Женюсь на Красоткиной

– Будем заказывать, – решительно перебил его Сергей. – Знакомство с родителями невесты бывает один раз, так что есть повод прогулять мою премию, – он успокаивающе сжал мою руку под столом. – Очень хотелось бы доказать, что я в состоянии обеспечить не только себя, но и Милу. Ну и разумеется, ни о какой золотой клетке речь не идёт. Мила будет учиться и, если захочет, – работать…

Каким-то чудом он всё же убедил папу поменяться книжечками меню. Официантка молча наблюдала эту сцену, только её глаза все больше округлялись. В итоге заказ все же сделали и девушка с явным облегчением ушла.

– И за что у тебя на работе такие премии дают? – мама с подозрением воззрилась на Сергея.

– За успешные переговоры и заключение выгодного контракта, – ответил он. – Недавно летал в Китай подписывать документы.

– Прям в Китай? – недоверчиво хмыкнул отец. – И на каком языке ты там разговаривал?

– На английском, – Сергей пожал плечами. – И документы составляли на нем, я должен был видеть, что именно подписываю.

– Да, язык сейчас в цене, – задумчиво изрёк папа. – Слушай, Серёга, а у тебя денег можно будет занять на несколько месяцев? Я тут ассенизаторскую машину хочу прикупить, подержанную. Знаешь, какое прибыльное дело? Спецы нарасхват просто, не меньше, чем переводчик, смогу зашибать.

На лице Аллы не дрогнул ни один мускул, она слушала с выражением вежливого интереса. Сергей издал тихий невнятный звук, героическим усилием подавляя смешок. Зато мама оживлённо закивала. Ну ещё бы! Я живо представила ход родительских мыслей. Наметился прекрасный шанс занять «у буржуев» большую сумму без процентов, да и торопить с отдачей долга будущие родственники вряд ли станут. А можно и не отдавать, все равно они богатые, с них не убудет.

– И конкуренции нет почти, – продолжал отец. – Все ж чистенькие, никто с навозом возиться не хочет. Всем, понимаете ли, воняет. Так что окупится машинка за несколько месяцев. Я тебя и в долю взял бы…

– Зачем в долю? – тут же вклинилась мама. – Сергей и так хорошо зарабатывает. Ты на той машине сам горбатиться будешь. Тебе только в долг нужно…

По-моему, родители решили, что Сергей им что-то должен и уже мысленно прикидывали размер этого долга. Я чётко понимала: если он даст на машину, то этих денег не увидит очень долго, а может, и вообще никогда. Зато у моих родителей появятся другие необходимые нужды, на которые можно будет попросить денег у зятя. Например, поставить вокруг дома новый забор, перекрыть крышу, сделать ремонт. А ещё можно купить новую машину взамен старой, которая постоянно ломается, или пристроить к дому второй этаж, например. Или чердак. И ведь Сергею сейчас ничего сказать не могу. Вдруг согласится? С родителей станется попросить прямо здесь и сейчас сделать перевод на карту. Я поймала взгляд Аллы и еле заметно качнула головой. Она прикрыла глаза – поняла.

– Сейчас не получится, – мягко произнесла Алла. – У нас подготовка к свадьбе, и у всех наметились ощутимые траты.

– Аллочка Викторовна, какие могут быть серьёзные траты на свадьбу? – совершенно искренне удивилась мама. – Ну распишутся, посидим за столом – и хватит. Я и продукты могу привезти хорошие, от станичных знакомых.

Оказывается, до этого я не оценивала всех масштабов катастрофы. Теперь мне живо представилось, как могут повести себя родители на роскошной свадьбе. Особенно ярко воображение рисовало картину, в которой отец пытается занять у кого-нибудь без процентов в долг на ассенизаторскую машину. До этого я опасалась, что он всего лишь выпьет лишнего и начнёт разговор о деньгах, которых честно не заработаешь.

– Я собираюсь купить квартиру, – сказал Сергей. – Так что сейчас действительно не будет возможности помочь вам с машиной.

