Пиар во время чумы

– Правильно Петр заметил – как в таких условиях бороться с преступностью? Кто куда хочет, туда и едет! Квартиры сдают кому ни попадя, не ставя в известность официальные органы! Вот сделаю представление в местное отделение внутренних дел – и пусть они штрафуют хозяйку квартиры за административное правонарушение!

– Ей этот штраф – что комариный укус, – возразил Крячко. – Она из Штатов, небось, мешок баксов привезет. Лучше впаять ей статью за соучастие.

– Прежде чем впаять, нужно убедиться, что в ее квартире действительно Джиттер, а не скромный преподаватель этикета, – сказал Гуров.

– Делов-то! – пожал плечами Крячко. – Сейчас поедем и убедимся. Не сутками же этот тип отсутствует?

Рабочий день уже закончился, когда они опять поехали в Черемушки. Генерал давно был на месте, но докладывать Гуров ничего не стал – рассудил, что не из чего пока огород городить. Энтузиазма у него поубавилось, Гуров совсем не был уверен, что и на этот раз у них что-нибудь получится, особенно если тихий квартирант узнал, что его персоной интересовались.

Когда Гуров остановил машину недалеко от дома № 17, уже сгущались сумерки. В окнах зажглись огни, и первым делом оперативники отметили горящее окно на втором этаже.

– Один-ноль, – негромко отметил Крячко. – Хозяин вернулся. Как поступим, босс?

– Поступим как обычно, – сказал Гуров. – Позвоним, проверим документы, зададим несколько вопросов. Если будет что-то не так – задержим. Надеюсь, оружие при тебе? С Джиттером шутки плохи.

– Ты же видишь, что я сегодня в пиджаке парюсь, – обиженно ответил Крячко. – Все из-за этого проклятого оружия. Почему у нас не принято таскать пушку на поясе, как на Диком Западе? И удобно, и в пиджак залезать не надо.

– Мы не на Диком Западе, – выразительно сказал Гуров. – У нас тут все-таки Москва, культурный город. И вообще, кончай трепаться, вопрос-то серьезный.

– Я серьезен, – заверил Крячко. – Трудно быть несерьезным, когда на улице вечер, а температура воздуха под тридцать градусов. Я не мальчик, чтобы веселиться при такой температуре.

– Ладно, – сдался Гуров. – Пошли.

Они поднялись на второй этаж и позвонили в дверь восьмой квартиры. Прошло около минуты, но из-за двери так и не донеслось ни единого звука – ни шагов, ни музыки – вообще ничего. Если бы они своими глазами не видели свет в окне, то могли бы подумать, что квартирант так и не вернулся. Гуров выразительно посмотрел на Крячко.

– Может, этот тип «Даниссимо» трескает? – невозмутимо предположил Стас. – Я в рекламе видел – когда люди едят «Даниссимо», им вообще ни до чего. Прямо так и говорится; мол, пусть весь мир подождет!

– Значит, так, полковник Крячко, – шепотом сказал Гуров. – Кругом! И марш на улицу! Будешь контролировать возможные пути отхода. И будь внимателен. Тут тебе не реклама.

– Слушаюсь, босс! – пробормотал Крячко и побежал вниз.

Гуров еще раз позвонил. Потом грубо, кулаком, забарабанил в дверь. На стук выглянули из соседней квартиры. Эту соседку, пожилую обстоятельную женщину, Гуров днем уже видел. Она тоже его узнала и с заговорщицкой улыбкой подсказала:

– Должен быть дома! Сама недавно в окно видела, как возвращался. Усталый какой-то, сердитый. Может быть, спать лег пораньше?

– Может быть, – с сомнением сказал Гуров, косясь на стеклянную пуговку дверного глазка. – У меня был один знакомый – так крепко спал, что рядом можно было танцы устраивать. Ваш сосед, похоже, из таких.

– Может, и не тревожить его тогда? – предположила сердобольная женщина. – А я ему передам, что вы приходили.

– Вы не беспокойтесь, – вежливо ответил Гуров. – Лучше я сам это ему передам. А вы идите, отдыхайте. Сейчас как раз сериал по второму каналу начнется – про сыщиков. Дух захватывает. Сам всегда смотрю, когда время есть.

