Во-первых, захватив власть на Чаше можно легализоваться, “теперь мы честные фермеры и торговцы”. Во-вторых плохая и не защищенная база лучше, чем вообще никакой. Ведь необходимость бросить старый порт базирования главных сил и повлекла то нападение, в результате которого Сеня подорвал полную ебанита башню Источника.

Шанс на то, что претензию предъявит старый губер, я оценивал как низкий. Владеть землей в масштабах пусть крохотного, но все же государства можно только одновременно упираясь на экономику и на военную силу. Флот нормально теперь базировать нельзя, Источники кроме одного выведены из строя — а технология добычи маны из ебанита есть только у нас. А вот кто-то из торговцев помельче Синдиката, но тоже с ресурсам может и попробовать отжать делянку у “каких-то залетных лохов”. Самое паршивое — все это постоянно в голове держать надо. Иначе не получится среагировать на опережение.

* * *

— Любимый, ты видел, как я решила проблему с безопасностью склада смолы? — мы с Шелковицей столкнулись у ворот “Скромного приюта”. Разумеется, я не упустил случая заключить айруни в объятия. Очень осторожно и со всей нежностью, оберегая большой живот.

Дриада, повернувшись в кольце моих рук боком, вместо ответа протянула руку, указывая на что-то. Проследив направление, я уперся сначала в заросли прямо на гребне кальдеры, потом заметил что-то вроде толстого дерева… Да ладно?! На месте поврежденной башни Источника виллы!

— Это ведь то же самое растение, что мы использовали для экранирования топлива и моторов магоходов? — на всякий случай уточнил я. — Гениально! Теперь снаружи заклинанием детонацию не вызвать. И как я сам не додумался? А можешь остальные месторождения ебонита также обезопасить?

— Могу и сделаю, — она немного вымученно улыбнулась, сразу заставив меня напрячься. — Что касается твоего первого вопроса… Если объяснить в двух словах — это часть меня, которую можно безболезненно отделить. Типа волос у других разумных. Только мои “волосы” остаются живыми и неплохо себя чувствуют. И нет, из них не сможет вырасти вторая Шелковица или другая дриада, сколько времени бы ни прошло — у нас вегетативное размножение по-другому работает.

— Отделение части себя истощает твои силы? Опасно для тебя? — быстро спросил я.

— Нет и нет, благодаря “курению” расход маны восполняется… — она опять улыбнулась этой странной улыбкой.

— Тогда в чем проблема? — её слова меня немного успокоили.

— Помнишь, я говорила, что хочу, чтобы наша дочь родилась более человечной, чем я была до беременности? — айруни покрутила головой, убеждаясь, что рядом никого нет и заговорила гораздо тише. Интонация тоже решительно поменялась. — Похоже, мне удалось разобраться, как это сделать! Как раз, когда выращивала защиту для двигателей и топлива.

— Это же отличная новость! — я прижал супругу к себе. — Какие проблемы надо нам решить?

— В определенный момент, непосредственно перед родами, потребуется много энергии. Очень много. Больше, чем может единовременно выдать наш единственный работающий Источник…

Она замялась.

— Можно сделать камеру из твоих “волос”, не отключая их от тебя, и забить ебонитом, — решение лежало на поверхности. — Что?

— Кажется, камеры будет мало… — она посмотрела мне в глаза. — Вот если “подорвать” один из забитых смолой Источников, и я “волосами” впитаю всю эту силу…

Не знаю, какого ответ она от меня ждала, но у меня лично волновало только одно:

— Точно все сможешь впитать? Не хочу испытывать остров еще одним землетрясением.

— Смогу! — её глаза сверкнули. — Я думала, ты разозлишься. Такая растрата…

— Разозлюсь? Да это же лучшая новость на свете — мы можем обеспечить тебе безопасные роды просто тем, что есть в наличии! Мудрослав ведь в биологии айруни не шарит. Камень у меня с души сняла! Представляешь, если бы мы не решились захватывать Чашу, а отправились зимовать на материк? Вот встряли бы!

— Тогда бы я попыталась обойтись силами одного Источника, — серьезно ответила мне она. — Начала бы растить свое Древо прямо сейчас, пытаясь накопить нужный объем маны в нём…

Нам пришлось прерваться — затишье у ворот губернаторской резиденции кончилось. Все проходящие мимо вежливо здоровались, а еще у половины сразу же появлялись ко мне вопросы. Так что я повел Шелу сначала в кабинет, но вовремя сообразил — и потянул жену на “наше” место на гребне кальдеры.

— Я вижу, ты во многом в себе разобралась, — наедине с небом и редкими облаками над головой без труда получилось продолжить тот разговор, что мы уже вели здесь.