Я с облегчением выдохнула. Хотя, скорее всего, успокаиваться рано. Родители вполне могут рассказать о своём бизнес-плане Антону Дмитриевичу и Жанне. Представляю, как обрадуется изысканная дама, если услышит за столом об ассенизаторской машине.

Глава 21

Сергей

Собирался бы я жениться только для того, чтобы заставить вздрогнуть отца и выбесить Жанну, точно не смог бы найти лучших будущих тёщу и тестя. Если бы кто-то описал мне подробно родителей Милы, я бы решил, что он сильно преувеличивает. Я был уверен, что таких людей не существует в природе. Хотя вот они, два аномальных явления, сидят напротив нас и демонстрируют себя во всей красе. Хорошо хоть, живут далеко. Есть надежда, что не будут приезжать, особенно когда поймут, что я не собираюсь давать им ни рубля.

Как в этой семье могла вырасти добрая и порядочная Мила? Пока что я вижу в её родителях только жадность, наглость и полное отсутствие совести. До этого я сомневался, что Миле действительно не дали денег на квартиру, думал, что, она просто не захотела просить по какой-то неизвестной причине. Теперь поверил: эта семейка за лишний рубль удавится.

– Зачем тебе сейчас такие траты? – гундела будущая тёща. – Вы же и так где-то живёте, и отдельно от родителей. Аллочка Викторовна говорит, там хорошие условия.

– Вот-вот, – поддакнул её муж-подкаблучник. – Молодые ещё, чтобы квартиру иметь. Мы вон сколько лет с моими родителями прожили, пока свое жилье получили…

Наталью Борисовну при этом так перекосило, что стало ясно: с родителями мужа она жила не душа в душу. Ещё бы они приветствовали покупку квартиры! Они ведь уже успели представить прикупленную на мои деньги машину-говновозку. Нет, я против самого этого бизнеса ничего не имею, дело нужное и наверное прибыльное. Только почему я должен помогать людям, которые бросили Милу практически на улице, настроены против свадьбы, меня, моих родителей и намекают, что мы зарабатываем нечестным, а то и криминальным путем? Или мы все плохие, а деньги у нас хорошие и, как говорится, не пахнут?

– На свадьбу тратиться, на жильё тратиться… – причитала будущая тёща.

Мила сидела даже не красная, а бордовая и, по-моему, хотела оказаться как можно дальше от родителей. Я покрепче сжал её руку и уже в который раз за этот день подумал, что лучше было бы рассказать её родне о свадьбе уже после свадьбы. Не зря Мила так не хотела вызывать сюда родителей. А я-то думал, что всё не так серьёзно, как ей кажется, и дело лишь в мелких семейных неладах.

У моей мамы немного приподнялись брови. Видимо, ей при всем богатом опыте общения тоже ещё не приходилось встречать таких хомо-совсем не-сапиенс.

– Так не вы же будете тратиться, – не выдержал я. – Мы сами всё организуем, вам останется только приехать на свадьбу.

– Ой, это ж опять на работе придётся отпрашиваться, – не унималась будущая теща.

– Можете не приезжать, мы поймём, – уверил я. – Потом пришлём вам фотографии и видео. Вы ведь люди занятые, вырваться трудно…

– Не, Наташ, ну чего ты, – влез отец Милы, успевший не только заказать спиртное, но и быстренько вылакать его под общий разговор до того, как принесли основные блюда. – Единственная дочь, кровиночка, замуж собирается, уж как-нибудь отпросишься ради такого дела.

Прозвучало это так, будто речь шла о великом подвиге.

Я был бы только рад, если бы «дорогие родственники» не приехали на свадьбу. Мила бы тоже наверняка не расстроилась. По сравнению с её родителями, даже Жанна не казалась мне такой уж катастрофой. Вспомнив о Жанне, я усмехнулся. Завтра вечером ожидается эксклюзивное, неповторимое шоу, хоть на камеру записывай её знакомство с семейкой Красоткиных.

– Слушай, Серёга, а что сейчас на свадьбу дарят? – отец Милы потянулся через стол и увесисто, но нетвёрдо хлопнул меня по плечу.

Наталья свет-Борисовна недобро покосилась на него и заерзала на диванчике. Видимо, испугалась, что от неё всё же что-то потребуется.

– На ваше усмотрение, – сказал я, подавив желание приколоться. Представляю, как вытянулись бы их лица, если бы я упомянул хотя бы банальный конверт с деньгами.

– Ну вот твои родители что собираются дарить? – продолжал он, не замечая взглядов жены.

– Это сюрприз, – с улыбкой вмешалась мама. – Сергей и Мила не в курсе. Кстати, сынок, я согласна с Натальей Борисовной, подожди с покупкой квартиры, сейчас и так будет много забот. Надо определиться с платьем невесты и твоим костюмом, рестораном, меню, музыкантами, заказать кольца, выучить свадебный танец…

– А вы какую свадьбу планируете? – сдавленно спросила будущая тёща, часто и нервно моргая. – Зачем вам музыканты и свадебный танец?

Вопрос, конечно, хороший. Действительно, зачем нам музыка и танцы? Предложить, что ли, отцу отменить все приглашения и отпраздновать свадьбу по-домашнему вместе с родителями Милы? Что-то подсказывает мне, что подготовку праздничного стола в этом случае Красоткины попытались бы свалить на невесту.

– Обычную свадьбу, – ответил я. – Будут родственники, друзья, коллеги. В квартире мы все не поместимся.

– Организацией занимаемся мы втроем с бывшим мужем и его женой, – нежно улыбнулась мама. У неё уже пропала охота спрашивать мнения Красоткиных, и она начала просто ставить гостей перед фактами. – Приглашения для гостей уже напечатаны и подписаны…

– Кто подписывал? – насторожился я.

– Жанна. Там все в порядке, я проверила, – ответила мама. – К тому же основной текст напечатан в самом приглашении, ей оставалось только вписывать имена гостей.

Надо будет проверить список. Почти уверен, что Жанна вручила одно из приглашений любимой племяннице. Мне-то всё равно, а Миле может быть неприятно видеть Лену на свадьбе. Скандал, конечно, исключён, тётю Жанну очень заботят правила приличия. Она может сколько угодно пакостить до свадьбы, но при гостях будет вести себя идеально и сделает всё, чтобы избежать любого шума, кроме криков «Горько!»

Домой мы с Милой вернулись поздно, проводив маму и Красоткиных.

– Серёж, мне так неудобно, – это было первое, что сказала Мила, переступив порог. – Что подумает твоя мама?

Ничего хорошего о Красоткиных-старших мать уже не думает, но Мила тут не причём. Она матери как раз-таки нравится. Я обнял Милу и покрепче прижал к себе.

– Всё равно нужно было познакомиться до свадьбы. Нельзя же не пригласить туда твоих родителей.

Я говорил это, а в голове вертелось: «Почему нельзя? Очень даже можно». Мила хочет видеть на свадьбе бабушку, которую Красоткины в этот раз привезти с собой не соизволили. Бабушку я готов доставить лично. Но я очень постараюсь, чтобы родители Милы не появились на нашем празднике ни на первый день, ни на второй.

– Лучше было сказать им потом, – вздохнула Мила.

– Расслабься, – я хмыкнул. – Традиции соблюдены, знакомство состоялось. А на свадьбу  твои родители не смогут приехать.

– Серёж, ты не понял, – она покачала головой. – Они будут долго говорить о том, как им сложно вырваться, но обязательно приедут и возьмут с собой для поддержки мамину сестру с мужем. Начнут знакомиться с вашими друзьями и знакомыми, отец может попытаться занять у кого-нибудь деньги на эту свою идею с ассенизаторской машиной… Серёж, может, отложим свадьбу?

– Ты с ума сошла? – я фыркнул. – С какой стати нам что-то откладывать? Мил, просто доверься мне. Твою бабушку мы сами привезём, а родители на свадьбу не приедут, и их поддержка – тоже.

Не хватало еще на свадьбе вдвойне усиленной атаки Красоткиных!

– Их для этого пришлось бы запереть за бронированной дверью, – она нервно улыбнулась.

Не верит? Ладно, на свадьбе убедится. Я очень постараюсь, чтобы Красоткины посидели дома, когда это будет нужно. Времени много, и идей у меня тоже хватает.

– Завтра мы действуем по плану. Привозим их сюда, показываем, как живём, поим чаем, потом везём к отцу и Жанне, – я невольно усмехнулся, вспомнив отцовскую жену. Завтра её ждёт большой сюрприз. – Послезавтра с утра сажаем твоих родителей в автобус и желаем благополучно добраться до дома.

– Они не покупали билеты, – с очередным тяжким вздохом напомнила Мила. – И не говорили точно, когда собираются назад.

Нет уж, этот номер не пройдёт! Матери более чем достаточно будет провести двое суток с такими гостями. Жаль, что уже поздно все переигрывать и устраивать Красоткиных в гостиницу. Сам виноват, надо было внимательнее слушать Милу и вообще подробнее расспросить её о родственничках. Девочка честно пыталась предупредить, а мы с матерью не поверили.

– Значит, я отвезу их сам, – твёрдо сказал я. – Можешь не переживать, скандала из-за этого не будет. Попрошу у отца отгул, ради такого дела он без проблем меня отпустит, и доставлю твоих родителей с комфортом до самого дома.

Глава 22

Мила

К Антону Дмитриевичу я ехала, как на казнь. Алла, мило улыбаясь, сказала, что у неё на вечер запланированы дела, и осталась дома. Сергей всю дорогу обсуждал с моим отцом автомобили и их недостатки. Мама зловеще молчала.

Вот мы подъехали к шлагбаум на въезде в элитный посёлок. Шлагбаум поднялся, охранник в камуфляже кивнул Сергею.

– Ты куда это нас привёз? – отец с интересом разглядывал замки вдоль дороги – один другого краше. – Это что – какой-то развлекательный комплекс? Или музей под открытым небом? О, смотри, там лебеди плавают! – он показал в сторону открытых ворот трехэтажного дома. Там действительно был виден небольшой живописный пруд с двумя лебедями.

– Это загородный дом губернатора, – коротко сообщил Сергей.

Я не удивилась. Нетрудно догадаться, что в посёлке живёт местная элита.

– Вот умеют жить на ворованное, – прокомментировала мама. – Ну а нам сюда зачем?

– Нам не сюда, а немного дальше, – Сергей чуть заметно усмехнулся.

Ну хоть кто-то сегодня получает от всего этого удовольствие! У меня чувство юмора с момента приезда родителей отказывается работать, наоборот завыть хочется от маминых выступлений.

– Серег, а павлинов тут не держат? – хохотнул отец.

– Держат, – отозвался Сергей. – Но отец никакой живности не хочет – ни лебедей, ни павлинов, ни прочей экзотики. У него во дворе только клумбы.

Он остановился перед знакомыми воротами и посигналил. Ворота медленно разъехались в стороны. В салоне машины наступила гробовая тишина. Родители молчали, пока мы не вошли в дом. Я очень надеялась, что онемение при виде дворца папы Тоши, напоминающего музей, продлится подольше. Однако у мамы прорезался голос, как только Жанна в эффектном прямом алом платье до колена растянула кроваво-красные губы в улыбке и произнесла:

– Называйте меня просто Жанной.

– Мы свою дочь по-другому воспитывали, в уважении к старшим, – заявила она. – А вы, Жанна – как вас по отчеству? – примерно одного со мной возраста. Как это «просто Жанной», если вы ей в матери годитесь? Да и вообще не по возрасту нам, только познакомившись, называть друг друга по именам.

Сергей, сияя совершенно искренней улыбкой, представил всех друг другу, сообщив, что отчество Жанны – Витальевна. Жанна при этом сверкала глазами так, будто собиралась убить почти всех взглядом.

– Василий Васильевич любит рыбалку, – сообщил отцу Сергей. – Думал свозить его на озера, но гости приехали ненадолго, так что не успею.

По дороге к столу Антон Дмитриевич присоединился к обсуждению рыбалки. Мама тихо шипела мне о пьянках и бабах, обязательных, по её мнению, на любой рыбалке. Идущая рядом Жанна хмуро косилась на неё.

– Милолика, мне кажется, или ты немного похудела? – спросила Жанна.

– Да, немного, – я спокойно улыбнулась. – На три килограмма.

– За неделю? – заинтересовалась она. – И что делала? На какой диете сидела?

– Мы учили свадебный танец, – ответила я. – И это можно приравнять к тренировке в фитнес-клубе.

– Да, Алла творит чудеса на своих занятиях, – проронила Жанна. – Она не предлагала тебе чисто женский танцевальный курс? Замечательная вещь, очень рекомендую.

Я с удивлением взглянула на жену Антона Дмитриевича. С чего вдруг она стала такой любезной? Потом я представила себя на пилоне. Интересно, обвалился бы шест от моего веса или нет?

– Три килограмма? За неделю? – громко вмешалась мама. – Милка, ты с ума сошла? Это что за танец такой? Ты что там, скачешь, как лошадь?

– Очень красивый медленный танец, – проговорила я в наступившей тишине.

– Классический свадебный вальс? – спросила Жанна, игнорируя мою маму.

– Это пока что секрет, – вмешался Сергей.

При виде столовой родители, к счастью, снова онемели. Жанна что-то мурлыкала о том, какой Алла замечательный профессионал. Сергей спокойно улыбался, Антон Дмитриевич открывал спиртное. На столе снова оказались салаты с майонезом – на этот раз классические «Оливье» и крабовый. Многообразные закуски от посыпанных сыром и шоколадом лимонных долек до тарталеток с красной икрой были красиво выложены на тарелках и блюдцах. Основные блюда – традиционное для застолий мясо по-французски, фаршированные шампиньоны, морской коктейль. После прошлого салата со шпротами я не ожидала такого изобилия.

Мама со скептическим видом ковыряла фаршированный гриб. Отцовские бокал и рюмку она решительно отодвинула подальше.

– Ваша домработница накрыла замечательный стол, – сказала я, радуясь родительскому молчанию. – И так быстро всё подготовила.

– Подготовила она далеко не всё, – капризно протянула Жанна. – Горячее мы заказали в ресторане, десерт тоже. Кстати, – она немного оживилась, – они готовят божественную панна-котту. Очень рекомендую к кофе.

Неужели до болезненности худая Жанна лопает на ночь калорийные десерты из сливок? Хотя как раз ей, может, и неплохо было бы немного набрать вес, чтобы кости не торчали.

Родители при упоминании ресторана многозначительно переглянулись, и эти взгляды мне очень не понравились. Надеюсь, что отец не собирается попросить здесь в долг на покупку ассенизаторской машины.

– Вас наверное удивило, что свадьба назначена так скоро? – с милой улыбкой произнесла Жанна.

Мне захотелось втянуть голову в плечи. Лучше бы Жанна рассказала об особенностях французских духов или о дорогой косметике!

– Удивило! – мама энергично отложила вилку, которой терзала мясо по-французски. – Им ещё рано жениться. Мила учится, ваш Сергей только начал работать. Какие вообще могут быть романы, пока не закончен колледж, пока нет хорошей работы? А тем более – какая может быть свадьба?

– Шумная и весёлая, – невозмутимо отозвался Сергей, в его глазах плясали весёлые огоньки. – Человек на сто пятьдесят. А закончить колледж Миле никто не помешает.

– Мы совсем не так представляли судьбу своей дочери, – вступил отец. – Думали, вернётся к нам с дипломом, будет в старости поддержкой и опорой…

Я чуть не подавилась шампиньоном. Лучше не вникать, планировалось ли вообще когда-нибудь моё замужество. Поддерживать родителей гораздо удобнее при полном отсутствии личной жизни. Вот, значит, почему мне так много говорили о том, что не стоит заводить романы пока… Эти «пока» постоянно изменялись. Пока не закончу школу – никаких походов в кино с мальчиками, пока не поступлю в колледж, пока не получу диплом. А дальше, если бы я вернулась домой, придумалось бы что-то ещё.