Служанка с секретом

Дэниел усмехнулся, но как-то напряжено с болью. А после спросил:

— Твои родители обладали магией?

Он посмотрел мне прямо в глаза, я сразу же кивнула.

— Да, — ответила вслед за кивком.

— Но они не были аристократами?

— Нет, нам обещали титул после их смерти, — вспомнила я неприятную историю, — Но, если бы король даровал титулы всем, у кого погибли родственники после войны, у нас бы вся страна состояла из лордов и леди.

Я грустно улыбнулась. Бабушка пыталась выбить нам земли и титул, но это было бесполезно.

— А вам почему не дали титул? — спросила я Дэниела.

Он молча нахмурился. Потом посмотрел на меня. У него был такой взгляд, словно он хотел что-то сказать, но что-то неожиданно начало скрестись с обратной стороны и дверь неожиданно открылась.

25

Дэниел

Вик и Дастин несколько минут разговаривали, как смею предположить, обо мне. Меня же попросили постоять в сторонке.

Они явно не могли прийти к общему мнению, но после, Вик улыбнулся и подошел.

— Пока не поступит приказа от мадам Эван, будешь слушать меня, — сказал он. — А теперь иди помойся, а то воняешь. И будешь перетаскивать коробы из подсобки на кухню.

Я даже не посмотрел на Дастина и не стал с ним прощаться. Достаточно было того, что я снова перешел во власть этого придурка.

Помылся, постирал вещи. Быстро все высушил и переоделся. Очень повезло, что у меня была магия.

А после, пошел на обед. Коробы Вика точно могли подождать. Я нормально не ел уже больше дня. Поэтому опустив свое отношение к общей кастрюле с супом, взял ковш и налил себе.

Выбрал свободное место, желая сидеть один и благо остальным слугам хватало мозгов, чтобы понять, что я ни с кем дружить не собираюсь. Да и после вчерашнего, меня окидывали отнюдь не дружелюбными взглядами.

На самом деле все оказалось не так плохо. Суп был неплохим. Я съел целую тарелку, а после взял еще несколько бутербродов и чай.

Наедине с собой стало спокойнее. Я уже доедал последний бутерброд, как почувствовал чей-то взгляд.

И тут пришла Лисса. Увидев, что соседка движется в мою сторону, я вздохнул. Ее мне только сейчас и не хватало.

Постарался поскорее уйти, но она прилипла ко мне. Лисса желала получить извинения за свои никчёмные бутыльки.

Я извиняться не собирался. Пошел перетаскивать коробы, рассчитывая, что Лисса останется на обед.

Но нет. Ее желание достать меня, явно было сильнее голода.

Подсобка мне не понравилась. Я начал нервничать сазу же когда открыл дверь и понял, что это темный подвал с банками и коробами. В доме дяди я с подсобкой не сталкивался, слуги справлялись и без моей помощи.

Никакой необходимости спускаться в это ужасное место у меня не было.

В голове вспыхнули детские воспоминания, и я почувствовал себя маленьким трусом. Сейчас еще не хватало расплакаться перед Лиссой и дрожать, как истеричная барышня.

Моя соседка все что-то бубнила. Когда она вошла за мной, я все же извинился. Слишком нервничал и хотел, чтобы девушка уже ушла. Ее слова только заставляли меня нервничать еще больше.

Но ей мои сова показались неискренними. Я уже настолько разозлился, что был готов послать Лиссу, заниматься ее делами, как вдруг дверь хлопнулась.

Меня сковало леденящее чувство страха. Я пытался выбраться, открыть замок, крушил защиту, но все было бессмысленно.

Вдобавок к страху, я стал задыхаться. Воздуха не хватало, и как бы я не пытался схватить ртом воздух, его словно не было.

Голова закружитлась. Казалось, я и на ногах не смогу устоять, а Лисса просила меня говорить с ней.

И я начал говорить. Это помогало. Когда я рассказывал, меня немного отпускало. И хотя дышать было тяжело, я чувствовал что-то успокаивающее в том, что меня слушают.

Я никогда не рассказывал эту историю. Никому. И никогда бы не рассказал, если бы не обстоятельства.

В тот момент, я плохо соображал. Это был именно тот случай, когда ты говоришь не думая, словно в полубреду.

А Лисса слушала, она была хорошим слушателем. Не перебивала. А после положила свою руку поверх моей. Даже в свете свечей я видел, что ее лицо залито слезами.

Когда я выговорился, мне стало легче. Воздух снова вернулся. Я стал немного соображать.

У Лиссы родители тоже умерли во время войны, но им не дали титул. Впервые за столько лет я вспомнил слова Маркуса, о том, что все воевали вместе.

И на миг, когда она спросила про титул, мне стало мерзко от того, что нам с Маркусом подарили несколько поместий.

Одно дело обмануть герцога, другое обычных жителей. Первые могли поднять скандал и устроить настоящий резонанс, а вторые — тихо приняли свою судьбу.

И все же эта обстановка располагала к доверию. Мы были вдвоем в полумраке, Лисса все хлюпала носом, чередуя шмыганье с улыбкой. Она была очень эмоциональной.

При каждом моем слове ее лицо могло измениться от сочувствия до негодования. А когда она рассказывала про свою бабушку, ее глаза светились, и даже слезы на щеках не могли изменить того, что она выглядела счастливой.

Сложно предположить к чему бы привел этот разговор дальше, если бы снаружи что-то не заскрипело.

Но в момент, когда скрипнула дверь, ко мне таки вернулась способность мыслить. И я понимал, как это выглядит. А оправдываться, почему Лисса оказалась здесь со мной я не собирался.

Лисса успела прокричать, что мы здесь.

А я в последнюю минуту успел приказать Лиссе:

— Молчи, — она вмиг замолкла, и я таки успел активировать магию. Заклинание я построил криво, ведь у меня были секунды для его активации.

— Ну и что ты тут делаешь? Отлыниваешь? — со злостью спросил Вик, когда распахнул дверь.

— Застрял, — ответил я. — Замок сломался.

Вик активировал свою магию и провел рукой рядом со скважиной, а после нахмурился. Значит, скважину действительно сломал бытовой маг. И при том, что Вик дверь таки открыл, значит, сломали ее специально с моей стороны.

Пара взмахов руки и я понял, что злосчастный замок он починил.

— Я слышал женский голос, — сказал он, осматривая подсобку. Вик внимательно рассмотрел все, что было рядом. Лисса молчала, она не понимала, что происходит и просто сверлила взглядом мою спину.

— Показалось.

Я взял с полки короб. Заклинание все же сработало, раз кроме меня он никого не видел. Возможно, будь здесь светлее, он бы увидел мою иллюзию, но полумрак скрыл то, что я сделал наспех.

— Хочешь помочь? — спросил я.

Вик самодовольно усмехнулся, распрямил плечи, на манер, как это делают барышни, чтобы выпятить грудь. Ну или петухи перед дракой.

— Работай быстрее, — надменно сказал он, и пошел самой настоящей петушиной походкой по своим делам.

Видно этот идиот мучил здесь не только меня. Я повернулся к стоящей позади Лиссе. Девушка была так напугана, что кажется и не дышала вовсе.

— Что ты сделал? — шепотом просил она.

— Спрятал тебя под маскирующей магией, — ответил с неохотой.

— Спасибо… — Лисса растерялась, но ее глаза наполнились благодарностью.

Это уже не произвело на меня такого впечатления, чем, когда мы были заперты. Теперь ко мне вернулась способность думать.

— Я для себя это сделал, — резко сказал я. — Забудь все, что слышала, Лисса. Этого всего не было.

А после, обхватил короб поудобнее и вышел из подсобки, оставив дверь открытой. Все что было внизу было словно и не со мной. Поэтому лучшее, что можно было сделать, это все забыть.

