Легенда о рыжем драконе

Корс заливисто рассмеялся.

– Ну ты даешь! – сказал он, утирая слезы, выступившие в уголках глаз, – Думаю, можно купить платье у жены трактирщика или кухарки, и в таком виде заявиться на рынок, – предложил он. – Купишь взамен что-то полезное. Да и запас еды пригодится. На острове кроме рыжиков и рыбы и нет ничего.

Теперь мне стало понятно, почему у них тут невесты мрут, как мухи! Они просто остаются в одиночестве без еды, посуды и даже подходящей одежды. Попробуй выживи три года в таких условиях! Учитывая, что по-настоящему выйти замуж за дракона мне не светит, лучше обменяю эти ненужные богатства на бытовые удобства и комфорт.

Пока Корс отправился на поиски подходящего мне платья, я вернулась в свою комнату и принялась нещадно потрошить сундуки, чтобы определить, что мне действительно может пригодиться, а что стоит обменять на более полезное.

Все украшения, праздничные наряды, дорогая посуда, шкатулки и статуэтки отправятся на рынок. Я оставила себе лишь постельное белье, подушку, отрезы ткани, горшки и котелки, пригодные для приготовления еды. Из одежды – только пару платьев для ежедневной носки, да непонятно каким образом затесавшиеся брюки. Все остальное было слишком непрактичным, излишне красивым, а многое – даже не моего размера. Так, из трех пар обуви мне не подошла ни одна.

В итоге все мои вещи уместились в один самый маленький сундук, а излишки я рассортировала по назначению и запаковала в два других. Я как раз скручивала дорогую шубу явно не моего размера, когда в дверь постучали.

На пороге стояла хрупкая испуганная девушка с взъерошенными волосами цвета соломы, что придавало ее прическе сходство со стогом сена.

– Здравствуйте, вы ко мне? – Я удивилась, что кто-то решился зайти в гости к невесте, которых тут считали чуть ли не прокаженными.

Незнакомка вся была какая-то всклокоченная и немного растерянная, а блуждающий взгляд ее ярко-голубых глаз казался немного безумным. Тонкая белая рубаха неопрятно торчала из-под помятого праздничного сарафана. Точно! Передо мной еще одна невеста!

– Привет, я Белта, – сказала девушка, теребя в руках сверток, – Я только что приехала, и рыжий парень внизу отправил меня к тебе. Велел передать вот это.

Я развернула сверток. Там оказалось довольно простое крестьянское платье из плотной коричневой ткани, но даже оно было более солидным чем то, в котором я ходила в родительском доме.

– Я – Тоника, драконья невеста. Ты тоже? – поинтересовалась я.

– Да, мои родители были невероятно счастливы, что смогли устроить мою судьбу таким образом, – девица уселась на один из моих сундуков и задумчиво поглаживала его резную крышку.

Я скрылась в закутке, который служил ванной комнатой, чтобы примерить платье. Оно оказалось впору и несмотря на то, что явно было уже ношенным, понравилось мне больше, чем тот саван, в котором должны ходить невесты.

– Ого, а зачем ты переоделась? – Белта подскочила ко мне и принялась с интересом рассматривать и оглаживать платье.

– Заедем на рынок, хочу продать приданое и купить то, что будет нужно для жизни в замке.

– А как же дракон? Вдруг он прилетит, а ты не готова? – ужаснулась Белта.

– Да не верю я ни в какого дракона, – ответила я, – мне бы три года на острове продержаться и уехать оттуда. Открою маленькую таверну…

– А я тоже в дракона не верю. Мне матушка говорила, что через три года мне жениха хорошего найдут, – девушка грустно вздохнула, а потом продолжила, – если выживу.

– Вот чтобы выжить, я и хочу шубы да украшения поменять на десяток кур и удобную обувь.

– А разве так можно? – Белта снова начала паниковать. – Вдруг дракон прилетит, а ты без украшений?

– Ну, значит, у тебя будет больше шансов ему понравиться в шубе и всех украшениях сразу, – ответила я, – если только не умрешь с голоду раньше.

Девчушка задумалась, попросила показать, что я оставила себе, а что буду продавать, и стала расспрашивать, что хочу купить. А потом предложила:

– Тоника, давай часть моих платьев тоже на кур поменяем. Я бы лучше не за драконьего принца замуж вышла, а за кого попроще. Мне до этого момента надо обязательно дожить.

Затем мы разбирали сундуки Белты. Ее приданое было не таким богатым, зато более продуманным. Было видно, что мать девушки старалась хоть как-то облегчить ее быт, а потому случайных вещей или одежды не того размера в сундуках не оказалось. Зато здесь было больше посуды, мыло, гребни для волос и некое подобие крема для лица. Проведя ревизию, мы все же собрали довольно увесистый тюк на продажу.

К вечеру прибыла третья драконья невеста – высокомерная блондинка по имени Анита. Несмотря на долгий путь, ее одежда и прическа были идеальны – ровные локоны обрамляли кукольное личико, на ярком сарафане ни единой складочки, а о накрахмаленные рукава белоснежной рубахи можно было порезаться.

Разговаривать она с нами не стала, лишь кивнула, когда встретила нас с Белтой в трапезной. Предлагать менять приданое на продукты я ей не стала – такие красотки всегда сами лучше знают, как им жить. Могут и окружающих научить.

В путь мы отправились на следующее утро. Каждая невеста на своей телеге, впереди Корс на лошади, а сзади еще двое молчаливых стражников. Останавливались на привал лишь однажды. Анита все это время ныла, что она устала, и ей нужно размяться, а Белта просто копошилась в свой телеге, то вскакивая, то усаживаясь снова.

К вечеру остановились в придорожном трактире. Свободных комнат для ночлега не было, зато нам выделили просторный сарай, где мы смогли разместить и свои телеги, и лошадей. Белта была в восторге и с интересом все рассматривала, а затем взобралась на высокую перекладину под потолок и уселась там, весело болтая босыми ногами. Анита демонстративно закатывала глаза, но никто не спешил успокаивать ее, поэтому картинных падений в обморок не случилось.

На ужин Корс принес нам теплого молока и свежих пирогов с кухни. Хозяева трактира попросили трех невест не появляться в общем обеденном зале, но лично мне не очень-то и хотелось.

Ночь прошла бы чудесно, если бы не вздохи Аниты и сожаление об отсутствии удобной постели и освежающей ванны. Я плохо спала, волнуясь из-за предстоящей вылазки на рынок, ведь я не знала ни местных цен, ни того, что вообще может мне пригодится.

Корс разбудил меня еще до рассвета. Кучер, чьего имени я так и не узнала, отказался ехать с нами, поэтому Корсу пришлось править телегой, а я села рядом, устроившись между вещами, приготовленными на продажу.

Белта накануне очень просилась на рынок, но мы, вспомнив ее неспокойное поведение, которое больше напоминало хаотичные движения белки, благоразумно решили не брать девушку с собой.

Наша телега была не единственной на дороге, ведущей в сторону города. Одинокие пешие путники, другие телеги, груженые товаром, и целые обозы тянулись в ту же сторону, что и мы. Не могу сказать, что движение было оживленным, но приходилось учитывать скорость потока. Поэтому мы ехали не торопясь и могли занять время беседой.

– Скажи, Корс, а почему замок на Драконьем острове в таком упадке? Нам рассказывали, что это богатый замок, полный слуг…

Парень лишь рассмеялся и небрежно откинул со лба прядь рыжих волос.

– В школе, небось рассказывали? Или сама сказки читала?

– На уроке читали, – подтвердила я.