Кое-как спровадив услужливую соседку, Гуров предпринял еще одну атаку на дверь. Его требовательные гулкие удары, как и прежде, остались без ответа. Но в квартире, несомненно, кто-то был. Перед Гуровым всерьез вставала дилемма – вызвать группу захвата или попытаться самостоятельно проникнуть в квартиру. Впервые Гуров пожалел, что не согласовал свои действия с генералом. Если в квартире всего-навсего перепуганный обыватель, вызов группы захвата может обернуться для Гурова неприятностями. Если он самостоятельно проникнет в квартиру, неприятности тоже будут, но замять их будет значительно проще. Но все-таки сначала следовало убедиться, что обитатель квартиры не хочет внимать голосу разума.

– Откройте, милиция! – крикнул Гуров, продолжая колотить в дверь.

Такой грохот мог поднять даже мертвого. Но человек в квартире не отзывался. Он все прекрасно слышал, но даже не пытался вступать в переговоры. Такое поведение Гурову очень не понравилось. К тому же вдруг появился Крячко и сообщил, что свет в окне восьмой квартиры погас. Гуров немедленно прогнал его обратно и принял решение перейти к крайним мерам.

Дверь не выглядела особенно крепкой, но для начала Гуров все же предпочел воспользоваться отмычкой. И так уже переполошили весь дом. Если ко всему он еще выломает дверь, как бы жильцы его самого не сдали в милицию.

Возясь отмычкой в замке, Гуров вдруг услышал какой-то неясный шум за дверью. Впервые квартирант подал признаки жизни. Это воодушевило Гурова, но потом он понял, что за шум он слышит – это был треск открываемой оконной рамы.

Нельзя было терять ни секунды. Только бы Крячко внизу не проворонил беглеца! Гуров наконец-то вскрыл замок и толчком распахнул дверь.

В лицо ему ударил слабый порыв сквозняка и какой-то странный сладковатый запах. Но разбираться с запахами было некогда – с улицы вдруг донеслись сдавленные крики и знакомый хлопок выстрела. Гуров ринулся вперед.

В прихожей было темно из-за прикрытой внутренней двери, но внезапно эта темнота озарилась непонятным красно-белым свечением – через пару секунд прихожая вспыхнула как факел и пошла на Гурова ревущим жарким потоком пламени.

Нет, все-таки сначала был едва уловимый щелчок, подсознательно напомнивший Гурову похожий щелчок в пустующем доме по соседству, а потом был огненный шар, выскочивший откуда-то будто по мановению волшебной палочки, а уж потом вся прихожая превратилась в бушующий ад.

Этот факт Гуров наскоро обдумал уже на лестничной площадке, куда его, ошеломленного и ошпаренного, буквально выбросило огнем. О том, чтобы вернуться в квартиру, нечего было и думать – за дверью ревело и трещало, как в паровозной топке.

– Вот попали: на ровном месте и мордой об асфальт! – потрясенно пробормотал Гуров и, выхватив из кармана мобильник, побежал вниз.

В принципе, ему следовало прежде доставать пистолет, потому что квартирант уже явно никак не вписывался в понятие «мирный обыватель», но Гуров чувствовал ответственность перед жильцами дома – если пожарные запоздают, может случиться большая беда.

Пока он вызывал пожарных, Крячко на свой страх и риск в одиночку преследовал невысокого, неброско одетого человека. Ему казалось, что поймать беглеца не составит никакого труда.

Крячко не растерялся ни на секунду даже в тот момент, когда из внезапно распахнувшегося окна на втором этаже прямо на него, подобно рыси, бросилась темная фигура. Завязалась короткая схватка, в которой Крячко сплоховал. Соперник оказался неожиданно сильнее и проворнее, несмотря на свой невысокий рост. Он мгновенно выскользнул из медвежьих объятий Крячко, саданул его локтем по горлу и бросился бежать через дорогу к темнеющему в стороне скверу.

Крячко поднялся на ноги и, задыхаясь, выдернул из-под пиджака пистолет. Он еще попытался крикнуть что-то вроде «Стой, стрелять буду!», но изо рта вырвался только невнятный хрип. Тогда он просто выстрелил – но не в цель, а в воздух, для острастки.

На беглеца это не произвело никакого впечатления. Он с разбегу перепрыгнул невысокую изгородь сквера и скрылся за деревьями. Крячко, тяжело дыша и проклиная свою невезучесть, побежал вслед за ним.

Тот, кого он преследовал, не только хорошо дрался. Бегал он тоже будь здоров. Когда Крячко обогнул сквер, его соперник уже врывался в подъезд пустого дома. Это был, кажется, даже тот самый подъезд, где Крячко вместе с Гуровым в свое время основательно тряхнуло.

– Стой, гад! – беззвучно крикнул Крячко.

Впереди хлопнула дверь. Беглец исчез. В этот момент Крячко нагнал Гуров. Он был возбужден и расстроен.

Крячко молча махнул рукой в сторону брошенного дома.

– Давай в обход! – крикнул Гуров, направляясь к двери, за которой скрылся беглец.

Он влетел в подъезд и, держа пистолет наготове, прислушался. Дом был полон загадочных звуков – что-то в нем все время шуршало, потрескивало, жалобно вздыхало – наверное, ему было очень не по душе, что на старости лет его втягивают в такие игры. И еще было слышно, как снаружи, за сквером, разносятся тревожные крики – в доме № 17 начиналась паника.

Но ни шагов, ни чужого надсадного дыхания Гуров так и не услышал. Подъезд был погружен во тьму – только смутно светилось выбитое окно на лестничной площадке. При таком освещении нечего было и думать, чтобы рассмотреть следы на пыльных ступенях. Все-таки для очистки совести Гуров пробежался по этажам, проверил пустые квартиры. Они и в самом деле были совершенно пусты. Видимо, беглец сразу же ушел через окно.

Гуров спустился вниз и нашел Крячко, который с равнодушным видом прохаживался возле задней стены дома.

– Ушел! – просипел он, безнадежно махнув рукой. – Эх, сплоховал я!

Гуров с интересом посмотрел на него.

– Ты вроде не сипел с утра? – сказал он. – И в чем это ты сплоховал?

– То-то что не сипел, – сердито ответил Стас. – Этот гад меня таким сделал. Э-э, да что там говорить!.. Пошли лучше посмотрим, что после него в квартире осталось.

Гуров хмыкнул.

– Пошли, посмотрим, – согласился он. – Только предупреждаю – зрелище не для слабонервных.

Крячко удивленно посмотрел на него, но от комментариев воздержался – берег горло.

Они обогнули дом и вышли на улицу. И точно по команде в тот же момент из-за угла выскочили, завывая и сверкая огнями, две пожарные машины. Они промчались мимо, обдав оперативников горячим ветром. В воздухе ощутимо запахло гарью.

Когда Гуров и Крячко миновали сквер, пожарники уже шуровали вовсю. Вокруг дома толпой стояли люди. Из окна на втором этаже бил разъяренный фонтан белого огня.

– Ничего себе! – выдохнул Крячко – до него наконец дошло, что случилось. – Я такое только в кино видел. Подстраховался гад капитально! И никаких следов!

– Да, похоже, он эту систему заранее продумал, – сказал Гуров. – Резервуары с легковоспламеняющейся жидкостью во всех помещениях, взрыватель с таймером, секунд на десять – пока он через окно уходил, взрыватель сработал. Признаюсь тебе, струхнул я порядком! Когда все это занялось, меня просто вышвырнуло, как пробку. Обгорел вот малость…

– Зато жив, – буркнул Крячко. – А я вот сплоховал. Он ведь, гад, безоружный был!

– Ладно, что выросло, то выросло, – примирительно сказал Гуров. – Будем считать, что у нас сегодня боевая ничья.

Глава 8

Однако генерал Орлов на ничью был категорически не согласен. Историю с нехорошей квартирой он расценивал как вопиющий провал. Нагоняй Гуров получил страшный. Такого он не получал, пожалуй, ни разу за все время службы.

– Ты не мальчишка, чтобы с пистолетом по домам бегать! – отчитывал его Орлов. – Или у тебя уже обратное развитие пошло? В детство впадаешь? Слава богу, без жертв обошлось! Погибни кто-нибудь, я вообще не знаю, что тут было бы. Звездочки полетели бы как в августе, теплой ночью… Да что звездочки – кое-кого сняли бы к чертовой матери! И я даже знаю, кого! Да всех бы и сняли – и правильно сделали бы! Пока по нашей милости вся Москва не сгорела.

– Объективности ради должен заметить, что не каждый преступник минирует свое жилище, – вставил Гуров. – На моей памяти такое случается впервые.

– Ты на свою память не ссылайся! – прикрикнул на него генерал. – С головой у тебя явные проблемы, так что и память у тебя – дерьмо! И, кстати, это тебе не оправдание – вполне достаточно и одной квартиры. Насколько мне известно, она ведь дотла сгорела? Со всем совокупным имуществом? Приплюсуй еще соседние квартиры, которые пожарные залили к черту. Ну, что получается?

