Однокрылые

* * *

Шторм, к счастью, закончился, и Марис полетела через узкий пролив, разделяющий Сиатут и Большой Шотан, всего лишь в нескольких футах над гребнями волн. Низко лететь было, конечно, опасно, но времени на набор высоты не оставалось.

Перелет занял меньше получаса. Марис легко нашла Файлу. Та, как и предупреждала Сина, помочь наотрез отказалась, зато дочь откликнулась с готовностью. Быстро собрав сумку, она сразу же направилась к парому.

Обратной дорогой Марис решила понежиться в объятиях ветров. Все грозовые тучи исчезли за горизонтом, в воде дрожали солнечные блики, на востоке небо рассекала многоцветная арка радуги. Марис, отыскав в воздухе теплый восходящий поток, поднялась повыше. Заметив стаю диких гусей, подлетела к ним. Птицы в испуге шарахнулись кто куда: некоторые устремились к Сиатуту, другие - к Иггленду или Большому Шотану, но большинство направилось в сторону открытого океана. Марис, заливаясь смехом, наблюдала за ними и тут увидела…

Она прищурила глаза. Так и есть - из океана появилась длинная шея сциллы. Неужели чудовище пытается сцапать зазевавшегося гуся? Вдалеке Марис увидела темные пятна на воде. Значит, сцилла охотится на морских котов. Или на корабли.

Марис, заложив над океаном крутой вираж, направилась прямиком к неясным пятнам и вскоре разглядела корабли. Целых пять. Подлетев ближе, Марис различила выкрашенные в темно-коричневый цвет корпуса, некогда розовые, а теперь изрядно полинявшие паруса, развевающиеся на верхушках мачт потрепанные сине-красные вымпела. У местных кораблей вымпела других цветов. Значит, эти приплыли издалека. Скорее всего - с Востока.

Оказавшись над кораблями, Марис сбросила высоту. Моряки усердно работали: переставляли паруса, тянули канаты. Пересекать открытый океан в Гавани Ветров всегда было смертельно опасно, а порой и вовсе невозможно. Это для Марис ветер был любовником, для моряков же - улыбающимся убийцей, готовым сорвать парус или швырнуть судно на острые скалы.

Но эти корабли были уже в безопасности - шторм стихал, а до порта, по предположению Марис, им осталось меньше часа пути.

Сегодня в Городе Штормов будет праздник. Прибытие с Востока торгового флота аж из пяти кораблей - редкое событие. Ведь более трети кораблей, дерзнувших пересечь океан между архипелагами, бесследно исчезает.

Марис, сделав над кораблями еще круг, решила слетать в Город Штормов, принести туда добрую весть и лишь потом возвратиться на Сиатут. Может быть, даже стоит подождать флот в порту и узнать, какие новости и товары он привезет.

* * *

Марис выпила изрядное количество вина. Она принесла радостную весть, и каждый из многочисленных посетителей портовой таверны почитал за честь угостить ее. Все пили, смеялись, судачили о товарах, которые привезут торговцы с Востока.

Послышался крик, а через секунду его подхватили десятки голосов.

- Корабли подходят к пирсу!

- Они уже швартуются!

- Корабли с Востока!

Марис поднялась. Вино ударило в голову, и она потеряла равновесие. Она бы неминуемо упала, но ее подхватила толпа, потащила к двери.

В порту собрался чуть ли не весь Город Штормов, у пирса царил неописуемый ажиотаж. Марис пожалела, что выбралась из таверны. С трудом пробравшись сквозь толпу, она уселась на бочку и привалилась спиной к стене склада.

Проснулась она оттого, что кто-то тряс ее за плечо. Поморгав, она подняла глаза и увидела незнакомца.

- Ты - Марис? - спросил он. - Марис-летатель? Марис с Малого Эмберли?

Хотя незнакомец был юн, лицо его выглядело не по годам сурово, огромные черные глаза светились умом, длинные темно-русые волосы свивались в узел.

- Да, я - Марис, - ответила она, вставая. - Извини, не соображу, что случилось. Должно быть, задремала.

- Похоже. А мне, едва я сошел с корабля, показали на тебя. Я полагал, что ты меня встречаешь.

- О! - Марис быстро огляделась. Толпа вокруг поредела, на пирсе - лишь несколько торговцев да портовые рабочие. - Подожди, я присяду, закрою на минутку глаза. Мало спала прошлой ночью.

Марис показалось, что облик юноши ей чем-то знаком, и она пригляделась к нему повнимательней. Под мышкой он держал холщевый мешок, плащ его был восточного покроя из толстой и теплой материи серого цвета без орнамента, сзади на плечи спадал капюшон, у пояса висел нож в кожаных ножнах.

- Говоришь, ты с корабля? - спросила Марис. Парень кивнул.

- Извини, я еще толком не проснулась. Где остальные моряки?

- Моряки едят и пьют, торговцы торгуют. Путешествие было не из легких. Шторм разбил один корабль, но мы подобрали почти всю команду, утонули лишь двое. Моряки счастливы без ума, что наконец-то оказались на берегу. - Он, секунду помолчав, добавил: - Сам я не моряк… Извини, ошибся. Думал, ты встречаешь меня.

Он развернулся, намереваясь уйти.

Марис, внезапно поняв, кто перед ней, воскликнула:

- Конечно же! Ты - студент из «Воздушного Дома»! - Он повернулся к ней, и она сказала: - Прости. Совсем из головы вылетело.

Марис спрыгнула с бочки.

- Меня зовут Вул. - Он вгляделся в Марис, как если бы не сомневался, что его имя многое скажет ей. - Вул с Южного Аррена.

- Отлично, Вул, - сказала Марис. - Мое имя ты знаешь. Но я не уверена, что…

Он перехватил мешок поудобнее, кадык на его шее заходил вверх-вниз.

- Еще меня зовут Однокрылым.

Марис промолчала, но лицо выдало ее чувства.

- Вижу, что ты обо мне все-таки слышала, - сказал юноша довольно резко.

- Слышала, - призналась Марис. - Намерен участвовать в Состязаниях этого года?

- Я намерен летать в этом году. Ради этого я и вкалывал последние четыре года.

- Понятно, - уронила Марис и взглянула на небо. Уже смеркалось. - Мне пора на Сиатут. А то там, поди, уже решили, что я упала в океан. Сообщу Сине о твоем прибытии.

Она развернулась, но ее остановил его голос.

- Смогу я здесь нанять лодку, чтобы добраться до Сиатута?

- В Городе Штормов можно нанять что угодно, но обойдется тебе это недешево. От Южного мыса на Сиатут регулярно ходит паром. Советовала бы тебе заночевать здесь, а утром переправиться на пароме.

Марис, не оборачиваясь, зашагала по мощенной булыжником мостовой к дому знакомого летателя, у которого оставила свои крылья.

Парень с Востока, желая стать летателем, проделал немалый путь, а она так скоро его покинула и оттого чувствовала себя неловко.

Однокрылый! Удивительно, что он даже не пытается скрыть своей клички. И еще более удивительно то, что он собрался помериться силами с летателями. Ведь не законченный же он кретин! Должен соображать, какой прием его ожидает!

- Так ты знала! - закричала Марис, нимало не заботясь, услышат ее студенты или нет. - Знала и молчала!

- Разумеется, знала. - Голос Сины звучал ровно, здоровый глаз взирал на Марис так же бесстрастно, как больной. - И не сказала тебе раньше, потому что предвидела твою реакцию.

- Сина, в своем ли ты уме? Неужели ты выставишь его на Состязаниях?

- Если он того стоит, в чем я почти не сомневаюсь, то выставлю. Я советовалась с тобой относительно Керра, но насчет Вула приму решение сама.

- Разве тебе не известно, как мы к нему относимся?

- Кто это мы?

- Летатели!

- Если Вул выиграет, то обоснуется на этом острове, - перебила Сина. - И Правительница Сиатута будет довольна и горда. Ведь Однокрылым его зовут‹ только летатели, но не бескрылые.

- Он сам себя называет Однокрылым! И ты прекрасно знаешь, как он получил эту кличку. Даже в тот год, когда ему принадлежали крылья, он был летателем лишь наполовину.

- Я летатель меньше чем наполовину. - Сина, быстро отвернувшись, уставилась на пламя. - Летатель без крыльев. У Вула - реальный шанс вновь получить крылья и я ему помогу.

- Оказывается, ради того, чтобы студент «Деревянных Крыльев» победил, ты готова на все!

Сина вновь повернула голову, и поблескивающий на морщинистом лице здоровый глаз в упор уставился на Марис.

- Почему вы его так ненавидите?

- Тебе прекрасно это известно, - ответила Марис.

- Он всего лишь выиграл пару крыльев. Избегая слепого взгляда, Марис отвернулась от

внезапно ставшей ей чужой старой женщины и твердо произнесла:

- Он довел одну из нас до самоубийства. Воспользовавшись ее горем, отобрал у нее крылья. Все равно как если бы он собственными руками столкнул ее с утеса.

- Глупости! - не согласилась Сина. - Айри сама лишила себя жизни.

- Я знала Айри, - сказала Марис, не отрывая взгляда от огня.- Крылья были у нее недолго, но она была прирожденным летателем, парила лучше многих. Все любили ее. Вул никогда бы не победил ее в честном поединке.

- Но он выиграл!

- Спустя неделю после гибели ее брата мы виделись с ней на Эйри, - сказала Марис. - Брат вышел на лодке в море, а она кружила над ним. Она видела, как он вытягивает сеть, как блестит на солнце чешуя рыб-лун. Вдруг из глубины вынырнула сцилла. Айри была далеко, и ветер относил в сторону ее крик. Она подлетела ближе, но опоздала. Она видела, как сцилла ударом хвоста разбила лодку, видела, как из пены появилась голова чудовища с телом ее брата в окровавленной пасти, видела, как сцилла нырнула и исчезла навеки.

- Айри не следовало бы в тот год отправляться на Состязания.

- Она и не собиралась туда. На Эйри она появилась всего за день до Состязаний, и мы, видя горе подруги, уговорили ее лететь с нами. Все думали, что Состязания развеют ее печаль. Игры, гонки, песни, вечеринки… Никому и в голову не приходило, что ее кто-то вызовет.

- Ей были прекрасно известны установленные Советом правила, - твердо заявила Сина, - советом летателей, Марис, вашим собственным Советом. Любого участника Состязаний можно вызвать на поединок, и ни один здоровый летатель не имеет права пропускать Состязания более чем два года подряд.

Марис, нахмурившись, вновь повернулась к Сине спиной.

- Ты говоришь о законе, но есть еще гуманность, человечность! И когда мальчишка вызвал ее на поединок, мы ушам своим не поверили.

- Мальчишка! Ты выбрала верное слово, Марис. Именно мальчишка, ведь тогда ему не было и пятнадцати. И летатели поступили с ним слишком жестоко. Помнишь, через год на Состязаниях на Калхолле?

- Тогда еще не было правила, запрещающего повторные вызовы.

- Я рада, что такое правило теперь появилось. Но парню крылья все же не вернули. Где справедливость, Марис?

- При чем тут справедливость? Ведь он проиграл всего лишь во втором поединке.

- Да, проиграл. Девочке, которую с семи лет тренировал отец - главный летатель Малого Шотана. И к тому же она отобрала у него крылья после его победы в первом поединке. А знаешь, что было бы, если бы он перелетал и ее? - спросила Сина и сама же ответила: - Его бы снова вызвали! А потом снова и снова. Ведь своей очереди поджидало не меньше дюжины недавно ушедших на покой летателей и самых талантливых их детей. И ты еще заявляешь, что Вул - летатель лишь наполовину!

Сина медленно поднялась с кресла.

- Ты куда? - спросила Марис.

- В трапезную. Сообщу новости студентам.

* * *

Вул прибыл на следующее утро во время завтрака. Сина ковыряла ложкой вареное яйцо, а студенты с любопытством смотрели на нее. Марис, сидя далеко от старой женщины, слушала, как Релла и мускулистый Лиан уговаривают Дейну - робкую женщину, старожила «Деревянных Крыльев» - остаться в академии. Вчера за ужином Сина назвала имена пяти студентов, которые будут участвовать в Состязаниях. Имени Дейны, естественно, среди счастливчиков не оказалось, и та решила возвратиться домой.

Вошел Вул, и разговоры тут же смолкли.

Вул снял с головы вязаную дорожную шапку и опустил на пол холщевый мешок. Если он и заметил направленные на него настороженные взгляды, то виду не подал.

- Я голоден, - заявил он. - Здесь найдется для меня еда?

Студенты разом заговорили. Лиа подала ему тарелку с яйцами и кружку чая, а затем встала Сина, подошла к Вулу, с улыбкой проводила .к своему столу и усадила рядом.

Марис, не отрываясь, смотрела на Вула, пока не почувствовала, что ее дергают за рукав.

- Как ты полагаешь, сможет ли он выиграть еще раз? - говорила Релла.

- Нет, - громко ответила Марис, вставая. - Если, конечно, у кого-нибудь опять не погибнет брат. Но вряд ли ему снова повезет. Так что шансов на победу у него никаких.

* * *

О поспешно брошенных словах Марис пожалела уже после полудня.

Все утро в небе летали Шер и Лиа. Они настойчиво отрабатывали развороты, Сина давала им наставления с земли, а Марис наблюдала за их полетом с неба. Предполагалось, что после обеда крыльями академии воспользуются Релла и Деймон, но Сина, заявив, что Вул не практиковался уже больше месяца, попросила одного из них уступить крылья ему. Релла без колебаний согласилась.

На обзорной площадке собрались почти все студенты «Деревянных Крыльев». Появился Вул с пристегнутыми, но пока сложенными крыльями.

- Деймон, - наставляла Сина. - Летать сегодня будешь так низко над волнами, как только сможешь. Крылья держи ровно и неподвижно. А то тебя временами болтает из стороны в сторону. Если не улучшишь технику полетов на малых высотах, то когда-нибудь упадешь. - Она взглянула на нового студента. - А ты, Вул, сегодня только разомнись. Для тренировок придет время.

- Нет, - сказал Вул. Он неподвижно стоял с разведенными в стороны руками, а его крылья расправляли двое юных студентов. - Я летаю гораздо лучше, если у меня есть цель. Дайте мне задание. - Он оценивающе оглядел готовящегося к полету Деймона. - Скажем, я могу посоревноваться в скорости хотя бы вот с ним.

Сина покачала головой.

- Ты торопишься, Вул. Я сообщу тебе, когда приступать к тренировкам.

Вперед вышла Марис со все еще неотстегнутыми крыльями. Ей хотелось взглянуть, насколько хорош в воздухе печально известный Однокрылый, и она подначила:

- Сина, пусть ребята посостязаются. Деймон уже достаточно долго упражнялся. Пусть покажет себя в гонках.