– То, что пишут в книжках – добренькая сказка для наивных детишек. Я был на острове месяц назад. Разруха и запустение! Предыдущие невесты вместе со всем населением острова умерли от желтой лихорадки. Сейчас набирают новых слуг в замок, но слава у острова такая, что идти хотят разве что калеки да преступники. А добровольно жить на остров никто не идет, несмотря на то, что для его жителей отменили налоги и подати.

Меня передернуло. Выжить на одном острове с таким контингентом становится все более сложной задачей.

– А ты что на острове делал? На калеку не похож, да и на преступника тоже.

– Скажем так, захотелось легких денег заработать, а подъемные желающим переехать на остров дают неплохие. Да и на материке мне пока не стоит появляться, – ответил Корс задумчиво глядя вдаль.

– Значит, все-таки преступник, – подколола я его.

– Да нет же, просто ввязался в одно предприятие, которое оказалось не очень выгодным. Денег вложенных уже не вернешь, а вот жизнь хотелось бы спасти, – уклончиво сказал он, и я решила, что не хочу знать подробностей.

– Так ты будешь работать на острове? – решила сменить тему я.

– Да, меня взяли на две должности. Буду совмещать работу плотника и смотрителя замка. Получил в два раза больше денег.

– Кстати, а невестам положены какие-то деньги? Что-то же должно выделяться на содержание девушек на протяжении трех лет?

– Ну… – замялся парень, а его зеленые глаза плутовато забегали.

– Деньги, Корс! Где деньги?

Он нехотя распахнул жилет и достал небольшой мешочек с монетками.

– Это на троих? – уточнила я.

В мою ладонь опустилось еще два мешочка.

– На какой срок?

– На три месяца, до осеннего Равноденствия.

Я была ужасно зла на этого ворюгу. Но вместе с тем это был мой единственный помощник, поэтому я поборола в себе желание немедленно скинуть его с телеги.

Тем временем наша процессия приближалась к городу. Он закономерно оказался значительно больше деревни. Первые этажи домов, выходящих на центральную улицу, были сложены из грубого красного кирпича, а вторые, с резными ставнями и очаровательными балкончиками – деревянные. Улица была настолько широкой, что здесь могли разъехаться две телеги, и еще осталось бы место для пары всадников или пешеходов.

Рынок располагался на огромной площади. Торговых рядов не было, все торговали с телег или раскладывали товары прямо на земле.

– А как здесь ориентироваться-то? – спросила я.

– Живность всякая вон там, где колодец, – Корс махнул рукой в дальнюю от нас сторону, – зерно, мука, сахар в противоположной. Есть еще мебель и домашняя утварь. А все остальное – где придется. Главное – погромче кричи и зазывай народ.

Такой подход меня не очень устраивал, и я решила пробежаться по рынку сама, оставив Корса сторожить наш товар. Увы, народ двигался хаотично и по большей части просто глазел на бессистемно разложенный товар.

Что ж, не можешь побороть хаос, возглавь его – решила я. Пользуясь тем, что пока на рынке было мало покупателей, да и продавцы еще не все прибыли и только начинали раскладывать свой товар, я решила как-то выделиться на общем фоне. Очень не хотелось весь день простоять со своими расшитыми тряпками среди седел или ухватов с лопатами.

– Корс, можешь найти мне длинную жердь, несколько небольших палок и веревку?

– Легко, – ответил парень и отправился на поиски нужного мне инвентаря.

Искомое нашлось довольно быстро. Я решила изготовить подобие вешалок для демонстрации товара, установив вертикальную длинную жердь и прикрепив к ней пару поперечин, на которые, как на плечики, повесила праздничное платье и шубу. Туда же закрепила расшитые пояса и нити бус. Теперь мое место было видно издалека.

– Можно я встану рядом с вами? – поинтересовался тихий мужчина неопределенного возраста, – мне надо продать женскую обувь. Девушки придут к вам за платьем, а тут и туфельки мои.

Я была только рада. Сама не понимаю как, но вскоре вокруг нашей телеги стояли продавцы различных женских товаров от нижнего белья до белил и снадобий.

Когда же на рынок хлынули основные покупатели, то мою телегу было сложно не заметить – она была в самом центре стихийного скопления товаров для женщин. Это соседство было намного выгоднее, и уже к полудню я смогла сбыть почти все, что привезла с собой. Дольше всех продавалась шуба. Для нее сейчас был не сезон, но и она в результате была куплена усатым мужчиной в подарок его беременной жене.

С расчетами мне помогал Корс, одна бы я не справилась. Но он пообещал, что не возьмет из причитающихся мне денег ни серебрушечки. Распродав в итоге весь товар, я стала счастливой обладательницей тридцати золотых и еще кучи серебряных монет.

Затем мы отправились за покупками. Первым делом я купила полтора десятка кур и петуха, отдав за них семь монет – ровно столько, сколько за меня хотел заплатить мой несостоявшийся жених. Затем взяла по несколько мешков сахара и муки, соли, немного пряных трав, крупы, похожей на бурый рис. Походив по рынку, я заметила, что сладости здесь были довольно редки и дороги. Ни привычных мне пряников, ни баранок, ни булочек – никакого средневекового фастфуда, который обычно всегда продавался на рынках и ярмарках. Потому продуктовую корзину дополнили только сезонные фрукты и овощи.

Для обустройства быта я взяла несколько жаровен и больших удобных горшков, острые ножи, топор и прочую домашнюю утварь. Для дезинфекции и уборки купила побольше щелока и мыла.

Закупая провизию и хозяйственный инвентарь, я без зазрения совести тратила не только заработанные деньги, но и те, что были выделены на содержание невест, оставив каждой из нас лишь по паре золотых и по десятку себерушек на всякий случай. По словам Корса, невесты покидать остров не смогут, но он сам раз в квартал сможет приплывать с острова на материк, чтобы получить свое жалованье, а также средства, выделенные на содержание девушек. Тогда же он сможет докупать все необходимое по списку.

Назад мы ехали, груженые товаром под завязку, а в деревянных клетках беспокойно кудахтали куры. Корс одобрил мои приобретения и отметил, что я уверенно вела себя как продавец и бойко торговалась как покупатель. А я внезапно поняла, что мне чрезвычайно приятна похвала этого рыжего обманщика.

Глава 9

Мы вернулись в трактир только поздно вечером. Анита изнывала от скуки и жаловалась на непоседливую Белту, которая ни минуты не провела спокойно. Последняя же очень обрадовалась нашему возвращению, а привезенные куры привели ее в полнейший восторг. Она тут же принялась давать пернатым имена и разговаривать с ними.

Я наспех умылась и легла спать. Ни сил, ни желания говорить у меня не было, но Анита продолжала зудеть, как комар, рассказывая о тяготах и лишениях, которые выпали на ее долю.

– Анита, нам утром выезжать очень рано. Если ты сейчас не поспишь, то кожа лица станет блеклой и потеряет нежный персиковый оттенок, а под глазами будут темные круги. Неужели ты хочешь выглядеть, как уставшая жена трактирщика? – мой неожиданный вопрос заставил девушку успокоиться и лечь.

– Благородные дамы и тиссы! Просыпаемся! Пора осенить бренную землю светом и красотой ваших прелестей, – голос Корса был громким и важным, словно он пришел зачитать с трибуны важную новость.

Анита заныла, что ей не дают спать, а я просто кинула в насмешника подушкой. Белта обрадовалась, что начался бой, и вскочила, готовая принять вызов.

Наконец, наш караван из трех телег и сопровождающих стражников тронулся в путь. До морского порта, где нас ждал корабль к Драконьему острову, было меньше дня пути, но расслабляться не стоило. Этот участок дороги, хоть и был оживленным, но нападения на обозы с товаром тут случались довольно часто.

И вроде все шло как обычно, но я видела, что Корс держит руку на рукояти меча, а мой молчаливый кучер заложил за сапог пару метательных ножей. На всякий случай я нашла и положила повыше чугунную сковороду – лучшее женское оружие всех времен и народов.

Несколько раз навстречу попадались подозрительные личности, которые оценивающе изучали наш кортеж. Я видела, как напрягались сопровождающие нас мужчины. Даже Анита переставала жаловаться на палящее солнце и неровную дорогу. И лишь Белта ничего не замечала, продолжая наблюдать за курами.

Мы остановились лишь однажды – размять ноги, да сходить в придорожные заросли. Как и полагается: мальчики налево, девочки направо. Мы с Анитой быстро вернулись к телегам, а вот Белта где-то затерялась. Тянулись минуты, а непоседливая девчонка все не возвращалась. Когда прошла четверть часа, мы не выдержали, и начали поиски.

Идти одной в лес было страшно, но и оставлять телеги без присмотра не хотелось. В итоге Анита осталась под присмотром четырех мужчин. А мы с Корсом и кучером Белты, который, в отличае от моего, разговаривал со своей пассажиркой, отправились на поиски.

Мы звали пропавшую девушку на разные голоса, но она не откликалась. Мне стало страшно. Неужели мы потеряли первую невесту еще не доехав до замка?

Пропажа нашлась через несколько минут. Белта сидела на большом камне у ручья и весело болтала ногами в воде, наблюдая за тем, как маленькие яркие рыбки играют на каменистых перекатах.

– Белта! Если ты будешь так себя вести, то точно не проживешь эти три года. Я сама тебя убью! – не сдержалась я, стаскивая ее за руку с камня.

Когда мы, наконец, выбрались из леса, то поняли, что на этом неприятности не закончились. Возле наших телег остановилась еще одна, а рядом – пара всадников, закутанных в черное. Корс будто невзначай оттеснил нас с Белтой за телегу, а сам решительно направился навстречу незнакомцам. Из насмешливого разбойника он вдруг превратился в воина, от которого веяло силой и уверенностью.

– Чем обязаны? – спросил он, оглядывая всадников и телегу, пытаясь понять, кто из новоприбывших главный.

– Нам нужен тис Корс, сопровождающий невест на Драконий остров.

– Я перед вами. Какое у вас дело?

– Из столицы прислали подарки новообретенным невестам: книги, рукоделие, одежду, сладости и прочие вещи, до которых женщины имеют слабость, – ответил один из всадников.

– Лучше бы они зерна прислали или корову, – проговорила я, выглядывая из-за своего укрытия.

– Ой, а я больше козочек люблю, чем коров, – подала голос Белта, норовя высунуться вперед, – они такие смешные!

Выяснив, что опасность нам не грозит, мы с Белтой направились к своим телегам, расселись по своим местам и под усиленной охраной двинулись дальше.

В порт прибыли уже вечером. Я была разочарована. Небольшая пристань и три небольших суденышка, пришвартованных к берегу. Нет ни портовых складов, ни административных зданий. Лишь одинокая будка с охранником, да пара сторожевых псов, дремлющих под лавкой.

Корс спешился и пошел разыскивать капитана нашего корабля, а мы с опаской разглядывали хлипкие посудины. Кажется, в этот раз невесты со всем скарбом сгинут в морской пучине, так и не добравшись до места назначения.

Наш корабль, хоть и не казался самым маленьким и хлипким, но доверия все равно не вызывал. Мужчины быстро перегрузили имеющееся имущество, разместив вещи прямо на палубе, так как трюм был тесным, и спускать сундуки по крутой лестнице вниз было неудобно.

В поездку с нами отправлялись лишь Корс и те двое молчаливых мужчин, что сопровождали нас все это время. Прежде чем взойти на палубу, Анита окинула предложенное транспортное средство презрительным взглядом. Кучер Белты обнял девушку на прощание и, кажется, с облегчением вздохнул, когда она покинула его телегу.