Помоги проекту - поделись книгой:
– Ты Гость, – усмехнулся Джек. – Потому тебе не убирать, а клинить. Я же Коренной, у меня эта вакансия сразу идет как «клининг-менеджер». Но подозреваю, шваброй махать все равно пришлось бы.
– Кастелян в общежитии, – прочитал я и схватился за голову. – Мужики, а вы не можете просто оформить себе ИП и нанять меня? Кем угодно! Я не вынесу своей тяжкой доли. Пожалейте бедного Лимитчика.
– Частный бизнес – вариант, – поразмыслил Бурелом. – Только времени не хватит. Хоть мы и быстро качаемся, бюрократию никто не отменял. А значит, ждать открытия ИП нам придется всего ничего. Месяца четыре непрерывного геймплея, не больше.
– Что-о?
– Ну а ты как думал? – вздохнул медведь. – Быстрее только если иметь поручителей, кредитную линию выбить, ну и подогреть кого положено… Короче, дуй в ближайшие перевозки и вымаливай себе место водителя. Нелегалом, естественно. Большего ты за сутки не получишь. Права смотреть не будут. Я так думаю…
Стараясь не слушать медведя, я для приличия почитал перечень еще. И взгляд мой остановился на строчке, не пойми как затесавшейся в эту обитель страждущих урбанистов.
– Внештатный журналист, – прочитал я.
– Что? – удивился Джек.
– Требуется внешний журналист на удаленке, – продолжил я вглядываться в буквы. – Других данных нет. Только кнопка «Принять». И цвет у нее пурпурный.
– Цвет вакансии показывает примерный уровень опыта, – разъяснил Джек. – И сразу же – сложность работы. Твоя работа может быть не то что непростой, но неоднозначной. В выполнении заданий придется проявить творческое начало.
– В реале хватало. – Я набрал воздуху, как перед прыжком в бездну.
И ткнул «Принять».
Экран расступился, и послышался голос Камиллы:
– Ваш запрос принят. Вы выучили профессию «внештатный журналист». Запуск стартового сценария.
Продолжая разрастаться, экран распался на обилие светлых песчинок, разлетевшихся метров на триста, чтобы исчезнуть без следа. Медведь озадаченно покрутился, наблюдая за анимацией.
– Вы все это видели? – спросил я.
– Ага, – ответил Джек. – Мы же в группе… Только что это было? Где твой сценарий?
– А как он вообще выглядит?
– Ты должен был получить вызов в приватную комнату Версианы, принять приглашение, уйти в фазу, – проговорил Бурелом. – Вроде так всегда было.
– Со стороны смотрится так, будто тебя телепортировало в замкнутое помещение, – пояснил Джек. – И там ты должен был встретить НПС-работодателя, поговорить, взять символическое задание. Минуты три хватило бы на брифинг, а то и на исполнение. Но ты почему-то здесь. Может, ты не принял инвайт?
– Да нет же, – пробормотал я. – Камилла сказала, что профу я выучил и сценарий начат… Может, мы в сценарной комнате, просто в очень большой?
– Да ни фига, – возразил медведь, оглядывая Кутузовский. – Здесь даже юниты не обновились. По улицам бродят те же рожи, что и минуту назад. И тачилы прежние катаются. Мы все еще в Версиане.
– Разве что мой сценарий происходит в обычном мире, – догадался я и принялся изучать свое непосредственное окружение. – Дайте подумать.
Джек и Бурелом решили мне не мешать. Я же внимательно смотрел на все вокруг, подмечая всякие мелочи. Несмотря на боль в животе, меня подогревали азарт и близость пока что непонятного мне расследования. Нахожусь в игре от силы час и уже собираюсь искать нетипичные по местным меркам детали.
