— Я, наверное, еще читать не умела.
— Мам, теперь ты мешать будешь, — Вероника надула губы.
— Это были мои пять копеек. Валяйте дальше. Батя наш уже засыпает.
Тётя Нюра валяла дальше:
— Утром тролль, как всегда, приготовил своей хозяйке завтрак, но вернулась Малефисента даже не к обеду, а к ужину. Она не пинком распахнула дверь, по своему обыкновению. Она вошла медленно, хромая на левую ногу, на которой Ахиллесова пятка была стерта до кости. Малефисента доковыляла до кресла и упала в него. “Ну, можете меня теперь называть Костяной Ногой.” “А где же метла?” — осмелился спросить тролль. “Конфисковали. Понавешали камер везде… Ядрёна-матрёна!” “А рой мух или ледяная пурга?” “Ты сам говорил — санкции. Нет у меня больше волшебной силы летать ни на метле, ни с насекомыми, ни даже самолетом, потому что визы тоже не дают. Самое страшное, что могут сделать санкции волшебников, это отобрать у тебя то, что составляет твою силу и могущество. Я теперь могу только мухоморы варить. Видимо, чтобы погубить Аврору — одного Буратино мало. Ну-ка, голубчик, позови ко мне повара Гингемы — Урфина Джюса. Мой единственный шанс теперь — это его деревянные солдаты.” Тролль почесал за ухом и сказал: “Вы хотите ЧВК нанять? Они ведь денег немалых стоят.” “Это Урфин денег стоит, а этим чурбанам нужен только волшебный порошок.”
— Хе-хе-хе… — хрипло засмеялся папа Вероники, не открывая глаз. Он хотел что-то сказать, но Вероника зажала ему рот рукой.
— На другой день Малефисента, опираясь на посох, медленно брела вдоль колонны деревянных солдат и разглядывала свою новую армию. Урфин Джюс сделал их сам и не особенно старательно, поэтому они все были как братья близнецы — на одно лицо… вернее на одну маску. На их головах были круглые деревянные шлемы, лица были закрыты забралами, их доспехи были одного размера, в руках они держали дубовые щиты и одинаковые полицейские дубинки. Колдунья повернулась к Урфину: “Ты бы их хоть пронумеровал.” Голос Урфина Джюса был противный, да и лицо у него было вечно недовольное: “Они этого не любят.” Малефисента остановилась перед одним из солдат: “Ну и сколько ты хочешь за отряд?” “Вот!” — Урфин Джюс показал колдунье цену, написанную на бумажке. “Ты с ума сошел! Лучше деньгами возьми!” “Денег у меня куры не клюют. Им всё просо подавай. А я хочу чтобы эта баба снежная меня полюбила и называла меня милым и пригожим.” “А ты не боишься, что она тебя заморозит.” “Это она пусть боится, что я её растоплю… Гы-гы-гы!” “Ладно, сделаем.” Колдунья ткнула пальцем в солдата, и тот рухнул, как подрубленный на соседа. Когда вся рота попадала как домино, Урфин Джус покашлял поднятыми в воздух опилками и сказал. “Вы мне приворотное зелье, а я вам порошок. Честному слову верить в наше время нельзя, в сделке должна быть субстанция.” Малефисента протянула Урфину пузырек, а он подал ей взамен табакерку. Когда она открыла коробочку и заглянула внутрь, он взял одну щепотку и сказал: “Я покажу вам, как это делается.” С этими словами он сдул порошок с ладони над отрядом. Солдаты, как один, шумно вдохнули носом воздух, мигом поднялись, построились и отдали ведьме честь. Насовсем.
В комнате стало тихо. После паузы Вероника спросила:
— Тёть Нюр, а дальше.
— А дальше в следующий раз.
— Но ещё совсем рано.
— Это у вас рано. Вы ужинали?
— Да.
— А я ещё нет.
Мама тут же вмешалась.
— Так, всё правильно. Мы позвонили сами, без предупреждения, и отнимаем время самым бессовестным образом. Завтра сделаем то же самое, но после… Вы когда там ужинаете?
— В семь.
— У нас два часа разница… Завтра сделаем то же самое после девяти. А теперь всем спать.
— Завтра воскресенье, давайте я сказку расскажу с утра, а вы своего ребёнка сами укладывать научитесь. Хотя бы по выходным.
— Да? Ну тогда сегодня у нас семейный совет.
Спать в тот вечер легли все немного позже обычного, зато воскресенье было аккуратно запланировано с утра до вечера.
6 Воскресенье
Сказка, действительно, продолжилась в десять утра, когда завтрак был позади, а обед еще и не думал начинаться. Папа, мама и две сестры уже были одеты и готовы сразу после сказки ехать на дачные шашлыки. Там было решено провести весь полдень у дедушки с бабушкой, чего они не делали уже давно, а тут вдруг всем страшно захотелось.
— Это вы здорово придумали! — одобрила тётя Нюра, — Жаль я далековато живу, — мне к вам не присоединиться. Ну… не будем терять время? Вам ещё ехать целый час.
— Если пробок не будет, — сказал папа.
— Итак… Праздничный город был украшен и усилиями жителей, и волшебными трюками профессора Натураль, и самой природой. Улицы были чистыми, и только вишнёвая аллея неустанно посыпалась медленными белыми лепестками с высоких веток. Как в весеннем лесу пели птицы, с балконов домов тихо звучали флейты, журчала вода в водопаде на центральной площади. Группа белоснежных облаков играла солнечными лучами, как струнами. По периметру, в цветочных беседках стояли круглые столики с белыми скатертями, букетами и воздушными шарами. На столиках были груды пирожных, фрукты, соленые орешки, тонко нарезанный хамон, салфетки и пластиковые фужеры. Разодетые в безупречные фраки лакеи наливали в эти фужеры лимонад, комбучу, шампанское и раздавали гостям. Добрая фея Натураль стояла в небесно-голубом брючном костюме под увитой розами аркой и ждала. Рядом с ней стоял, опираясь на трость, красавец мистер Бист. Королева тихо любовалась на него и всхлипывала умиленно, сжимая правой рукой руку счастливого мужа, а левой — прибор, похожий на аудио-гида. Заиграла торжественная музыка, и толпа гостей на площади, состоящая из жителей страны и жителей острова Флинт, притихла от восторга. Представители соседних королевских держав подняли над головой мобильные телефоны, чтобы заснять важный момент. Семь богатырей маршем вышли на площадь и замерли вдоль красной дорожки в почетном карауле. Защелкали фотографы мировой прессы, потому что на красную дорожку из золотой кареты, похожей на тыкву, вышла принцесса Аврора. Она была в свадебном платье, по покрою подозрительно похожем на костюм Зельды или на латы Галадриэль. К коротким волосам, как шиньон, был приколот белый георгин гигантского размера, а в руках не менее пышный букет. Слегка пританцовывая под музыку, она подошла к арке и встала рядом с мистером Бистом, который на некоторое время забыл, что он должен дышать. Фея улыбнулась им обоим и открыла регистрационную книгу.
В этот момент с другого конца площади послышались крики. Люди побежали в разные стороны, образовалась давка. Фея отложила книгу в сторону и вертикально поднялась в воздух как вертолёт. Она увидела, что с одного края площади беспорядочную толпу сминает и разгоняет отряд деревянных солдат в одинаковых серых доспехах. Они, выставив впереди себя ряд деревянных щитов, шли стеной и давили граждан как бульдозер. Семь богатырей и королевская охрана отважно бросились эвакуировать женщин и детей, и попытались разбить строй нападающих. Это было также бесполезно, как сдвинуть с места лесной массив. Фея Натураль полетела над толпой, прикасаясь волшебной палочкой к потерпевшим, которые приходили в себя и тоже начинали сопротивляться нападению. Сам мистер Бист снял очки и ринулся к солдатам со своей английской тростью. Принцесса Аврора выхватила Алекса у королевы и тоже втиснулась в толпу, пробираясь к деревянным щитам с воинственным воплем! Начался настоящий бой. Люди пришли на праздник невооруженными и теперь пытались растолкать солдат, бросали в них разные предметы, включая пирожные и печенья с орехами. И вдруг, в самый разгар все деревянные солдаты замерли на месте, будто заводные игрушки, у которых кончился завод. Крики и стоны стихли, и постепенно стал восстанавливаться порядок. Кто-то кинул пластиковый фужер в крайнего солдата, тот качнулся с жалобным стоном, и они все, один за другим, с деревянным стуком попадали, как домино.
“Малефисента! Я знаю, что это твоих рук дело. Выходи!” — крикнула добрая фея Натураль. Над площадью, на верхушке холма с водопадом появилась фигура в камуфляже и в черной маске. Она что-то ворчала и бранилась себе под нос, доставая из кармана маленькую коробочку. Открыв её, колдунья грязно выругалась и громко запричитала: “Да что же это такое! Волшебный порошок кончился!” “Всё когда-нибудь кончается, — сказала фея, — У тебя ничего не осталось, кроме твоей одержимости. Ты теперь даже летать не можешь. Кроме как на черном рынке, тебе никто больше не продаст качественных гаджетов, ядов и наёмников, а свои ты не умеешь производить. Лучше уйди сама, если не хочешь подвергнуться люстрации.” “Как бы ни так! — крикнула Малефисента, — Я вам всем ещё покажу! Я вас ещё заставлю каяться на коленях! Публично! Тролль! Тролль! Ты где?” — кричала колдунья оглядываясь, но верного и преданного дурака и след простыл. Видимо, не такой уж он был и дурак. “Взять её!” — п ослышался приказ короля, и богатыри, которых, всё-таки, было семеро на одного, быстренько отобрали у колдуньи холодное оружие, гранатомет и радио-передатчик для вызова дракона, так что Малефисента не успела ими воспользоваться.
Через некоторое время праздник возобновился. Жители страны добровольно и даже без особой помощи Феи Натураль восстановили и пострадавших гостей, и чистоту улиц. Принцесса Аврора и мистер Бист уехали в свадебное путешествие в Венецию, и уже в самолёте, включили мобильные телефоны, чтобы послушать новости страны, влияющие на события ближайших недель и месяцев. Прослушав очередные поздравления и наилучшие пожелания в свой адрес, они услышали следующее:
“В королевском дворце состоялся суд над злой колдуньей Малефисентой, которую обвинили во множественном покушении на убийство политически значимого лица, в злоумышленных и противозаконных действиях по отношению к гражданам, с целью сохранить колдовскую власть в стране. Против неё были предъявлены вещественные доказательства: видеозаписи, результаты судмедэкспертизы, а также официальные показания пострадавших, свидетелей и сообщников. Адвокат колдуньи Малефисенты Карробос, всем известный Вий, отказывался всё это видеть и слышать, но присяжные — Двенадцать Месяцев — все, от мала до велика, признали её виновной. Самый справедливый судья на свете Пьерлуиджи Коллина приговорил колдунью к пожизненному исправительному труду на благо страны, и теперь Малефисента ежедневно опустошает все мусорные баки королевства, сортируя пищевые отходы от материала для повторной переработки, плечом к плечу с другими кровопийцами — бывшим графом Дракулой и Кощеем Бессмертным, который за коррупцию и кражу чужих невест тоже был наказан пожизненно.
Завтра состоится суд над группой камнелобых троллей, которые, за обещания Малефисенты превратить их в платных журналистов, занимались пропагандой и оскорбительными комментариями в интернетных новостях, подбивая друг-друга на хулиганские действия.
А теперь новости из-за рубежа: Снежная Королева выставила на аукцион очередную ледяную статую неизвестного, при одном взгляде на которого портится настроение. В частных владениях Гингемы пропал без вести повар Урфин Джюс. Она не предпринимает никаких шагов по его поискам, так как её бумажный комбинат недавно обогатился огромным количеством древесины и отменил заявление на вырубку природных ресурсов в чужой стране. На Острове Флинт строится космодром…”
Принцесса Аврора с удивлением посмотрела на мужа. “Космодром?” “Ну да! — ответил мистер Бист. Пора, наконец, частным компаниям осваивать Варп-двигатель” Тут и сказке the end, а кто слушал — диссидент.
— Ох уж эти сказочки! — сказала мама Вера.
— Ох уж эти сказочники! — сказал папа Паша.
— А я так рассчитывала на несчастливый конец, — сказала сестра Валя.
— Почему? — спросила Вероника.
— Для разнообразия и потому что от тёти Нюры всего можно ожидать.
— Ну уж плохого конца вы от неё не дождетесь. Она любитель романтического жанра, где мир не такой, какой есть, а такой, каким он должен быть, правда? — сказала мама, — Чего молчишь?
— Язык устал. Вам пора ехать, — сказала тётя Нюра.
— Ой и правда, мы заслушались.
— Нам понравилось.
— Ты хоть запиши её, а то забудем.
— Ну всё, поднимайтесь, пора в дорогу.
— Нам еще такие сказки понадобятся, правда, Никуша?
— Ну пусть тёть Нюр отдохнет недельку. Или две, тёть Нюр?
Но тёти Нюры на связи уже не было. Семейство взяли свои сумки, пакеты с угощением и шумно вышли на лестничную площадку. Но через минуту дверь снова открылась, Вероника подбежала к столу, схватила планшет и сунула его в рюкзачок.
— Поехали с нами к бабушке, тёть Нюр. Папа говорит, там уже есть Wi-Fi…
Конец
