Туманы Ричмонда

— Нет, мы не встречались. У меня к тебе деловой разговор.

Интуитивно, я начал догадываться, о чём он сейчас заговорит.

— Слушаю.

— Я хочу купить монету.

— Какую монету?

— Ты прекрасно знаешь, о чём я говорю.

— Предположим. Но она не продаётся.

— Хорошенько подумай, ты получишь приличную сумму.

— Она не продаётся.

— Моего босса отказ не остановит. Он сделает тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Зачем тебе неприятности?

— На кого ты работаешь?

— Я работаю на эту компанию.

Он бросил на стол визитную карточку тёмно-серого цвета с красными буквами. В глаза бросилась надпись «Дом антиквариата», под ней был номер телефона.

— Тебе даётся три дня. Позвони и скажи, сколько ты хочешь, и мы обсудим.

Мужчина повернулся и не спеша вышел из кафе. Я остался сидеть в оцепенении, пытаясь осмыслить происходящее. Очевидно было только одно: Сэм знал, что монета у меня и, судя по словам Диего, сделает всё возможное, чтобы ей завладеть. Страха не было, но знакомое с детства неприятное ощущение неизбежной драки легло на душу тяжёлым грузом.

Из дома я позвонил Майклу и рассказал о встрече в кафе. Мне показалось, что новость не очень его удивила. Да и я в глубине души как будто ожидал такого развития событий. Оно вытекало из логики сценария моей жизни и рано или поздно должно было случиться. Мы обсудили ситуацию, и Майкл решил первым делом попытаться узнать как можно больше, что сейчас представляет из себя Сэм Аэль.

Глава 11

Несколько дней прошло совершенно непримечательно, в тягостном ожидании. Майкл не звонил, да и от Евы тоже ничего не было слышно.

Чтобы отключиться от гнетущих мыслей, я работал необычайно рьяно, как в те времена, когда только пришёл в компанию после университета и пытался доказать себе и другим, что могу быть хорошим профессионалом. Пол на этот раз подкрался ко мне незаметно. У него был необычно серьёзный, напряжённый вид. Рядом с ним стоял мужчина, которого я не знал, но судя по его лицу с квадратным подбородком, на котором застыло мрачновато-безучастное выражение, и спортивной фигуре, не возникало сомнений, что он из нашей службы безопасности.

— Адам, пройди в мой кабинет. Нам нужно поговорить.

— Что случилось, Пол?

— Мы обсудим там.

Я пожал плечами и последовал за ним. Мужчина вошёл в кабинет вслед за нами и закрыл дверь.

— Компания увольняет тебя. Собирай личные вещи и уходи.

— Это розыгрыш?

— У тебя десять минут на то, чтобы собрать вещи и покинуть здание. Джон проконтролирует.

Мужчина молча кивнул

— Ты можешь хотя бы сказать, что случилось?

Пол посмотрел на меня так, как будто сам не понимал, что происходит. Мне даже показалось, что в его глазах промелькнуло сочувствие.

— Приказ пришёл с самого верха.

— Ещё что-то возможно изменить?

Пол отвернулся и начал поправлять какие-то бумаги на своём столе:

— Это вне моей компетенции.

Охранник молча сопровождал меня до рабочего места. Не спеша, я собрал вещи в картонную коробку. Он отобрал у меня ключ-карту, довёл меня до выхода и проследил, чтобы я покинул здание. Я шёл и удивлялся своей реакции. Всё-таки в этой конторе я проработал более десяти лет, а выкинули меня непонятно за что, дав всего десять минут на сборы. Но у меня не было никакой обиды, только лёгкое удивление, пополам с равнодушием. Видимо, моя голова была занята совсем другим, потому на происходящее я смотрел отстранённо, как будто это происходило не со мной.

Только я дошёл до машины, которая находилась на четвёртом этаже парковки, и закинул коробку в багажник, как раздался звонок. Я был уверен, что звонит Пол, и тут же ответил, но услышал голос другого человека:

— Адам?

— Да, кто это?

— Мы говорили с тобой на днях в кафе. Три дня прошло. Ты готов обсудить продажу монеты?

— Это из-за вас я потерял работу?

— Не знаю, о чём ты говоришь.

— Уверен, что знаешь.

— Ну если уверен, должен понимать, что дальше будет только хуже. Давай встретимся, обсудим.

Не говоря ни слова, я отключился. Не было сомнений, что моё увольнение устроил Сэм. Я не знал, что делать дальше. Так сильно разболелась голова, что даже не было желания обсуждать ситуацию с Майклом. Я решил развеяться и, оставив машину около дома, пошёл в парк.

Глава 12

В парке мне действительно стало лучше. Погуляв полчаса, я почувствовал, что боль отпустила. Я пошёл домой, и вдруг заметил впереди молодую женщину в голубом плаще. Было что-то такое в её походке, в манере двигаться, что заставило моё сердце ёкнуть. Я остановился, всматриваясь, а затем прибавил шагу, чтобы её догнать. Когда женщина услышала мои приближающиеся шаги, она обернулась и взглянула на меня. Это была Ева Идэн из Стэнфорда. Со смешанным чувством разочарования и удивления я выпалил, не поздоровавшись.

— А, это вы, Ева.

Она рассмеялась, и я снова заметил ямочки на её щеках:

— Привет, Адам!

— Привет, — ответил я смущённо.

— Так кого ты думал увидеть?

— Просто не ожидал тебя встретить здесь. Изучаешь город?

— Да. У меня выдалось немного свободного времени. Пробежалась по самым туристским маршрутам: Union square, Embarcadero, Fisherman Warf, устала и решила, что хочу в парк. А тебя как сюда занесло?

— Раньше ушёл с работы, голова болела.

— Тогда давай прогуляемся вместе.

— Конечно, с удовольствием.

Некоторое время мы молчали, но я не ощущал неловкости. Тропинка, по которой мы шли, былa хожена и перехожена мною тысячи раз, всё было знакомо и привычно, и мне вдруг почудилось, что и Еву я знаю очень давно, с самого детства. Я внутренне удивился этому чувству и взглянул на нее. Девушка была в хорошем настроении и, заметив мой взгляд, улыбнулась мне в ответ искренней, какой-то детской улыбкой.

— Я провёл очень много времени в этом парке. Сейчас мой дом тоже неподалёку, а в детстве жил с родителями в нескольких минутах ходьбы от этого места и вечно тут пропадал, катаясь на велосипеде, играя в футбол, просто шагая по тропинкам.

— Мне тоже здесь очень нравится. Даже кажется, что я уже здесь когда-то была.

Мы подошли к маленькому пруду. Я подобрал плоский камешек и запустил по гладкой поверхности воды «блинчики». Камень подпрыгнул пять раз, прежде чем утонуть.

— Адам, так ты в этом деле настоящий мастер!

— Сам удивляюсь. Раньше больше трёх раз не получалось.

— Не скромничай. Так и представляю, как ты приходишь каждый день и тренируешься.

Я взглянул на Еву. Она говорила совершенно серьёзно, но глаза горели лукавым светом. Было очевидно, что она меня подкалывает.

— Ты раскрыла мою тайну. Я готовлюсь к чемпионату мира по «блинчикам».

— Возьмёшь меня в свою команду?

— Конечно. Но тренировки будут чрезвычайно жёсткими.

— Я справлюсь!

Вдруг Ева спросила со совсем другой интонацией:

— Ты часто гуляешь здесь один?

Я понял, что она имеет в виду, и не знал, хочу ли это сейчас обсуждать. И всё-таки ответил прямо:

— Я и Лилит, моя подруга, расстались совсем недавно.

— Какое необычное имя!

— Пожалуй. С таким именем никого другого я не встречал.

— Ты слышал апокриф о Лилит? Апокриф — это сказание, не включённое в религиозный канон.

Я покачал головой.

— Во время сотворения мира Бог создал Лилит в то же время и из того же праха земного, что и Адама. Она должна была стать его спутницей жизни, но покинула Адама и стала демоном. И тогда Бог вынул у спящего Адама ребро и создал из него Еву, кость от костей его, плоть от плоти его. И стала Ева его женой.

— Я жил с демоном? Это многоe объясняет.

Ева прыснула.

— Забавно, что наши имена как в этой библейской истории. А что дальше случилось с Лилит?

— Она сошлась с Самаэлем и стала его подругой и помощницей.

Ева видимо заметила, как я изменился в лице, и обеспокоенно спросила:

— С тобой всё нормально?

— Да, всё отлично. Просто интересно, никогда не слышал о таком персонаже. Кто он?

— Дух зла. Самаэль — просто другое имя дьявола.

У меня ещё сильнее заболела голова, и я снова как будто услышал скрип ржавых шестерёнок древнего механизма.

— Ева, наверное, это странный вопрос, но, как ты думаешь, дьявол действительно существует?

— Гиллель ответил на него ещё в первом веке до нашей эры. Он сказал, что всё зло в этом мире от людей, а дьявол — просто метафора.

— Тогда и Бог тоже метафора?

— Ты так думаешь? Во что же ты тогда веришь?

— Я верю в десять заповедей.

— Тогда он не мёртв. Для тебя.

Ева сказала это тихим голосом, как будто объясняя что-то себе. Я всмотрелся в неё. Что-то было в её лице неуловимое, как игра теней. Лёгкость, игривость мгновенно могли смениться серьёзным выражением, и наоборот.

— Это ты о ком?

— О Боге.

— Ты говоришь, как религиозный человек.

— Я выросла в не очень религиозной семье, но мы жили в маленьком городке, в южном штате.

— Да, я помню, ты говорила, что из Джорджии. Расскажи о своём детстве.

— Дом моих родителей находится далеко за городом. Он небольшой, но нам хватало места, ведь я единственный ребёнок. Почти весь участок земли занимает сад, где я проводила много времени, играя сама по себе. Иногда мне казалось, что в саду был кто-то ещё — мальчик моего возраста. Я с ним разговаривала, и в моём воображении он разговаривал со мной тоже… Ты, наверно, думаешь сейчас, что я странная.

— Ничуть. Многие дети имеют воображаемых друзей.

— И ещё я читала запоем, и уходила в мир книг так глубоко, что сейчас иногда путаю, что случилось со мной, а что с героиней одного из романов, который я читала в детстве.