Пылающие Дюзы-3

Зондом управлял, конечно, не я. Этой ювелирной работой занимался Лео, он же загодя просчитал достаточно непредсказуемую траекторию моего полета, чтобы избежать столкновения с продолжающими медленно отплывать от основного корпуса осколками. Были опасности и с другой стороны – часть этого мелкого крошева либо потеряла первичный импульс и теперь притягивалась обратно к лайнеру, либо же отрикошетила от стального корпуса моего корабля и тоже возвращалась.

Вошел я через трехметровую пробоину в стене одного из разрушенных взрывом коридоров. Но до этого я миновал оболочку внешнего корпуса и проплыл еще сквозь несколько уровней настолько сильно разрушенных, смятых и перекрученных, что там попросту не было возможности куда-либо войти. Попадавшиеся узкие щели я игнорировал – еще не хватало зацепиться и порвать скафандр. Я пришел сюда не погибать, а спасать. Проплыл я и мимо некоторых целых с виду вентиляционных шахт и люков – не имея наверняка засекреченной схемы корабельных коммуникаций и проходов, было бы глупо соваться в потенциальный лабиринт. Мне требовалось что-то привычное и желательно с частыми цветовыми схемами на полу и стенах.

Оттолкнувшись от зонда, я перевернулся, мягко пошел ногами «вниз», хотя здесь это понятие пока отсутствовало. Но как только я приблизился к неправильной форме дыре, меня закрутило, потащило в сторону, и я едва успел сгруппироваться, прежде чем влететь в коридор и приземлиться на пол.

Гравитация имелась и была стабильной.

Едва я об этом подумал, как устланный обугленным ковром пол подо мной ощутимо вздрогнул, и гравитация на миг исчезла – буквально на секунду, только чтобы ощутить это – и сразу же вернулась. Приподнявшись, я наставил ствол игольник в коридор – а смотрел я по направлению к корме. Обратную сторону я игнорировал – сразу за моей спиной коридор был смят в лепешку, а еще дальше находился эпицентр взрыва.

- Наблюдаем за тобой, Тим – оповестил меня Лео – Самочувствие?

- Отличное – бодро отозвался я.

- Продолжим наблюдать, но отвлекать не станем – только в случае необходимости – добавил ИскИн, говоря о камерах у меня на спине.

На скафандре всего три камеры – шлем, грудь и спина. Все работают от единого источника питания и хватит его ненадолго. Но сейчас меня это не волновало, а чувствовал я себя более чем спокойно и бодро. Понимая, с чем мне придется столкнуться в первую очередь, я не стал строить из себя крутого и выпил таблетку из наших запасов. Таблетка самую чуточку приглушила эмоции, а большего мне и не требовалось – все же я не совсем уж новичок. К крови и трупам вполне привык. Тут дело не в новизне, а в масштабах.

Вот к такому, например, я точно не привык – мое оружие было направлено на лежащую вповалку кучу мертвых тел. Буквально кучу – они лежат друг на друге, наваливаясь, переплетясь руками, уткнувшись головами. Увидев пару маленьких фигурок, я сделал глубокий вдох и отвел взгляд. Дети…

Погибшие находились шагах в пятнадцати от меня, лежа у опущенной аварийной переборке, украшенной огромным алым восклицательным знаком и несколькими абзацами текста на разных языках. Судя по частым кровавым отпечаткам на стали, по переборке колотили изо всех сил те, кто оказался застигнут в этом месте во время взрыва. Похоже, последовавшая в этом коридоре взрывная декомпрессия произошла после взрыва в носу, а сюда несчастные попали вон из тех раздвинутых дверей, что тоже были отмечены брызгами крови… Машинально отметив, что среди тел не только гражданские, но и служащие, я поднялся и, держась у стены, двинулся вперед короткими шагами. Искусственная гравитация явно дает сбои и не хотелось бы быть застигнутым невесомостью.

Многочисленные потолочные лампы горели через раз, но их света было более чем достаточно, чтобы осмотреться и оценить это место. Всего пять дверей. За двумя первыми обнаружились туалеты, а вот за следующими двумя моему взору открылся реально большой овальный зал, заставленный все еще работающими игровыми автоматами. Подняв глаза, я прочел тянущуюся над сдвоенными дверьми витиеватую разноцветную надпись «Игровая РЕТРО-ЗОНА», прежде чем переступить порог, а затем парочку сжавшихся в комок трупов.

При помощи живых зеленых насаждений – уже нет – пространство было условно разделено на несколько отдельных зон. В центральной, на возвышении, располагалось большое кафе с кольцевой красной блестящей стойкой. Перевернутые столы и стулья, разбитая посуда, замерзшие лужи напитков и мертвецы, мертвецы, мертвецы… Я не считал, но тут не меньше сотни трупов. И детей… детей так много, что не удержался от полного бессильной ярости ругательства.

На то, чтобы обследовать наспех весь зал, времени ушло немного – я быстро покинул все найденные двери и покинул игровой зал, подойдя к последним уцелевшим дверям. Они оказались не только заперты, но и снабжены всей вселенной известными словами «Служебное помещение». Тем интересней… Изучив расположенный рядом с дверьми старомодный сканер, я вернулся в зал, по памяти отыскал несколько тел в униформе и на одном из них нашел искомое – банальную пластиковую карточку с номером. Одного прикосновения хватило, чтобы замок разблокировался, пустив меня внутрь. Заглянув, я взглянул в выпученные глаза сидящего в кресле парня в бело-синей униформе и с золотой нашивкой на груди, заляпанной кровью, что вытекла из насквозь прокушенной нижней губы. Такое впечатление, что оставшийся здесь парень, в то время как воздух с шипением уходил под дверь, сделал вздох поглубже и прикусил губы, чтобы не отдать драгоценную субстанцию безжалостному вакууму…

Помещение оказалось гибридным. Что, наверное, вполне нормально на столь продвинутом корабле как лайнер Гранд Че. Там, где почти за все отвечают мощные компьютеры и корабельный ИскИн, почти нет реальной нужды в постах наблюдения. Поэтому в таких вот местах, где раньше стены были увешаны экранами, а в креслах сидели бдительные дежурные охранники, теперь не было почти ничего. Пара экранов, один стол, десяток шкафчиков, три больших подзарядочных дока с замершими в них причудливыми дронами-уборщиками. И стилизованный под древность пузатый холодильник с росчерком молнии на дверце. У холодильника были разбросаны пакеты и банки с газировкой и соками, пара контейнеров с салатами. Машинально открыв дверцу, я торопливо отступил и из холодильника выпало еще одно задубелое мертвое тело. Еще один охранник… Проклятье. Какой же силы отчаяние и ужас охватило их, когда они все поняли…

Меня интересовал светящийся зеленым экран – включенный терминал наблюдения. В стол вмонтирована пластинка карточного сканера и у меня как раз имелась такая. Прикоснувшись пластиком к темной пластине, я выждал несколько секунд и убедился, что ничего не происходит – мерцающий экран продолжал показывать сплошной зеленый фон. Второе касание тоже ничего не дало. Развернувшись к запаркованным дронам, я поочередно ткнул пальцем в стенные экранчики над доками, и они ответили на касание все тем же ровным зеленым свечением.

- Плохо – произнес я, оглядывая экраны – Прямо плохо…

- В осмотренном тобой игровом зале я зафиксировал еще три подобных синих экрана, Тим – доложил Лео.

- Игровые автоматы работали нормально – напомнил я, вспомнив яркие мультяшные картинки и взрывы.

- Они не подключены к сети… или у них автономная внутренняя сетка – ответил ИскИн.

- Хочешь сказать, что…

- Даже гибель корабельного ИскИна при взрыве не могла бы привести к столь широкомасштабному отключению всей электроники, Тим. Каждый терминал обладает пусть ограниченной, но все вполне функциональной автономности. Этого требуются корабельные правила безопасности.

- Знаю.

- Не подключай свои устройства ни к одному из терминалов или разъемов – предупредил Лео – Трудно судить наверняка, но это может быть вирусной атакой…

Оценив сказанное, я недоверчиво скривился, хотя никто не мог видеть мою гримасу.

- Хочешь сказать, что одинокая и не столь уж большая допотопная баржа подошла к вооруженному элитному лайнеру, проделала ему дыру в носу, затем разнесла корму, предположительно собственным тараном, а затем сразу же запустила в систему настолько крутой вирус, что он так быстро вывел из строя всю корабельную электронику? Верится с трудом… Это насколько же все продуманно и отрепетировано до мелочей должно было быть. И как насчет аварийных протоколов, когда по одному приказу с мостика все терминалы мгновенно обесточиваются – как раз чтобы не дать абордажной команде противника войти в систему или заразить ее…

- Верно, Тим. Поэтому я склоняюсь к мысли, что атакующим помогал кто-то изнутри – тихо произнес ИскИн – Произошедшее с Гранд Че выглядит большой, сложной и действительно продуманной до мелочей операцией. И действовали здесь как снаружи так и изнутри… Кто-то с допуском ко многим корабельным системам.

- Кто-то из персонала?

В диалог вмешался Вафамыч, бросивший в эфир мрачные слова:

- Скорее кто-то из офицеров, Тим… А насчет продуманности… сейчас ей и не пахнет. Корабль выглядит мертвым. Роскошный стальной гроб. Бедолаги пассажиры…

- Да уж – вздохнул я.

- Может в этом и была цель? Убить всех? Сделать громкую террористическую акцию? Сколько здесь политиков и миллиардеров? И все они мертвы. Шумиха поднимется на весь обитаемый космос. А может это все же захват заложников? Потом выдвинут политические требования… но тогда почему корабль продолжает дрейфовать? И если они захватили лайнер – почему нас еще не уничтожили прямым залпом?

- Это всего лишь догадки, никак не подтвержденные фактами – сухо заметил Лео – Наверняка мы не знаем ничего….

- Узнаем – пообещал я, выходя из бесполезного служебного помещения, по пути сорвав со стены еще более старомодную пластиковую пластину со схемой близлежащих коридоров, отмеченных тремя различными цветами.

Пол под ногами снова дрогнул, на миг пришла и снова ушла невесомость, заставившая мертвое тело в кресле качнуться вперед, будто соглашаясь с моими словами.

11.

Атмосфера на лайнере сохранилась – к нескрываемой моей радости и облегчению. Даже и представлять не хотелось каково это – оказаться внутри гигантской братской космической могилы.

Вошел я буднично – через обычнейший аварийный шлюз, также имеющий множество других имен, озвученных мне Лео, пока я двигался по едва заметной красной линии. Такие вот в видимом диапазоне не существуют до тех пор, пока в них не возникает острая нужда. Их устройство крайне примитивно – две аварийные переборки, что размещены на расстоянии сто сорока сантиметров друг от друга. Таков жесткий стандарт на всех крупных пассажирских кораблях. Почему именно такой размер – не знаю. Лео не сообщил. Зато он озвучил мне кучу сленговых наименований такого шлюза: божий карман, кладовка жизни, закут, пробка, аксулла и другие…

Лео не просто так отвлекал меня – он начал их перечислять, когда мне пришлось в буквальном смысле шагать по трупам. Между мертвыми телами просто не было щели, способной вместить ботинок скафандра. Я наступал на заиндевелые спины, животы, аккуратно перешагивал навечно застывшие испуганные лица, стараясь не заглядывать в заледеневшие глаза. Этим уже не помочь… и здесь их несколько сотен – в еще одном овальном красивом помещении, куда выходил десяток лифтовых дверей.

Аварийный шлюз оказался уровнем ниже. Увидев его, убедившись, что описанная ИскИном кнопка горит зеленым, я развернулся и пошел обратно к приведшей меня сюда вертикальной лестнице. Поднявшись, отодвинув стенную панель, что прикрывала вход в технический лаз, проверил связь и убедился, что здесь сигнал есть. Связавшись с кораблем, подробно все рассказал, описал свои дальнейшие планы и напомнил главное – если через четыре часа я не выйду на связь, им следует немедленно отойти от лайнера на тридцать километров. Выждать еще четыре часа. Не выйду на связь – время уходить к Мэйн-1, постоянно транслируя в космос сообщения о произошедшем.

Тут все слишком странно, непонятно и страшно… Я пробыл здесь уже два часа, а яснее не стало…

Дождавшись подтверждения, я вновь спустился на пару уровней ниже и выбрался в общий коридор.

Все. Теперь я сам по себе.

Первым делом я заглянул внутрь шлюза через специальное оконце. Там пусто. Но на полу кровь – и достаточно много. Постояв немного у аварийной переборки, будто собираясь с духом, я ткнул коленом по зеленой светящейся кнопке, расположенной на уровне моего колена. Зеленый свет означал сразу две вещи – внутри есть воздух и нет никого живого. Будь там кто живой – автономная система, снабженная медицинским сканером, просто не откроет переборку. Но ее можно открыть изнутри – если находящийся в безопасности внутри шлюза вдруг решится на такой безумный поступок. Само собой, эта система задумана как ниппель – войдя в шлюз, ты не задерживаешься в нем, а выходишь с другой стороны, в заполненные атмосферой отсеки. Но иногда случались исключения и приходилось оставаться в таком вот закутке долгие часы – например, во время пожара на борту, разлива токсичных веществ или радиации…

Переборка поднялась одним стремительным движением. Меня в грудь едва заметно толкнул вырвавшийся изнутри воздушный кулак – видимо, поддерживалась разреженная атмосфера. Я шагнул внутрь, и переборка тотчас опустилась. Зашипел подаваемый воздух, а я уже стоял рядом с противоположной переборкой, всматриваясь в окошко.

Освещение работает. Атмосфера в наличии – это я сразу понял по сидящему у стены подрагивающему и дергающему ногой человеку в униформе, уронившему подбородок на грудь и прижимающему ладони к животу, где расплылось большое красное пятно. Кровь была и на полу. Темные размазанный следы выглядели странновато. Такое впечатление, что этот бедолага сначала приполз к шлюзу, открыл его и вполз внутрь – именно поэтому механизм отпирания расположен так низко, чтобы дотянуться мог любой, включая ребенка и не могущих подняться на ноги. Но в шлюзе несчастный не задержался и вскоре выбрался обратно, далеко уже не уйдя. Зачем ему понадобился шлюз?

Хотя… что тут гадать? По пути сюда я миновал неяркую строгую табличку, оповещающую, что за полупрозрачными перламутровыми дверьми находится Медцентр №4. Скорей всего к ближайшему медцентру раненый и стремился. А поняв, что по другую сторону шлюза только вакуум… он выполз обратно и обреченно затих. Но на что он надеялся? Ведь аварийные переборки так просто не опускаются…

Проверив коридор, я ткнул коленом очередную кнопку и оказался в заполненном нормальной атмосферой коридоре. Подняв забрало, сделал осторожный вдох носом. Пахло чем-то дорогим… какой-то смешанный аромат, сдержанный, приятный, заметный, но не слишком и идеально вписывающийся в коридор, отделанный тонкими каменными плитками. Аромат был немного подпорчен запахом крови и гари.

Опустившись на колено рядом с подрагивающим парнем, я осторожно тронул его за плечо:

- Эй, приятель…

Он даже не открыл глаз. Что-то пробормотал неразборчиво. Я наклонился поближе:

- Что?

- Бе… Бенитес… чиф-инженер Бенитес выстрелил в меня… - на почти белом лице парня мелькнуло удивление, словно он все еще не мог поверить в такую подлость – Он… он выстрелил… дважды…

Осторожно отведя его не сопротивляющиеся руки от живота, я взглянул и… поморщился. Весь живот во множестве глубоких кровоточащих ран. Судя по разбросу, повреждено большинство брюшных органов. Он не жилец. Разве что срочно доставить его…

- Предали… - прохрипел парень, неожиданно сильно вцепившись мне в руку – Б-бенитес! Он… и другие… начали убивать! Они убили Клэсс!

- Клэсс? Твоя подруга?

- Ис… иск…

- ИскИн? Корабельный ИскИн Клэсс?

- Да… да… они… я видел…

- Где ближайший лазарет? Но чтобы он был в той стороне? – я махнул рукой в сторону кормы.

- Б-бенитес… чиф… инж…

- Эй… только не вырубайся… как тебя зовут?

- Мэ… Мэл… - слабо улыбнувшись мне, он закрыл глаза – Тени… тени пришли… стало т-темно…

Я больше не пытался его растрясти. Смысла никакого. И про лазарет можно было не спрашивать.

Пару раз вздрогнув, он еще раз пробормотал про пришедшие тени, а затем сделал последний вдох и затих, удивленно глядя в мою нагрудную камеру.

- Чиф-инженер Бенитес – отчетливо и ясно произнес я, поднимаясь и зажимая пальцем пиктограмму записи на браскоме – Судя по всему он один из тех, кто нанес удар изнутри – эта версия подтверждается. У Бенитеса были помощники. Он же – главный инженер – причастен к уничтожению корабельного ИскИна Клэсс. Подробностей пока не знаю.

Пусть сигнала сейчас нет, но сообщение я записал, и оно автоматически сформатировано в текст. Появится шанс – и настроенный браском автоматом отправит послание к нам на корабль. Я хотел записать еще пару сообщений, но не успел – из-за широко распахнутых деревянных дверей послышались возбужденные злые голоса.

12.

Во многих просмотренных мной документалках и интервью с полицейскими, безопасниками, гроссами и многими другими, много раз повторяется одна и та же мысль – надо быть полностью уверенным, прежде чем нажимать на спусковой крючок. И ни в коем случае нельзя вестись на эмоции незнакомцев и не судить по ним. Почему? Потому что зло орать может не только грабитель, убийца или террорист – это может быть и отец погибшего у него на глазах мальчишки, схвативший табурет и пошедший искать убийцу. Он только выглядит злым – он и на самом деле крайне зол, и способен убить. Но при этом он все же жертва, а не преступник.

Могли ли оказавшиеся в ловушке внутри «умершего» лайнера пассажиры выйти из себя?

Могли ли они пребывать в ярости, постоянно подпитываемой не только собственным страхом, но и эмоциями других пассажиров?

Могли ли они недавно столкнуться с той командой заговорщиков, что уже обагрила руки кровью невинных?

Могли ли они потерять родных и близких во время частичной разгерметизации?

Да могли. По всем пунктам – да.

Поэтому я не стал стрелять. Но это не помешало мне укрыться за телом навеки уснувшего Мэла, что лежал в паре шагов от переборки аварийного шлюза. Другого укрытия тут не было – только сам шлюз. Но оттуда я ничего не услышу…

Сменив оружие, я наставил на вход чуть подрагивающий ствол винтовки и замер, обратившись в слух. Давать о себе знать я пока не собирался. Сначала надо бы разобраться кто там такой злой…

Гул гневных голосов волной прокатился по коридору и остался неразборчивым шумом. Я терпеливо ждал. И следующая шумовая волна оказалась куда богаче на информацию. Басовитый и явно привыкший командовать голос раздраженно ревел:

- Вот же чертово дерьмо! Эти ублюдки превратили нас в массовых убийц! Нам конец!

- Бэлг, послушай…

- Заткнись! И не произноси мое чертовое имя! Еще раз вякнешь его – и я размозжу твою тупую башку! Нас записывают! И именно поэтому мы все в масках и комбезаз, тупой ты недоносок!

- ИскИн сдох – примиряюще проблеял третий голос.

- Было бы чему тут радоваться! Весь корабль сдох! Вся эта чертовая громада из чертового металла! Мы внутри трупа – бродим в освещенных кишках…

- Босс…

- Я теперь не босс! Забыл?

- Для нас ты всегда босс, Бэлг! – заискивающий женский голос прозвучал впервые, добавив мне чуть больше знаний от приостановившихся у выхода в коридор незнакомцев – Ой… я не хотела, Бэлг. Ай! Ты что?!

- Я для кого распинаюсь?! Никаких чертовых имен! Здесь повсюду полным-полно электроники! Я три года проработал на федеральном грузовозе, пока меня не поперли за неуставное поведение. Так что я знаю наверняка – нас могут записывать! Микрофоны и камеры везде! Да ИскИн может и сдохла – но камеры продолжают нас снимать, отправляя все на харды! И как только сюда прибудут корабли федералов – им выдадут эту инфу по первому запросу! И что тогда?! А я отвечу – нас всех возьмут за жабры и швырнут в общую камеру расщепления! Поняла, Фулли?!

- Да, босс…

- Дай сюда бутылку! Любую из рюкзака!

За дверьми раздалось стеклянное звяканье, следом послышалось долгое бульканье и наконец довольно отдувающийся голос:

- Ух! Вот пойло здесь отменное! Даже водка сладкой кажется… Эй! А вы чего присосались? Это я много пью и не пьянею. А вы… - в голосе говорящего послышалось откровенное презрение.

- Да на нервах какой уж хмель, босс… ты же видел сколько трупов… этого ведь не было в планах… Я пару глотков вискарика…

- Пейте уж…

- Ага…

- Эй! Так сильно не налегайте все же! Иначе и пушек в руках не удержите. Или в меня пальнете по пьяному делу.

- Как прикажешь, босс…

- Как прикажу – громкость и властно в голосе басовитого разом утихли – Я так вам скажу – если удастся ускользнуть с этого проклятого корабля, то мы прыгнем в первый попутный корабль и рванем как можно дальше отсюда.

- Куда?

- На самый край. А может еще дальше – туда, куда не суются даже самые жесткие дознаватели или чертовые гроссы!

- Да кому мы нужны, босс? Мы же мелкие сошки…

- Теперь мы всем нужны! Нас теперь отовсюду достанут… сколько тысяч народу полегло из-за этих… Нас ведь не для этого нанимали! Мы на мокрое дело не подписывались! Мы должны были держать отведенный нам сектор – чтобы богатеи тихо сидели по своим золоченным каютам! И что получилось?