Помоги проекту - поделись книгой:
Я упал на обрубок руки и с трудом поднялся на колени, глядя на стоящую передо мной Принцессу Теней. Она облачилась в платье, полностью созданное из тьмы, а ее жестокие глаза мерцали от стихии, которой она управляла. Она больше не выглядела как Клара, это была принцесса тьмы, истинная женщина, скрывающаяся за фасадом девушки, которая, как я полагал, находилась подле меня. Черты ее лица стали жестче, взгляд острее, а наклон подбородка свидетельствовал о том, что она считает себя равной мне, а не подчиненной. Я не знаю, что случилось с ней в той битве, но она явно не та особа, которую я контролировал с момента ее возвращения ко мне.
— Не хнычь, папочка, — пела она, все признаки Клары покинули ее, словно моего питомца никогда в ней и не было. Связь между нами разорвана, так же как и связь между девчонкой Вега, которая каким-то образом избавилась от меня и моей плоти. Хотя у меня возникло ощущение, что эти узы были утрачены, как только Клара покинула тело, а не благодаря уловкам звезд.
— Я не хнычу, — прорычал я, заставляя себя встать на ноги, несмотря на то, как кружится голова, и хлопнул левой рукой по обрубку правого запястья, вливая в него целительную магию, останавливая кровотечение, сшивая кожу на ране и унимая боль. Я не смогу отрастить руку, как и другие конечности, таково одно из Кардинальных правил нашей магии. Невозможно восстановить источник силы. Голову, сердце или руки. Ни одно из них нельзя восстановить, будучи уничтоженными.
Все время, пока я работал, Принцесса Теней наблюдала за мной, склонив голову на одну сторону, а тени танцевали вокруг нее, лаская ее кожу и позволяя обнажать места, где я мог видеть ее обнаженное тело.
— Это катастрофа, — прорычал я, отворачиваясь от нее и шагая вдоль внешней стены Дворца Душ, голый, как в день своего рождения, и выискивая цель, на которую можно обрушить свой гнев.
— Сир! — позвал Дженкинс, вынырнув из двери, мой старый дворецкий, как всегда готовый и ожидающий меня с халатом в руках. Если в этом несчастном королевстве и существует Фейри, к которому я питаю хоть какую-то симпатию, так это он. И это единственная причина, по которой я не разорвал его на части, дабы утолить жажду крови, бурлящую во мне, и вместо этого накинул на себя халат, прикрывая свое тело.
— Мне нужен полный отчет о битве и о том, кто в ней участвовал. Мне нужны имена всех Фейри, которые отвернулись от своего короля, и я позабочусь о том, чтобы за это поплатились головами. Если вы не найдете виновных, тогда разыщите мне их матерей, братьев, сестер, детей или их чертовых домашних животных. Казни начнутся на рассвете.
Дженкинс низко поклонился, и я зашагал дальше, сканируя взглядом тела убитых и ущерб, нанесенный территории. Подобное неприемлемо. Я не могу допустить подобного инакомыслия в своем королевстве, и теперь народ узнает цену измены своему королю самыми жестокими способами, какие только можно себе представить.
— Что я буду делать без руки? — с рычанием требовал я у звезд, глядя на них, а они, как всегда, равнодушно взирали на происходящее.
В любом случае, это уже не важно. Я сам хозяин своей судьбы и судьбы всего королевства. И я должен принять решение о том, как нам всем действовать дальше.
По моему позвоночнику пробежала дрожь, когда существо, которое когда-то делило тело с Кларой, последовало за мной, и я боролся с желанием оглянуться на нее, ощущая произошедшую здесь перемену. По какой-то причине девушка, которая была привязана ко мне Опекуном, сейчас отсутствует, и у меня возникло ощущение, что мне придется потрудиться, усиливая контроль над оставшейся вместо нее владычицей теней. Но я не стал противиться переменам, не стал даже признавать их, продолжая идти впереди нее, заставляя ее следовать за мной и напоминая о том, кто здесь правит.
Мне необходимо разобраться с этой переменой в ней и, возможно, адаптировать свои методы контроля над ней, но если я чему-то и научился во время своего восхождения к власти, так это тому, что никогда не нужно позволять никому видеть, как ты дрожишь.
Поэтому я буду обращаться с ней так, словно ничего не изменилось, пока я разбираюсь в ситуации, и если удача будет на моей стороне, то она продолжит играть ту роль, которую я для нее придумал, без необходимости ужесточения моей власти над ней.
Мужчина испуганно вскрикнул, когда я приблизился к нему, его широко раскрытые глаза — единственное, что ясно дало понять, что он не труп. Я увидел сломанные кости, торчащие из его тела, и пришел к выводу, что он, скорее всего, упал с большой высоты. Но я не узнал его. И когда его мольбы о пощаде достигли моих ушей, я направился прямо к нему, поставив голую ногу ему на горло и придавив своим весом, когда он начал биться и сопротивляться подо мной.
Я зарычал, глядя, как он бесполезно борется со мной, упиваясь ужасом в его глазах, заставляя признать, кто здесь более могущественный Фейри, и моя ярость окрасилась мимолетным моментом победы, когда я увидел, как из его глаз уходит жизнь, и проклял его, как никчемного кретина, которым он и был.
Все это время Принцесса Теней следовала за мной, и я чувствовал ее любопытный взгляд на своих движениях, оценивая меня и выискивая любые признаки слабости.
Как бы я к этому ни стремился, я не чувствовал с ней никакой связи, и в голове у меня крутились мысли о том, что же это может значить. Как удалось разрушить узы Опекуна? И теперь, когда она больше не находится под моей властью, как сложно будет сохранить над ней контроль?
Я перешагнул через мужчину, залитого кровью настолько, что решил, будто он уже мертв, но его рука вырвалась, когда я сделал шаг, проходя мимо него, и его пальцы впились мне в кожу, когда он зашипел, умоляя о помощи.
Я с усмешкой посмотрел на него, собираясь покончить и с его жалкой жизнью, но узнавание наполнило меня прежде, чем я успел нанести убийственный удар.
Вард выкашлял полный рот крови, его кожа была бледной, мой Провидец, ожидающий моей помощи, выглядел на грани смерти.
Я подумывал оставить его умирать. Или даже самому лишить его жизни.
Он подвел меня сегодня.
Что толку от Провидца, который не сумел предвидеть столь разрушительный поворот событий?
Но когда я поднял левую руку с намерением испепелить его дотла, плеть теней плотно обвилась вокруг моего запястья и вцепилась в таящуюся во мне тьму, сковав меня на месте. Мое сердце ёкнуло от удивления, за которым быстро последовала ярость, когда я понял, что произошло. Что она только что сделала.
— Он еще может нам понадобиться, папочка, — предупредила Принцесса Теней, ее темные глаза встретились с моим яростным взглядом, и вызов в них заставил меня вздрогнуть. Мне необходимо обуздать ее. Снова взять под свой контроль, пока она не стала проблемой. Но если этот самоуверенный взгляд в ее глазах говорит о чем-то, то я готов поспорить, что принуждать ее к подчинению здесь и сейчас не самое разумное решение. Она обладает такой силой, на которую я не могу претендовать, и с потерянной рукой я оказался в крайне невыгодном положении. Но я не дурак. И она по какой-то причине все еще находится на моей стороне, возможно, есть что-то более простое, чем насилие, с помощью которого я смогу удержать ее на прежнем месте.
— Как пожелаешь, любовь моя, — сказал я ей тем же ласковым тоном, которым успокаивал ее, когда она еще была связана со мной узами связи с Кларой. Но теперь в ней не осталось ничего от той девушки, и, глядя на незнакомые, но прекрасные черты нового, неизвестного мне существа, я почувствовал, что ее не удастся так легко усмирить.
Но она, видимо, все же вняла моим словам, ее сила ушла, вернув мне контроль над телом, и я стряхнул с себя влияние теней.
Она склонила голову в извращенной улыбке, и я неохотно послал в тело Варда достаточно целительной магии, дабы спасти его от смерти, после чего развернулся и ворвался обратно во дворец.
Мне необходимо мое ебучее золото. И мой трон. И, звезды, проклятая корона.
