О любви и лимонаде

— Может, и пойду! — вспыхнула я. — Только он не зовет… — снова я потянулась за платком и, наконец, вслух призналась даже не ей, себе: — кажется, я влюбилась, тётя Каро.

— Так вместо того, чтобы долю в деле предлагать, надо было ему другое предложение делать, дуреха ты моя. Современная, — припечатала она.

— И ты не будешь против? — не поверила я. — Герхард и Спенсер, серьезно?

— Да делай ты что хочешь, только не реви, вон уже опухла вся. — Она махнула на меня рукой и, подмигнув, отключила артефакт.

Я буквально рухнула на табурет у кровати. Неужели я так плохо выгляжу? И неужели тётя действительно отступилась от своих планов на мою семейную жизнь?

Толку об этом размышлять? Самое-то главное я тёте не сказала. Даже если бы я предложила Джереми на мне жениться, он бы всё равно отказал, потому что влюбился в другую.

Вздохнув, я поднялась с табурета и подошла к приоткрытому окну, вдыхая сладкий запах цветущих деревьев. Не зря мы платили такую большую аренду — жить и работать у парка, что может быть лучше? Ничего, если живешь и работаешь вместе с Джереми…

Мотнула головой — мечтать буду позже! Дело превыше всего. Герхарды не были бы одной из самых богатых и влиятельных семей королевства Гауз, если бы не родовой девиз.

Джереми так ко мне и не подошел. Я видела — он занят, в сотый раз проверял, всё ли готово к встрече высокопоставленных гостей. Нанятые нами официантки уже дергаться начали при его приближении, теперь им и в голову не приходило строить ему глазки. От их покислевших лиц у меня даже настроение поднялось, жаль ненадолго: почтальон принес Джереми конверт. Не знаю, что там было написано, но по мере чтения лицо моего помощника становилось всё более счастливым, а моё — кислее, чем у официанток.

— Что там, Джереми? — отвлекаясь от раскладывания ложечек, как бы между делом крикнула ему я. — Опять счета?

Счета, делающие мужчину счастливым. Ага. Разве что они от госпожи Помпон…

— Ничего, это личное, — пряча улыбку, ответил он и убрал письмо в карман брюк.

Знаю я это его «личное»!

От злости у меня огненные вспышки появились в глазах.

— Понятно, — пробормотала я, возвращаясь к своему занятию, и поняла: ложка в моих руках согнута пополам.

Часы пробили одиннадцать раз, а на улице уже показались первые автомобили и трициклы с гостями. Я сделала глубокий вдох, выдохнула. Попыталась распрямить ложку обратно, но мне даже немного разогнуть её не удалось.

— Иди, встречай мэра, он уже здесь, — шепнул мне Джереми, а потом заметил согнутую ложку и, не поверив очкам, даже их приспустил.

Я сделала вид, что ничего необычного не произошло, и решительным шагом отправилась приветствовать городского главу.

Мероприятие было камерным, кафе у нас не очень большое. Однако, бомонд Фритана, пусть и не весь, в него поместился и теперь с удовольствием распивал мой лимонад. Привычно выполняя обязанности радушной хозяйки, я порхала среди гостей, предлагая им пирожные и прохладительные напитки, и медленно зверела с каждой минутой, оглядываясь на неприлично счастливого Джереми.

Весело тебе, Джереми Спенсер? А мне вот не очень! И времени страдать у меня больше нет. Хватит, и так уже несколько дней сама не своя! Герхарды не пасуют перед трудностями! Влюбился ты или не влюбился, а госпожа Помпон права. Счастье надо брать в свои руки. Правда, не представляю как…

Пока вместо счастья я взяла один из бокалов со своего подноса и, осушив его до дна, покосилась в сторону Джереми.

«Связать его, что ли?» — пронеслась в голове мысль.

— Как тут душно, — капризно протянули рядом. — И кто мне сказал, что тут самое вкусное в городе мороженое? Ничего особенного! А пирожные? Не свежие! Надо было идти в ресторан «Домино».

Конечно же это была сама невеста, не зря я волновалась! Всё ей было не так. Думала же отказать, но разве можно отказать дочери мэра?

— Лимонада? — Я подошла ближе и вежливо улыбнулась.

— Давайте, — скривилась невеста и, взяв с подноса бокал, махнула на меня рукой, мол, иди-иди отсюда.

Мда. Так себе воспитание у дочери мэра. Зато богатая и хорошенькая, не в отца пошла. У нашего мэра был не просто нос, а самый настоящий Нос. Он, кажется, у него и жил отдельной жизнью. Я глазами нашла её жениха — он стоял в стороне от будущей супруги, рядом с будущим тестем, и вид у него был не больно-то счастливый.

— И всё-таки, господин мэр, вы уверены, что никакой опасности для горожан нет? — долетели до меня обрывки чужого разговора, и я чуть задержалась у небольшой группки гостей, с интересом прислушиваясь к ответу.

Джереми подошел ко мне, забрал поднос с лимонадом и принялся раздавать бокалы желающим охладиться дамам.

— Абсолютно уверен, — громко сообщил мэр. — Задача управлению магической полиции поставлена. Все последствия взрыва устранены. Никаких поводов для беспокойств нет.

— Прекрасно, замечательно, — закивали гости, собираясь вокруг градоначальника и забрасывая его вопросами об утреннем происшествии.

Не нашли ли виновных? Справятся ли воздушные перевозчики с маршрутами без погодной башни? И если нет, то как скоро отстроят новую?

— Папа, у нас сегодня другой повод, — скорчила недовольную гримасу невеста, демонстративно прижимаясь к жениху.

— Ах, да, конечно, — засмеялся мужчина, поворачиваясь к дочери, и вдруг изменился в лице. — Жоржетта, что с тобой? — прохрипел он.

Жених отшатнулся от невесты, супруга мэра схватилась за сердце. Жоржетта схватилась за нос, который прямо на глазах изумлённой публики становился всё длиннее. Но самое страшное, гораздо меньшие, но оттого не менее неприятные изменения происходили с внешностью остальных присутствующих дам. Кто-то покрывался сыпью, у кого-то проявились веснушки, а у женщин постарше возраст становился всё очевиднее.

— Что это, что происходит?! — завизжала какая-то девица, пуча крошечные глазки. — Полиция!

Но и без полиции было ясно, что происходит! Не так давно газеты освещали скандал: Симон Альеди, сын главы департамента магии развелся с женой, а в причине развода указал: магическое изменение внешности супруги!

Говорят, она дурила его несколько лет! Страшно представить, во сколько ей это обошлось. Магическое преображение — это очень дорого!

Но почему с моих гостей чары слетели одновременно? Сейчас?!

Конкуренты! Подсыпали что-то в бокалы! Но… когда? Никто кроме меня и Джереми не прикасался к лимонаду! А может, это соперница Жоржетты? Решила сорвать свадьбу! Ну конечно! И всё равно непонятно… Как?!

Чуяла я, надо было отказать! Так ведь нет, новый уровень! Связи! Вот тебе и связи, Тафна Герхард!

— Нас отравили! Средь бела дня! — лихорадочно ощупывая своё лицо, воскликнула грузная пожилая дама. — Это вы! Мы все пили ваш лимонад! — ткнула она в нас с Джереми пухлым пальчиком.

Мы, не сговариваясь, посмотрели друг на друга, а затем на пустой стакан в её руках.

— Тафна, подожди, я сам разберусь! — хватая меня за плечо и наклоняясь к моему уху, зашептал Джереми.

И обычно в таких случаях я так и делала — предоставляла ему решение деликатных вопросов, но в этот раз на такое наглое обвинение не смогла промолчать!

— Я лично его варила, нет там никакого яда! Да я сама только что выпила целый бокал! — возмутилась я и прижалась к Джереми — с такой злостью после этих слов на меня посмотрели присутствующие дамы.

— Госпожа Герхард разволновалась! — он вышел вперед, закрывая меня спиной, и демонстративно сгрузил заставленный стаканами поднос на стол рядом.

Гости, а вернее гостьи, зашумели еще громче, а Джереми обернулся ко мне и, пусть и шепотом, но впервые за всё время нашего знакомства на меня накричал:

— Просил же тебя помолчать!

Я зажмурилась: от несправедливости и обиды у меня защипало нос.

— Они же теперь не успокоятся, пока тебе не отомстят!

— Но я ничего не делала! — я поджала губы.

— Вот именно за это и отомстят, — с нажимом ответил он.

— Спокойно, дамы, спокойно. Сейчас всё проверим! — Высокий стройный мужчина со значком мага на лацкане пиджака подошел к нам и, достав из кармана амулет, взял с подноса Джереми заполненный до краев бокал.

Поднес к носу, нахмурился.

— Хм, — глубокомысленно сообщил он затаившей дыхание публике и опустил в стакан свой амулет.

Ничего не случилось. Камни на артефакте мигнули и сразу же погасли, а маг, забывшись, громко выругался.

— Отравили! Точно отравили! — снова зарыдала невеста.

— Это не яд! — вскинул магик руку. — Как я и думал, это магический нейтрализатор высочайшего качества. Снимает чары, выводит из строя артефакты. Вот и мой вывел, — недовольно заключил он.

Жоржетта убрала ладонь от лица и бросила на меня яростный взгляд, а я подумала: лучше бы это и правда был яд — без магических чар нос у неё оказался копией отцовского…

— Говорите, сами варили? — посмотрел на меня маг.

Джереми прав. Не успокоятся, пока не отомстят.

Катастрофа.

И катастрофа продолжала набирать обороты.

В тот миг, когда прелестная Жоржетта убрала руку от своего носа, её жених прикрыл веки и, оттянув галстук, как-то очень быстро оказался у самого выхода. Его маневр мог бы остаться незамеченным, если бы не высокий и уставший молодой мужчина в дверях.

— Инспектор Грон, магическая полиция! — громко представился он, чем привлек внимание всех присутствующих.

Невеста увидела у дверей почти ускользнувшего жениха.

— Франсуа, куда ты?!

Франсуа, который в целях маскировки уходил из зала, согнувшись в три погибели, понял — сбежать не вышло. Он расправил плечи и, встав в полный рост, повернулся к невесте лицом.

— Жоржетта, давай обойдемся без скандала? — без особой надежды на положительный ответ, сказал он.

И, разумеется, без скандала не обошлось.

— Вот, значит, как?! Без скандала? Ну, хорошо! — воскликнула невеста и, сорвав с руки помолвочное кольцо, швырнула его в несостоявшегося жениха. — Ну и катись отсюда!

Она раскраснелась, глаза пылали, и если быть предельно честной, не так уж и портил её отцовский нос.

Гости гомонили, мать невесты завалилась на бок, вздумав падать в обморок, а несчастный мэр цветом сравнялся с перезрелым помидором. Удержать супругу ему удавалось с трудом.

Терять мне уже было нечего, еще немного, и от кафе «Тафна» даже памяти не останется. Что там, от самой Тафны во Фритане тоже не останется ничего, не думаю, что после такого казуса мне позволят не то, что работать, обитать в этом городе. Я решила: умирать, так с музыкой, и от всей души сказала:

— Правильно, Жоржетта! Жить-то ведь не с носом, а с человеком! Пусть гуляет, а ты и без магии — красавица! В сто раз лучше найдешь!

— Тафна! — рыкнул на меня Джереми, хватая за руку.

— Что, Тафна? — Я вырвала ладонь и мотнула головой так, что бант слетел с волос. И, прямо взглянув в его зеленые глаза, зло сообщила: — Не сегодня-завтра уеду в Гауз! Аренда оплачена до конца года. Можешь предложить своей подружке мой этаж! Вместе будете свои очки протирать!

Джереми хлопнул глазами.

— Какая подружка, какие очки? — растерянно уточнил он.

— Круглые! — крикнула я и, не выдержав напряжения, громко разрыдалась.

Дальше всё было немного в тумане. Окружающие слились в одно большое пятно — слёзы мешали мне видеть, а слышать не давали всхлипы, но одно я поняла — это Джереми прижимает меня к себе и, сотрясаясь от смеха, ласково гладит по спине.

— Протирать очки, ну это надо же! — как будто бы даже радостно повторил он.

— Тихо! — раздался от дверей громкий крик, и, как это ни странно, тихо стало. Голос у инспектора Грона оказался что надо.

— Извини, я перенервничала, — хмуро сказала я, отстраняясь от влажной из-за моих слёз рубашки Джереми.

— Всё будет хорошо, я разберусь. Ты только молчи, пожалуйста. Вечером поговорим, — вздохнул он и подал мне бумажный платок, в который я благополучно высморкалась.

Вечером поговорим… так себе обещание, особенно когда понимаешь, что именно тебе собираются сказать. Ничего хорошего.

— Ладно, буду молчать, — с тяжелым сердцем согласилась я, а что ещё оставалось?

Да, разберется, в этом я не сомневалась. Не было еще таких вопросов, в которых бы он не разобрался. Уж если он даже с налоговой проверкой проблемы решил, что ему какая-то магическая полиция? Тем более, откуда бы у меня взялась магия?

Гости разошлись, в свете недавних событий это было замечательно, за исключением того, что разошлись не только гости, но и виновники сегодняшнего торжества, конечно. Хотя, опять-таки, смотря как посмотреть.

Если мужчина сбегает от женщины, испугавшись её носа, то как он поведет себя, когда она хорошенько увеличится в размерах, родив ему пару-тройку детей?

Думаю, именно к такой мысли пришла и сама Жоржетта. Во всяком случае, на улицу она выходила с гордо поднятой головой. И, что радовало, больше не смотрела на меня как на врага.

Но все же Джереми еще раз строго настрого приказал в разговоре с инспектором Шимусом держать рот на замке, и открывать только с его, Джереми, разрешения.

— Присаживайтесь, — раздраженно взмахнул рукой Грон, указывая на ближайший к нам столик, а мне привиделось, что на вороте его сюртука сверкнули блестки.

То, что опрашивать меня собираются здесь же, в пустом зале, немного ободряло. Если бы меня в чем-то обвиняли, то не стали бы церемониться, а надели бы наручники и отправили в участок. Логично же? Вроде бы, да…

Но хоть вины моей не было ни в чем, я всё равно нервничала, глядя в строгое лицо инспектора. Немного сияющее блестками на солнце лицо. Теперь я совершенно точно видела их у него на щетине! Почему-то только справа.

Со свидания, что ли, его выдернули? Экстравагантная у него, должно быть, дама…

У меня действительно оказалась магия — полицейский вкратце объяснил, что произошло это из-за взрыва погодной башни, и его навигатор засек выброс в нашем кафе за несколько минут до того, как вызов пришел от градоначальника. Ничего хорошего в этом не было не только из-за случайно слетевших благодаря моему лимонаду чар. Я сама не маг, и мой организм не способен принять магию, слишком большая нагрузка. Тут и заболеть можно, если от неё не избавиться.

Странно только, почему всё это случилось не ранним утром? Именно тогда я варила лимонад. Но как я поняла со слов Шимуса Грона — выброс магии случился уже позже, скорее всего его что-то спровоцировало, например, сильные эмоции.

Я вспомнила о согнутой пополам металлической ложке, но на всякий случай говорить об этом не стала.