Парадоксальное существование. Начало

— Ана-Мариа, ты делала английский?

— Да, — ответила девочка и полезла в портфель за тетрадью.

— Дай списать, пожалуйста.

— На, — она передала тетрадь с выполненным домашним заданием через сидящих рядом.

Неожиданно к девочке подошёл другой одноклассник и спросил с большим удивлением:

— Ана, ты что, в английском шаришь?

— Ну да, — просто ответила та.

И только сейчас девочка заметила, как всё изменилось: «Раньше мне вообще не давался этот язык, но я всё лето занималась, ходила на дополнительные, стала иногда смотреть фильмы на английском. Я уже хорошо им владею, он не кажется таким сложным и запутанным. Хотя, по сравнению с первыми классами это было не трудно»

Она не заметила как в этом шумном кабинете ушла в свои мысли: «Как же спать хочется… Когда я первый раз пошла в первый класс, я всё время спала, на каждом уроке только и делала, что спала. Учительница каждый раз меня будила и называла спящей красавицей; тогда меня это сильно раздражало, потому что я ненавидела этих принцессок. Вроде у меня там даже подруга была, но я редко с ней общалась. Я была такой тихой, меня было легко не заметить. Со школы меня каждый день забирала бабушка, и мы шли в магазин покупать наклейки. Это всегда были наклейки с Барби и всякими похожими штуками…»

Ана-Мариа пошла в первый класс два раза. Первый раз — в Грузии. Тогда, в далёком детстве она жила там, что неудивительно, ведь девочка — чистокровная грузинка, и, как вы поняли, почти весь свой первый учебный год она проспала. Всё когда-то заканчивается. Когда девочка закончила первый класс, её семья переехала в другую страну.

Большая часть населения этой страны разговаривала на русском и казахском языках. Грузинским мало кто владел.

«Во второй раз в первый класс я пошла типо поступать в школу. Меня сразу же взяли, без всяких экзаменов. Все дети заходили в класс одни, а я пошла с мамой…» — продолжала думать девочка.

Было неловко заходить в класс с мамой: остальные дети же переступали порог одни.

Первый урок — классный час: знакомство учителя с учениками и учеников с учителем.

Её учительницей была женщина не молодых лет, с лишним весом, кудрявыми и немного поседевшими чёрными волосами и, то ли суровыми, то ли добрыми тёмно-карими глазами, окружёнными морщинками. Её звали Карина Андреевна.

Мама девочки хорошо разговаривала на русском языке, а вот она сама… Дошкольный возраст нашей школьницы прошёл в Грузии. Кроме грузинского, никакого другого языка она не знала; ни о русском, ни о, тем более казахском речи идти не могло. Тогда маленькая Ана-Мариа словно очутилась в другом мире. Она сидела за партой одна, без мамы, ничего не понимая. Всё, что она могла сказать, это «ЗДРАВСТВУЙТЕ».

«С того дня прошло девять лет. Сейчас я свободно владею русским, знаю правила. У меня всё нормально с казахским. Вообще, можно сказать, что я быстро освоила русский язык. В первую очередь, это заслуга моей мамы, она каждый день со мной занималась; русскоязычных людей, окружающих меня, и Карины Андреевны, моей первой учительницы. Так я выучила русский за год…» — тут из размышлений её вывел голос Венеры, севшей рядом:

— О чём думаем?

— Картину Андреевну вспомнила.

— О, может, спустимся к ней после уроков?

— Давай.

Венера и Ана-Мариа учились вместе с первого класса, да, с того самого дня, когда маленькая Ана-Мариа вошла с мамой в сто седьмой кабинет на первом этаже.

Как и договорились, Ана-Мариа, Венера, Лэйла, Мадина и Адриана вместе спустились на первый этаж. Когда они заглянули в сто седьмой кабинет, там никого не оказалось. Тогда Адриана зашла в сто восьмой кабинет, находившийся рядом. Учительница, сидевшая за столом в дальнем левом углу, подняла голову, встала и с улыбкой направилась к девочке.

В начальной школе Адриана училась в параллельном классе, да, в сто восьмом кабинете. Сейчас к девочке шла уже не большая строгая учительница, а маленького роста, с седыми, окрашенными в светло-жёлтый цвет волосами, с улыбкой и наидобрейшим выражением лица пожилая женщина, которая знает её с пелёнок.

Они крепко обнялись, после чего Адриана спросила:

— Ааа, где., — она не договорила. Учительница кивнула и вышла в коридор, где стояли остальные девочки.

Адриана посмотрела на одну из парт и тоже вышла.

— Карина Андреевна уволилась. По состоянию здоровья, — сказала бывшая учитель Адрианы.

Подруги очень расстроились, особенно Венера с Ана-Марией, как никак, Карина Андреевна заложила в них «фундамент» для дальнейшего обучения.

Адриана пришла на работу к своей матери, вскоре они вместе пошли домой. Всё это время вокруг них парила какая-то напряжённая атмосфера.

«Интересно, что случилось… Точно! Сегодня же родителям отправили наши оценки за восьмой класс. У меня там три четвёрки…» — по пути домой раздумывала девочка.

Как только они зашли в квартиру, сразу переоделись в домашнюю одежду и принялись за свои дела: Адриана села за уроки, а её мать быстро зашагала на кухню. Тут девочка услышала хруст открывшейся упаковки и поняла, что будет дальше.

— Иди сюда! — голос её матери доносился из зала, девочка поспешила туда.

— Мам. мамочка, пожалуйс…

— Что пожалуйста? Что пожалуйста?! Я для чего с тобой в первом классе уроки сидела делала? А?! Чтобы ты вот так меня своими четвёрки позорила?! — с каждым словом тон всё повышался и повышался.

— Но там же только три четвёрки. Я обещаю, что справлюсь, честное слово! — тонким голосом выпалила Адриана.

— С-скотина, — рука матери девочки замахнулась, та зажмурилась. Хлопок. Адриана пошатнулась, — Только попробуй ещё хоть одну четвёрку получить, я тебе устрою, — зло сказала женщина и насыпала гречку, — Вставай, — скомандовала она.

— Мамочка, пожалуйста, я исправлюсь, я больше не получу ни одной четвёрки, — всхлипывая от плача, тихо и неуверенно произносила девочка.

— Не трепи мне нервы! Сейчас же встала, — женщина указала пальцем на рассыпанную гречневую крупу, — Два часа всего постоишь, ничего не случится с твоими коленями, не умрёшь.

Четвёрка для матери Адрианы была всё равно что тройкой. Она не воспринимала оценки ниже пятёрки.

«Зато, она со мной заговорила… Надо больше учиться, больше читать. Я подтянусь, и маме больше не будет за меня стыдно. Если мне не хватает времени, значит, буду меньше спать» — плакала девочка.

Девятый класс. Начался учебный год. Начались репетиторы. Начались дополнительные занятия.

Шелли, старшая сестра Мадины, в десятом классе. У неё нет ни капли свободного времени. Теперь девочка уходит на учёбу утром и возвращается вечером, она полностью погружена в подготовку к студенческой жизни: репетиторы, подготовительные занятия и, конечно же, школа. Кто-то вернулся в прежнюю школьную рутину, кто-то снова к ней привыкает. Так и начался новый учебный год у героев нашей истории.

Вот только они даже не представляют, что их ждёт, что им предстоит пережить, сколько всего им придётся осознать…

10 ГЛАВА

— Молния, деревья, они упоминали ещё что-то про тепло и холод… — сидела Кира, облокотившись на каменную стену своей пещеры, — Теперь твёрдо известно, что это были нападения. Думаю, у остальных столько же вопросов…, — наедине с собой она всегда озвучивала свои мысли и, надо признать, была крайне разговорчива, — Всё, что я могу — это убивать… Но я не знаю, кто сейчас является моей целью. Киллер не может убить неизвестность, — всё с таким же невозмутимым выражением лица продолжала ходячая загадка, — Сейчас все мои навыки бесполезны, — она выпрямила левую ногу и взяла небольшой камень, лежащий рядом, — Я совершило множество убийств, одно из которых было серьёзным заказом, но недавно поступило поручение намного страннее и тяжелее… Зачем я стала убийцей… — Кира приподнялась и вздохнула, — Эх… пока я не буду о нём думать. В сложившейся ситуации я — жертва. Кажется, когда-то я уже была чьей-то целью… Ааа…, полжизни не помню… Ладно, мне надо готовиться, — с этими словами она ушла вглубь пещеры.

Рост Киры составляет 150 сантиметров. У неё были чёрные как порох волосы длиной чуть ниже плеч, собранные в хвост средней высоты. Как вы уже знаете, она была личностью неопределённого пола. На лице всегда покерфэйс, но улыбаться она умеет, хоть и редко это делает. Никто не знал её настоящего возраста.

Бегает наша убийца быстрее обычного человека. В то время как остальные хорошо вытягиваются, она не растёт вообще.

Почти все кровопролития она совершает топором, это её самое любимое оружие, всегда имеет при себе один нож, который скрывает под одеждой.

Дома Кира ходит в странноватом шутовском костюме, выходя за пределы пещеры, всегда надевает толстовку или накидку с капюшоном. Она редко покидала дом, убийца не понимала почему, но почему-то ей было больно и физически, и душевно идти по лесу, в котором прожила большую часть своей жизни.

— Для начала поработаю над невидимостью, мне кажется, дерево заметило моё присутствие раньше, чем я стала видимой, — Кира встала, — Ексас, засекай время. Сейчас я приму расцветку каменной стены и пола. Надо продержаться две минуты.

Ексас — птица непонятного происхождения, питомец-фамильяр нашего киллера. Он был длиной около полутора метров, ростом почти как волк, даже на несколько сантиметров выше. У Ексаса были голова и длинная шея цапли, туловище и хвост шакала; четыре лапы, которые от основания до голени выглядели так же, как и у цапли, а уже от голени, сами лапы, как у кайота и большие красивые крылья, в сложенном состоянии закрывавшие туловище. Голова непонятной птицы была покрыта перьями серого цвета; от горчичного клюва, проходя через глаза, напоминающие чёрные бусинки, до самого раздвоённого хохолка на темячке тянулась полоса синих перьев, образуя таким образом светло-серый ромб между глазами. Возле клюва, под глазами, перья тоже были светло-серыми. Чем ближе к туловищу, тем темнее становились перья. На теле тёмно-серые перья чередовались с шерстью, а ближе к хвосту перьев вообще не было — одна шерсть. К середине хвоста серая шерсть чередовалась с синей, а к концу — сияния с нежно-голубой. На брюхе и у основания передних лап росли в основном серо-голубые пёрышки, у задних — тёмные. До голени, тонкие части лап, были такого же цвета, что и клюв, лапки серые, а подушечки с когтями — лазурно-синие.

Ексас стал Кире хорошим напарником и самым первым другом.

— Я начинаю потеть… Больше не могу. Сколько там времени осталось..? — не двигаясь, Кира посмотрела на своего питомца. Две секунды…, одна секунда… Ексас расправил свои перистые крылья, от основания, снизу вверх, переливавшиеся с нежно-голубого до тёмно-синего, что означало, что две минуты прошли, — Фух… — убийца стала видимой и тяжело опустилась на землю, — Всего две минуты, а я уже и пальцем пошевелить не могу…, — она облокотилась на каменную стену и тут же уснула — так истощили её две минуты труда, но почему? Скоро мы это узнаем.

Ексас лёг рядом, положил голову на её ноги и тоже заснул.

В высокую полуовальную деревянную зелёную дверь постучали.

«Хм… Кто же это может быть? Мы сегодня никого не ждали..» — подходя ко входной двери, думала Серафима.

Она взялась за закрученный конец деревянной щеколды и вынула его из петли. Когда Серафима открыла дверь, на пороге никого не было, девочка посмотрела вниз: на траве перед дверью лежал свёрток бумаги: «Письмо? Но мама не говорила, что сегодня ей придёт что-то с почты…»

Серафима присела, подняла свёрток. Когда она зашла обратно в дом, начала рассматривать маленький рулончик и заметила на кончике свёртка: «Серафиме»

Девочка с удивлением развязала верёвку и развернула бумагу. Она стояла у двери и читала с большим интересом. Прочтя всё до конца, Серафима начала прокручивать в голове множество разных мыслей и догадок, потихоньку впадая в смятение. Но она быстро пришла в себя: «Ну, я почему-то так и думала, что это не капризы природы. Стоп… О работе родителей я почти ничего не знаю. Только, что они — хранители. Иногда я им помогаю, но делаю только то, что они просят. А родители всегда в курсе что, где происходит. Они точно должны знать что-то об этих нападениях. Надо будет их расспросить, когда домой придут. А пока, я должна научиться стоять за себя» — решила девочка.

Серафима была дочерью хранителей. О том, кто это, вы скоро узнаете.

Они жили с виду в доме обычного размера, располагавшегося на стыке времён года, по крайней мере, многие так думали. С левой стороны от её дома были большие пушистые белые сугробы, всегда шёл снег, а на ёлках часто встречалась изморозь; с правой — гигантская поляна с огромным количеством красочных полевых цветов и протекающих крошечных ручейков. Там всегда было тепло и дул свежий ветерок. Позади её дома находились громадные барханы из золотого песка и редкие оазисы, разбросанные по бескрайней пустыне. Впереди дома, со стороны входа, уже была повседневная среда наших героев.

Снаружи это обычный дом, похожий на прекрасный домик феи, но стоит войти внутрь, как перед вами откроется удивительно огромная территория.

По этому дому ходило странное существо. Огромное, как медведь, с такими же массивными лапами, серой густой и пушистой шерстью, огромными круглыми глазами, белки которых были жёлтого цвета с вытянутыми овальными зрачками по середине. Эти глаза могли заменить фары человеческих машин.

Это — кошко-медведь по имени Матильда. У неё были большущие треугольные уши и приплюснутая мордочка, а также длинный пышный хвост, как у всех кошек.

Серафима и Матильда были лучшими друзьями. Серафима частенько разъезжала на ней верхом в разных направлениях от своего дома, в основном за полевыми цветами. Ей нравилось вплетать их в свои густые русые волосы, которые были девочке по колено, даже чуть ниже.

11 ГЛАВА

Как и в обычный школьный день, сегодня в пять пятьдесят прозвенел будильник. Адриана проснулась, полежала пять минут в постели, потянулась и встала. Через час она разбудила мать и ушла в школу. Примерно в семь двадцать девочка открыла школьный кабинет и вошла, вслед за ней порог переступил одноклассник, который тоже приходил в школу слишком рано.

«Ну, а пока можно и поспать» — Адриана сложила руки на парту, положила на них голову и уснула.

По спине девочки прошла лёгкая волна мурашек: кто-то мягко провёл ногтями между позвоночником и правой лопаткой. Вздрогнув, она проснулась, около Адрианы стояла Милана:

— Доброе утро, — улыбнувшись, кивнула та.

— Доброе, — ответила Адриана и потянулась.

Они приобнялись. Стрелки часов показывали семь пятьдесят пять, Адриана громко сказала на весь кабинет:

— Выходим из класса!

Ключи от кабинета всегда были у неё, если классного руководителя не было в школе, девочка отвечала за класс и ключи.

Большая часть её одноклассников отправилась на первый урок, которым был английский язык. Мадина подошла к подруге. Они подождали, пока опоздуны выйдут из кабинета, закрыли дверь и тоже направились на второй этаж, где у них вёлся урок английского. Со школьного звонка уже прошло две минуты, девочки постучались:

— Извините за опоздание, можно войти? — заглянув в класс, сказала Адриана.

— Заходите и старайтесь больше не опаздывать, — противным голосом произнесла преподаватель.

«Так спать хочу… Хм… Ну, на уроке ничего нового я не узнаю, домашки никакой делать не надо, тогда, почему бы и не поспать?» — подумала Адриана.

Учебники английского языка размером были чуть больше листка А4. Девочка уместила книгу на подставку и легла на парту. В мгновение ока она провалилась в глубокий сон…

«Что-то как-то пустовато… Почти никого нет. За всё пребывание на улице, я встретила лишь двух котокрылов и одного жителя… Даже если учитывать, что сейчас ночь… Ладно, мне сейчас не об этом надо думать»

Адриана спала около семи минут. Она сонно выпрямилась и подняла голову, в тот же момент на девочку посмотрела учитель. Секунду в её глазах читалось не понимание, которое потом сменилось удивлением и лёгким возмущением.

«Она, наверное, подумала, что меня нет…» — Адриана дотронулась до подруги, сидящей рядом и спросила:

— Мадин, я долго спала?

— Нет, минут пять, максимум десять. Можешь ещё поспать, тема всё равно не интересная.