Дженкинс распахнул двери во дворец, и я пронесся мимо бесчисленных охранников и агентов ФБР, которые пытались помочь или задержать выживших, игнорируя их всех, направляясь прямо к тронному залу.
Шлёпанье моих босых ног эхом разносилось по огромному залу, когда я направился прямо к месту власти, где в молодости меня слишком часто заставляли кланяться Дикому Королю. Но в конце концов я сверг его. Точно так же, как я подавил бы это жалкое восстание его необученных дочерей и всех никчемных Фейри, которые решили последовать за ними в их безнадежном стремлении вернуть себе мою корону.
— Где Дариус?! — крикнул я, обращаясь ни к кому конкретно, когда Вард распростерся перед троном, а Принцесса Теней начала медленно кружить по комнате, проводя пальцами по позолоченным карнизам и, казалось, потерявшись в своем собственном мире, а тени двигались за ней.
Мой взгляд следил за ее движениями, оценивая перемены, пытаясь понять, как лучше усилить контроль над ней, и гадая, исчезла ли Клара насовсем или я смогу уговорить ее снова стать более покладистой.
— Я приведу его, мой господин, — сказал Дженкинс. — Он, должно быть, все еще празднует свою свадьбу. Хотите, я приведу сюда и его невесту?
Я подавил дрожь при мысли о том, что мне придется смотреть на отвратительную девушку, которую я был вынужден выбрать в качестве невесты для моего Наследника, и кивнул головой, понимая, что мне нужно начать мыслить стратегически. Мы должны предстать перед прессой единым фронтом. Король Драконов и его недавно женившийся Наследник против восстания, вызванного дочерьми Дикого Короля.
Я усмехнулся при воспоминании о том, как другие Наследники боролись против меня сегодня вечером, но с этим придется смириться. Я заставлю других Советников отречься от трех мальчишек. Я заявлю, что шлюха Вега месяцами трахала всех троих своей отравленной киской, а безумная шептала им в уши проклятия вместе со своими воображаемыми воронами, пока те сами не поверили в них. Запасные займут свои места в очереди наследования, и я позабочусь о том, чтобы их всех вздернули еще до того, как все закончится, дабы не осталось никаких недомолвок.
Я возложил золотую корону на голову и закрыл глаза, борясь с яростью в своем теле, пытаясь разобраться во всем этом. Я могу все исправить. В прошлом я противостоял и худшим шансам, чем сейчас, и побеждал.
Дикий Король и его заносчивая королева сдохли благодаря моей хитрости и превосходству, и их потомство вскоре постигнет та же участь. Когда они умрут, в живых не останется никого, кто сможет сравниться со мной или бросить мне вызов, и я буду править в мире, как и намеревался с самого начала, превращая Солярию в великую и процветающую нацию, которой, как я знаю, она станет, когда верховенство Ордена будет воспринято так, как и должно быть, а скрещивание будет наконец запрещено.
Минуты шли за минутами, пока я начинал обдумывать свой следующий шаг, ожидая возвращения сына, дабы углубить его в свои планы.
— Сир! — высокий голос заставил меня вздрогнуть от раздражения, и я поднял глаза: в дверь ворвалась Стелла Орион, ее темные волосы были взъерошены. — О, любовь моя, я так волновалась за тебя!
Она бросилась вперед, словно желая упасть в мои объятия, и я щелкнул пальцами, останавливая ее барьером магии воздуха.
— Неужели то, что я трахаю твою дочь вместо тебя — недостаточное сообщение? — огрызнулся я, мое отвращение к ее отчаянию отразилось на моем лице, но хватит потворствовать ее иллюзиям обо мне, у меня сейчас есть куда более насущные дела. Мне незачем тратить время на эту отчаявшуюся женщину.
— Я не понимаю, что ты…
— Когда-то ты была мне полезна, Стелла, и, возможно, я получал удовольствие от того, что трахал тебя прямо под носом у твоего мужа, но я давно устал от твоей переиспользованной пизды. А теперь мне надоел и звук твоего голоса.
— Я не понимаю, — выдавила она, схватившись в шоке за грудь, и переводя взгляд на красивую женщину, продолжающую кружить по комнате, как хищник в поисках крови, напевая под нос странную и жуткую мелодию. Стелла нахмурилась, и я понял, что она не знает, что ее дочь мертва и что за существо теперь стоит на ее месте. У меня у самого нет ответа на вопрос, как такое произошло, поэтому я не был в настроении обсуждать это. Тем более, когда Принцесса Теней подслушивает каждое слово и следит за каждым нашим движением.
На самом деле, внешне я отказывался реагировать на изменения в существе, властвующем над тенями, но, по правде говоря, именно она сейчас является главной темой моего заговора. Мне необходимо вновь подчинить ее себе, одним из способов.
— Ты все прекрасно понимаешь, Стелла, — усмехнулся я. — Прекрати позориться и преклонись перед своим королем, как положено, пока я не решил, что мне больше по душе твоя смерть.
Стелла взглянула на Варда, который все еще оставался склонившимся у моих ног, прижавшись лбом к холодной плитке и вытянув перед собой руки, явно понимая, насколько я близок к ебаной зачистке в доме, гораздо лучше, чем она.
— Где Клара? — вздохнула она. — Что здесь сегодня произошло? Почему ты не пригласил меня на свадьбу?
— Ты не слышала меня, женщина? — прошипел я.
Ее нижняя губа дрогнула, когда она опустилась на колени, но когда из меня вырвался рык, она быстро распласталась передо мной вместе с другой моей бесполезной прислугой.
Я размышлял над тем, как прикончить ее сейчас, несмотря на ее покорность, задаваясь вопросом, какой от нее теперь прок, но звук поспешных шагов снова привлек мое внимание к дверям.
— Мой король! — воскликнул Дженкинс, его голос был полон ужаса, когда он протиснулся в зал, таща за собой тележку для завтрака с привязанной свиноподобной девушкой, балансирующей на ее вершине.
— Что все это значит? — потребовал я, вскакивая на ноги и глядя на связанную и с кляпом во рту невесту Дариуса, ее глаза-бусинки метались туда-сюда от моего лица к обрубку, на месте которого должна была быть моя рука.
— Я нашел ее связанной в шкафу в покоях новобрачных. Там нет следов Дариуса. Я подумал, что вы захотите допросить ее сами, — объяснил Дженкинс, сжимая пальцы, когда он отступил назад, а я подошел ближе к призовой свинье.
Я вырвал кляп из ее рта, волосы ее усов коснулись моих пальцев и заставили мой желудок скрутиться от отвращения.
— Говори, — приказал я.
— Я не знаю, что случилось! — причитала она, и из ее глаз потекли жирные слезы, когда я оставил ее связанной на тележке для завтрака. — Я была так взволнована тем, что выйду замуж за моего снукума. Последнее, что я помню, это то, как собиралась надеть платье, и следующее, что помню, я оказалась связанной в шкафу одна в темноте.
— Это случилось до свадьбы?! — зарычал я, переводя взгляд с нее на Дженкинса, который беспомощно покачал головой. — Хочешь сказать, что вы не скрепили союз?
— Я даже н-н-не успела произнести клятву, — прорыдала она, и я с ревом оттолкнул тележку от себя, отчего она врезалась в стену и опрокинула девушку на пол с испуганным воплем.
— Мой собственный сын участвовал в этом! Мой единственный Наследник! — прорычал я, ярость во мне нарастала, зверь снова умолял о свободе, но я пытался все собрать воедино. Как он это сделал? Как они помешали мне в этом?
Я видел всё в красном цвете, когда отходил от неё, жажда мести разгоралась во мне, как торнадо, и грозила поглотить каждую мою часть.
— Уберите ее с глаз долой! — крикнул я, желая, чтобы она ушла, пока не наделал глупостей вроде убийства одной из единственной чистокровной женщины Дракона ее поколения. Дженкинс схватил ее за связанные лодыжки и стал тащить ее на животе из комнаты, пока она продолжала рыдать.
Клянусь, мое зрение помутилось, когда до меня дошла вся серьезность этого ебаного нападения, и я понял, что остался без единственной вещи, необходимой мне для обеспечения моего правления.
— Что же мне делать без Наследника! — заорал я на всех и ни на кого, хрустальная люстра над троном задребезжала, когда моя ярость почти поглотила меня.
Вокруг меня поднялась тьма, и в своей ярости я не сразу осознал силу теней, пока Принцесса Теней не ступила на мой путь, и мощь ее темной магии не столкнулась со мной.
Она швырнула меня обратно на трон, боль пронзила мой позвоночник, проклятия полились с моих губ, и весь зал окутала тьма.
Стелла и Вард закричали, когда ее сила впилась в их тела, она прогнала их из комнаты, и как только они убежали, захлопнула за ними двери и направилась вверх по ступеням к моему трону, приближаясь ко мне, ее глаза мерцали тьмой.
— Перестань хныкать, как сопляк, и подними свой подбородок, как настоящий король, — прорычала она, указывая на меня пальцем и используя свой контроль над тенями, обитавшими под моей кожей, подняв мою правую руку в ее сторону.
Я закричал от боли, пронзившей поврежденный обрубок на конце моей руки, не в силах сопротивляться, так как она использовала свою магию в отношении меня, и что-то с мучительной медлительностью росло из этого обрубка.
Я задохнулся, увидев пальцы, вырастающие из моей собственной кожи, их форма полностью состояла из теней, которые росли и росли, пока, наконец, не появилась целая рука, сформированная из ее темной силы вместо той, которую я потерял.
— Вот так, гораздо лучше, — сказала она в восторге, ослабляя свою хватку, и я мгновенно вскочил на ноги, возвышаясь над ней и хватая ее за горло, пользуясь новой рукой и удивляясь ее силе, когда оскалил на нее зубы.
— Кто ты? — потребовал я, блуждая взглядом по ее лицу, впиваясь в него, отмечая необычность, силу, красоту.
— Я твоя королева, — ответила она, ее голос охрип от силы моей хватки. — Давным-давно твой предок обещал жениться на мне и посадить меня на пламенный трон. Октавий Акрукс обещал мне свою руку в качестве супруга. Я — Лавиния Умбра, и мы заключили сделку, которой, как я ожидаю, будет следовать его потомок. Ты в долгу передо мной, папочка.
— Это не ответ на мой вопрос, — прорычал я, перебирая в уме свои знания о предках, пытаясь найти человека, о котором она говорила, и задаваясь вопросом, как долго она ждёт выполнения этого так называемого обещания и почему оно не было выполнено изначально.
— Я — королева своего народа. Предводительница рожденных в тенях. Правительница силы, подарившей мне эту вечную жизнь. Я — женщина, у которой украли империю, и ее судьба слишком долго была запечатана в Царстве Теней. Мне причитается король Акрукс. Ты —
— Какого Наследника может родить мне такое существо, как ты? — усмехнулся я, не в силах поверить, что это существо может породить живое в утробе, наполненной лишь тенями.
— Я дам тебе Наследника, рожденного от истинной силы, в жилах которого будет течь верность так же густо, как тени его матери и огонь Дракона его отца.
— Ты можешь гарантировать мне рождение ребенка Дракона? — потребовал я, окидывая взглядом ее тело от бледной кожи до почти черных губ, наблюдая за тем, как тени двигаются вокруг нее, словно я смотрел в яму с гадюками. Но, возможно, это было оно. Решение, которое мне необходимо. Способ привязать ее и подчинить себе. В конце концов, всем хорошим шлюхам нужен сильный мужчина, который заставит их подчиняться, а я не могу сказать, что у меня есть возражения против того, чтобы трахнуть ее. Она прекрасна, даже если она полна тьмы.
— Я могу гарантировать тебе ребенка, более могущественного, чем все рожденные до него. Он будет Драконом, владеющим Элементальной и Теневой магией, и будет править вместо тебя так, как ты всегда мечтал, чтобы правил твой истинный Наследник. Но только если ты сделаешь меня своей королевой.
Я ощутил в ней жажду власти над моим троном и замешкался, не решаясь согласиться на это безумие. Неужели я действительно собираюсь подарить этому существу трон?
Ее рука метнулась в сторону, и она крепко сжала мои яйца в своей хватке, я издал шипение, когда она посмотрела мне в глаза, и, несмотря на то, что моя хватка на ее горле усилилась, она даже не вздрогнула.
— Мне причитается Король Акрукс, — предупредила она, ее глаза были безумны и пылали злобными обещаниями. — Но если ты не сделаешь меня своей королевой, я могу просто вырвать твое мужское достоинство из твоего тела и забрать одного из твоих сыновей. Вырвать, разорвать, растерзать, раздавить. Так что выбирай с умом, папочка. Ведь я уже принцесса теней, и я не откажусь от того, что мне причитается, во второй раз.
Я скривился от дискомфорта, поскольку она не убрала руку, и рывком кивнул в знак согласия.
— Я сделаю тебя своей королевой, — согласился я, и улыбка озарила ее смертоносные губы, когда она отпустила меня как ни в чем не бывало. — Но сначала нам нужно усилить контроль над королевством.
Ее взгляд блуждал по мне, пока я крепко сжимал ее горло, и наконец она кивнула, тени отступили, и я смог облегченно вздохнуть, видя, что она вновь подчиняется мне.
— Как пожелаете, мой король. Давайте тогда начнем.
Орион
Я не спал до поздней ночи, надеясь, что до меня донесутся звуки прибытия Дариуса, но вместо этого мои уши уловили лишь далекие удары и стоны кого-то, кто занимался сексом несколькими дверями ниже. Ради находящихся здесь Вампиров можно было бы и использовать заглушающий пузырь, но разве они это сделали? Нихуя.
В конце концов, я провалился в глубокий сон, держась за Дарси и ненавидя Сета каждым атомом своего тела за то, что он сорвал мне ночь с ней. Отголоски битвы продолжали цепляться за меня, держа крепко, пока я снова не задохнулся от ужаса. Я вспоминал, как Клара умирала в моих объятиях, до тех пор, пока этот образ не запечатлелся в моем черепе. Но я сосредоточился на том покое, который она обрела, покинув этот мир, и напомнил себе, что теперь она в лучшем месте. И в каком-то смысле мне действительно удалось спасти ее в конечном счете, только не так, как я себе представлял. Ее душа свободна от Лавинии, и больше никакие мучения не застанут ее за Завесой. Наконец-то моя сестра обрела покой, и за это я должен быть ей благодарен.
Я очнулся от беспокойного сна и не хотел открывать глаза, прижимая Дарси к себе, думая, смогу ли я утащить ее куда-нибудь в этих пещерах, чтобы овладеть ею, как своей, прежде чем она снова улизнет из моих объятий.
Я прижался к волосам, касающихся моей щеки, но нахмурился от мужского запаха, исходящего от нее, гадая, не от тех ли мыльных лилий, что остались на ней, и желая вместо этого заклеймить ее своим собственным ароматом. Мои руки крепко сжали ее, и по мере того, как я все глубже погружался в дымку сна, понимал, что она совсем не похожа на себя. Она оказалась слишком мускулистой, слишком большой, и когда я открыл глаза, и в моем горле раздался рык, то понял, что начну этот день с жуткого убийства.
— Капелла! — рявкнул я, отшвырнув его от себя через всю комнату, и он с воплем впечатался в стену, упав на пол голой задницей, пытаясь прийти в себя.
— Ты разбил мне ноф. — Он вскинул руку, намереваясь залечить ушиб, но тут кровь хлынула на его голую грудь, и я в мгновение ока вскочил с кровати, рванулся вперед, собираясь закончить работу по выбиванию из него дерьма, но врезался в воздушный щит, который он установил между нами.
— Какого хуя ты делал в нашей постели?! — огрызнулся я. — И где, черт возьми, Голубок? — Повернувшись, я стал искать ее, но в комнате были только я и эта шавка. Значит, нет никаких свидетелей, когда я вырву ему позвоночник и засуну в его задницу.
— Там было холодно. — Сет указал на свою кровать. — И под дверью дул холодный ветерок.
— Ты воздушный Элементаль, — прошипел я, расхаживая взад-вперед перед его щитом, тяжело дыша и жаждя драки.
Поделиться книгой: