Ушедшие посмотреть на Речного человека

- В Кровавую реку, - сказал он, широко раскрыв глаза. - Говорят, Речной Человек живет там, где река превращается в кровь. Но я уже поднимался сюда раньше! Вода никогда здесь так не выглядела!

Он вытер руку о брюки, испачкав их.

- У тебя кровь на штанцах, - сказала Эбби.

Базз уставился на Эбби так, словно был удивлен, что она вообще может разговаривать.

- Это не моя кровь, милая.

- Но у тебя пойдет кровь.

Базз отвел взгляд.

- Тебе лучше не говорить сейчас таких вещей.

- Старики так легко истекают кровью.

Он начал грести, двигаясь быстрее, чем, по мнению Лори, были способны его старые кости. Она перегнулась через Эбби и схватилась за весло, но Базз не останавливался.

- Кровавой реки не может быть на самом деле, - сказала она. - Это, наверное, из-за кораллов, или грязи, или еще чего-нибудь.

- Кровавая река... так мне рассказывали...

- Ну, если люди так говорили, то может быть, это был просто драматический способ сказать, что река течет кровью рядом с тем местом, где он живет. Это означает, что мы близки к цели. Речной Человек должен быть где-то здесь, верно?

Базз покачал головой, словно пытаясь выбить из нее что-то.

- Мы зашли так далеко, - сказала Лори. - Мы не можем повернуть сейчас назад.

- Дальше я не поплыву.

Он продолжал грести.

Она схватилась за весло обеими руками.

- Прекрати.

Базз стряхнул ее с себя.

- Черт возьми, женщина! Разве ты не видишь, что мы лезем прямо в логово дьявола!

Лори снова схватилась за весло, упираясь плечом в грудь Базза. Почти пьяный, он потерял равновесие и выронил его. Лодка закачалась, посылая кровавые волны через борта.

Эбби хихикнула.

- Лодка истекает кровью, Сисси.

Лори поскользнулась на скользкой красной жидкости.

Это кровь.

Она посмотрела вверх по реке. Извилистый поток крови просачивался сквозь каменные щели и катился под упавшими ветвями, унося с собой мертвые листья цвета огня. Они пролетели мимо лодки и затрепетали в воздухе, как горящие угли, и когда Лори смотрела, как они поднимаются в небо, за завесой грозовых облаков мелькнула быстрая вспышка розовой молнии. Эбби рассмеялась и захлопала в ладоши. Лори повернулась к ней, холод пронзил ее изнутри. Глаза Эбби были такими темными, что ее белки казались космической тьмой. Ее губы были искривлены, волосы прилипли к голове. Она выглядела больной, невменяемой, одержимой.

- Мы пошли найти Речного человека, - сказала она. - И он нас ждет.

Базз снова вскочил.

- Мы должны убираться отсюда к чертовой матери!

Они были слишком близко. Лори чувствовала это. Дело было во внезапном распространении холодного воздуха и температуре ее тела. Она чувствовала его запах поверх бурлящей внизу крови. Здесь была энергия, мрачная и порочная, та же интенсивная аура, которая окружала мужчину, которого, как она теперь знала, она желала. Эдмунд Кокс пронесся сквозь пространство и время в черной сфере энергии. Когда вы были в присутствии этого человека, гравитация всего, что он сделал, притягивала вас с силой планеты газового гиганта. И здесь, в этой кровавой реке, она могла чувствовать ту же самую тьму, насыщенную и органичную, пульсирующую, как новорожденное сердце.

Теперь она была так близко.

Когда Базз снова потянулся к веслу, Лори ударила его.

- Мы не вернемся!

Лодка затряслась, когда Лори бросилась на старика, а Эбби юркнула за ними, наблюдая за их потасовкой огромными глазами. Лори ударила Базза кулаком в рот, и он толкнул ее так сильно, что она чуть не свалилась за борт, едва успев ухватиться за сиденье. Старик схватил весло, оскалив зубы, его лицо исказилось от гнева. Он встал на колени и высоко поднял весло.

- Я не хочу этого делать, но...

Молния расколола небо, и когда вспышка закончилась, мир окрасился в красный цвет, небо стало отражением реки. Теперь во всем было только два оттенка - малиновый и темный. Базз посмотрел вверх. Лори тоже застыла, загипнотизированная. Лес напомнил ей о темной комнате, в которой она когда-то проявляла пленку, прежде чем отказалась от затеи быть фотографом. Красный был глубоким и бескомпромиссным, не позволяя никаким другим цветам проскользнуть мимо него. Весь мир казался потусторонним.

Но весло все еще было у Базза.

- Черт, - пробормотал он.

Он скорчил гримасу Лори, и она потянулась к своей сумке, пытаясь вспомнить, в какой карман положила перечный баллончик. Судя по вспышке в его глазах, он, должно быть, понял, что она собирается достать оружие. Весло поднялось еще выше.

- Женщина, не заставляй меня...

Раздался щелкающий звук, очень похожий на удар яйца об пол - треск!

Базз замер. Его глаза закатились, а челюсть отвисла. Струйка крови вытекла из его макушки и потекла по переносице, а затем превратилась в непрерывный поток.

- Ох, Хэтти...

Он упал на Лори, и из того что она смогла увидеть была Эбби, скорчившаяся позади старика, с окровавленным костылем в руках.

Когда Базз ослабил хватку, весло с плеском упало в реку. Лори вскрикнула.

- Нет!

Базз был слишком тяжелым, чтобы она успела оттолкнуться и схватиться за весло. Оно унеслось прочь по бурлящей воде, как множество осенних листьев, ушедших навсегда. Лори высвободилась из-под тела старика. Она могла только надеяться, что он все еще жив, и мотора лодки будет достаточно, чтобы доставить их туда, куда им нужно, и обратно. Она положила руки ему на голову и приподняла ее.

- Базз?

Он был совершенно обмякшим. Его глаза были наполовину закрыты, веки не дрогнули, когда она встряхнула его. Когда он наклонил к ней голову, она увидела, как сильно Эбби ударила его. Его череп был расколот посередине, ткань была содрана сегментами, обнажив вдавленную кость. Она с трудом могла поверить, что ее слабая, искалеченная сестра могла нанести такой сокрушительный удар.

- Я сказала ему, - сказала Эбби.

- что?

- Я сказал ему, что у него пойдет кровь.

Лори с трудом сглотнула.

- Эбби? Что на тебя нашло?

Но Лори уже знала. Это был этот лес, эта река. Это была сама природа их поисков. Лори почувствовала здесь зловещую энергию, и Эбби, должно быть, тоже ее почувствовала, но она реагировала на это по-своему. Ее разум не работал нормально. Он сбивался с пути и иногда надолго терялся.

- Он мертв? - спросила Эбби с тупым любопытством, не выказывая никакого беспокойства.

Лори приложила кончики пальцев к горлу Базза, не нащупав пульса. Она взяла его за запястье, зная, что результат будет тот же. Ее руки дрожали, когда она отстранилась.

- О, Эбби...

Но больше сказать ей было нечего.

Эбби остановила старика. Она спасла Сисси. Однако это не заставило ее чувствовать себя хорошо. Сейчас она почти ничего не чувствовала. Ее охватили оцепенение, тупость и скука. Не так, как сегодня, когда она боялась, что Сисси оставит ее, или когда она была зла на Сисси, сама не зная почему. Тогда ей приходилось говорить плохие вещи, непристойные вещи. Даже слово на букву “х”. Она подумала, что это было довольно забавно, но в некотором роде забавно злобно.

Но это то, чего хотела Сисси. Чтобы трахнуть ее нового парня. Эбби тоже помнила, как трахалась. Когда-то внутри нее был мальчик. Теперь она даже могла вспомнить его имя. Дэвид. Мальчик из далекого прошлого, еще до перемен. Но все это было очень мило, то, что она запомнила. Она не знала, почему он ушел, но подозревала, что он, должно быть, разозлил Сисси. Эбби не знала почему. Она просто знала, что это так. Эбби также теперь знала, что когда-то она была намного лучше Сисси. Река только что напомнила ей об этом.

Река напоминала ей о многих вещах.

* * *

Разобраться с двигателем было достаточно легко. Хотя он был упрямым, Лори все же смогла завести его и направила лодку к мягкому склону у кромки реки, выключив его, когда они приблизились к берегу. Лодка дрейфовала сквозь красный ад, в который превратился Киллен, плывя медленно, как корабль-призрак.

Она все еще пыталась осознать, что происходит. Было легче сосредоточиться на убийстве, совершенном ее сестрой, чем выяснять, что происходит в этих лесах. Как ни странно, убийство заставило ее сосредоточиться на реальности.

Они должны были избавиться от тела. Она предположила, что лучше всего было бы похоронить Базза, но это означало бы, что им придется тащить его тело в лес. Это была бы, тяжелая борьба. Земля была слишком скудной для этого. Но она не могла смириться с мыслью отправить его куда-нибудь еще. Она не хотела, чтобы тело находилось с ними в лодке ни на секунду дольше.

И она не была уверена, что чувствует по поводу стойкого поведения Эбби. В некотором смысле, это было облегчением, что она не впала в истерику, потому что это облегчало управление ситуацией, но, по крайней мере, если бы она волновалась, она казалась бы немного нормальной, или, по крайней мере, то, что было нормальным для Эбби. Единственное, что она делала, - это гладила свою кроличью лапку. По крайней мере, ее глаза снова стали человеческими. Они все еще были темными, но уже не такими зловещими, какими были, когда река впервые превратилась в кровь. Лори пыталась убедить себя, что это всего лишь игра света, иллюзия, вызванная внезапным покраснением, но даже само покраснение казалось галлюцинацией. Ей становилось все труднее доверять собственным глазам.

Глава 18

Лори,

Когда я был ребенком, мой дядя Зак стал мне лучшим другом. Именно он научил меня всему необходимому: пользоваться оружием и инструментами, снимать шкуры с животных, пить самогон и обращению с женщинами.

Ты спрашивала меня, почему азиатки. Это из-за Зака.

Он служил во Вьетнаме. Мама всегда говорила, что после службы он никогда больше не был прежним. Дядя много рассказывал мне о своем пребывании там. Говорил, что сначала ему было страшно, но потом он научился получать удовольствие, убивая гуков[1]. Говорил, что это было похоже на секс. Как только убьешь первого, потом не можешь дождаться, чтобы убить следующего. Ха-ха.

Дядя показал мне фотографии, которые сделал сам, где он и еще один солдат насиловали женщин-гуков, некоторые из них были еще детьми. Это было первое порно, которое я увидел, и он разрешил мне забрать их. Он показал мне фотографии того, что они с его приятелем сделали с гуками, когда закончили трахать их. Фотографии того, как мой дядя колол и пытал этих тощих сучек, отрезал им сиськи, пока они были еще живы. Вырезал киски. На этих фотографиях он ухмылялся, как ребенок в Диснейленде. Выглядел счастливее, чем я когда-либо видел его в реальной жизни.

У него были и другие фотографии, на которых мертвых гуков складывали в кучи и поджигали. Горящие деревни. Отрубленные головы на палках и части тел, разбросанные повсюду. У него даже были фотографии, где он трахал отрезанные головы. Эти я тоже забрал.

У меня не было порно журналов. Зак сказал мне, что они полное дерьмо. Сказал, что его фотографии лучше, потому что в "Плейбое" они не показывают ничего хорошего. И когда я наконец увидел журнал с обнаженкой, я понял, насколько он был прав. Они скучные и не позволяли увидеть женщину изнутри, а фотографии дяди Зака позволяли и даже больше.

Когда я был маленьким, то единственных голых женщин, которых я видел, были долбаные гуки, где их насиловали и убивали. Доктора сказали, что это вызвало у меня фетиш. Мне не нужны ни блондинки, ни рыжие. Мне нужны темные волосы, маленькие тела и раскосые глаза. И я хочу трахать их так, как показал мне дядя Зак.

Однажды Зака упекли в психушку после того, как он выстрелил в голову своей подруге из ружья. Ей снесло половину лица. Я знаю, потому что видел это. Мы готовили мясо на заднем дворе его хижины на реке, и они начали о чем-то спорить. Не знаю, о чем. Неважно, бл*ть. Важно то, что я кончил в штаны, когда он выстрелил в нее, даже не прикоснувшись к себе. Это было сексуально и красиво. Я аплодировал, когда он это сделал, будто был на рок-концерте. Я не чувствовал страха, совсем. Знал, что он не причинит мне вреда. Дядя любил меня как младшего брата. И я тоже любил его, даже если он был сумасшедшем.

Мне не разрешали навещать его в психушке. И его так и не выпустили из нее. Он умер там. Спокойно. Во сне. Наверное, видел сладкие сны о том, как насиловал и убивал косоглазых пиздюков на войне. Как настоящий мужчина.

Надеюсь, он смотрит на меня сейчас. Надеюсь, гордится тем, что я сделал.

Эдмунд.

Глава 19

Раздался звук, похожий на стук шин по мокрому гравию, а затем скрип ржавого металла. Потом раздались гитарные аккорды. Акустика отражалась от стен гор, как от дурных снов.

Слайд-гитара[2].

Даже сквозь рев реки Лори могла различить отчетливый звук. Музыка была блюзовой, скользкой и насыщенной, со зловещими нотками. В мелодии звучала угроза, ноты намеренно навевали страх. Это был не ловкий, отполированный Чикагский блюз, это был грязный, сырой, южный блюз, который играл Базз, единственная музыка, которую Лори смогла послушать по радио, когда они приехали в Киллен.

Лори посмотрела на корму лодки. Разве гитара Базза не была там минуту назад? Она не помнила, чтобы та упала за борт, но в какой-то момент это должно было произойти, либо во время драки, либо когда они с Эбби избавлялись от тела. Кто-то нашел гитару? Может быть, ребенок, который бегал по лесу, тот самый, который почти убедил ее, во всяком случае, на мгновение, что он Пит. Но он уже должен был быть далеко позади них. Нет, логичнее было предположить, что это была другая гитара, и кто-то другой играл на ней.

Затем раздался голос. Это был беззвучный стон, полный отчаяния. Вокал идеально вписывался в этот гитарный смертельный мотив, глубокий бас и мощный, как лавина, от которого у Лори по коже побежали мурашки. Она никогда раньше не слышала ничего подобного. Она посмотрела вверх, следуя за звуком.

И тут девушка увидела хижину.

Она стояла на вершине лесистого утеса, нависавшего над рекой, как коса, - темная деревенская лачуга, силуэтом выделявшаяся на фоне адского пейзажа. Из кривой трубы на крыше шел черный дым. Кто-то был дома.

Лори включила мотор. Сильное течение тянуло лодку вверх по реке, но она хотела добраться туда как можно быстрее. Кровавая вода расстилалась за ними, как огромная открытая рана. В этом участке реки плавали частицы органических веществ, куски мяса, похожие на оторванные куски человечины. Лори старалась не смотреть на них, но краем взгляда она узнавала в них - пальцы, ноги, головы и...

Лори вдруг подумала, не сошла ли с ума. Ей показалось, что она перешла в другое измерение ужаса и боли. Неужели умерла и попала в ад, сама того не осознавая? Неужели ее отправили куда-то страдать за все те гнусные поступки, которые она совершила? Она не верила в загробную жизнь и никогда не была суеверной. Но она также никогда не сталкивалась ни с чем подобным. Кровавая река существовала в своей собственной безумной вселенной, а Речной человек был солнцем в ее центре.

Найдя безопасное место для причаливания, Лори выключила мотор и подняла лодку на петли, а затем направила нос в песок. Она не могла подвести их слишком близко к обрыву, потому что там не было берега, только ряды острых скал, выстроившихся, как гигантские черные зубы акулы. Им пришлось бы идти через лес. Если Эбби не сможет преодолеть подъем, она может остаться в лодке. Лори было все равно. Сейчас важно было только добраться до хижины. Она с полной уверенностью чувствовала, что наконец-то нашла Речного человека. Если она передаст ему ключ, то, возможно, не будет иметь значения, что она не убила Базза. Передача ключа должна была стать самым важным делом. В этом и была вся цель этого испытания.

- Нам придется подняться на этот холм, - сказала она сестре. - Он выглядит крутым. Может, тебе лучше остаться здесь.

Лицо Эбби погрустнело.

- Я тоже хочу увидеть Речного человека, Сисси.

- Там одни камни и кусты. Ты не сможешь пройти на костылях.

- Я смогу. Я не маленький ребенок, в которого ты меня превратила.

Слова Эбби заставили Лори отвернуться, не в силах смотреть ей в глаза.

- Хорошо. Тогда пойдем. Скоро стемнеет.

Они закрепили лодку, обвязав веревку вокруг белой ивы, торчавшей над берегом реки. В этом мире она была розовой, а ее узлы выглядели как язвы. Присмотревшись, Лори поняла, что они кровоточили. Она посмотрела на окружающий лес. Кровь стекала с мертвых ветвей и просачивалась сквозь щели между камнями. Лори вздрогнула, но не отступила.