Итак, я в открытом сценарии внештатного журналиста. Нет задания, нет намеков, нет ровным счетом ничего. И все же меня выпустили в поле. Мне это знакомо по неигровому опыту, когда где-то происходит нечто, и ты уже мчишься запечатлеть процесс, а что это было – можно подумать после. Сейчас то же самое. Вроде бы ничего не происходит, но уже дан объект исследования – сам город. Неспроста мне задание растворили в городе. Стартовый квест – тренировка, он не подразумевает отдельной комнаты, так что будем считать, что он представляет собой поиск чего-то такого, что может быть сгенерировано в любой точке Версианы как часть пейзажа. Цепкий хук для такого, как я. Верный материал для анализа.
Это что-то, не бросающееся в глаза, но заслуживающее внимания журналиста. Или сыщика – навыки у них в данном случае примерно одинаковые. Прямо сейчас на Кутузовском что-то появилось. Найти это – и есть моя задача, и в этом на данный момент заключена игра.
Это не динамические объекты, которые постоянно прибывают и покидают видимое пространство. Значит, не машины и не люди. Уже легче. Точно не другие игроки – Джек и Бурелом вне подозрений. Хотя, конечно, игрок в облике медведя заслуживает персональной статьи, но сейчас дело не в нем.
Остаются статические объекты – сам проспект, дома, тротуары. Все, мимо чего мы ходим. На что смотрим. Чего касаемся. Новая часть города, тихой сапой вписавшаяся в установленный порядок. Дополненная реальность даже по меркам такой дополненной реальности, как Версиана. То, что не заметили бы ни Джек, ни Бурелом – два опытных игрока.
Здесь есть два варианта. Либо это что-то, не привлекающее внимания – например, замаскированная бомба, – и тогда объект должен не вызывать ни малейшего визуального интереса. Либо это, напротив, нечто кричащее и притягивающее внимание – но оно теряется на фоне такого же характерного, заметного объекта.
Я осмотрел бордюры, на миг зайдя на проезжую часть. Хорошо хоть, что машин в это время немного на крайней полосе – не хватало еще, чтобы меня сбили снова. Бордюр как бордюр, никакая плита не выступает, тайник с гранатой оставить негде.
Джек смотрел за мной, не говоря ни слова. На его лице проступило загадочное выражение, словно он работал умом не меньше, только объектом его исследований был как раз я. Бурелом же ничего не понимал и откровенно скучал – если, конечно, я разбираюсь в том, как скучают медведи.
Провода на столбах – все как было. Кутузовский загс через дорогу – на месте. В противоположной стороне, над зелеными вершинами колючей ели, высится Башня-2000. Единственный нормальный ракурс, с которого она смотрится по-настоящему гордо, не теряясь на фоне последующих архитектурных гигантов Сити по ту сторону реки.
И когда я начал воспринимать Версиану как настоящий город?
Эврика! Может, мне именно этого и не хватает? С первой секунды я только и делаю, что интенсивно цепляюсь ко всему вокруг. Не расслабился. Надо лишь поверить, что здешняя логика не уступает настоящей – и абстрактная задача обретет конкретику, и тупой пиксель-хантинг превратится в понятную концепцию.
Город, проспект, сквер. Что тут можно разместить?
Для теракта место не подходит – крупные транспортные узлы расположены дальше по дороге, пешеходные – в сторону к торговому мосту до Выставочной… Нет, я не маньяк, я журналист.
Запрещенная реклама?
Я понаблюдал за пешеходами, отмечая их маршруты, поля зрения, ракурсы. Ну конечно! Дело не в том, что видно из точки, в которой я стою. Дело в том, как место, где мы стоим, видно со стороны.
– Нашел, – сказал я.
– Да? – усомнился Бурелом. – Где? Я ничего не заметил.
– Потому что тебе неудобно смотреть себе под зад, – пояснил я. – Мишка, будь добр, откатись в сторону.
Бурелом встал на четыре лапы, сунул голову между передних, посмотрел под себя.
На дороге красовались буквы и цифры, напечатанные аэрозолем через трафарет.
– Да неужели, – произнес Джек, подходя ближе. – Бурелом, посунься!
Медведь отошел и уставился в текст.
– Э, тут этого раньше не было, – пожаловался он.
– Думаю, сценарий сгенерировал надпись там, куда не мог смотреть никто из нас троих, – вымолвил я. – И что это оказалось под тобой – конечно же, совпадение.
– Реклама наркоты, – вздохнул Джек. – Лаконичные названия, адреса сайтов. М-да. Искореняют эту нечисть из города, а она все появляется и появляется… Молодец, Арбестер. Как догадался, где искать надо?
– Главный рекламный объект здесь – памятник Багратиону, – сказал я, подходя к литому всаднику с поднятой шпагой. – Культурный чекпойнт, не привлекающий между тем внимания. Но и к нему требуется наводка. Надпись на земле, видимая со всех трех пешеходных направлений и с ближайших полос проспекта. Эта надпись – лишь ссылка на тайник с бесплатным тест-драйвом.
– Думаешь, тут закладку оставили?
– Нечего тут думать. – Я подошел к памятнику, глядя на бронзового коня. – Сам смотри.
Брюхо коня пестрело разноцветными кляксами.
– Наркоту заворачивают в пакетики, опрыскивают аэрозолями, получившиеся шарики кидают вверх, – рассказал я схему, о которой прежде не слышал, но которая сейчас была мне ясна как день. – Они отскакивают от коня и падают на постамент под брюхом. Легко спрятать, трудно достать, но кому надо – сумеет. А когда достанет, то попробует. Даже если не подсядет сразу – заценит оригинальность способа и пойдет искать поставщика.
– А ну, я проверю. – Бурелом подскочил, зацепился передними лапами за конские копыта, висящие в воздухе, и проворно забрался на памятник. Его туша чудом протиснулась под брюхом генеральского коня. С памятника свисали болтающиеся медвежьи лапы.
– Да тут половина Колумбии растет, – удивленно доложил Бурелом. – Ну и воняет же!
Возле нас остановилась парочка любопытных НПС. Парень с бутылкой минералки и девушка, с открытым ртом фоткающая Бурелома на мобильник. На ее запястье болтался фитнес-трекер.
– Эй, ты что там делаешь? – рассмеялся парень. – Чо, приход словил?
– Не поверишь, братан, – крикнул ему медведь сверху, теребя влажный нос. – Здесь голуби понасыкали! Чищу вот, как добропорядочный гражданин. А вы не хотите поволонтерствовать?
– Нет, спасибо, – прощебетала девушка, пряча мобильник. – Но ты работай, работай.
– Стараюсь! – гаркнул Бурелом. – И вам не хворать.
Когда парочка ушла, Джек присвистнул.
– Да уж, – сказал он. – Я бы не догадался.
Рекламная надпись на дороге внезапно потускнела и пропала без следа. Послышался голос Камиллы:
– Сценарий завершен. Вы выучили профессию «внештатный журналист».
– Эй, братва! – заорал медведь. – А наркота пропала вся! Клянусь, я не употреблял!
– Тест пройден, Версиана очистилась, – объяснил я. – Мишка, спрыгивай.
Медведь грохнулся наземь и чихнул.
– Психосоматика, чтоб ее! – Он снова почесал нос. – Вроде и не вдыхал эту дрянь, а ощущение, будто надышался по самые гланды.
Экран проявился передо мной с приятной фиолетовой каймой:
– Ололо, чувак! – восторженно воскликнул Бурелом. – Ты сразу два уровня получил! Ничего себе! За процедурный квест!
– Вы тоже получили? – спросил я.
– Мы и раньше были третьего уровня, – напомнил Джек. – Думаю, чуточку и нам перепало, но в целом – ты неплохо поднялся. Два очка за две минуты. Так ты за сутки игру пройдешь.
Я предпочел промолчать, позволив себе лишь ухмылку победителя. Оказывается, в Версиане и я на что-то гожусь.
– Ну все, азы мы разобрали, давайте уже и команду дособираем, – решил Джек, глядя в навигатор. – Наш сигнал снова проявляется.
– Ага. – Медведь сунул лапу куда-то за спину и вытащил такой же гаджет. Не хочу думать, где именно в складках шерсти он хранил личные вещи. В то, как игра обсчитывала его физические параметры, я еще мог вникнуть, но концепцию невидимых карманов разум понимать пока отказывался. Хотя я чувствовал, что вскоре буду чувствовать себя в Версиане уверенно, как бит в байте.
– Так, наш крендель движется, – уведомил медведь, тыча когтем в экран. – Джек, ты мне потом интерфейс увеличь, лады? Жать неудобно.
– Конечно.
Я подумал, не стоит ли купить все же навигатор. С другой стороны, если в команде сразу два участника с картой, то мне она пока ни к чему. Вот окажусь один – если окажусь, – тогда и можно подумать. Кстати, мне же за новые уровни должны были и каталог расширить. Наверняка удастся приобрести что-нибудь полезное. Странно лишь, что нельзя просмотреть будущие лоты – может, есть смысл ничего не покупать, а до упора копить на что-то солидное…
– Вот он! – проорал Бурелом, отпрыгивая в сторону от проносящегося по дороге ревущего тарана, который умудрился заехать на тротуар и едва не заставил медведя полетать. Следом за люксовым седаном промчались несколько полицейских машин с беснующимися мигалками и вопящей сиреной.
Версианский воздух сразу замело пылью. Джек методично вытащил новую салфетку, протер ею глаза и спросил:
– Что это было?
– «Мазерати», – ответил я, глядя вслед погоне на Кутузовском. – «Гран Туризмо». Как будем догонять?
Глава 5. Цепная реакция
Никто из нас не внес дельного предложения. Нас захватило зрелище, о подобных которому раньше можно было разве что в новостях почитать, да и то с сокрытием имен действующих лиц.
«Мазерати» срезала несколько полос в заносе, развернулась, едва не столкнув с дороги одно из многочисленных такси, наводнивших Кутузовский в утренний час пик. Остановилась на встречке, поблескивая фарами, отражавшими версианское солнце. Сзади сразу образовался небольшой затор – трафик замедлился, начал хаотично перестраиваться.
Полицейские машины дружно выстроились, перекрывая две полосы в центре проспекта – по одной в каждую сторону. Еще две сделали то же сзади нарушителя.
– Ща уйдет, – выразил Бурелом убеждение.
– Это временная мера, – проговорил Джек, прищурившись. – Пока проспект не перекроют.
– Да не перекроют его, – возразил я. – Это же Кутузовский. Только если со смертельным исходом, а пока что…
Неизвестный гонщик проявил активность: колеса «Мазерати» завизжали на месте, капот чуть выгнулся вперед и вверх, и седан понесся под немыслимым углом в сторону оцепления. Того пока что явно не хватало, чтобы закрыть ему выезд, и игрок мастерски вписался в узкое окно между выставленными машинами. Он снова проехал мимо нас, и, как мне показалось, из его окна я увидел направленный в нашу сторону средний палец.
– Играет, сволочонок, – сказал медведь с восхищением. – Сэвейдить хочет. Зырьте, он ща снова остановится. Вот!
Что такое «сэвейдить», я пока решил не спрашивать. Стоял и смотрел, как «Мазерати» резко тормозит в сотне метров от нас, уже по другую сторону. Разворачивается на нашу половину, снова с заносом, будто отрабатывая маневр.
Полицейские действовали иначе – доезжали до него медленнее, рассредоточиваясь по всему проспекту, тем более что на узком участке уже почти не было посторонних машин.
– Это же боты? – спросил я, следя почти зачарованно. – Как они его обступают, что за тактика? Они учатся?
– Конечно, – произнес Джек. – Версиана анализирует циклические сценарии объектов, начав еще несколько месяцев назад, с самого анонса. Запоминала данные настоящих полицейских, исследовала, выстраивала алгоритмы.
Поделиться книгой: