Помоги проекту - поделись книгой:
Вы не задумывались о том, как ограничена свобода маленького ребёнка? Девять месяцев он заключён в материнской утробе. Новорождённого кладут в колыбель. Проходит пять-шесть месяцев, и его помещают за высокую сетку. Потом подросшему ребёнку не разрешают выходить из дома одному, чтобы он не ударился или не упал с лестницы. Ведь если не ограничивать свободы ребёнка, он упадёт и разобьётся.
Всё это необходимо для того, чтобы ребёнок вырос в безопасности. На первый взгляд, все эти средства отнимают у ребёнка свободу – однако без всего этого он подвергался бы опасности умереть, начиная с первого момента своей жизни. Но дети – когда они маленькие – не понимают, что нуждаются в ограничении. И когда они подрастут, они тоже не понимают, что им требуются ограничения другого рода, и поэтому стремятся к свободе. Но что это за свобода? Свобода стать калекой? От такой свободы дети гибнут. Они должны понять, что пока не закончат учёбу, пока не получат в руки диплом, пока они не станут зрелыми – чтобы быть правильными людьми, – им необходимо ограничение. Ведь в первой же опасной ситуации они могут погибнуть! Дети должны почувствовать ограничение как необходимость, понять, что это благословение Божие. Они должны быть благодарны своим родителям, которые их ограничивают. Они должны знать, что родители ограничивают их от любви. Ни один отец и ни одна мать не ограничивали своего ребёнка от злобы – даже если и вели себя с ним крайне жёстко. И если родители затянут своим детям гайки чуть потуже, то в этом тоже скрыто много любви. Они делают это от доброго расположения, чтобы дети были более собранны, подтянуты и не подвергались опасностям. Ведь и садовник, сажая деревце, для большей надёжности может прикрутить его проволокой туже, чем нужно, и немного поранить. Однако Благий Бог вскоре затягивает ранку на древесной коре. Уж если Бог затягивает рану дерева, то насколько больше Он заботится о человеке – Своём создании! Неужели, если родители закрутили ребёнку гайки чуть потуже и нанесли ему небольшую рану, Бог этой раны не исцелит?
Кроме того, дети должны беседовать со своими родителями, должны открывать им свои помыслы. Как монах в монастыре имеет старца, которому он открывает свои помыслы и от которого получает помощь, так и ребёнок должен открывать себя родителям. Правильно, если ребёнок сначала исповедуется своей матери и потом – духовнику. Как родители, если ребёнок ушибёт ногу, идут вместе с ним к врачу и спрашивают, что им нужно делать, чтобы ушиб прошёл, так они должны знать и о том, какие духовные проблемы есть у их ребёнка, – для того чтобы ему помочь. Если ребёнок говорит о своих проблемах только духовнику, то как родители смогут ему помочь? Ведь они не знают, что его беспокоит.
Трудности детей во время учёбы
Дети, обладающие способностью к суждению и сообразительностью, иногда встречаются с затруднениями и мучаются. Такие дети всё хотят упорядочить своим собственным умом и стремятся делать то, что превосходит их силы. У них сильный ум, однако они не умеют нажимать на тормоз. Они ставят эксперименты на себе самих, словно хотят испытать, какой у них запас прочности! От этого они страдают. Если они смирятся, то их способность к суждению поможет им преуспеть. Дети, у которых нет такой способности к суждению и сообразительности, не имеют и таких проблем, но, в свою очередь, они внутренне меньше трудятся.
Знаете, сколько студентов, подготовившись к экзаменам и зная всё наизусть, боятся, что они провалятся, и из-за этого не идут на экзамены? Будучи в состоянии справиться с учёбой, такие студенты своей трусостью ввергают себя в панику. Однако если они смиренно попросят: «Помолитесь, потому что сам я не могу справиться с учёбой, но вашими молитвами постараюсь сдать экзамены хорошо», то за смирение они приимут и благодать Божию и Божественное просвещение. Кроме этого, перед тем как начинать сдавать экзамены, студентам надо помолиться своему святому покровителю, который поможет им в соответствии с их верой и благоговением.
– Геронда, одна девушка, которая учится за границей, написала мне: «Помысел говорит мне, что я никогда не смогу духовно преуспеть. Видно, я всегда такой и останусь».
– Вот чудачка! Сидит в Европе и приходит к таким выводам! Ведь она же поехала туда не для того, чтобы преуспеть духовно и не для того, чтобы остаться там навсегда, а для того, чтобы получить те знания, которые понадобятся ей по специальности. Пусть она старается сохранить то духовное состояние, которое у неё есть сейчас, и не стремится к духовному преуспеянию там. Ведь европейцы – народ, преуспевший в земных науках, а не в духовном. Пусть она не давит на себя и не принимает всё близко к сердцу. Не стоит из-за этого страдать. Пусть она считает своё пребывание там срочной воинской службой. В армии солдат трудится в поте лица, выбивается из сил, иногда другие ведут себя с ним очень жёстко. А с ней в Европе люди ведут себя, по крайней мере, с вежливостью – пусть и внешней, лицемерной – в соответствии с европейским менталитетом. Следовало ожидать того, что она встретится с этими трудностями, потому что и в Греции мы видим то же самое. Разница только в том, что в Греции – поскольку мы народ православный – есть и духовная помощь для тех, кто озабочен своей духовной жизнью. Немного терпения и немного внимания, и трудности будут преодолены. Раз она оказалась там, то надо своё свободное время посвятить чтению и молитве, чтобы духовно тоже питаться. Те усилия, которые она приложит, чтобы преуспеть в учёбе, помогут ей погрузиться в неё с головой, и тогда все злые помыслы и юношеские искушения будут ей чужды.
Глава вторая. Об уважении и любви детей к родителям
Уважение детей к родителям и старшим
Когда ребёнок маленький, он не делает никакой работы. О его пище, одежде и тому подобном заботятся родители. Родители помогают ребёнку от любви. Ребёнок не работает – он может выполнить лишь небольшое поручение по дому. Но разве эта работа может сравниться с тем трудом и теми средствами, которые тратят на него родители? Если, став взрослым, ребёнок не понимает, что дали ему его родители, то это очень большая неблагодарность!
Раньше родители наказывали ребёнка телесно, и он принимал телесные наказания без помыслов обиды. Часто он даже не понимал, за что его били. Но сегодняшние дети – это одно сплошное «зачем?» и «за что?». Одно сплошное пререкание. У них нет простоты. Всё происходящее они подвергают суду и оценке. Однако Божественная благодать подобным образом не приходит. Если ребёнок не чувствует своего отца отцом и не принимает отцовского наказания, то он – ребёнок незаконный[48]. Некоторые дети, стоит лишь родителям сделать им маленькое замечание, сразу начинают угрожать: «Я вскрою себе вены!» И что остаётся делать родителям? Они уступают, а в конечном итоге дети портятся и гибнут.
