Хеллтаун

— О, ну с Вовой, я прямо мечтаю тусить после работы, — иронизировал Дэн. — Ну уж нет!

— Да тихо ты. У меня идея есть, — перешел на шепот. — Мне тут птичка напела, что завтра проверка от заказчика. Есть повод расквитаться с Вовой за то, что на тебя нажаловался начальству.

Дэниел не без удивления посмотрел на Биртича. Мстить бригадиру он не собирался, тем более по такому мелочному поводу. Но Кей, казалось, был настроен более чем серьезно, и предвкушая веселье говорил:

— Мы, короче, набухаем русского. Для них это норма ведь, придется побольше взять. А завтра начальство увидит его на смене с похмелья и одуреет от перегара. Может и уволит даже!

Друг заливается смехом, а сам Дэн поморщился. Да, его очень нервирует косноязычность русского бригадира, но не настолько. Подставлять его это как-то… не по-мужски, что ли. Молчание друга Кевин принимает за согласие, и уже хлопает по плечу:

— Вот и отлично! Встретимся в баре!

— Я в деле, мужики!

Взявшийся из неоткуда старик Митч вдруг выныривает из-за спины Биртича как черт из табакерки, смотрит на них своими маленькими блестящими глазами и лыбится полубеззубым ртом. Физиономия Кевина лишь на секунду искажается, явно брать старого реднека он с собой не собирался. К Митчу общее отношение у Биртича было как безумному деревенщине, он от разговоров с ним отмахивался. Но старик слышал тайный план Кея, а потому электрик уже хлопает по плечу Митча:

— Во! Отлично!

Мужчины спешат вернуться к работе, не забывая попутно обсуждать, что нужно пить, чтобы как следует ужраться очень быстро. Дэниел уже предчувствует, как сильно он будет жалеть о том, что ввязывается в эту историю.

Для сонного Дэна рабочий день тянулся мучительно долго. Вова несколько раз подходил и, глядя на плешивую штукатурку Каннингема, говорил только: «Плохо. Переделывай». Мужчине казалось, что это бесконечным издевательством, но делать нечего — молча переделывал. Когда часы работы подходили к концу, Кевин буквально не отходил от друга, лишая шанса по-тихому сбежать домой, избежать ненужного похода в бар.

Каннингем уснул за барной стойкой. Полный пивной бокал так и стоял перед ним нетронутым, ведь спиртное принесли уже после того, как уставший строитель «на секундочку» опустил голову на сложенные поверх барной стойки руки. Проснулся неожиданно и резко, будто кто-то толкнул. Оглянувшись по сторонам, без труда нашел уже изрядно захмелевших коллег на танцполе поблизости. Причем и Вова, и Митч, и Кей были примерно в одном состоянии: когда стоять ровно уже тяжело, но танцуется превосходно. Все трое, как закадычные друзья, по-нелепому смешно двигались под одну из старых кантри песен. Глядя на эти пьяные танцы Дэн улыбнулся — хорошо, что он не пил вместе с ними, ведь выглядит как дебил. Дэн бросил взгляд на бокал перед собой. Пить выветрившееся пиво, на поверхности которого плавала полудохлая муха, абсолютно не хотелось.

Нужно идти домой. Пьянки никогда не нравились Каннингему, а от этого воздуха в барах с вонью потных тел и перегара так и вовсе тошнило. Непонятно вообще, зачем он каждый раз поддается на уговоры Биртича, зачем каждый раз отправляется в подобные ненавидимые злачные места. Хотя, с другой стороны, что ждет мужчину дома? Новая истерика?

— Вы бы позвонили жене, — вдруг прозвучал рядом мужской голос.

Обернувшись Дэниел увидел по левую сторону от себя, на соседнем барном стуле, мужчину возраста старика Митча. Но у этого и зубы целые, и взгляд умнее, и одет незнакомец приличнее пожилого столяра — классический черный костюм-тройка выглядел дорого и представительно, дополняла костюм темно-синяя рубашка без галстука. Каннингем озадаченно смотрел на незнакомца, не понимая причем здесь его Далси и зачем ей нужно звонить.

— Простите? Мы знакомы? — переспросил Дэн, но все же начал искать по карманам телефон. Нашел бумажник, ключи от машины с брелоком в виде белки, а телефона нет. — Чё-ёрт…

Как это часто бывает с барах со спящими людьми, Каннингема обворовали — стащили смартфон. Самый обычный смартфон, старенький, далеко не из последних моделей. Удивительно, что не умыкнули и бумажник, мужчина тут же пересчитал наличные в нем, убеждаясь что все деньги на месте. Дэн опять взглянул на коренастого мужчину в костюме. Уж не этот ли телефон стащил? Выглядит-то слишком прилично для барного воришки, но это может быть маскировка. И про позвонить первый заговорил, а сейчас сидит и ехидно улыбается.

— Потеряли телефон? — спросил незнакомец. — Какая досада. Но, поверьте, я здесь ни при чем. Бармен видел, что я только что подсел. — И, действительно, молодой человек за барной стойкой, натирающий стаканы, тут же кивнул после слов старика.

— Вы не видели, кто взял телефон? — тут же спросил Дэн у бармена.

— Нет, — отрицательно кивнул парень, — к сожалению, не видел, сэр.

— А камеры? — в начинающейся панике Каннингем оглядывался, задирая голову вверх. — Тут камеры есть?

— Они техобслуживании, сэр.

— Какая неудача! Ужас, — вновь вмешался старик в костюме.

Потерянный телефон жаль не столько потому, что он денег стоит. Там все номера, все аккаунты, все платежные реквизиты привязаны. Теперь предстоит несколько дней восстанавливать доступ и менять пароли, пока вор не успел воспользоваться его данными в своих целях. Разочарование отразилось на лице Каннингема, меньше всего он хотел продолжать беседу, но случайный собеседник вновь заговорил своим вкрадчивым и насмешливым тоном:

— Не переживайте, купите новый. А вот что за деньги не купишь, так это семью. Как считаете?

Дэн взглянул на старика как на слабоумного, не сразу находясь с ответом.

— Не знаю.

Незнакомец глухо засмеялся, будто только такого ответа и ждал. Жестом он подозвал официанта и вновь попросил наполнить его бокал — парень ловко подлил порцию виски.

— Ненавижу виски, но ничего лучше в этой забегаловке нет, — обратился старик опять к Дэну. — А вы что предпочитаете?

— Ничего, — без раздумий ответил Каннингем.

— Даже так! Интересно, — хмыкнул незнакомец. — И даже ничего не пьете вечером, за ужином с вашей супругой? Пресное веселье.

Дэниел никак не мог отделаться от чувства, что в каждом слове этого чудака есть некая издевка или намек, но что именно имеет старик в виду понять не мог. Как и в принципе не понимал, зачем он все еще поддерживает беседу, которая ему не по душе. Нет, пора домой, хватит приключений на сегодня.

Едва Каннингем встал со стула, как вновь привлек внимание странного собеседника.

— Уже уходите? Так быстро?

— Да. Мне пора домой.

Старик понимающе кивнул. Дэн успел отойти на пару шагов, как услышал:

— Передавайте привет вашей женушке, мистер Каннингем, — незнакомец поднял свой стакан с виски. — Он была неплохой женщиной.

Откуда этот человек знает его имя? Что значит «была»? — эти и другие вопросы хотел было задать мужчина подозрительному старику, но в него внезапно врезался Кевин.

— Брат! Этот Вова… он подлец, конченная крыса, Дэн, — язык почти не слушался Биртича, фокус взгляда потерян и не найден. — Сволочь какая… я пытался его набухать… а он сам меня споил!.. Как зараза последняя, исподтишка!.. Бро, он не пьянеет!

— Спокойно, Кей! — пытался утихомирить Кевина Дэн. Выглядел друг ужасно: волосы до плеч, которые и в нормальном состоянии выглядели неважно, теперь всклокочены и слиплись в пакли, а плоская физиономия опухла и блестела жиром больше обычного.

— Пошли ему морду бить, Дэн!.. — желваки ходили на щеках Кея, когда он вцепился и повис на рубашке товарища. — Ну пошли, блин, набьем этой крысе русской рожу! Он бесит меня! Давай, пожалуйста… Тупой Вова…

Пьяное малоразборчивое лепетание Кевина могло только рассмешить. К слову, после улыбки Каннингема, начал скалится и Биртич. Дэну стало ясно, что Кевин абсолютно не в себе.

— Поехали домой, брат, — предложил Дэниел. — Завтра на работу рано. Плюс проверка от начальства. Ты же не забыл про проверку?

— Не забыл, — со вздохом ответил мужчина.

— Давай я тебе такси вызову… А, чёрт! Телефона нет. Кей, дай свой мобильник.

Друг смотрел на Каннингема невидящим взглядом.

— Телефон, Кевин, — повторил громче Дэн. — Ты помнишь, где твой телефон?

Биртич отрицательно покачал головой, а лице появилось такое выражение лица, будто от этого движения его укачало и скоро стошнит. Пришлось возвращаться к барной стойке, просить бармена вызвать такси для Кевина, а также давать бармену солидные чаевые за то, чтобы другу ничего не наливали и довели до машины, когда та за ним приедет.

Занимаясь Кевином, Дэниел совершенно позабыл про того старика, потерял его напрочь из виду. Предчувствие говорило ему, что нужно немедленно ехать домой — с женой и дочерью могла случиться беда. Оставив друга у барной стойки, Каннингем пытался как можно быстрее пробраться через толпу народа на танцполе к выходу.

— Увидимся в Аду, мистер Каннингем! — от знакомого насмешливого голоса над самым левым ухом Дэн вздрогнул. Обернулся — старика нет нигде.

Испуганный и взволнованный мужчина все же оказался снаружи. Укрытая беззвездной ночью улица встретила Дэниела прохладой и свежестью, но он был слишком обеспокоен, чтобы замечать хоть что-то вокруг себя. Все мысли только о супруге и ребенке — что с ними? Вдруг тот старик маньяк, он уже убил их? Каннингем немедленно запретил себе даже предполагать подобное.

Сев в машину, Дэн спешно засунул в зажигание ключ с брелоком-динозавриком — машина завелась и немедленно отъехала с парковки. Дорожное освещение почему-то работало с перебоями — фонари попеременно то зажигались, то потухали. Что за ерунда? Всю жизнь мужчина прожил в этом маленьком городе, в спокойном Лейквуде, но подобных проблем с электрикой не случалось. Как назло знакомый путь до дома казался чрезвычайно длинным. Дэниел превышал разрешенный лимит скорости без зазрения совести — ему нужно доехать к семье быстрее, убедиться в беспочвенности страхов, а штрафы оплатит потом.

Наконец-то, вот он дом. Мужчина оторопело смотрел на черные окна. Почему нигде не горит свет? Все-таки проблемы с электроснабжением коснулись всего Лейквуда, даже спальных районов в пригороде? Да нет же — Дэн заметил, что у соседей со светом все в порядке, работают наружные светильники у мощенной камнем тропы к соседской двери. Страхи Каннингема росли, и теперь стало жутко переступать порог дома. Подогретое разбушевавшимися страхами воображение рисовало ужасные сцены, и самое страшное в них — найти мертвые тела ребенка и женщины, которую он любил. Хуже этого ничего представить невозможно.

3

Дэниел сжал кулаки, сделал глубокий вдох и выдох, после чего решительно вышел из машины. Как бы жутко ему ни было, он не собирался сидеть сложа руки и накручивать самого себя предположениями, где одно страшнее второго. И не дай бог с его женой и дочкой что-то случилось — он достанет того старикана из самих глубин Ада!

Далси не имела привычки запирать входную дверь, а потому и в этот раз она тоже была открыта. Внутри дома еще темнее, чем снаружи, но пахнет приготовленным ужином. Если супруга смогла приготовить еду, значит, с ней всё в порядке. Видимо, дело и правда в сбоях подачи электроэнергии. Каннингем в полутьме нащупал переключатель света в прихожей, нажал на него, и свет в коридоре и на всем первом этаже немедленно зажегся. Гнетущая тишина, нет ни единого звука, кроме шагов самого Дэна по паркету.

— Далси! — мужчина громко обратился к окружающей пустоте и прислушался.

Ответа нет.

В гостиной привычный беспорядок. Каннингем прошел вглубь кухни, и быстро понял откуда пахло свежеприготовленным ужином — вместе с кастрюлей, со сковородкой остатки еды так и лежали в раковине со сломанным краном. Далси, видимо, опять психанула. Ничего удивительного, но Дэниел все равно разочарован. Будь его супруга поуравновешеннее, ей бы цены не было — готовит та превосходно.

Дэн уже собирался уходить из кухни, но заметил кое-что странное на полу. Прямо со стороны совмещенной с кухней столовой тянулся алый след по белой напольной плитке. Выглядело так, будто кто-то размазал по полу клубничный джем. Дэн присел на корточки, чтобы внимательнее присмотреться, и ужаснулся — кровь и свернувшиеся сгустки вперемешку с какими-то комками, кашей, водой. Кого-то вырвало кровью и остатками еды на их пол.

— Далси? — позвал мужчина супругу громче.

С лестницы на второй этаж раздался шум. Дэн побежал в его сторону. На втором этаже света не было, кромешная тьма, но мужчина смог разглядеть женский силуэт. Этот силуэт бился о доходящую до пояса стеклянную перегородку, словно не видя лестницы вниз в нескольких футах слева от себя. Женщина издавала странные рычащие звуки. Хуже всего, что в этом силуэте Каннингем узнавал тучную фигуру своей жены.

Сердце почти остановилось от панического ужаса, но разум отказывался воспринимать увиденное и искал логическое, правильное объяснение. Это не Далси, нет. Это какая-то сумасшедшая бездомная забралась в дом, но точно не Далси.

— Миссис, это частная собственность! — наконец произнес мужчина, набравшись храбрости. — Предупреждаю, немедленно покиньте мой дом или я вызываю полицию!

От звука голоса мужчины женщина и вовсе начала сходить с ума, начала биться о перегородку интенсивнее, а потом и вовсе массивное туловище перекинулось через стеклянные перила. Не успел Дэн глазом моргнуть, как сумасшедшая рухнула со второго этажа вниз, прямо под ноги хозяину дома. Высота большая, женщина должна была получить серьезные травмы, но вместо этого поднимается на ноги. Медленно ковыляет прямо на Дэниела, а тот пятится назад в сторону кухни.

Мужчина не в состоянии врать себе дальше — перед ним не бездомная, а законная супруга, мать его ребенка, и ведет себя она ненормально. Выглядит тоже угрожающе — пижама залита кровью от подбородка до живота. Теперь понятно, это ее тошнило кровью на пол. Лицо искаженно гримасой страдания и злости. Дэн часто видел Далси такой, но никогда еще кожа жены не была такой мертвенно бледной, а глаза безумными, как животного с бешенством. Женщина продолжала издавать рычащие звуки, клацать зубами, но теперь еще и тянула к нему руки; хотя само туловище после падения искривилось, вывернулось чуть в бок, жена могла идти и мелкими рывками приближалась к отцу своего ребенка.

Дэн всё понял. Еще вчера он тратил ночь на компьютерную игру, где ожившие мертвецы выглядят так же. Убить ее сможет только повреждение головного мозга. Возвращая себе самообладание, Каннингем пытается не паниковать. На кухне полно ножей, а в одном из ящиков он лично прятал пистолет. Мужчина бросается к нужному ящику — мертвец оживляется и бросается следом, но их разделяет существенное расстояние. Дэн успевает выхватить пушку и отбежать в сторону. Снимая оружие с предохранителя, он наводит дуло на искореженную, но все еще двигающуюся женскую фигуру. Нужно просто нажать на курок — и проблема решена.

Ком подкатывает к горлу, когда он видит родное лицо. Черты внешности бывшей школьной красавицы еще узнаваемы, несмотря на полноту. Почему-то именно сейчас память предательски воспроизводит всю историю их отношений, все лучшие моменты. Рука мужчины дрожит. Он опускает пистолет, и вынужден отступить назад, чтобы руки жены не схватили его. Оказывается, не так просто убить родного человека. Не так просто стереть его с лица земли одним нажатием на курок. Вдруг ее еще можно спасти? Не может быть, чтобы Далси на самом деле…

Со второго этажа становится отчётливо слышен детский плач. Его дочь! Дэн совсем забыл о дочери. Мужчина бегом поднимается на звук, без труда минуя цепкие руки жены. Зараженная плетется следом, но за живым и быстрым мужчиной ей не угнаться. Отец находит дверь в детскую забаррикадированной тумбой. Отодвигает баррикаду. Войдя в комнату, видит дочь абсолютно нормальной, не такой как мать — здоровый румянец на щеках, ясный взгляд. Ребенок настороженно рассматривает отца из колыбели. Но мужчина даже не знает, как с младенцем обращаться, а потому брать на руки не спешит.

Каннингем выходит из комнаты, видит супругу. Далси медленно, но упорно ползет по ступенькам на второй этаж. Теперь Дэн не может спуститься вниз, пока не убьет ее — на первый этаж ведет всего одна лестница в доме. Всё в мужчине против убийства. Это же его жена! Убить ее немыслимо. Но ради дочери он обязан сделать это. Каннингем вновь наводит пистолет на супругу, когда их разделяет всего несколько ступенек. Спускает курок. Тело женщины навсегда замирает на лестнице, когда пуля попадает в голову.

Дэн убрал бездыханное тело жены с лестницы — перенес на диван в гостиной. Там же появилась возможность осмотреть Далси. По игровому опыту, из фильмов и сериалов он помнил, что для заражения нужна как минимум царапина, а как максимум укус. Но все повреждения супруги были посмертными — сломанный позвоночник из-за падения и пулевое ранение, оборвавшее ее мучения. Тревога оставалась. Каннингем опасался, что сделал ошибку. Совесть твердила, что не следовало ему стрелять, ведь теперь шанса вылечить Далси больше нет и не будет никогда. Что же он наделал?

«Я должен был просто позвонить 911! Не стрелять, не стрелять, не стрелять…» — корил себя мужчина, сидя возле мертвой супруги. Мучимый подобными мыслями Дэниел пытался дозвониться на 911, но там просили оставаться на линии и ждать соединения со свободным оператором. Нет свободных операторов ни у скорой помощи, ни у полиции, ни у пожарных. До мужчины наконец дошло, картина сложилась как пазл: не только с его женой случилась трагедия. Полицейские не могут приехать к нему, потому что они уже отправились на десятки, сотни подобных вызовов по всему Лейквуду.

Осознание действительности подействовало как обезболивающие для сердца, которое после убийства жены будто разбилось на множество частей. Прежний мир мертв, но нужно оставаться в живых — ради дочери. Дэниел, чтобы больше не смотреть на мертвую жену, поднялся к их дочери. Только сейчас он заметил в комнате детскую переноску, а точнее обычное автокресло, которое Далси часто использовала как переноску. Рюкзак рядом с кроваткой дочери загружен баночками с пюре и пачками со смесями. Жена собиралась бежать, но что-то ее остановило. Или кто-то. Чёрт, а если она звонила ему, Дэну? Надо же было так не вовремя потерять телефон!

Мужчина нашел смартфон Далси в супружеской спальне на кровати. Два часа назад она звонила ему девять раз. Только ему, больше из недавно набранных номеров нет ни ее матери, ни службы спасения.

Каннингем старался не думать о том, что подвел жену — самобичевание бесполезно сейчас, когда нужно выживать. И у него, по сути, немалый опыт в этом деле, не раз он уже проживал игровые или кинематографические судьбы выживших. Он знает, что делать. Во-первых, нельзя оставаться одному. Дэниел находит записную книжку с номерами коллег и пытается дозвониться Кевину, Вове или тому же Митчу с телефона Далси. Гудки есть, но каждый раз обрываются. С раза десятого в трубке мужчина слышит голос Кея.

— Слава богу ты жив! — кричит в трубку друг. — Где ты исчез? В баре резня! Массовое бешенство, брат! Не позволяй им себя укусить!

— Вы еще в баре?

— Что го — ришь? Те— не с — шно, Дэн! — слова Биртича почти не разобрать.

— Вы в баре? — повторяет Дэниел. — Я еду, Кей!

Связь оборвалась окончательно. Мужчина не медлил ни минуты, принялся спешно собирать самые необходимые вещи для ребенка все в тот же свой старый походный рюкзак, где уже было детское питание и что-то из одежды Коры. Но вдруг услышал скрипучий звук отрывающейся входной двери, звук с первого этажа. Дэн вытащил прихваченный с кухни пистолет, не создавая лишнего шума, вышел из детской. Даже на втором этаже было слышно характерное рычание, хрипящие звуки с первого этажа. Похожие еще недавно издавала Далси.

Каннингем шел вниз по лестнице максимально беззвучно, напряженно прислушиваясь к рычанию зараженного. Тот был где-то в области кухни. Существо чуяло кровь, вряд ли он пришел туда на запах вылитого в раковину ужина. Входная дверь так и осталась нараспашку, Дэн заметил, что по улице бродят уже несколько таких рычащих и дергающихся людей — смотрят в никуда, рты открыты, с трудом переступают с ноги на ногу. Выстрел на кухне привлечет их, даже если запереть предварительно дверь. И что тогда? Хватит пуль на всех? — в магазине осталось всего пять.

Нужно убить забредшего в дом беззвучно. В игре, не только в «Эпохе мертвецов», он пользовался стелсом постоянно — за тихое убийство давали всегда или больше денег, или больше репутации и опыта. В жизни это не должно быть сильно сложнее, нужно просто подкрасться и ударить чем-то острым. На кухне достаточно ножей, их и можно использовать для атаки.

Подкрадываясь к кухне, Каннингем не прячет пистолет. Зараженный стоит к нему спиной, между ними футов пятнадцать. С виду это обычный мужчина, если не считать заторможенных движений и рычания. Его травмы бросаются в глаза — футболка на спине изодрана, видна истерзанная зубами плоть. Дэн не отводит от зараженного взгляд, вслепую открывая все кухонные ящики подряд. Наконец-то рука нащупывает ребристое острие колющего предмета, его мужчина и берет — длинный нож для чистки рыбы.

Каннингем рывком приближается к зараженному. Замахивается со всей силы и бьет в область затылка. Но выбранное оружие оказывается бесполезным, для подобных ударов не подходит — тонкое лезвие после столкновения с костями головы сгибается пополам, не наносит существенных травм, а потом пружинит и отскакивает в сторону вместе с ножом, вылетая из рук на пол.

Шокированный Дэн теряется, подобного поворота он точно не ожидал, а оживший мертвец оборачивается к нему. Одного мгновения растерянности хватило, чтобы зараженный схватил его за куртку. Мужчина делает шаг назад от клацающего зубами противника, но отступать некуда. Каннингем упирается поясницей в один из кухонных ящиков. Но вовремя вспоминает про пистолет. Приставив дуло к подбородку плотоядного монстра одним выстрелом избавляется от угрозы.

Теперь мужчина не имеет права терять время. Взбегает на второй этаж, быстро перекладывает дочь в переноску, закидывает на плечи толком несобранный походный рюкзак и бежит к машине. Но с «гостями» с улицы сталкивается уже на лестнице — в отличие от Далси у этих зараженных проблем с подъемом по ступеням не было. Одна пуля, вторая. Дэн перепрыгивает через тела, стараясь не уронить ни переноску, ни рюкзак. Еще один живой мертвец тянет израненные укусами руки на пороге дома — еще одна пуля умиротворяет нападающего.

В машине Каннингем спешно крепит переноску с дочерью на положенное место, не забывает про ремни безопасности. В это же время обезумевшая зараженная женщина добирается до его машины и начинает колотить ладонями о лобовое стекло, однако бьет недостаточно сильно, чтобы разбить. Дэн заводит тачку, но из-за трупа на капоте не видит дороги. Мужчина пробует скинуть тело во время резкого поворота через соседский газон, и только тогда женщина отлетает в сторону. Каннингем вдавливает педаль газа в пол, стрельба и так привлекла к нему всё внимание — шансы уехать живым снизились до критического минимума. Но не успевает он проехать и четверти мили, как перед машиной выбегает женщина.