Как стать царем

Раздался крик:

— Да я тебя! — мощный, атлетически сложенный мужчина атаковал худенького, низкорослого парня, похожего на мальчишку. Мужик бил кулаком наотмашь, но его худой противник отклонился от удара, отскочил и плюнул что-то из трубки в шею силача. Тот повалился на землю.

На толстой шее богатыря расплылось фиолетовое пятно. К поверженному мужчине подбежал знахарь Чарли. Он произнес с удивлением:

— В него вонзилась иголочка с ядом, который парализует конечности.

— Временно! — ответил худой парень. — Потом амбал очухается. И будет знать, как на меня нападать!

Мы с Сашей велели худому зайти к нам в шатер.

Атаман спросил:

— Как зовут тебя?

— Трубач.

— Что за кличка такая странная? — опять спросил Александр.

— Так это потому, что я с трубкой своей любимой не расстаюсь.

— Покажи, — велел Александр.

Трубач достал из штанов металлическую трубку с отверстием внутри и сказал:

— Я с нее иголками стреляю.

— Где ты научился изготовлять яды? — спросил я.

— Нигде! Нашел в одном из имений. Богатые тоже не довольны своим положением в обществе. Вот и делают всякую отраву. Зелье было запечатано в пакет, я его вскрыл и оказался на время парализованным. Хорошо, что хозяева не вернулись. А потом стал иголки осторожно зельем смазывать.

— Как попал в имение? — спросил Александр.

— Я открывать замки умею.

— Откуда? — опять спросил Александр.

— Один вор научил! Он временно оказался у нас на заготовках, я был с ним в одной паре, рубили лес. А затем мы сбежали. Вор рассказал, как вскрывать замки, даже кое-что показал. Мы сначала вместе в один дом забрались. А потом он ушел от меня.

— А трубка у тебя как оказалась? — спросил я.

— Нашел еще в детстве, так с ней и хожу.

Мы отпустили Трубача, а я сказал Саше:

— Дисциплина у нас пока не очень.

— Что ты хочешь, всех в отряд принимаем, без разбора.

— Не правильно это! — ответил я. — И вообще, лидеры восстания должны быть бойцам братьями, а не братанами!

— Ты забыл, из кого я формировал отряд? — спросил Александр. — Атаман — это в первую очередь выразитель настроения своих бойцов.

— Ладно, давай не будем об этом, — предложил я. — Но плевательные трубки с иголками могут нам пригодиться. Уже в предстоящем походе.

— Они недостаточно дальнобойные! — ответил Александр. — Да и где ты возьмешь достаточное количество металлических трубок?

— Не обязательно металлические. Мы в детстве плевали из трубок, которые сами делали из тростника.

— Это были детские игры, — сказал Саша.

Я ответил ему:

— Но трубки можно усовершенствовать. Я подумаю над этим. Ты прав: губы и щеки дают возможность бить на небольшое расстояние. Придумать бы что-то такое, что само расширяется и бьет с силой. Но это потом. Пока на нас не брошены крупные силы, надо атаковать город. А с помощью простейших трубок можно будет бесшумно снять караульных.

— Придется вплотную к ним подходить.

— Придумаем, как лучше подойти, чтобы не вызвать подозрение. Думаю, девушек опять подключить, форму гвардейцев и охранников использовать. Надо проконсультироваться еще у знахаря по поводу ядов и противоядий…

— У нас еще есть немного времени, многим бойцам нужно показать элементарные приемы войны, — сказал Александр.

Я подвел итог разговора:

— Ты прав, мы должны тщательно подготовиться и сплотить не слишком пока боеспособную повстанческую армию под нашим командованием.

Глава 10

Весь день бойцы повстанческой армии провели в учениях и подготовке к предстоящему штурму Питера. Вечером Александр Непомнящий выслал разведку. Перед выходом в город решили провести Совет командиров.

— Прежде всего нужно взять лагерь гвардейцев при входе в Питер, — сказал я. — Сначала обезвредить караульных. Это проще всего сделать с помощью стреляющих трубок.

Я показал тростниковое приспособление и пояснил:

— Металлических пока нет, но можно плюнуть и с такой.

— Правильно, очень важно тихо, аккуратно снять часовых и хотя бы часть гвардейцев обезвредить во сне, сказал — Александр Непомнящий. — Выступаем ночью.

— Только с трубками нужно быть очень осторожными, — сказал я. — Знахарь Чарли проконсультирует передовой отряд, как стрелять, чтобы не навредить себе. Трубки будут заряжены отравленными иглами с одного конца. Действовать начнем как и при штурме логова прокуратора. С собой я возьму самых сообразительных и натренированных бойцов.

— Логично! Я пойду с вами! — произнес Хорошук.

— Я думаю, караульных будет не слишком много, — сказал Александр. — Даже после захвата прокуратора их вряд ли успели усилить армией. Мы для них — тупые разбойники, которые способны лишь на то, чтобы нападать на замки и имения богачей.

— Охрану олигархов наверняка усилили гвардейцами, так это и хорошо, — сказал Мирон. — Меньше их будет задействовано на защите города.

— После ликвидации лагеря гвардейцев сразу идем на штурм городской крепости, а после ее взятия займемся подавлением оставшихся очагов сопротивления, — сказал я.

Мирон напомнил:

— У нас будет превосходство в бойцах, но противник лучше обучен и вооружен.

— Так и я успел обучить многих бойцов основным приемам, — напомнил я.

— Да, но у гвардейцев проходят постоянные тренировки, а у нас будет много не проверенных людей, — сказал Гром.

— Ничего, возьмем внезапностью, числом и смекалкой, — ответил я.

— Нам обязательно нужна победа, — сказал Мирон. — При первом поражении люди начнут разбегаться от нас.

— Думаю, наоборот, городская беднота присоединится к нам, — высказал предположение Александр Непомнящий.

— Это в случае успеха, — ответил Мирон. — План операции согласован. Осталось уточнить детали. Во время внезапного нападения в рядах врага начнется паника, ей нужно воспользоваться.

— Понятно! — воскликнул Гром. — Воспользуемся!

— Снимаем караульных и сразу вводим в лагерь гвардейцев первый полк, — сказал я. — Действуем тихо, наносим спящему врагу максимальный урон.

— Наиболее тренированные бойцы пойдут первыми, возможно, их поведу я, — предложил Мирон.

Александр уточнил:

— Не возможно, а Алексей и ты их поведете!

Я продолжил излагать план боя:

— Второй полк задействуем при штурме крепости и в случае, если у первого полка возникнут проблемы в лагере гвардейцев. Третий полк сразу окружит лагерь и останется в засаде. Задача его бойцов — не выпустить ни одного гвардейца! Затем идем на штурм крепости. Задействуем всех людей. Из нашего лагеря выступаем в полночь.

Возражений не последовало, только Хорошук сказал:

— А пока нам не мешало бы немного поспать.

Я кивнул. У меня привычка спать мало и чутко, но бойцы заслуживали отдых перед важнейшим сражением.

— Сон — стратегическое оружие, его нехватка — причина усталости, которая, в свою очередь, — зародыш поражения, — сказал Мирон при выходе из шатра.

Совет закончился. Бойцы после занятий на свежем воздухе спали как убитые. Лишь наши караульные сидели в засаде, готовые поднять тревогу.

Мне не спалось, я с нетерпением ожидал своей первой крупной битвы и опять обдумывал план сражения. Тактика, вроде, правильная. В темноте легче скрыться и подойти к лагерю гвардейцев незамеченными. Днем взять лагерь, а потом еще и город будет значительно сложнее. А вот спящих гвардейцев обезоружить вполне по силам, ножи, наверное, придется использовать. Мушкетов и луков у нас пока мало. Думаю, в лагере гвардейцев захватим. Слуги Нитупа могут впасть в панику при ночном штурме и сдаться.

Ночная атака — это тоже риск, военного опыта у бывших разбойников и бедноты практически нет, но, как показал набег на замок прокуратора, успеха можно добиться и без опыта.

Неплохой идеей казалось мне использование трубок с иголками. Потом можно будет оснастить наше войско другими, довольно простыми видами вооружений. Сделать, например, допотопную гранату из пороха, глины и чугуна. Можно будет изготовить и взрывчатку. Ведь некоторые в моем родном мире делают ее кустарным способом.

Но это — потом. Сейчас следовало настроиться на предстоящий бой. Я почти не сомневался в победе.

В полночь отдал распоряжение:

— Трубить сбор, поднять всех, кроме больных, женщин и тех, кто остается на охране лагеря.

Перед походом решил сказать несколько слов, чтобы поднять дух бойцов:

— Нас ждут великие времена. Мы все станем богатыми и влиятельными! Но для этого нужно совершить ряд побед во имя свободы и справедливости!

Бойцы зашумели. Раздались голоса:

— Веди нас к победам!

— Мы всех сомнем!

Я продолжил:

— Сначала мы захватим Питер. Боги подарят нам успех, город с огромными богатствами будет наш! Пойдем к нему и возьмем смекалкой и штурмом.

— Там крепость с высокими стенами! — закричал кто-то из толпы.

— Когда мы пойдем на штурм, боги помогут нам, город упадет к нашим ногам! — я старался излучать уверенность, сердца бывших разбойников и бедноты наполнялись энтузиазмом.

Послышались голоса:

— Да здравствует посланник богов и наш атаман!

— Мы разберем крепость по камушкам!

— Надо сначала атаковать лагерь гвардейцев, а потом крепость еще до рассвета! — велел я. — Потому в путь!

Лавина воинов устремилась в направлении Питера.

Лошадей в отряде атамана Александра Непомнящего, а теперь в моей освободительной армии было мало. Понятное дело, «посадочных» мест хватило только вновь избранным командирам и бойцам, которые первыми должны были ввязаться в заваруху.

Женщин, кроме Аленки, мы решили их не брать. В лагере остались и пара десятков человек охраны. Все остальные пошли на штурм Питера.

Перед выходом из лагеря я сделал вид, что молюсь и шепчу заклинания, после чего вскочил на лучшего в отряде жеребца.

Не спеша поехал во главе войска. Двигаться старались бесшумно в свете почти полной луны. Легкие могучего скакуна моего раздувались, словно кузнечные меха, а бледный хвост его в ночи казался мифическим шлейфом тетки с косой, которая отныне будет сопровождать нас.

Копыта лошадей глухо стучали по земле. Ухали филины, слышался заунывный вой волчьей стаи, а луна казалась живым ликом святой, на чьем ярком лице отражались морщины скорби.

Я думал о том, что здесь нет таких вооружений, как в моем родном мире, и средств коммуникации нет, даже телефона. Только приемник с передатчиком для радио сумели изобрести. Сильно отстала не воинственная цивилизация от параллельного мира в развитии техники и вооружений. Но это значительно облегчало сейчас нам задачу.

Стал размышлять о том, что было бы, если бы революция семнадцатого года в России провалилась. Какая была бы тогда история?..

Мои размышления прервала Аленка, которая подъехала на своем скакуне и сказала:

— Подходим к городу, там, за лесочком, лагерь национальной гвардии уже будет виден.

Я кивнул, а девушка спросила:

— А правду говорят, что атаман память потерял?