26

Выматывающий был день. Когда я вернулась, чтобы заняться занавесками меня поймал Вик. Я только могла удивляться, как он успевает быть везде.

— Ты почему так долго? — проворчал он, окинув меня взглядом. — И так ничего не успеваешь, еще и разгуливаешь где-то.

После кинутой фразы он еще скривился и только потом ушел, оставив меня, наконец, одну. Работа пошла быстрее, я делала все как-то неосознанно. Ведь мыслями была в другом месте.

Я все вспоминала наш с Дэниелом разговор и то как он убежал от меня, после того как дверь открыли.

Мое отношение к Дэниелу изменилось, я больше не считала его плохим человеком. Я считала его несчастным.

Он многое пережил, а после, у него совсем не было тепла или любви, вот он и стал таким. Но мне казалось, это его защита, не более того.

Я верила, что тот Дэниел в кладовке и есть настоящий Дэниел. А тот холодный и высокомерный парень — это маска. Очень отталкивающая, неприятная, но маска.

Ведь именно в страхе люди такие, какие есть. А Дэниел был очень напуган.

Я закончила с занавесками к середине ужина и устала так, что готова была упасть на месте. Но у меня еще были дела.

Да и пропустив обед, я хотела нормально поесть хотя бы на ужин. И в тайне наделась найти Дэниела.

В зале было мало людей. А вот еды было достаточно, что меня порадовало. На ужин была рыба, картошка, овощи и даже сладкие булочки.

Взять больше одного кусочка рыбы мне не позволила советь. Я знала, что есть те, кто еще работают и они наверняка придут позже. Оставлять их без еды было бы очень некрасиво.

без раздумий завернула этот кусочек в бумагу для Принцессы. Сама же я вдоволь наелась овощами, картошкой и булочками.

Ужинать было приятно. Я смогла сидеть столько, сколько мне хотелось. Ведь практически все дела на сегодня закончились, кроме того, что я еще должна была найти кошку.

Подметила, что последние пришедшие слуги все же остались без рыбы и вот за них мне стало обидно. Некоторые поступали некрасиво, забирали больше булочек или рыбы.

Люди совсем не думали о других. Мне стало неприятно от этого.

Закончив с ужином, я поднялась к себе в комнату. Ведь одна я боялась искать кошку и мне нужна была помощь…

Поэтому, когда я увидела Дэниела, спящего на кровати, то очень обрадовалась.

— Дэниел, — слегка прикоснулась я.

— Отстань, Лисса, — проворчал он.

— Мне очень нужна твоя помощь, — серьезно сказала я. — Дело жизни и смерти.

Парень открыл глаза и хмуро на меня посмотрел. По взгляду я читала, как сильно ему надоела. Раньше меня бы это обидело, но я себе напомнила, что он лучше, чем мог показаться на первый взгляд.

— Зачем мне тебе помогать? — лениво спросил он.

— Потому что если поможешь, то я потом помогу тебе с чем-нибудь.

— А если мне не нужна твоя помощь? — спросил он.

— Я думаю, ты что-то придумаешь…Что угодно, я все сделаю, — уверенно сказала я. Больше я так его не боялась, как в первый раз. Во мне была уверенность, что ничего плохого он просить не станет.

— Да ты знаешь, я ведь не отстану, — добавила я с улыбкой, а парень мученически закатил глаза.

— И что тебе нужно? — вздохнул он.

— Проводи меня до конюшни и обратно. Я одна боюсь, — тут же сказал я, поймав его удивлённый взгляд.

27

Дэниел

Лисса убила меня, своей просьбой.

— А до завтра это подождать никак не может? — спросил я.

— Нет, конечно! — возмутилась она, что-то собирая в сумку.

Лисса хотела, чтобы Я проводил ее на ночное свидание. Эта мысль сразу начала меня раздражать. Какого черта?!