Когда время сошло с ума

Нахмурившись, он спросил:

— Мэг, ты всё ещё уверена, что сможешь отсюда привести нас к планеру?

Мэг подышала на очки трога и навела окончательный блеск новым платком.

— Конечно, — ответила она. — Если только твои приятели не помешают нам. Сдаётся мне, что они перемещаются примерно в том же направлении. — Она отдала очки трогу, лицо которого сморщилось от почти бесплодных попыток защитить глаза от света. Смиг торопливо выхватил свои очки у неё из рук и водрузил их на глаза.

— Ох, — сказал он и наконец улыбнулся. — Привычная уютная тьма!

— Тогда пошли! — скомандовал Уэбб. — Сюда, что ли?

Мэг утвердительно кивнула.

Они побежали рысцой между деревьями, стараясь не шуметь. Не успели они пробежать и несколько сот ярдов, как Мэг тронула Уэбба за плечо и Кивнула назад. На том месте, где их нагнали волны, уже стояли усмирители. Фигуры их едва различались сквозь деревья, но зато намерения были вполне очевидны: подобно огромным гориллоподобным ищейкам, они пытались отыскать следы беглецов.

— Они охотятся за нами, — чуть слышно прошептала Мэг.

Уэбб кивнул, и его лицо приняло жёсткое выражение. Он знаком приказал девушке и трогу лечь на землю, а сам, спрятавшись за порослью молоденьких сосенок, принялся наблюдать за усмирителями.

Уже через минуту он знал ответ на вопрос, не дававший ему покоя. Он вернулся к товарищам.

— Они направляются сюда, — прошептал он. — Нам их не обогнать. Эти мальчики состоят из одних мускулов. Придётся драться!

— Я так и знал! Надо мне было остаться в туннеле, — застонал Смиг.

— Заткнись, Смиг! Пока ты ещё жив. У тебя сохранилось твоё оружие?

Трог мрачно кивнул.

— Как насчёт твоего пистолета, Мэг? Ну вот и отлично! Вряд ли мои два патрона к «люгеру» пригодятся, но постараюсь извлечь из них максимум пользы. Попробуем устроить засаду. Ты, Смиг, полезай на дерево. Мэг, спрячься в сторонке и постарайся прежде всего снять последнего усмирителя. Я бы не хотел, чтобы твоя хлопушка выпалила мне в лицо. Целься не ближе, чем в десяти футах от нас. А я засяду в этих кустах. Я стреляю первым.

Мэг молча кивнула и пошла на своё место. Трог неодобрительно взглянул на Уэбба, но, обернувшись, заметил приближающихся усмирителей и беспрекословно взобрался на указанное дерево. Уэбб подождал с полминуты, затем ещё раз выглянул наружу.

Усмирители приближались очень быстро. Они были мрачны и молчаливы и походили на какие-то грубые подобия боевых машин.

Уэбб присел пониже и направил «люгер» в сторону дерева, к которому первый усмиритель должен был через мгновение подойти. Показался первый из преследователей. Уэбб прицелился в богатырскую грудь и уже готов был спустить курок, как вдруг заколебался: какой-то внутренний голос в нём запротестовал.

Усмирители не были теми, кто играет по правилам, а потому и не могли требовать их соблюдения от других. Они были зверьми, не заслуживающими ничего лучшего, быть пристреленными из засады. Сознавая это, Уэбб всё же никак не мог спустить курок.

Послышался лёгкий шорох падающей сосновой шишки. Усмиритель удивлённо взглянул вверх и узрел Смига, сидящего на ветке.

«Вот оно!» — облегчённо подумал Уэбб.

Пока усмиритель поднимал оружия, Уэбб прострелил его навылет, мгновение подождал и выпустил вторую пулю в следующего усмирителя. Сверху раздался визгливый звук — это начал действовать излучатель Смига.

Усмиритель, в которого Уэбб выпустил вторую и последнюю пулю, был только ранен. Чтобы остановить эту трехсотфутовую гору мускулов, требовалось побольше свинца в медной оболочке. С воплем ярости гигант бросился к Уэббу, на ходу прицеливаясь своим жезлом.

Уэбб вскочил и запустил бесполезным «люгером» в лицо усмирителя. Тяжёлый пистолет с хрустом ударил в лицо преследователя. Усмиритель зашатался, и Уэбб быстро нанёс ему резкий удар, поваливший того на землю.

Поверженный, но не усмирённый враг извернулся и брыкнул огромной ножищей, угодив Уэббу в висок. Удар получился страшной силы — лес закружился перед глазами Уэбба, из глаз посыпался сноп искр. Неимоверным усилием воли он удержался на ногах и принялся колошматить по лежащей туше, но гигант вновь изловчился, зацепил Уэбба и повалил его на себя.

Был момент, когда Уэббу показалось, что он попал в мясорубку, так неистово мяли его руки усмирителя, а затем он чувствовал, что летит — это противник отшвырнул его в сторону, и попытался подняться. Не помня себя от ярости, Уэбб вновь навалился на него всем телом и, обхватив горло усмирителя рукой, сжал его мёртвой хваткой. Жестоких ударов, которые посыпались градом, он уже почти не чувствовал, непроглядная тьма окутала его со всех сторон. Очнулся Уэбб от того, что Мэг тормошила его.

— Отпусти его, глупый! — умоляла она. — Он уже минут пять как мёртв!

Уэбб приоткрыл глаза. Он лежал на спине, придавленный сверху своим врагом. Уэбб разжал пальцы, стиснутые на толстой шее усмирителя, и его голова безжизненно свесилась набок. Мэг опустилась на колени рядом с Уэббом.

— Ну и характер! — потрясённо произнесла девушка, и Уэбб с удивлением заметил, что она плачет. — Сначала он приказывает нам не стрелять вблизи него, а потом схватывается врукопашную с самым здоровенным их этих бугаёв. Почему ты не оставил его Смигу?

Уэбб выбрался из-под тела мёртвого усмирителя и ощупал своё тело: кажется, переломов не было и это было невероятным.

— Смиг? — переспросил он. — Да у Смига у самого работы было невпроворот. Чтобы перебить всех этих мальчиков вам со Смигом нужно было не меньше дня.

Мэг недоумённо потрясла головой.

— Как это всех? Их было только четверо. Одного снял Смиг, ещё одного — я, а с остальными двумя ты покончил сам.

— Только четверо? — не веря своим ушам, повторил Уэбб. — Но почему…

Окончить фразу он не успел: земля под ногами дрогнула и, чтобы не упасть, Хилдрет схватился за Мэг.

— Спокойно, девочка!

— Что это было? — спросила она.

— Понятия не имею. Может быть, землетрясение? — Он обвёл глазами горизонт, и взгляд его остановился в той стороне, откуда они пришли.

— Нет, это не землетрясение. Смотрите!

Над вершинами сосен поднималась белая туча, причём со скоростью, не свойственной обычным туманам. Она уже была размером с огромную гору и становилась всё больше и больше. На высоте примерно пяти тысяч футов её вершина приняла форму гигантского гриба, и на его поверхности заиграло какое-то ненатуральное сияние.

— Может, это буря? — предположила Мэг.

Уэбб покачал головой.

— Хуже, гораздо хуже, — вымолвил он. — Я думаю, что произошёл ещё один сдвиг во времени. Это самый настоящий атомный взрыв.

Мэг разинула рот от изумления.

— Да ведь это довольно дрянная штука! Старый главарь бруклинцев иногда рассказывал об атомных бомбах, и мне совершенно не хочется попадать в такой переплёт. Кстати, тебе не кажется, что эти самые сдвиги что-то очень участились?

— Это точно. И если не ошибаюсь, то, что с нами произошло, совсем не случайность. В том отряде было не меньше дюжины усмирителей — это нам следует учесть.

Уэбб устало потёр лоб. События развивались так стремительно и непредсказуемо, что создавалось ощущение нереальности происходящего, будто он переживал всё не сам, а был лишь сторонним наблюдателем.

Он с трудом заставил себя продолжать:

— Я думаю, что остальные направились прямо к «Хрони». Очевидно, они намерены остановить её, она мешает работе их аппаратуры времени. Но чтобы сделать это, им придётся повозиться.

— Повозиться? — переспросила Мэг. — А что же будет с нами?

— Точно не знаю, но, на мой взгляд, пока они будут копаться в «Хрони», обрывки времени продолжат так же хаотично меняться, а когда всё кончится, они вернутся в своё собственное время. Этот лес ещё не так плох, но представьте себе, что мы навсегда останемся в той пустыне!

— Перестань! — отрезала Мэг. — Я не желаю слышать об этом. Что нам делать?

— Что делать? — мрачно отозвался Уэбб. — Нам необходимо добраться до «Хрони». И чем скорее, тем лучше.

В том месте, где вздымался атомный гриб, появилось множество тёмных точек. Они вились в небе, выделывая всякие сложные фигуры, и внезапно одна из них понеслась к земле, оставляя за собой хвост тёмного дыма и пламени. Уэбб догадался, что это такое: воздушный бой над территорией, подвергшейся атомной бомбардировке.

Вдруг и самолёты, и атомный гриб исчезли, и на этом месте засияло прозрачное чистое небо. Уэбб ничего не мог понять.

— Бог знает, что это такое, — прошептал он. — Но, кажется, там довольно холодно.

— А вот там, кажется, довольно жарко, — перебила его Мэг, указывая вправо. Уэбб обернулся и увидел, что в том направлении небо приняло медный оттенок и затянулось клубами дыма.

— Лесной пожар?

— А может быть, и ад, — кратко ответил Уэбб. — Разницы для нас никакой. Не будем терять время понапрасну. Впрочем, слышите?

Прислушиваться не было никакой необходимости: рёв, похожий на рёв локомотива, повторился совсем рядом. Он был полон невыразимой ярости и разрывал барабанные перепонки. Они увидели, как что-то огромное, ужасное, циклопических размеров несётся через лес напролом по направлению к ним.

Существо издало громкий крик ярости, и Уэббу удалось разглядеть огромную алую пасть, окаймлённую невероятно большими зубами.

«Тиранозавр!» — подсказало Уэббу сознание.

Смиг в ужасе завопил и застыл как вкопанный.

— Молчать! — зашипел на него Уэбб. — Может, он не заметит нас.

Рука Мэг инстинктивно метнулась к пистолету на поясе. Голова гигантской ящерицы, уловив малейшее постороннее движение, повернулась, и на беглецов уставились маленькие, полные бешенства зелёные глазки, еле видные за гигантской пастью. Затем с ужасной скоростью рептилия бросилась на них.

Мощный пистолет Мэг выстрелил дважды, и два разрыва ухнули где-то среди ветвей в нескольких ярдах от головы чудовища. Смиг оцепенело сжимал своё оружие. Уэбб же принялся лихорадочно махать жезлом, который он снял с мёртвого усмирителя. Он сжимал луковицеобразную рукоятку, проклиная себя за то, что не удосужился раньше как следует изучить оружие.

Наконец с конца жезла сорвался электрический разряд и ударил чудовище в бедро. Тиранозавра отбросило назад. Его задние лапы распрямились, а небольшими передними он беспорядочно замахал в воздухе. Раздался вопль, как будто тысячи сирен сошли с ума.

Уэбб выпустил в гигантскую ящерицу ещё один разряд, затем крикнул «Бежим!» остальным.

Неизвестно было, каких усилий стоило бы убить такую махину. Уэбб смутно припоминал, как профессор биологии рассказывал, что динозавры могли сражаться даже спустя несколько минут после того, как лишались головы или сердца. Проверять эту теорию не было времени.

Троица бросилась к прогалине и на краю её остановилась, держа оружие наготове. Они слышали, как позади в смертельной агонии тиранозавр всё крушит вокруг себя.

Гигантские сосны качались как былинки на ветру, а рёв раздавался как от стаи львов в колизее Нерона.

— Бедная тварь! — вздохнула Мэг. — Я понимаю, конечно, что ничего хорошего нам от неё было не дождаться, но всё равно зрелище очень тяжёлое!

Уэбб, соглашаясь, кивнул. Зато Смиг удивлённо посмотрел на них.

— В чём дело, надземники? — спросил он. — Вы сокрушаетесь из-за той гадины, что ли? Уж больно вы, надземники, все мягкосердечные!

Смиг скорчил презрительную гримасу и отвернулся. Тут же глаза его сверкнули удивлением, а худая рука выхватила излучатель.

Уэбб услышал, как кто-то подбегает к нему сзади, и в тот же миг увидел извивающуюся ленту бледно-голубого пламени, метнувшегося к нему.

Жуткое невезение преследовало их: из всех полян, на которых они могли расположиться, чёрт дёрнул их выбрать именно ту, где усмирители ремонтировали «Хрони»! Уэбб обернулся, чтобы встретить опасность лицом к лицу, но было слишком поздно!

Полдюжины чудовищ в человеческом обличье мчались на них с жезлами наготове, и в руках каждого была та самая скользкая голубоватая верёвка, которой они связывали Рона Дайнина в квартире Уэбба.

Уэбб пригнулся, но недостаточно проворно: конец верёвки в руках впереди бегущего усмирителя коснулся его руки, вызвав ощущение прикосновения сухого льда. Она обвилась вокруг него, особенно сильно стянув руки, сделав бессмысленными попытки дотянуться до своего жезла. Через мгновение Уэбб и его товарищи лежали на земле, спеленутые как мумии.

Глава 9. Воссоединённое время

Связанный Уэбб лежал на холме неподалёку от «Хрони». Где-то должны были находиться Мэг и Смиг, но увидеть их он не мог. А когда он позвал их, ответом было только завывание ветра.

Усмирители не обращали на него никакого внимания. Как гигантские марионетки, ведомые чьей-то невидимой рукой, они сновали вокруг сияющего корпуса «Хрони», устанавливая какие-то загадочные механизмы на корпусе машины. Они были заняты этим уже около часа, и солнце почти зашло, подсвечивая на небе загадочно переплетённые облака.

Временные сдвиги всё продолжали меняться. Со своего места спеленутому Уэббу были видны небеса всех оттенков и эпох — тропическое небо; небо, в котором парили летательные аппараты, и небеса, не знавшие никогда даже птичьего крыла. Один раз на мгновение возникло небо с низко висящей багровой луной, а на фоне далёкого горизонта появились верхушки гигантских зданий, которые вполне могли быть небоскрёбами родного Нью-Йорка!

Очевидно, излучаемая «Хрони» энергия оказывала своё действие только на некотором удалении, так как опушка леса была той границей, за которую сдвиги времени не заходили. Но Уэбб заметил, что граница эта постепенно приближалась к «Хрони».

За редко растущими деревьями он видел фантастические сцены — гигантские башни из чёрного льда; сверкающие экипажи, несущиеся по роскошным автострадам; безжизненные песчаные равнины и даже гигантские океанские волны; и с каждым разом видения становились всё ближе и ближе.

— Ты должен поторопиться, Уэбб!

Голос прозвучал где-то рядом. Не веря себе, Уэбб насторожился. Голос явно не принадлежал ни усмирителю, ни Мэг, ни Смигу.

— Рон, — хрипло пробормотал он, — Рон!

— Точно, Уэбб! Только не надо так громко. Разговаривай со мной мысленно!

Уэбб сжал губы и почти беззвучно произнёс:

— Так, значит, я был прав, чувствуя, что ты зовёшь меня?

— Конечно, Уэбб. Я же говорил тебе, что буду в твоём мозге. Но связаться с тобой было очень трудно. Это примерно как учиться управлять ракетой: попадаешь в пилотскую рубку, вроде все приборы здесь и ракета готова к полёту, но тебе приходится ею управлять. И я учился. Мне иногда удавалось прорываться наружу. Я однажды даже захватил власть над твоим телом, когда мне пришлось…

— Это не тогда ли в городе, когда я утащил эту штуку?

— Именно. И ещё несколько раз. Я… — голос на мгновение прервался. — Я, по крайней мере отчасти, ответствен за то, что ты поцеловал девушку тогда в пустыне. Хотя в общем-то ты когда-нибудь сделал бы это сам! А теперь, Уэбб, слушай, время дорого: усмирители скоро возьмут «Хрони» под контроль. Если им удастся это, то для нас всё потеряно! Как только «Хрони» перестанет мешать им связаться со своим временем, будет слишком поздно. Тогда у нас не останется шансов победить их. Но они глупы и бездарны. Пока они предоставлены сами себе, а не руководствуются более мощным разумом, находящимся за миллионы лет отсюда, у нас остаётся шанс.

— Рон, — в отчаянии возразил Уэбб. — Тебе не всё известно. Я связан так, что даже сам Гудини был бы бессилен выбраться из этих пут. Я не могу пошевелить ни одним мускулом. Но даже если бы я и не был связан, их восемь, а я один. И они вооружены.

— Оружие не имеет значения. Даже если бы тебе удалось убить усмирителя, это не помогло бы.

— Тогда что же делать?

— Доверься мне, Уэбб, — торжественно произнёс Рон. — Я намерен временно овладеть твоим телом. Только, пожалуйста, не сопротивляйся мне!

Уэбб против желания расслабился и почувствовал, что в его мозге распространяется странное онемение. Ощущение было таким, будто в голове у него разливается какая-то густая сладкая жидкость, успокаивая и делая его безвольным, но в то же время не усыпляя окончательно. Уэбб заметил, что кончики пальцев шевельнулись без какого-либо участия с его стороны. Затем шевельнулись пальцы ног, один за другим по порядку. Затем мышцы ног напряглись и расслабились. Очевидно, Рон Дайнин проверял управление.