Ребёнок должен понять, что если иной раз родители и дают ему подзатыльник, то делают это не по злобе, но по любви – для того чтобы он исправился, стал лучше и впоследствии радовался. Мы, будучи маленькими, принимали всё: и родительскую ласку, и родительские оплеухи, и родительские поцелуи. Мы понимали, что всё это родители делали для нашего блага. Мы имели к ним большое доверие. Иногда бывало и такое: в чём-то был виноват один брат, а мать ругала другого, потому что она не успевала провести «судебное разбирательство». Однако виновный, видя, что из-за него досталось другому – невиновному, признавался в своей вине, потому что его обличала совесть. И таким образом виновный брат или сестра получали оправдание.
В семье младшие должны иметь уважение и к родителям, и к старшим братьям и сёстрам. Младшие должны чувствовать, что уважение, подчинение и благодарность старшему – это необходимость. Старшие, в свою очередь, должны питать к младшим любовь, помогать и защищать их. Когда младший уважает старшего, а старший любит младшего, то создаётся прекрасная семейная атмосфера. Мой отец говорил нам: «Оказывайте послушание вашему старшему брату». Мы знали, что отец любит нас всех, и вели себя с ним очень свободно. А вот старшему брату, не находя в нём отцовской любви, мы оказывали большее послушание[49].
Когда супруги уважают друг друга, а дети уважают родителей, то жизнь в семье идёт ровно, подобно часам. В такой семье старший сын никогда не скажет матери что-то наподобие «гляди-ка, мать, чтобы ты больше такого не делала!» или «почему ты сделала всё шиворот-навыворот?». Но в такой семье и отец не разговаривает с матерью подобным тоном. Взрослый может шутить с ребёнком, чтобы его порадовать, но ребёнок, чувствуя радость от шуток взрослого, не должен вести себя с ним бесцеремонно и фамильярно. Когда я был в монастыре Стомион и иногда спускался из монастыря в город за покупками, один малыш, дом которого стоял прямо на дороге, подбегал ко мне, лишь завидев меня, и я целовал ему ручку. Потом он привык к этому и, подбегая ко мне, сам протягивал свою ручку для того, чтобы я её поцеловал! Я делал то, что он хотел. Но потом его родители попросили: «Отче, не надо целовать ему руку, потому что он бегает за батюшками, протягивает им свою ручку для поцелуя, а если они этого не делают, начинает реветь».
Как детям любить родителей после того, как они создадут свою собственную семью
Благий Бог устроил так, что муж и жена связываются между собой такой любовью, что оставляют даже своих родителей. Если бы этой любви не было, то люди не могли бы создать собственную семью. Задача родителей завершается, как только их дети создают свою собственную семью. После этого дети обязаны воздать родителям лишь две вещи: огромное уважение и столько любви, сколько нужно питать к своим родителям. Я не хочу сказать, что муж и жена не должны любить своих родителей. Нет. Но сперва они должны иметь большую любовь между собой и только потом любить своих родителей. Супруги должны любить друг друга так сильно, чтобы их любовь лилась через край. И уже от этого преизлияния супружеской любви они должны оказывать своим родителям всё уважение и всю благодарность. Любовь супругов должна быть благородной, так чтобы каждый из супругов как можно больше заботился о родителях другого супруга.
Чтобы в семье были мир и согласие, очень поможет вот что: муж должен любить свою жену больше, чем свою мать, и больше, чем кого бы то ни было из своих близких и родных. Любовь супруга к родителям должна литься через его жену. Конечно, и жена должна вести себя так же.
Я знаю семьи, в которых в начале супружеской жизни муж и жена имели проблемы, несогласия, потому что один из супругов любил свою мать чрезмерной любовью. Эта любовь начинается от любочестия, которое имеют сын или дочь, испытывающие к своим матерям великую благодарность. Однако потихоньку, когда супруги привязываются друг к другу, эта проблема исчезает. Ведь если бы сразу после свадьбы один из супругов дарил другому такую любовь, которая восполняла бы любовь материнскую, это было бы неестественно.
Если супруг уважает тёщу и тестя, то это делает ему честь, так же как невестке делает честь уважение и любовь к свекрови – женщине, которая родила её мужа, вырастила его, и сейчас он – её муж и её радость. Если муж и жена имеют подобные чувства и подобные мысли, всё это тихо наставляет души их собственных детей.
Мать до женитьбы сына находила в его любви немалое утешение. Но старики снова становятся младенцами. Женив сына, мать чувствует себя так, как чувствует себя старший ребёнок, увидев в объятиях своей матери другого – только что родившегося младенца. Видишь как: если человек не отсечёт свои страсти в юности, то с годами сила его воли ослабеет и страсти станут сильнее.
Однако невестка не должна на это обижаться. А если она ещё и ухаживает за своей престарелой свекровью, то пусть немножко потерпит, чтобы не потерять мзду, которая начисляется ей за ту заботу, которую она ей оказывает. Если сейчас она с терпением ухаживает за свекровью, то потом, когда все скорби будут позади, она будет радоваться тому добру, которое сделала.
Но, конечно, и свекровь должна любить своих невесток как собственных дочерей. Моя бабушка по отцу любила мою маму сильнее, чем моего отца. Когда женились мои братья, соседки качали головами и стращали мою мать: «Ну, сейчас понаедут невестушки…» А мать отвечала им: «Почему вы так говорите? Меня моя свекровь любила больше, чем свою дочь. Так почему же мне не любить моих невесток?» И действительно, она тоже любила их как дочерей.
Старость смиряет человека
Как же смиряется человек в старости! Старик постепенно теряет силы и становится похожим на постаревшего сокола. Когда сокол стареет, у него выпадают перья и крылья становятся похожими на поломанные расчёски. Помню, один член Духовного собора из монастыря Филофе́й[50] в 1914 году – ещё будучи мирянином – добровольцем поехал из Смирны воевать в Албанию, для того чтобы отомстить туркам, которые зарезали его отца. Однажды он поймал турка и хотел перерезать ему горло. Турок взмолился: «Наша вера грубая. Она учит нас резать и убивать. Однако ваша вера не такая. Христос не учит вас убивать». Эти слова настолько его перевернули, что он выбросил винтовку и немедленно удалился на Святую Гору. Он стал монахом, членом Духовного собора, однако атаманский дух из него не выветрился. Он был ответственным за все послушания, и все ключи от кладовых висели у него на поясе. Никто из братии не осмеливался сказать ему что-либо поперёк. Если кто-то из монахов забывал обратиться к нему как положено: «Старче Спиридоне», то он выходил из себя. Однажды Великим постом в монастырь пришла разбойничья шайка и потребовала у монахов сыра. Тогда к бандитам вышел отец Спиридон и «поприветствовал» их так: «Ах вы, свиньи! Великим постом пришли сыра просить?» – сказал да и повышвыривал их за ворота. В другой раз монахи разобрали паникади́ла[51], чтобы их почистить. Бандиты, увидев разные блестящие завитушки от паникадила, подумали, что они золотые. Придя в монастырь, они побросали эти завитушки в мешки и собрали со всей округи мулов, чтобы нагрузить на них эти мешки. Отец Спиридон, как только это увидел, схватил бандитов за шиворот, забрал их мешки и вывалил содержимое на землю. «Шпана вы, шпана! – сказал он им. – Да ведь это же дешёвые железки! Такие же дешёвые, как ваши медные лбы!» Этот человек не знал, что такое трусость. Однако в старости он заболел и смирился. Мне дали послушание ухаживать за ним. Однажды он меня попросил: «Помолись, Аверкий[52], что-то мне нехорошо». Я поднялся и начал вслух молиться по чёткам: «Господи, Иисусе Христе, помилуй раба Твоего старца Спиридона». – «Эй, брат, – говорит, – не „старца Спиридона“, а Спирьку!» Как же смирила его болезнь и старость! Раньше попробуй-ка не назови его «старцем Спиридоном»!
И мой отец в старости смирился от мухи. Однажды моя сестра застала его плачущим. «Что с тобой, отец? – спросила она. – Может быть, тебя обидел кто-то из внуков?» – «Нет, нет, – ответил он ей. – Что есть человек… Я хотел прихлопнуть муху мухобойкой и не смог этого сделать. Я пытался прибить её справа – она улетала налево, хотел прихлопнуть слева – она улетала направо! Я, когда был молодым, стрелял так метко, что че́тов[53] не убивал, а обстреливал их со всех сторон, так что пули ложились вплотную, и так понуждал их сдаваться. Когда мне было шестнадцать, я подстрелил львёнка, ранил его и вступил в схватку с раненым зверем. А сейчас не могу убить мухи! Э, человек есть существо ничтожное». Несчастный чувствовал одно большое «ничего», ноль, так словно бы он ничего не совершил в своей жизни.
А знаете, как смиряются старички-монахи в приютах для старых монахов в святогорских монастырях! Над ними совершают ещё один… монашеский постриг! Им обстригают волосы, чтобы они были короткими и их было легче мыть. Им обстригают бороду, потому что у них текут слюни, валится мимо рта пища, – и как их потом чистить? Этот постриг – последний постриг. Постриг смирения!
Уход за стариками
До чего докатился мир! И в Фарасах, и в Эпире ухаживали даже за старыми животными. Ну, за мулами – понятно почему: потому что их мясо не употребляется в пищу. Но ведь и тех животных, мясо которых было съедобным, тоже не резали, оставляли в живых. К примеру, старых быков, на которых раньше пахали, хозяева чтили. Они ухаживали, заботились о них в старости, говоря: «Ведь это наши кормильцы». То есть рабочие животные, которые трудились в поле, имели добрую старость. И ведь тогда у людей не было технических средств, которые есть сегодня. Надо было в ручной мельнице смолоть кормовую чечевицу, мелко её подробить, чтобы бедный старый бык мог её прожевать. А люди нынешние о подобных вещах забыли: они не заботятся даже о старых людях, что уж там говорить о старых животных!
Никогда в жизни я не чувствовал себя так хорошо, как в те несколько дней, когда мне дали послушание ухаживать за одним старым монахом. Уход за стариками имеет великую мзду. Мне рассказывали об одном послушнике на Святой Горе, который был одержим страшным бесом. Ему дали послушание ухаживать за шестью старенькими монахами в монастырском приюте для стариков. Те годы были тяжёлыми, у людей не хватало средств, облегчающих их труд. Бедолага взваливал себе на плечи тюк со стариковским бельём и тащил на дальний пруд, где стирал всё это с помощью щёлока… Прошло немного времени, он освободился от беса, которым был одержим, и стал монахом. Это произошло, прежде всего, потому, что сам он жертвовал собой ради других, а ещё и потому, что старички-монахи давали ему свои благословения.
Многие супруги ропщут и негодуют на трудности, которые возникают у них в семье из-за чудачеств и брюзжания живущих с ними стариков. Эти люди забывают о тех «номерах», которые сами они выкидывали, будучи детьми, о том нытье и странностях, которыми они тогда мучили других. Они не помнят, что плачем и капризами сами не давали покоя родителям. Поэтому Бог попускает таким людям терпеть трудности, связанные с уходом за стариками, – чтобы они хоть как-то «расплатились» за трудности, которые раньше создавали другим. Сейчас пришла их очередь подставить своим старым родителям плечо и с благодарностью позаботиться о них, вспоминая жертвы, на которые родители шли ради них самих, когда они были детьми. Те, у кого нет чувства долга по отношению к своим родителям, будут судимы Богом как несправедливые и неблагодарные люди.
Я вижу, что часто причина тех мук, которые испытывают многие мирские люди, состоит в том, что их родители держат на них обиду. Семьи страдают из-за того, что в них не заботятся о дедушках и бабушках. Какое там благословение будут иметь дети, выросшие в семье, где несчастную старушку или бедолагу-старика отвезли в дом престарелых, оставили там умирать с душевной болью, забрав себе их имущество и не дав им порадоваться, глядя на своих внуков? Сегодня приходила одна пожилая женщина и рассказывала мне, что у неё четыре женатых сына. Все они живут в одном городском квартале, но она не может с ними встретиться, потому что однажды она «дерзнула» посоветовать своим невесткам: «Имейте между собой любовь, ходите в церковь!» Услышав это, они просто взъярились! «Чтобы ноги твоей больше не было в наших домах!» – сказали они ей. Несчастная не видела своих детей уже пять лет. «Помолись, отче мой, – просила она со слезами, – ведь у меня есть и внучата. Помолись, чтобы я увидела их хотя бы во сне». Э, ну какое там благословение будут иметь дети этой женщины?
Бабушка в семье – это великое благословение, но такие люди этого не понимают. Обычно мужчины стареют раньше, и за ними ухаживают жёны. Когда муж умирает, дети забирают бабушку к себе в дом, чтобы она присматривала за внучатами и не чувствовала себя никому не нужной. Если дети поступают так, это очень хорошо. Таким образом и престарелая мать находит покой, и семья получает помощь. Ведь мать из-за множества своих дел не успевает дать детям необходимую нежность и любовь. Именно это недостающее даёт детям бабушка, потому что возраст бабушки – это возраст любви и нежности. Погляди: когда ребёнок шалит, мать его ругает, а бабушка – ласкает. Когда дети находятся под присмотром бабушки, мать успевает сделать все свои дела, дети окружены лаской и любовью, но и сама бабушка согрета любовью своих внуков.
Человек, заботящийся о своих родителях, имеет великое благословение от Бога. Один молодой человек, женившись, поделился со мной своими планами: «Геронда, я хочу построить дом и в нижнем этаже устроить две маленькие квартирки для моих родителей и для тёщи с тестем». Знаете, как это меня растрогало! Знаете, сколько благословений я дал этому человеку! Удивительно: почему многие супруги этого не понимают?
Несколько дней назад ко мне пришла одна женщина и попросила: «Отче, моя мать разбита параличом. Как же я устала! Восемь лет переворачивать её с одного на другой бок!» Слышишь, что творится? Дочь говорит о своей матери в таком тоне! «О, – говорю, – твоя проблема решается очень просто! Сейчас я помолюсь, чтобы тебя на восемь лет разбил паралич, а твоя мать выздоровела и за тобой ухаживала». – «Нет, нет, отче!» – закричала она. «Четыре года, – говорю, – по крайней мере, четыре года тебе необходимо! Как же тебе только не стыдно? Что предпочтительней? Быть здоровым, не испытывать боли и ухаживать за больным человеком, имея при этом мзду от Бога, или страдать, быть не в состоянии пошевелить ногой, смиряться и просить: „Принеси мне, пожалуйста, утку, поверни меня на другой бок, подвинь меня к стене…“?» Когда эта женщина услышала то, что я ей сказал, она немного устыдилась.
В семье нет подобных проблем, если дети ставят себя на место своих состарившихся родителей или если невестка ставит себя на место свекрови и думает: «Ведь и я когда-то состарюсь, в один прекрасный день стану свекровью – и понравится ли мне, если моя невестка не будет обращать на меня внимания?»
Родительское благословение
Родительское благословение – это самое большое наследство, которое родители оставляют своим детям. Поэтому дети должны позаботиться получить его. Погляди, до чего дошёл Иаков ради того, чтобы получить благословение отца? До того, что залез даже в овечью шкуру![54] Особенно великое дело – благословение матери! Один человек говорил: «Каждое слово моей матери – это золотая монета». Недавно ко мне приезжал один грек из Йоханнесбурга. Знаете, какое впечатление он на меня произвёл? Он пришёл ко мне в каливу осенью. «Геронда, – сказал он, – моя мать заболела, и я приехал её повидать». Не успело пройти трёх месяцев, и на Рождество он приехал снова. «Ты что – приехал опять?» – спросил я. «Да, – ответил он. – Я узнал, что матери опять нездоровится, и приехал, чтобы поцеловать её руку, потому что она уже в возрасте и может умереть. Для меня самое большое богатство – благословение моей мамы». Человеку шестьдесят лет – и он едет из Йоханнесбурга в Грецию, чтобы поцеловать руку своей мамы! И сейчас Бог благословил этого человека такими средствами, что он хочет устроить большой дом престарелых для священнослужителей и подарить его Церкви. То есть он, можно сказать, завален благословениями и не знает, куда их девать! Такая душа для меня всё равно что бальзам. Будто идёшь по пустыне Сахара и неожиданно находишь немного воды. Потихоньку всё это теряется и уходит.
А ещё один человек пришёл ко мне в каливу весь в слезах. «Отче, – стал говорить он, – моя мать меня прокляла. И вот у меня в семье сплошные болезни, расстройства, на работе всё идёт наперекосяк…» – «Наверно, и сам ты дал матери какой-то повод, – ответил ему я. – Ведь она не могла проклясть тебя ни с того ни с сего». – «Да, – говорит, – я тоже был ещё тот сыночек…» – «Пойди, – говорю, – и попроси у матери прощения». – «Пойду, отче, – ответил он. – Дай мне твоё благословение». – «Своё благословение я тебе даю, – сказал я ему, – но ты должен взять благословение и от матери». – «Вряд ли она даст мне благословение». – «Пойди, – говорю, – к ней и, если она тебе его не даст, скажи ей так: „Один старец сказал мне, что и ты тоже когда-то предашь душу Богу“». Он пошёл к своей матери, и она благословила его так: «Дитя моё, да придёт на тебя благословение Авраамово!» Прошло немного времени, и он снова приехал на Афон, привезя мне подарки – вишнёвый компот и лукум. Он был полон радости. Его дети были здоровы, на работе всё шло хорошо. В его глазах стояли слёзы, и он без конца говорил: «Слава Богу!» Жизнь этого человека изменилась, и он говорил только о духовном. А уж что говорить, если человек имеет уважение к родителям с самого начала! Как такой человек может не иметь благословения Божия?
Часть четвёртая. Духовная жизнь
Глава первая. О духовной жизни в семье
Чем больше человек ропщет, тем больше он себя разрушает
Геронда, откуда начинается ропот и как можно его избежать?
– Ропот имеет причиной чувство собственного злополучия, а прогнать его можно славословием Бога. Ропот рождает ропот, а славословие рождает славословие. Если человек, встретившись с трудностями, не ропщет, но славит Бога, то диавол лопается от злости и идёт к другому – к тому, кто ропщет, чтобы причинить ему ещё большие неприятности. Ведь чем сильнее человек ропщет, тем сильнее он себя разрушает. Иногда тангала́шка[55] окрадывает нас и учит нас не быть довольными ничем, тогда как всё случающееся с нами можно встречать с духовной радостью и славословием и иметь благословение Божие. Знаю одного монаха на Святой Горе. Если начнётся дождь и ты скажешь ему: «Снова пошёл дождь», то он начинает: «Да, всё льёт и льёт. Скоро сгниём от этой сырости». Если дождь вскоре прекратится и ты скажешь ему: «Дождик прошёл», то он ответит: «Да разве это дождь? От таких дождей всё засохнет…» Нельзя сказать, что у этого человека не в порядке с головой. Нет. Просто он привык быть ропотливым. Человек находится в здравом уме, а мыслит, словно безумный!
В ропоте присутствует проклятье. То есть человек ропщущий всё равно что проклинает себя, и потом к нему приходит гнев Божий. В Эпире я был знаком с двумя крестьянами. У одного была семья, два небольших участка земли, и он с доверием вверял всё Богу. Он трудился сколько мог, не мучая себя душевной тревогой. «Что успею, то успею», – говорил он. Иногда он не успевал убрать сено и оно гнило под дождём, иногда стога разбрасывал ветер, однако он говорил: «Слава тебе, Боже!» – и всё у него шло хорошо. У другого было много земли, коров и тому подобного. Детей у него не было. Если ты спрашивал этого человека: «Как у тебя дела?» – то он отвечал: «Какие там дела, лучше не спрашивай». Он никогда не говорил: «Слава Тебе, Боже», но всё брюзжал и роптал. И вы бы только посмотрели: то у него околевала корова, то с ним происходил какой-то другой неприятный случай, потом что-то ещё… У этого человека было всё, но он не преуспевал.
Поэтому я и говорю, что славословие – это великое дело. Бог даёт нам благословения, но вкусим мы их или нет – это зависит от нас. Однако как мы их вкусим, если Бог даёт нам, к примеру, банан, а мы начинаем думать о более вкусном ястве, которое кушает какой-нибудь миллионер? Знаете, сколько людей, съедая один чёрствый сухарь, день и ночь славословят Бога и питаются небесной сладостью! Эти люди приобретают духовную чуткость и понимают, когда рука Божия начинает их ласкать. А мы этого не понимаем, потому что наше сердце засалилось и нас не удовлетворяет ничто. Мы не понимаем того, что счастье в том, что имеет отношение к вечности, а не к суете.
Дадим Богу управлять нашей жизнью
– Геронда, почему в Евангелии Царство Божие уподобляется горчичному зерну:
– Горчичное семя очень маленькое, но когда растение вырастает, оно становится большим кустарником. На его ветвях могут сидеть даже птицы. Слово Божие уподобляется горчичному зерну, потому что от одного маленького евангельского слова человек развивается и постигает Царствие Божие.
– Геронда, как можно почувствовать то, о чём говорит Священное Писание:
– Послушай, благословенная душа, когда мы имеем в себе часть райской радости, тогда Царствие Божие внутрь нас есть. И напротив: когда мы имеем в себе душевную тревогу, угрызение совести, тогда мы носим в себе часть адской муки. Великое дело, если человек уже в этой жизни начинает чувствовать часть райской радости. И достичь этого нетрудно: однако, к несчастью, наш эгоизм мешает нам достичь этого духовного величия.
Сам человек, принимая то, чтобы Бог управлял им как Добрый Отец, может сделать свою жизнь райской. Надо иметь доверие Богу, надеяться на Него во всём, что бы мы ни собирались делать, – и славить Его за всё. Не надо иметь душевной тревоги. Душевная тревога приводит к душевному надлому она парализует душу. Если человек ищет Царствия Небесного, то ему даётся и всё остальное. Евангелие говорит:
Сегодня люди сами усложнили свою жизнь, потому что они не довольствуются малым, но постоянно гонятся за материальными благами. Однако те, кто хочет жить настоящей, неподдельной духовной жизнью, прежде всего должны научиться довольствоваться малым. Если люди упростили свою жизнь, если она не обременена многими хлопотами, то это и освободит их от мирского духа, и даст им свободное время для духовных занятий. В противном случае, стараясь поспеть за модой, люди будут уставать, терять мир и тишину и приобретать великую душевную тревогу.
Я вижу, как иногда сами люди делают свою жизнь мученической! Сегодня, когда я выезжал с Афона, один человек из Урано́поля[60] на своей машине подвёз меня сюда, в монастырь, и по дороге попросил ненадолго заехать к нему домой. Поскольку он настаивал, я не хотел его расстраивать. Как только мы подошли к двери его дома, я увидел, что он снимает ботинки и на цыпочках идёт по коридору. «Что с тобой случилось, почему ты так странно ходишь?» – спросил я его. «Ничего страшного, геронда, – ответил он, – просто я стараюсь ступать аккуратно, чтобы не испортить паркета». Ну что тут скажешь? Люди сами мучают себя без причины.
Боль за ближнего помогает семье
Чем больше материальных благ приобретают сегодня люди, тем больше они приобретают проблем. Ни Бога они не благодарят за Его благодеяния, ни несчастья своих ближних не видят. А не видя несчастья ближних, они не оказывают им милостыню. Люди тратят деньги без цели и не думают о своём ближнем, которому нечего есть. Как после этого к ним придёт благодать Божия? Даже если у человека есть семья, всё равно он должен на чём-то экономить и откладывать деньги, чтобы оказывать милостыню другим. Ему надо объяснить своей жене и детям, что где-то живёт брошенный всеми больной человек или очень нуждающаяся бедная семья. И если у них нет денег, чтобы помочь несчастным, то он должен сказать своим близким: «Давайте подарим этим несчастным хотя бы какую-нибудь христианскую книгу, ведь у нас их много». Подавая милостыню тем, кто испытывает нужду, человек помогает и самому себе, и своей семье.
Знаете, как нуждаются несчастные верующие в России! Как-то я подарил одному русскому священнику коробочку ладана и сказал: «Прими этот скромный подарок». – «Да разве это скромный подарок? – ответил он. – Ведь у нас в России такого хорошего ладана не найти». А знаете, как мучаются беженцы из России и других стран здесь, в Греции? На Халкидики я познакомился с человеком, приехавшим из России. Он укладывал каменные плиты, получал триста драхм за квадратный метр[61] и говорил: «Слава Тебе, Боже, что у нас есть хлеб». Поэтому, когда один подрядчик пожаловался мне, что во время работы он «перегружает» себя грехами, я ему ответил: «Если ты загрузишь работой этих беженцев и поможешь им, то разгрузишь себя от грехов. Ведь этим несчастным негде жить. По сравнению с ними ты – Она́ссис[62]».
Желая, чтобы мы возделывали добродетель, Бог попускает болезни, нищету и тому подобное. Ведь Бог мог бы исцелить больных и обогатить нищих, Он мог бы устроить всех, но тогда мы имели бы ложное чувство, что мы добродетельны. Мы называли бы себя, к примеру, милостивыми, не являясь таковыми на самом деле, тогда как сейчас наши добродетели видны из наших дел. Слава Богу, есть люди, которые приносят себя в жертву ради ближнего. Я был знаком с человеком, который, демобилизовавшись из армии, сразу же был несправедливо осуждён на большой срок тюремного заключения. Он сознательно пошёл на это для того, чтобы спасти одну семью. Этот человек не подумал ни о том, что он себя скомпрометирует, ни о своей будущей карьере.
Я вижу, что Бог устраивает так, чтобы в каждой семье по крайней мере один человек имел веру и благоговение, для того чтобы остальные члены этой семьи тоже получали помощь! В Конице я был знаком с семьёй, все члены которой были равнодушны к Церкви, кроме одной из дочерей. Эта девушка, едва заслышав звон колокола, снимала фартук, оставляла незавершёнными все свои дела и спешила в церковь. Даже когда в село пришли немцы и пономарь стал звонить в колокол, извещая об этом народ, эта девушка побежала в церковь на вечерню! И хотя её родители были людьми весьма прижимистыми, сама она была очень сердобольной. Отец этой девушки от скупости питался не нормальной пищей, а сухим хлебом, который размачивал в воде. Её мать тоже была очень прижимистой. Несмотря на то что её дети занимали ответственные должности и были богатыми, она, чтобы не потратить ни спички, рылась в золе в поисках ещё не потухшего уголька и куском сена разжигала от него огонь. Чтобы не покупать кофейник, они варили кофе в консервной банке! Но меня её мать любила. Я в то время жил в монастыре Стомион. И вот если эта девушка хотела взять что-то из дома своих прижимистых родителей, чтобы дать в милостыню какому-нибудь бедняку, и не могла взять эту вещь тайком, то она говорила матери: «Мама, эта вещь нужна монаху». – «Отдай ему, отдай», – отвечала ей та. Эта скупая женщина была согласна что-то дать только монахам. И раньше, при оккупации, её дочь тайком помогала беднякам. Она незаметно брала из амбаров пшеницу, на своих плечах несла её на мельницу, молола и раздавала бедным семьям муку. Однажды мать застала её «на месте преступления». Как же девушке досталось! Тогда она дала Богу обет. «Боже мой, – сказала она, – помоги мне найти какую-нибудь работу, и всю свою зарплату я буду отдавать в милостыню». И на следующий день её пригласили на работу в одно благотворительное учреждение. Ох, как же она обрадовалась! Она сдержала обещание: для себя не купила на заработанные деньги даже пары чулок: всё отдавала в милостыню. Знаете, сколько людей ей сейчас говорят: «Спаси тебя Господи. Да будет благословен прах твоих родителей!» Вот так за её милостыню Бог помиловал потом и её мать.
Возделывание добродетели в семье
– Геронда, как может возделать в себе добродетель человек, имеющий семью?
– Бог даёт для этого благоприятные возможности. Но многие, хотя и просят Бога, чтобы он давал им благоприятные возможности по возделыванию добродетели, встречаясь с какой-то трудностью, начинают роптать. Например, иногда Благий Бог от Своей безграничной любви, желая, чтобы муж возделал в себе смирение и терпение, забирает Свою благодать от жены, которая начинает вести себя с «выкрутасами» и обращаться с мужем грубо. В этом случае муж должен не роптать, но радоваться и благодарить Бога за ту благоприятную возможность, которую Он даёт ему для подвига. Или, например, мать просит у Бога, чтобы Он подавал ей терпение. Потом она накрывает на стол, к столу подходит её ребёнок, тянет за край скатерти, и вся посуда сыплется на пол. Малыш словно говорит своей матери: «Мама, терпи!»
И вообще, те трудности, которые существуют в сегодняшнем мире, вынуждают людей, желающих жить хоть немного духовно, не расслабляться, не спать. Когда, Боже упаси, начинается война, то люди не расслабляются, не смыкают глаз. Нечто подобное, как я вижу, происходит сейчас с теми, кто старается жить духовно. Да вот взять хотя бы тех молодых, которые живут церковной жизнью. Какие же трудности приходится им, бедным, испытывать! Однако та брань, которую они испытывают от грязного мира, в котором живут, некоторым образом помогает им не зевать. А вот в мирное время, когда трудностей нет, видишь, что большинство людей равнодушны к вопросам веры и нравственности. Тогда как и это мирное время людям тоже надо использовать для духовного преуспеяния: им надо постараться отсечь свои недостатки и возделать добродетели.
В духовной жизни очень помогает безмолвие. Хорошо, чтобы распорядок дня был составлен таким образом, чтобы в нём было определено время для безмолвия. Пусть в этот час человек всматривается в себя, чтобы познать свои страсти и подъять подвиг, для того чтобы их отсечь и очистить своё сердце. И совсем хорошо, если в доме есть какая-то тихая комната, атмосфера которой напоминает атмосферу монашеской кельи. Там
– Геронда, а не кажется ли Вам, что жить такой жизнью, которую Вы описываете, в миру сейчас не очень-то просто?
– Нет, есть миряне, живущие очень духовно. Они живут как подвижники: соблюдают посты, совершают службы, молятся по чёткам, кладут поклоны – несмотря на то что у них есть дети и внуки. По воскресеньям такие люди идут в церковь, причащаются и снова возвращаются в свою «келью», подобно пустынникам, которые в воскресный день приходят в соборный храм скита и потом опять безмолвствуют в своих каливах. Слава Богу, в мире много таких душ. И если говорить конкретно, то я знаю одного главу семьи, который постоянно творит Иисусову молитву – где бы он ни находился. Этот человек всегда имеет в своей молитве слёзы. Его молитва сделалась самодвижной, и его слёзы сладки, это слёзы божественного радования. Помню и одного рабочего на Святой Горе. Его звали Янис. Он трудился на очень тяжёлых работах и работал за двоих. Я научил его творить во время работы Иисусову молитву, и постепенно он к ней привык. Однажды он пришёл ко мне и сказал, что, творя Иисусову молитву, чувствует большую радость. «Забрезжил рассвет», – ответил я ему. Прошло немного времени, и я узнал, что этого человека убили два пьяных хулигана. Как же я заскорбел! Прошло ещё несколько дней, и один монах стал искать инструмент, который Янис куда-то положил, но не мог найти. И вот Янис явился ему во сне и сказал, куда он положил этот инструмент. Этот человек достиг высокого духовного состояния и мог помогать другим из жизни иной.
Насколько же проста духовная жизнь! Возлюбив Бога, признав Его великую Жертву и Его благодеяния и с рассуждением понудив себя к подражанию святым, человек быстро освящается. Лишь бы он смирялся, чувствовал своё окаянство и свою великую неблагодарность Богу.
Молитва в семье
– Геронда, вся семья должна читать повечерие вместе?[64]
– Взрослые должны в этом отношении вести себя благородно. Они должны читать повечерие и говорить маленьким детям: «Если хотите, то помолитесь немного вместе с нами». Когда дети немного подрастут, то они могут иметь определённый «типикон» в отношении молитвы: например, если взрослые молятся пятнадцать минут, то дети – две или пять, а если хотят больше, то пусть молятся сколько хотят. Если родители силком заставляют детей выстаивать вместе с ними всё повечерие, то потом дети начинают «брыкаться». Не надо давить на детей, потому что они ещё не поняли силы и достоинства молитвы. К примеру, родители могут есть и фасоль, и мясо, и любую другую жёсткую пищу. Однако если малыш питается пока одним молоком, то разве родители будут заставлять его есть мясо – по той причине, что оно более калорийно? Оно действительно более калорийно, однако младенец пока не сможет его переварить. Поэтому вначале, чтобы приучить малыша есть мясо, родители дают ему его по чуть-чуть – маленький кусочек в ложечке мясного бульона, чтобы потом сам ребёнок захотел такой пищи.
– Геронда, иногда не только дети, но и взрослые к вечеру настолько устают, что не могут прочитать даже повечерия.
– Если они очень устали или больны, то пусть прочитают не всё повечерие, а половину. Или хотя бы пусть прочитают один раз «Отче наш». Нельзя оставлять молитву совсем. Подобно тому как во время войны солдат, окружённый врагами на высоте, время от времени делает выстрел из своей винтовки, чтобы враги боялись и не шли в атаку, так и людям, у которых не остаётся сил на полноценную молитву, надо делать молитвенные «выстрелы», чтобы тангалашка боялся и убегал.
Молитва в семье обладает большой силой. Я знаю двух братьев, которые своей молитвой сумели удержать от развода своих поссорившихся родителей, и не только удержать, но и связать их между собой ещё сильней, чем раньше. Наш отец говорил нам: «Чем бы вы ни занимались, два раза в день вы обязаны отдавать Богу рапорт – для того чтобы Он знал, где вы находитесь». Каждое утро и каждый вечер все мы: отец, мать и братья и сёстры – совершали молитву перед иконостасом, а в конце молитвы клали поклон перед иконой Христа. А когда у нас в семье случались искушения, трудности, то мы молились, чтобы они разрешились. Помню, когда однажды заболел мой младший брат, отец сказал: «Пойдёмте, попросим Бога, чтобы Он или исцелил его, или забрал к Себе, чтобы он не страдал». Мы помолились всей семьёй, и наш брат выздоровел. И за стол мы тоже садились все вместе. Сперва читали молитву и потом начинали есть. Если кто-то начинал есть до благословения трапезы, то мы говорили: «Он соблудил». Недостаток воздержания мы считали блудом. Если каждый член семьи без причины возвращается домой, когда ему заблагорассудится, и садится за стол один, это ведёт к распаду семьи.
Духовная жизнь супругов
– Геронда, что делать жене, если её муж не живёт духовно?
– Пусть она вверит своего мужа Христу и молится, чтобы его сердце немного смягчилось. Пройдёт время, потихоньку Христос высадит в его сердце «десант», и муж начнёт задумываться. А как только сердце мужа немного смягчится, жена может попросить его, к примеру, подвезти её на машине до церкви. Ей не надо его уговаривать: «Ну почему же ты не идёшь в церковь», но всего лишь попросить: «Не мог бы ты, если тебе не трудно, подвезти меня до храма?» А подвезя её до церкви, муж может сказать: «Ну, раз уж я сюда приехал, дайка и я зайду в храм Божий да поставлю свечку». И не исключено, что потом он потихоньку духовно пойдёт и дальше.
– Геронда, может ли духовник жены каким-то образом помочь и мужу?
– Иногда, для того чтобы помочь мужу, духовник должен совершать духовную работу над женой. А потом то хорошее, что есть у жены, передастся и мужу. Если у него доброе сердце, то Бог поможет ему измениться.
Женщина имеет благоговение в своей природе. Но если мужчина, будучи сперва равнодушным к Церкви, потом духовно берётся за ум, то он в духовном отношении уверенно идёт вперёд, а жена за ним не поспевает. Может случиться и такое: жена начинает ему завидовать, потому что сама духовно топчется на месте. Поэтому в подобных случаях я советую мужьям быть внимательными. Ведь что происходит? Чем дальше муж духовно идёт вперёд, тем больше жена – если она не живёт духовно – идёт ему наперекор. Если, к примеру, муж скажет: «Мы опаздываем, поднимайся и пойдём в церковь», то она отвечает: «Вот сам и иди! Нет, ты меня не понимаешь, ведь у меня куча работы…» Или если муж, к примеру, скажет: «Слушай, что же у тебя лампадка-то не горит?» – или хочет зажечь потухшую лампаду сам, то он ранит её эгоизм и она кричит: «Ты что, в попы собрался? Или в монахи?» Она даже может возразить ему так: «Да зачем мы вообще жжём эту лампаду? Лучше бы дали масло какому-нибудь бедняку». Да-да, она может дойти даже до этого. До протестантских глупостей. Конечно, потом жена сама расстраивается из-за кучи оправданий, которые наговорила, но одновременно она продолжает расстраиваться из-за того духовного преуспеяния, которое видит в своём муже. Поэтому в таких случаях в тысячу раз лучше, чтобы лампадка оставалась потухшей, чем если бы муж её зажёг. И вот, для того чтобы уберечь семьи от распада, я советую мужьям: «Когда твоя жена будет в спокойном расположении духа, скажи ей так: „Знаешь, ведь когда я хожу в церковь, молюсь, кладу какой-нибудь поклончик или читаю какую-то духовную книгу, то я ведь делаю это не от многого благоговения, нет. А потому, что всё это меня притормаживает, сдерживает и не даёт потоку этого ужасного общества, в котором мы живём, увлечь меня за собой. А то ведь знаешь: как закрутит меня по всем этим кабакам и компаниям…“» Если муж ставит вопрос таким образом, то жена радуется и тоже может измениться и обогнать его в духовном отношении. А поставив вопрос по-другому, он её страшно озлобляет и доводит до жалкого состояния. Они могут дойти даже до развода. Если муж хочет помочь жене духовно, пусть постарается связать её с семьёй, ведущей духовную жизнь, в которой мать и жена имеют благоговение – чтобы она захотела им подражать.
Дети и духовная жизнь
– Геронда, одна мать даёт своему ребёнку святую воду, а ребёнок её выплёвывает. Что делать в этом случае?
– Ей надо молиться за ребёнка. Возможно, она даёт ему святую воду так, что это вызывает у него противление. Для того чтобы дети шли по Божиему пути, родители тоже должны жить правильной духовной жизнью. Некоторые родители, ходящие в церковь, стараются помочь своим детям стать хорошими детьми, но не потому, что их волнует спасение их души, а потому, что они хотят иметь хороших детей. То есть их больше беспокоит то, что будут говорить об их детях другие люди, чем то, что их дети могут попасть в вечную муку. Но как в таком случае поможет Бог? Задача не в том, чтобы дети шли в церковь из-под палки, но в том, чтобы они полюбили Церковь. Они должны делать добро не из-под палки, но почувствовать его как необходимость. Святая жизнь родителей извещает детские души, и потом дети легко подчиняются отцу и матери. Так они растут, имея благоговение и двойное здоровье, избегая душевных повреждений. Если родители закручивают своим детям гайки, будучи побуждаемы к этому страхом Божиим, то Бог помогает и ребёнок получает помощь. Однако если они делают это от эгоизма, то Бог не помогает. Часто дети страдают от родительской гордости.
– Геронда, иногда матери спрашивают нас, как и сколько должны молиться трёх-четырёхлетние дети?
– А вы им скажите: «Ты – мама, вот ты и гляди, на сколько у твоего малыша хватит силёнок». Здесь устав ни к чему.
– Геронда, к нам в монастырь на всенощные бдения родители привозят малышей. Может быть, детям это утомительно?
– Во время утрени пусть они дадут детям немножко отдохнуть. А на Божественную Литургию пусть снова приводят их в храм.
Матери, не давя на детей, должны с самого малого возраста учить их молиться. Жители каппадокийских селений напряжённо переживали и хранили аскетическое предание. Они отводили своих детей в пещеры, храмы, часовни, где клали поклоны и молились со слезами, и таким образом их дети тоже учились молиться. Когда четы шли по ночам их грабить, то, проходя мимо этих маленьких церквушек, они слышали плач и удивлялись. «Что происходит? – спрашивали они. – Что же это за народ? Отчего они днём смеются, а ночью плачут?» Разбойники не могли понять, что происходит.
Молитвы маленьких детей могут творить чудеса. Бог даёт им то, что они у Него просят. Ведь дети чисты, непорочны, и поэтому Бог слышит их чистую молитву. Помню, однажды, когда наши родители ушли работать в поле, меня оставили дома вместе с двумя младшими братьями. Неожиданно небо потемнело, и начался страшный ливень. «Ах, каково сейчас нашим родителям! – забеспокоились мы. – Как они смогут вернуться домой?» Малыши начали плакать. «Идите сюда, – позвал их я. – Давайте попросим Христа, чтобы Он остановил дождь». Втроём мы упали перед иконостасом на колени и стали молиться. Через несколько минут дождь перестал.
Родители с рассуждением должны помогать своим детям с младых ногтей приблизиться ко Христу и переживать высшие духовные радости с самого раннего возраста. Когда дети начнут ходить в школу, родители потихоньку должны учить их читать духовные книги и помогать им жить духовно. Тогда они будут подобны маленьким ангелам и в своей молитве будут иметь большое дерзновение к Богу. Такие дети – настоящий духовный капитал для своих семей. В духовной жизни им особо помогают жития святых. Я, когда был маленьким, брал небольшие книжечки с житиями святых, издававшиеся в те годы, и уходил в лес. Там я читал, молился и просто летал от радости. От десяти до шестнадцати лет (пока не началась греко-итальянская война[65]), не обременённый попечениями, я жил духовной жизнью. Детские радости чисты: они отпечатываются в человеке и, когда он вырастает, очень трогают его сердце. Если дети живут духовно, то и в этой жизни они будут радостны, и в жизни иной будут вечно радоваться рядом со Христом.
Связи с родными и друзьями
– Геронда, одна госпожа спросила нас, что ей делать с двумя двоюродными сёстрами, которые много лет сидят у неё на шее.
– А что она хочет? Что, напишем новое Евангелие? От неё Бог хочет, чтобы она им помогала, а сам Он сделает то, что полезно их душам.
– Геронда, если между родными возникнет недоразумение, то надо ли что-то говорить, чтобы им помочь?
– Да, надо поговорить с ними, но деликатно. Ведь если промолчать, это может привести ко злу. Если же человека, давшего добрый совет поссорившимся родственникам, неправильно поймут и на него обидятся, тогда ему надо сказать: «Простите меня за то, что я вас расстроил», и после этого оставить их в покое и молиться за них.
Человек, который хочет жить мирно, должен быть особо внимательным в отношениях с родными и друзьями. Он не должен обманываться той воспитанностью и хорошими манерами, которые, возможно, встречает в других. Мирская вежливость и хорошие манеры могут привести к немалому злу – потому что они имеют в себе лицемерие. Внешнее поведение человека может представлять его совершенным святым в глазах других, однако когда другим откроется его внутренний мир, окажется, что на деле всё было наоборот.
– Геронда, если человек чувствует, понимает, что его ближний относится к нему по-доброму, то будет правильным выражать за это свою благодарность?
– Если это очень близкий человек, то не нужно, потому что, во-первых, он тоже когда-то ему помогал и благодетельствовал, а во-вторых, и сам он чувствует ту внутреннюю благодарность, которую другой испытывает по отношению к нему. Однако если тот, кто оказал ему благодеяние или отнёсся по-доброму, не столь близок, тогда ему нужно выразить свою благодарность, как он может. Людям чужим мы говорим: «Спасибо». И если, к примеру, ребёнок захочет выразить родителям благодарность, то ему не останется ничего другого, как день и ночь, не переставая, говорить им «спасибо» за всё, что они для него делают.
Большая польза, если человек прост в своих отношениях с другими, если он всегда имеет о них добрый помысел и не относится ко всем людям всерьёз. Надо избегать споров и бесед, которые начинаются якобы ради духовной пользы, а приводят чаще к головной боли. Не надо ждать духовного понимания от людей, которые не веруют в Бога. Лучше молиться за таких людей, чтобы Бог простил и просветил их. С каждым надо говорить на том языке, который он понимает, и не надо открывать перед другими те великие истины, в которые ты сам веришь и которые переживаешь, потому что другие тебя не поймут, поскольку ты говоришь на иной частоте, находишься на волне иной длины.
Поделиться книгой: