Земля смерти

У Лашкина есть ответы на некоторые вопросы. И сегодня вечером он заговорит.

Пятая глава.

Картер поужинал в маленьком ресторанчике на 38-й улице, проверил свою машину и вернулся в квартал Лашкина чуть позже восьми. Он прошел мимо угла, где стоял дом Лашкина, и взглянул на окна. Светились огни. Вероятно, они все еще были там. Единственный телохранитель стоял впереди в тени.

За углом он миновал ворота, а затем, убедившись, что никто не идет, перелез через кирпичную стену и посмотрел вниз, во двор.

Второго телохранителя нигде не было видно. Но там было достаточно кустов и даже пара деревьев, чтобы скрыть его от точки зрения Картера.

Такси свернуло за угол и понеслось по улице, а Картер перелез через стену и спрыгнул во двор. Он просидел в тени целых две минуты, всеми чувствами ожидая присутствия телохранителя и сигнала тревоги. Но ничего не было.

Наконец он вытащил свой стилет и, пригнувшись, отошел от стены, углубился во двор, за заднюю часть соседнего дома из бурого камня слева от него и за стены других многоквартирных домов, вырисовывающихся прямо над головой.

Картер медленно сделал круг вправо, но, услышав шум прямо перед собой, остановился как вкопанный. Это было похоже на металлический треск или шипение.

«Здесь ничего нет», — сказал кто-то по-русски. Голос явно исходил из рации.

Телохранитель во дворе пробормотал что-то в ответ, чего Картер не смог разобрать, хотя и мог сказать, что мужчина был очень близко. Возможно, в пятнадцати или двадцати футах отсюда. Где-то в направлении 34-й улицы завыла сирена.

Картер двинулся вперед, но снова остановился, когда рядом с бронзовой статуей вспыхнула спичка. Через мгновение сигаретный дым снова окутал его. Телохранитель хмыкнул, затем перешел слева от статуи и сел на низкую скамейку спиной к Картеру.

Слегка сжимая стилет в правой руке, не сводя глаз с крупного русского, Картер молча прошел мимо статуи прямо к мужчине.

В последний момент русский, почувствовав, что он уже не один, начал поворачиваться, но к тому времени для него это было уже слишком поздно. Картер перевернул свой стилет и, крепко сжав рукоять в правой руке, резко ударил человека по основанию черепа за правым ухом.

Голова русского резко дернулась вперед, его тело обмякло, и он рухнул на траву...

Действуя теперь быстро, Картер вложил свой стилет в ножны, обогнул скамейку, стянул с русского галстук и ремень и связал руки и ноги человека за спиной. Мужчина только что пришел в себя, когда Картер заткнул ему рот носовым платком.

«Послушай меня, товарищ, — сказал Картер по-русски. — Я не желаю тебе зла.

Русский полностью очнулся и пару мгновений боролся со своими путами. Но это было бесполезно. Он успокоился.

— Так-то лучше, — сказал Картер, продолжая говорить по-русски. «Если ты двинешься, если попытаешься сбежать, я вернусь и обязательно убью тебя. Ты понимаешь?"

Русский посмотрел на Картера, его глаза сузились. Но он кивнул.

"Отлично. Это займет всего несколько минут, я обещаю вам. Будь хорошим мальчиком.

Русский был профессионалом. Он изучал лицо Картера, чтобы убедиться, что если и когда он выберется из этого, то сможет дать точное описание.

«Меня зовут Ник Картер. Я хочу, чтобы вы это знали, товарищ. Я хочу, чтобы это знал и товарищ Ганин. Скажи ему, что я был здесь.

Выражение лица русского не изменилось.

Картер залез внутрь пальто мужчины и вытащил бумажник. Он открыл ее и в тусклом свете изучил дипломатическое удостоверение. Мужчину звали Юрий Павлович Мосолов. Его назначили специалистом по торговле при советской делегации в ООН. Картер вернул мужчине бумажник, затем выпрямился и поспешил через двор к дому Лашкина. Задняя дверь была заперта на простой замок, который Картер взломал менее чем за двадцать секунд.

Внутри тускло освещенный коридор тянулся вдоль всего здания. Впереди был лифт, но справа от того места, где стоял Картер, прямо в дверном проеме, был лестничный пролет.

Он поспешил на верхний этаж, убедился, что в коридоре никого нет, затем спустился в парадную квартиру и прислушался у двери.

Внутри тихо играла музыка, и Картеру показалось, что он слышит женский смех.

Он отошел в сторону, подальше от дверного глазка, и громко постучал.

Музыка остановилась через мгновение.

Картер снова постучал. — Товарищ Лашкин, — настойчиво сказал он по-русски.

"К этото?" — спросил мужской голос с другой стороны двери. "Кто там?"

— Это я... Мосолов. Открывай, скорей!»

— Юрий Павлович? — сказал мужчина, отпирая дверь.

Картер вытащил свой Люгер и, когда дверь открылась, протиснулся внутрь.

оттолкнул Лашкина в сторону, и он испуганно вскрикнул. Картер упомянул про пистолет, закрывая за собой дверь.

«Поверьте мне, когда я говорю вам, что не хочу стрелять в вас, Петр Сергеевич, но я мне придется, если вы не будете сотрудничать», — сказал Картер по-русски.

Квартира была небольшая, но очень со вкусом оформлена. Лидия Борасова, одетая только в прозрачное пеньюар, появилась в дверях спальни.

— Петр... — начала было она, но тут ее рука поднеслась ко рту, и она отступила назад.

— Возвращайтесь сюда, мисс Борасова, — приказал Картер.

Она колебалась. Она явно была очень напугана.

"Кто вы? Что вы хотите от нас? — спросил Лашкин.

«Ник Картер. Я пришел поговорить с вами об Аркадии Ганине.

Лашкин побледнел и, споткнувшись, повалился назад, потеряв равновесие, словно был на грани обморока.

Картер жестом пригласил Лидию выйти. «Я не хочу причинять вред ни одному из вас, но я сделаю это, если придется», — сказал он.

Женщина прошла в гостиную и вместе с Лашкиным села на диван.

Лашкин, вдруг почувствовав, что его подруга почти голая, поднял глаза. — Пусть наденет что-нибудь приличное.

— Твой друг не был так внимателен к моей подруге, — резко сказал Картер. "Она остается."

Лашкин хотел протестовать, но был слишком напуган. -- Я не знаю этого... Аркадия Ганина, о котором вы говорите.

«Да, вы его знаете. Совсем недавно он был на Кубе под прикрытием Хильдебрандт. Вам что-нибудь говорит это имя, товарищ?

Лашкин замотал головой, но Лидия тронула его за рукав. Он посмотрел на нее.

— Скажи ему, Петр, и тогда он может уйти, — сказала она. Она была очень красивой женщиной с умным лицом.

— Заткнись, — прошипел Лашкин.

«Если вам дорога ваша жизнь, товарищ, вы ее послушаетесь. Она права».

— Либо ты меня убьешь, либо… это сделают они. В любом случае я проиграю, — фаталистически сказал Лашкин.

«Вы умираете здесь и сейчас или живёте дальше, чтобы рискнуть в другой раз. Ваш выбор, — сказал Картер.

Лашкин молчал.

— Петр? — сказала Лидия тихим голосом.

«Что ты хочешь от меня? Я знаю этого Хильдебрандта. Он был здесь, в Нью-Йорке, несколько дней назад. И что?"

— Здесь, чтобы увидеть тебя?

Лашкин только мгновение смотрел на него в каменном молчании. «Он пришел ко мне в кабинет. Он говорил со мной. Хорошо?"

«О чем, товарищ? Что Хильдебранд хотел тебе сказать?

Опять Лашкин помолчал.

Картер подсказал ему. «Вы здесь номер два в иерархии КГБ. Я знаю это, так что давай не будем сейчас лгать.

— Он у меня зарегистрировался, вот и все, — выпалил Лашкин.

— Он проводил операцию здесь, в Нью-Йорке?

«Не то, чтобы я знал об этом», — сказал офицер КГБ. Он взглянул на Лидию, у которой был странный испуганный взгляд.

— Это стандартная процедура для приезжих оперативников, чтобы связаться с вами?

Лашкин оглянулся на Картера. Он кивнул. "Да. Мы не хотим… Он понял, что заходит слишком далеко, и замолчал.

Картер просто посмотрел на него.

«Гильдебрандт был здесь. Я сказал тебе то, что ты хотел знать, а теперь иди отсюда, — сказал наконец Лашкин.

"Как он выглядел?" — спросил Картер.

Лашкин пожал плечами. "Я не знаю. Высокий, темный. Он был довольно симпатичным парнем. Я действительно не смотрел на него так внимательно».

«Этот человек был Аркадий Ганин. Думаю, вы знаете это имя, — сказал Картер.

Лашкин опять побледнел, и рука его дрожала, когда он вытирал капельки пота с верхней губы. — Я этого не знаю... Ганин. Я никогда не видел его."

"Да, это был он. Всего несколько дней назад здесь, в Нью-Йорке. Он сказал тебе, почему он здесь?

— Он просто проходил мимо.

"Что он тут делал?"

"Я не знаю. Клянусь тебе! Я думаю, он просто заходил."

«Зачем ему это делать, если он не хочет, чтобы кто-то его выследил? Почему, товарищ?

"Я не знаю."

— Где он останавливался?

«Гранд Хаятт, я думаю».

— Как долго он был здесь?

— Пару дней, и все.

"А потом?" — спросил Картер.

— Он улетел на Кубу, и это все, что я знаю!

Картер обошел диван и подошел к окнам, выходившим на улицу. Лашкин и женщина повернулись и посмотрели на него. Он отдернул занавеску и посмотрел вниз. Там никого не было. Телохранитель исчез.

Лашкин уже начал подниматься, когда Картер обернулся. Он остановился, рука Лидии на руке Лашкина. Времени было мало. Если передний охранник обнаружит, что его напарник связан, они оба будут у входа.

Картер перевел предохранитель «Люгера» в положение «выключено» и отошел в сторону, чтобы иметь четкий прицел и на дверь, и в Лашкина.

— На кого, по словам Хильдебрандта, он работал?

— Он не сказал, — ответил Лашкин. Он явно лгал.

— Времени мало, товарищ. Если ваши люди начнут рваться через эту дверь, кто-то обязательно пострадает. Они, вы, может быть, ваша подруга?

— Скажи ему, — подсказала Лидия.

"Замолчи!" — сказал Лашкин.

Входная дверь распахнулась. Картер повернулся, когда ворвались двое русских телохранителей с поднятым оружием.

Картер дважды выстрелил, попав первому в грудь, эти два выстрела отбросили его назад в коридор на второго человека, который произвел выстрел, который вышел из-под контроля, сбив штукатурку с потолка гостиной.

Девушка вскрикнула, и Лашкин перепрыгнул через кушетку.