— По мере того как она растёт, — супруга провела рукой по собственному животу и наконец-то нормально улыбнулась. — Да-да, она. Не мальчик, точно. Так вот, по мере роста дочки я начинаю испытывать… ощущения. И они становятся все более явными. Ты помнишь то поселение дриад, откуда ты меня забрал?

— Южногорная роща, — хмыкнул я. — Очень логичное название, особенно если горы на северо-востоке.

— Склон южный, вот и название такое, — отмахнулась Шел. — А “роща” потому, что дома в деревне только… представительства? Удобные склады и место, где мои сородичи соглашались терпеть немногих чужаков. И общежития для молодняка. А сами “дома” — это как раз роща деревьев чуть выше по склону. Это и дом, и укрытие, и хранилище маны, и место исцеления, и — часть тела.

— “Волосы”, — кивнул я.

— Именно, — супруга прижалась ко мне, опять боком, инстинктивно даже здесь оберегая живот. — А еще личное дерево — родильный дом. И это его первое предназначение — вот почему у меня открылась эта способность. Хорошо, что выращивание “волос” пришлось кстати…

Настроение у Шелковицы опять испортилось.

— Объяснишь, что не так? — немного подождав продолжения рассказа, все же сам спросил я.

— Помнишь, именно тут говорила тебе, что постараюсь остаться… человечной? — дриада пристроилась так, чтобы смотреть на меня снизу вверх, одновременно прижимаясь головой к моей груди. — Слияние с древом вызывает изменения в сознании. Потому что во время родов я полностью сольюсь с деревом, потеряю себя. А вот что найду, когда дерево заново соберет мое тело — это вопрос. Помнишь, как я изменилась, забеременев и впав в вегетацию? Будет нечто похожее.

Она вдруг хмыкнула.

— Зато дочь дриады покидает материнский ствол уже способной есть, ходить, говорить самостоятельно. Никаких пеленок и вскармливания молоком.

— Так, — я свободной рукой потер висок. — Правильно понимаю, что ты попытаешься максимально оттянуть… слияние с древом?

— И когда приспичит невмоготу постараюсь вспышкой маны сделать процесс реформирования очень быстрым, почти мгновенным! — я едва не вздрогнул от созерациния недоброй улыбки. Знакомой такой — иногда видел её в зеркале! — По логике получается, что длительная вегетация как нужна для накопления нужного количества магии и окончания трансформации. Сеня помог мне рассчитать примерный объем энергии — я ему не сказала, зачем, конечно… Да, еще. Дочка с таким “бустом” родится совсем грудничком. Но уж с этой проблемой мы справимся, правда?

— Справимся, любимая, — согласился я, аккуратно прижимая к себе жену. И не спрашивая всякое идиотское “а ты уверена?” Конечно, она не уверена, раз так нервничает. Но ради того, чтобы Шелковица попыталась не потерять себя, я готов пожертвовать и двумя Источниками, и тремя. Буду просто надеяться, что она правильно поняла свой организм и все будет хорошо.

Глава 8 без правок

Два бывших привода установили на “Рыбу”. Еще один ушел на обеспечение движения переделанной шлюпки, на которой Павел Георгиевич и Уяна поднимутся до Ордэра. Еще два установили на трофейную бригантину — пришлось дать ей имя “Сюрприз”, потому что в народе её уже начали называть “Уродец”. Ну не повезло кораблику с внешним видом, а тут еще и колеса. Осталось столько же — самый минимум для экраноплана: два подкачивают воздух под крылья, три тянут вперед.

— А четырех не хватит? — поинтересовался Сеня, тыкая пальцем в буксируемую за “Сюрпризом” модель крылатого корабля в масштабе один к шести. — Она даже с нашей скоростью выходит на глиссер и порывается взлететь. И натурально летит, когда мы врубаем смотку барабана!

Бригантина кроме колес получила отключаемый ременной привод на лебедку. Именно для проверки и доработки финальной модели экраноплана. Но местные уже приспособили барабан для вытягивания сетей и уже пятый день подряд стабильно привозили полный трюм рыбы и креветок. То, что подводная фауна вернулась, косвенно подтверждало остальные признаки нормализации вулканической обстановки. В смысле, Чаша засыпала и просыпаться в ближайшее время не планировала. Собственно, я не сомневался — но приятно получить лишний добрый знак. Сейчас они как никогда нужны.

— Может и хватит, — неохотно признал я. — Может, двигатели поддува вообще не нужны. Ты же сам видел мои расчеты — они очень приблизительные. И основаны не на знании аэродинамики, а на цифрах из роликов на ютубе! А там и ошибаться могли, и сам мог запомнить неправильно.

Маг ответить не успел.

— Сигнал от высотного наблюдателя! Цель одиночная, малая, юг-юг-восток!

Я нашел глазами висящий над кальдерой воздушный шар на привязи — побочный продукт НИОКРа конструкторского бюро имени Арсения. Теперь Кирби не требовалось каждые полчаса или чаще взмывать в небеса. Гарпия не жаловалась, тем более поручений с полетами все равно хватало. Чтобы разглядеть поднятый флажковый сигнал нужно было доставать прицел или просить подзорную трубу — а вот вспышки отраженного солнечного света на метрового размера зеркале отлично читались невооруженным взглядом.

— Опя-ать пираты, — недовольно прогудела Сопрано, с лёгкостью освоившая код оптического телеграфа. — Несет их и несет по-одному…

— Уж лучше так, чем всем скопом, — передернул плечами Сеня, которому в случае заварушки придется выполнять роль главного калибра Чаши. — Во всяком случае, до тех пор, пока у нас нет хотя бы одного нормального противокорабельного орудия.

Последнее утверждение сопровождалось взглядом в мою сторону.

— В том, что смогу разобрать привод, не повредив, и собрать из него магический метатель того же принципа действия, что и моя удочка, только мощнее — не сомневаюсь, — то ли в пятый, то ли в шестой раз повторил свои аргументы я. — Как и совершенно точно уверен, что не смогу собрать из метателя назад нормальный мотор. А вот в чем не уверен — так это в том, что из получившейся пушки мы сможем эффективно наносить непоправимый урон врагу.

— Вопрос всего лишь объема ебонита в заряде, а не точности, — с великолепным пренебрежением к реальности отмахнулся Сеня. Про такое выражение лица как у него сейчас говорят “на голубом глазу”. — Твоя пушка должна суметь забросить снаряд на безопасное расстояние — дальше моя работа!

— Ну да, раз смолы у нас много — давайте ей разбрасываться направо и налево, — проворчал я.

На самом деле, спор был уже проигран. Вернее, его выиграл Клин, внеся в модель последние изменения. Раньше при буксировке масштабную копию все время валило то на один бок, то на другой — но в этот раз воздушная подушка раз за разом, на разных углах к волне и ветру показывала прекрасную остойчивость. И четыре двигателя на тягу действительно лучше, чем три.

— Пираты развернулись и бегут по ветру на всех парусах! — засигналил дежурный на шаре.

— Возвращаемся в порт, — пожав плечами, дал команду я. Мы тут не нанимались бегать за каждой кормой. Тем более без абордажной партии и на куда менее вооруженном “Сюрпризе”

— Как только узнали? — пробучала фея.

— Очевидно же: не всех дельфинологов перебили, — хмыкнул несколько растерявший игривое настроение маг. — Теперь эта пакость нас эхолокацией “светит”! Вот почему и “нападения” такие странные: пытаются выяснить нашу скорость реакции. А если повезет — оттянуть за собой в море и другим в этот момент подойти к бывшей бухте и городу. Если не понять, что за технологию мы освоили, так хотя бы со стороны посмотреть: сколько нас и чем мы занимаемся.

К слову сказать, один “любопытный” корабль мы все-таки потопили — в первый раз, когда “Сюрприз” вышел на перехват вместо ушедшей к континенту “Рыбы”. Как на зло, бриг противника оказался едва ли не вдвое больше нашего трофея и его капитан решил навязать морской бой с перестрелкой из баллист. Которых на вражеской палубе было как минимум шесть… Ну и закономерно получил асимметричный ответ молнией. Своего боевого мага у пиратов то ли не нашлось, то ли тот куковал без маны. Подробности у немногих выживших, подобранных с воды, выяснить не удалось: все корабельные офицеры пошли ко дну. А абордажники что? Пушечное мясо как есть, с которым особо не церемонятся…

* * *

— Извини, что так долго. Сначала кожи нормальной не достать было, потом притащили акулью, которую я ни разу не обрабатывала… Но вроде ничего так получилось.

— Звездочка, привет, — не ожидал застать жену в своем кабинете. А вот кота — ожидал. — Мудрослав?

— Смотри, идет? — сфинкс выступил из-за стола. И как выступил — уверенно держась на задних лапах! На которых красовались новенькие изящные полусапожки, явно раскроенные и стачаные специально под него.

— Звездочка, ты — мастер! — чистосердечно признался я, разглядывая на коте результат её труда. Акулью кожу я не узнал бы без подсказки, тем более минотавра усилила её частыми рядами блестящих клепок по голенищу. Но вот то, что сапоги не смотрелись смешно или глупо на ногах Мудрослава, учитывая физиологию его нижних конечностей — это дорогого стоило. — Поздравляю с обновкой, советник! Вот уж не думал, что в обуви ходить понравилось.