– Да что там, скверно получается, – согласился Гуров. – Но поверь, Петр, все это нелепая случайность. Мы просто собирались проверить документы у жильца. Кто мог предвидеть, что у него пиротехника заготовлена?

– Полковник Гуров все должен предвидеть! – прошипел ему в лицо генерал. – И преступника упустили! Ты что же, не мог группу захвата организовать? Зная, с каким опасным экземпляром имеешь дело?

– Говорю тебе, сначала проверить хотели, – мрачно сказал Гуров. – Никакой захват не планировался.

– А в квартиру ты сквозь стену вошел? – язвительно спросил генерал. – Ты пионерам эти сказки рассказывай, а мне не надо. Если бы ты не решился в жилище проникнуть, у этого типа не было бы причин поджог устраивать. Целиком тут твоя вина.

– Согласен, дурака свалял, – сказал Гуров. – Головокружение от успехов, как говорится. Только ничего обратно уже не прокрутишь. Так что бесполезно, я считаю, волосы на голове рвать.

– А что делать? – спросил генерал. – Что-нибудь дельное твоя голова еще может выдумать? Или мне опять какого-нибудь пожара ждать?

– И дался тебе этот пожар! – поморщился Гуров. – Неужели ты не видишь, что на нас с Крячко ведется целенаправленная настойчивая охота?

– А вот это как раз и плохо! – рявкнул генерал. – Потому что на самом деле вы должны вести охоту, а не бегать как зайцы по городу от какого-то недомерка! Под носом у вас, можно сказать, шурует, а вы ни сном ни духом…

– Ну, это уже преувеличение, Петр! – с укоризной возразил Гуров. – Мы-то с Крячко как раз приняли все это близко к сердцу. А вот кто-то, помнится, советовал вообще не обращать внимания на этого Джиттера…

– Не было такого! – отрезал генерал. – Я тебе что советовал? Я тебе советовал не сосредотачиваться на одной проблеме, не выхватывать ее из общей картины, видеть весь комплекс. Разве не так? Ты же видишь, как тут все взаимосвязано – Стебликова, Ролан ваш, Джиттер… Кстати, кто тебе эту дебильную кличку первым назвал? Шоумен этот, Ваганов? Я бы на твоем месте хорошенько об этом подумал. Обрати внимание – единственный человек, который называет киллера! Пусть не по имени, пусть, как он говорит, с чьих-то слов – все равно это уникальный факт. Возьмись за него хорошенько! Вот увидишь, он наверняка еще что-нибудь вспомнит.

– Не исключено, – сказал Гуров. – Только вряд ли. Мне показалось, что Ваганов был искренен. Уж слишком он напуган активностью госпожи Коленкиной. Просто спит и видит, как его стирают в порошок вместе с его бизнесом. По-моему, он просто не представлял тяжких последствий своего легкого надувательства. Не сообразил, что такие люди, как Коленкина, всегда находят стрелочника, особенно когда тот под рукой. И Данила не помог…

– Что еще за Данила? – Генерал уставился на Гурова настороженным взглядом.

– Любимый певец госпожи Коленкиной, – усмехнулся Гуров. – Шаляпин двадцать первого века. Продукт раскрутки, осуществленной лично Вагановым. На почве музыки они и познакомились – Ваганов с Коленкиной. Если не считать бизнеса, конечно. Сначала все-таки был бизнес. Ты знаешь, чем, вообще-то, занимается Коленкина?

– Бизнесом и занимается, – проворчал Орлов. – Мне-то что за дело?

– А дело в том, что бизнес ее поразительным образом похож на ту геометрическую фигуру, которой мы сейчас занимаемся. Только вместо недвижимости эта дама предлагает сумму неких знаний – в обмен на весьма приличную сумму наличными. Короче говоря, она возглавляет школу бизнеса с добровольно-принудительным посещением занятий. Говорят, чуть ли не все московские предприниматели у нее отучились. Скрипя зубами. Так что ничего удивительного, что один из учеников ее с удовольствием кинул. Как аукнется, так и откликнется.

– Я в бизнесе ничего не понимаю, – хмуро сказал Орлов. – А все эти пословицы и поговорки для министра не аргумент. И вообще, речь не о ней.

– Да она меня не очень-то и интересует, – заметил Гуров. – Мне бы с ее доверенным человеком встретиться, с этим, как бишь его… с Кузяевым. Можно устроить?

– Устроить все можно, – задумчиво произнес Орлов. – А что ты надеешься от него услышать?

– Поскольку он занимался денежными делами, он должен был тесно общаться с людьми из «Дороги будущего», с той же Стебликовой, например. Может быть, вспомнит какую-нибудь ценную подробность. А кроме того, я надеюсь, что он мог кое-кого видеть в их офисе. Какие-нибудь знакомые лица.

– На кого намекаешь? – с любопытством спросил генерал.

– Персонально пока ни на кого, – ответил Гуров. – Надеюсь, что Кузяев сам подскажет. У тех, кто имеет дело с деньгами, глаз наметанный.

– Хорошо, это мы устроим, – кивнул Орлов. – Я намекну министру. С этой публикой лучше отношений не обострять. А еще что?

– А что еще? – махнул рукой Гуров. – Валеев в бегах, Ролан в бегах, Джиттер – имя условное – тоже в бегах. Даже Стебликова, которую вроде бы взяли, тоже в бегах. Сплошные гонки с препятствиями. Но теперь у нас есть палочка-выручалочка – записная книжка Стебликовой. Один адрес из этой книжки уже сработал.

– Да уж, что и говорить, сработал на славу! – ехидно вставил Орлов.

– Зря иронизируешь, – сказал Гуров. – Попадание прямо в яблочко. Мы и не рассчитывали на такую удачу. Думаю, эта книжечка еще преподнесет нам сюрпризы. Только записи еще расшифровать надо – дамочка оказалась хитрая, пользовалась тайным кодом.

– Просто «Интеллидженс сервис» какой-то! – фыркнул генерал. – С кодом хоть справитесь? А то, может, в ГРУ обратиться – за помощью?

– Справимся и без ГРУ, – усмехнулся Гуров. – Но несомненно одно – в Москве Стебликовой есть где укрыться. Просто нужно запастись терпением. Пройдемся по адресам из ее записной книжки – наверняка рано или поздно на нее выйдем.

– Давай-ка без этих «поздно»! – грозно сказал генерал. – Самым оперативным образом! Иначе я вам все припомню – все возгорания и всю эту суету со стрельбой на улицах. Устроили тут Чикаго, понимаешь!

– Да ничего мы не устраивали, – устало возразил Гуров. – Мне самому удивительно, какими отморозками оказались эти ребята из «Дороги будущего». Вроде бы интеллигентные люди – шахматисты, психологи… Во всяком случае, если судить по их дипломам. Ожидалось, что они будут и дальше тихо, мирно, по-интеллигентному прятаться по углам. И вдруг такая странная тактика! Аферисты себя так не ведут. Я, серьезно, не понимаю, что у этих людей на уме.

– Ну вот как первого возьмешь, так сразу и спроси, – хмыкнул генерал. – Стебликову разыщешь и задай ей этот вопрос, чтобы не мучиться. Ее-то, наверное, ты скорее прочих найдешь?

Гуров не успел ответить, потому что вдруг дверь генеральского кабинета с шумом распахнулась, и через порог шагнул полковник Крячко в расстегнутой на груди клетчатой рубахе. Вряд ли он загодя обдумал свой визит к генералу, потому что торопливо что-то дожевывал на ходу. Скорее всего, какая-то новость застигла его врасплох, но держать ее в себе он был не в состоянии.

– Петр! Лева! Только что звонили… В общем, такое дело – кажется, наша Стебликова накрылась!

Орлов даже подпрыгнул в кресле.

– Как накрылась?! – прогремел он.

– Медным тазом, – развел руками Крячко. – А я-то тут при чем? Сам только что узнал. Из следственного отдела МУРа звонили. Полчаса назад в Битцевском лесопарке тачку нашли, а в ней – труп женщины. Там Мочалов был из отдела тяжких – он все ориентировки наизусть помнит. Память – как у Мессинга. Вот он и говорит, что баба – вылитая Стебликова. Если он врет, то и я вру.

– Вот попали: на ровном месте и мордой об асфальт! – процедил сквозь зубы Гуров.

Орлов резко поднялся со своего места, в волнении прошелся взад-вперед по зеленой ковровой дорожке. Потом вдруг обернулся и уставился горящим взглядом на Крячко.