Но Вероника спала. Тетя Нюра усмехнулась и отключилась. Почти тут же в комнату вошла сестра Валя. Она удивилась, что на экране планшета нет ни мультиков, ни игр, а Вероника мирно спит с планшетом, но не в руках, а на тумбочке. Валя забрала планшет, выключила свет и ушла, прикрыв дверь.
2 Среда
На другой день Вероника заподозрила, что тете Нюре удалось-таки дозвониться до мамы по каким-то своим делам, и заодно они поговорили о том, что произошло прошлой ночью. Девочка вернулась из школы и заметила кое-какие перемены. Мамин планшет снова оказался “забыт” дома, а Валентина мрачнее обычного покормила Веронику, но зато теперь она это сделала вовремя, проследила, чтобы та убрала за собой и приготовилась ко сну, как полагается.
— Тебе тётя Нюра зачем-то будет звонить в девять. С чего-бы то?
— Чтобы помочь мне заснуть. Меня бессонница замучила.
— Ой! Да ты что! Колыбельную что ли споёт?
— Ну да, колыбельную.
До девяти времени еще было много, и Вероника сделала уроки, погулила веретено, сени и попадью и несколько других слов. Поудивлялась чуток, что ухват, это вовсе не поручень, в рушнике ударение ставится на второй слог и он не имеет ничего общего с интернетными сайтами, а коромысло — это не только название стрекозы на дачном болоте. Потом она выучила обещанные папе пять английских слов и нарисовала спящую красавицу. Когда тётя Нюра вышла на связь, девочка показала ей картинку, подержав её перед экраном.
— Очень хорошо, только почему она у тебя стоя спит?
— А как её положить-то? Пусть это будет вид сверху.
— Ну, можно и сверху, только тогда и пол, и кот на коврике у кровати должны быть сверху… А она в короне спит?
— А если без короны, то никто не узнает в ней принцессу.
— А чем отличается спящая принцесса от спящей непринцессы?
Вероника подумала. А ведь правда! Спящие все одинаковы. Даже не узнаешь, добрые они или злые, а в пижамах — тем более.
— Хорошо, я переделаю. А можешь сказку дорассказать?
— А тебе помогает.
— Помогает.
— Это ещё предстоит подтвердить. Настоящий эксперимент нужно повторять много раз, чтобы быть уверенным в результате.
Вероника обрадовалась.
— Тогда после этой сказки будут другие?
— Будут.
— Давай… я уже глаза закрыла. И кошка сегодня пришла, она любит человеческий голос слушать. Вон — мурлычет…
Планшет снова лег на тумбочку и тётя Нюра начала:
— День совершеннолетия все празднуют особенно шумно, а у принцессы Авроры, наоборот, эту дату как-то все постарались замять. Родители Авроры весь день ни на минуту не оставляли её в покое. Вокруг кто-то все время был, кто-то разворачивал очередной подарок, кто-то предлагал какие-то глупые занятия и скучные беседы. Пышной вечеринки в этот раз не устраивали. Она не возражала и была даже рада, что вместо скучного бала, где принцессы из соседних государств сплетничают и пытаются перещеголять друг друга прикидами от модных дизайнеров, сама Аврора залезет на самую высокую башню замка. В ту ночь на ясном небе можно было увидеть редкую двухвостую комету, которая подходит так близко к солнечной системе раз в тысячи лет. Аврору интересовал только один подарок от крёстной феи — новенький блестящий телескоп с большим увеличением. Когда стемнело, ей хитростью удалось улизнуть из гостиной и с телескопом под мышкой укрыться в башне. Она сначала бежала вверх по винтовой лестнице, но потом пошла медленнее, и самые последние пролеты поднималась еле-еле, тяжело дыша. Телескоп-то был не лёгок. На самом верху она вышла на круглую площадку, собрала и настроила телескоп строго по инструкции и долго любовалась и на комету, и на лунные кратеры, и на спутники Юпитера, и на кольца Сатурна. Никуш, ты любишь смотреть в телескоп?
— Очень, только я уже сто лет у тебя не была. А у нас небо редко бывает ясным. Дальше… дальше… не отвлекайся, тёть Нюр.
— Когда Аврора поняла, что скоро начнет светать, она собрала телескоп обратно в футляр, и стала спускаться вниз. Когда она проходила мимо одной из верхних комнат башни, Аврора услышала чье-то тихое пение и увидела свет за приоткрытой дверью. "Странно, — подумала принцесса, — Я и не знала, что этой башней пользуется кто-то еще." Она была любопытная девочка.
Аврора поставила футляр с телескопом на пол и заглянула в комнату. Там, при яркой свече сидела старушка и пряла пряжу. Она что-то напевала себе под нос и ловко вертела в руке веретено. Аврора подумала, что никогда не видела её раньше. "Вы кто? — спросила она, — Как вы сюда попали? Сегодня охрана, как никогда внимательная." Старушка прервала работу и улыбнулась. "Вот я и убралась сюда, чтобы не путаться у всех под ногами. Я уборщица, сегодня пришлось поработать сверхурочно, в честь праздника, Ваше Высочество!" Аврора подумала, что она, видимо, еще на всех уборщиц знает в лицо и по имени. "Как вас зовут?" Старушка удивилась и не сразу ответила: "Если бы у меня были внуки, они звали бы меня — баба Маля." Аврора извинилась и собралась уходить. "Погодите, — встрепенулась старушка, — а разве вы не хотите спросить меня, что я делаю?" "Вы тут в тишине и покое решили пряжу прясть, не буду вам мешать." "Ваше Высочество, а вы сами не хотите попробовать?" "Да я уже умею. Крёстная научила, когда мне ещё шестнадцати не было. И прясть, и вязать и даже вышивать крестиком." "Во как?" Старушка осталась стоять в растерянности, а принцесса возобновила спуск.
— А как же заклинание?
— Никуша, не забывай, с кем мы имеем дело! Поняв, что её развели, колдунья Малефисента, — как мы уже поняли, это была она, — выскочила на лестницу вслед за принцессой. Она взмахнула веретеном, которое вдруг сильно уменьшилось в размере и вытянулось. В руках у злодейки откуда ни возьмись оказалась бамбуковая трубка. Зарядив её, колдунья дунула, и в шею принцессы вонзилась отравленная стрела. Кровь хлынула рекой из сонной артерии. "Меня не проведёшь!" — крикнула колдунья, превратилась в рой мух и вылетела в узкое окно. Через миг в это же окно влетела стая светлячков и превратилась в добрую фею Натураль. Она позвонила королю, который уже поднял на уши весь дворец. Принцессу искали весь вечер, а башню никто не догадался проверить. А может быть, всем было просто лень подниматься на такую высоту, и каждый надеялся, что это сделает кто-нибудь другой.
На утро, когда фея и врачи вышли из покоев принцессы с полным и четким диагнозом, король объявил поиски донора королевской крови. Против токсичного зелья у принцессы был иммунитет, а от большой потери крови, она оказалась в коме. Теперь бедняжка Аврора лежала в палате интенсивной терапии и ждала донора, как и предсказывала крёстная. У неё была редкая группа крови — королевская. Королей в мире не так много, и желающих поделиться своей кровушкой было ещё меньше. Король объявил было вознаграждение, но потенциальные доноры как один требовали полцарства или руку принцессы. Король не мог себе позволить торговать своими гражданами или волей принцессы, пока не останется других вариантов. Перелить свою кровь фея не разрешила обоим родителям, сказав что у них резус не тот. Слишком отрицательный.
— Постой. А в этой сказке было сто лет заколдованного сна.
— Это было просто такое выражение. Ну, как ты сама сегодня сказала, что не приезжала ко мне сто лет. Наиболее вероятно, что там кто-то брякнул так, для красного словца, и это вошло в историю.
— Понятно. А донором окажется принц?
Тётя Нюра засмеялась и сказала:
— А это как захотим! Дальше рассказывать?
— Конечно!
— Добрая фея, профессор Натураль, увидев, что с донорами туго дело идет, отправила СМС в соседнее государство, одной знакомой ведьме. Та ответила словами: “Я уже заждалась, затерзалась, замучилась. Вот адресок, только король сам должен к нему поехать за красненьким, за пурпурненьким, за аленьким… Кровь можно и в пакетике, в баночке, в коробочке домой привезти, если охолодить, застудить, заморозить… Донор ваш хоть и незаконнорожденный сын, но всё же короля, монарха, узурпатора.”
Вероника засмеялась.
— Смешно эта ведьма разговаривает. Ой прости, не обращай на меня внимания.
Тётя Нюра даже не заметила.
— Когда король узнал, куда и зачем, он сел в свою маленькую, но очень дорогую яхту и один, инкогнито поплыл на иноземный остров Флинт, по полученным координатам и подробным инструкциям. Он хорошо умел ходить под парусом.
Вероника почувствовала, что сказка уж совсем не туда пошла, но перебивать не стала. Как будет, так и будет, решила она. А тётя Нюра продолжала, как ни в чём ни бывало:
— Король очень удивился, что его никто не встречает, но всё-таки причалил к небольшой пустой пристани, сошёл на берег и по красивой аллее пошел искать своего драгоценного донора. Идет и удивляется. Настоящий курорт! Пальмы, розы, павлины везде. Всё ухоженное, красивое, идеально подобранное, а ни персонала, ни отдыхающих нигде не видно. Он по мраморной лестнице поднялся к великолепному белому особняку и позвонил в домофон у шикарного подъезда, где стоял белый лимузин и журчал фонтанчик. Из динамика раздался красивый и густой голос. “Кто там?” “Я король, отец принцессы Авроры, у меня тут встреча назначена с мистером Бистом. Он меня ожидает.” “Ваше Величество, я, действительно хорошо осведомлён о положении вашей дочери и рад буду помочь. К сожалению я не мог встретить вас лично, а живу я тут один. Вы заходите, заходите, все необходимое уже готово. Три литра свежей крови в пакетах для трансплантации.”
Дверь зазвенела и открылась. Король вошел в прохладный зал и тут же увидел синий холодильный чемоданчик, на котором была изображена кроваво-красная роза необыкновенной пышности и красоты. Рядом с ящиком… — король застыл от шока, — в инвалидном кресле сидело что-то совершенно непохожее на человека. Настоящее чудовище. Это конечно был не монстр, а человек, но полностью изуродованный какой-то страшной болезнью. На лицо ему можно было дать от силы двадцать три. Но что это было за лицо. Рот косой, нос рябой, толстые очки — как бутылочные донышки, за которыми глаз почти не видно. Голова бритая. Шеи как бы и не было, одно плечо выше другого. Тощие ноги едва доставали до земли. Единственное, что было у него в порядке, это сильные мускулистые руки, которыми он вертел колеса своего инвалидного кресла.
Когда король пришел в себя и убрал за спину уже протянутые к ящику руки, мистер Бист сказал: “Да вы не волнуйтесь, кровь-то как раз в порядке. Вот, — и он показал глазами на изрезанный в полосы ножом портрет на стене. На портрете с трудом можно было различить красивого, стройного мальчика лет тринадцати, — Меня заколдовала ведьма, которая дала вам мой адрес.” “У вас в королевстве тоже есть злая ведьма?” “Да она вовсе не злая, просто нетерпимая, когда дело касается политкорректности. Как и все самодовольные тинейджеры, я был гордым дураком и как-то раз жестоко пошутил в адрес Стивена Хокинга, и она меня наказала. Сначала я, конечно, рвал и метал, а потом пришлось смириться и мне, и всем остальным.” “Мне показалось, что вы тут совсем один.” “В первый год своего уродства я сам всех выгнал. Мои подданные живут в городке за холмом, где у меня фабрика, а сюда приходят на работу. Они все добрые и приличные люди — умные, не чайники какие-нибудь. Они ухаживают за садом и домом, готовят еду и следят за моим здоровьем, а потом уходят. Я хорошо им плачу, и они теперь позволяют мне приезжать в город и катать детей на лимузине. Меня теперь даже дети не боятся, и не дразнят. Не хотят моей участи. Хотите, съездим. Там делают потрясающее вино и виски Эдрадур. Сингл Молт! А рестораны какие!!! “Три Поросенка”, “Колобок”… вы суши любите? В “Золотую Рыбку” сходим!” “Нет, спасибо, мне нужно спешить — я переживаю за Аврору.” “Это понятно. Она у вас замечательная. Я слежу за ее работами в инстаграме.” Мистер Бист развернул коляску к стене и громко сказал: “Катись, яблочко!” На стене засветился экран производства корпорации Apple, и читающая новости девушка объявила, что у принцессы Авроры в состоянии не произошло никаких перемен. “Мне пора, — заторопился король, — Что вы хотите за ваш цветочек аленький?” И он кивнул на термо-ящик с розой. “Ничего.” “То есть, как?” “Ну вот… Я потому и хотел, чтобы вы прибыли без сопровождающих. Тогда принцесса никогда не узнает, кто для неё всю неделю кровь сдавал.” “ И Вы не будете требовать, чтобы она или кто-то другой приехал и составил вам тут компанию?” “Требовать не буду, а если сами захотите погостить — милости просим. Только я знаю, что не захотите…”
Король до самого дома не верил, что такое бывает. “Чудеса, да и только!” думал он и вдруг с ужасом вспомнил о последних словах заклинания крёстной.
— Ну… дальше! — сказала Вероника вяло, изо всех сил борясь со сном, чтобы послушать продолжение.
— Дальше завтра. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, тёть Нюр, — Вероника была неспособна даже спорить.
— Приятного сна! — И тётя Нюра отключилась.
В комнату на цыпочках вошла Валентина. Вероника уже храпела.
— Нефига себе, колыбельная! — Пробормотала Валя и унесла планшет.
3 Четверг
— Тёть Нюр, а можно сегодня Валя с нами посидит?
— А она перебивать не будет?
— Я не буду… часто. Честное слово, — пообещала Валя.
— Тогда можно.
— Как это у тебя спящая красавица превратилась в аленький цветочек? — спросила Вероника.
— А почему бы и нет? Тут у тебя Красавица Спящая, а там — Красавица и Чудовище. И там и там красавица, а вот принц в первой сказке был неизвестного происхождения, а тут изобретатель-бизнесмен, хозяин острова Флинт, незаконный сын другого короля.
— Короли были известны своей вседозволенностью, — вставила Валя.
— А королевы? — спросила Вероника.
— Тоже были хороши.
— Это точно. Но и те и другие всякие бывали. Вы готовы?
Вероника забралась в постель, а Валя села прямо на ковер перед тумбочкой. Обе притихли и стали слушать.
— Аврора открыла глаза и первым делом спросила: "Когда едем?" "Куда?" — Удивились король с королевой. "К мистеру Бисту, конечно. Я все сквозь сон слышала." Королева посмотрела на короля укоризненно: надо было, мол, не у кровати рассказывать про инвалида королевской крови, а там, где ни одна живая душа… "Авророчка, детка, тебе приснился сон." "Это был не сон, мама. Я все слышала и про его остров, и про его инвалидность, и про…" Король вздохнул и сказал. "Мистер Бист очень просил тебе о нём не говорить. Я же не знал, что ты подслушивала. Ну, зачем нам туда ехать? Наши парки и лимузины ничуть не хуже." "Да причём тут лимузины? Он там совсем один, его подданные каждый день его бросают одного, даже медицинские работники. Я поеду и лично поблагодарю его за доброту." Отговаривать принцессу было так же бесполезно как просить собственное отражение показать профиль. Родителям пришлось уступить. У короля накопилось много государственных дел, пока искали донора, а королеву с собой взять принцесса согласилась только при условии, что та не будет советовать, что надеть, да что сказать.
Чтобы не тратить слишком много времени на дорогу, они полетели на своём самолёте, с ручным багажом. Аврора не рассчитывала на долгий визит и не хотела навязываться и надоедать занятому человеку.
Конечно, там где лимузины, там и посадочная площадка. Пилоту было велено ждать, и принцесса сама потащила сумку к распахнутой дверце встречающей их машины. Водителя за зеркальным окнами не было видно, но зато он всю дорогу интересно рассказывал про остров Флинт и про его жителей, которые любят праздники и ярмарки больше всего на свете; про завод компьютерной электроники на другой стороне острова и про ежегодные лодочные гонки. "Расскажите нам про мистера Биста. Какой он?" — попросила принцесса Аврора. "А что про него рассказывать? Он неинтересный. В этом году на байдарке только второе место занял." "Как это не интересный? Он мне жизнь спас."
Тут они подъехали к белому особняку мистера Биста, и королева-мать ждала, что водитель выйдет и откроет для неё дверцу, как это делали дворцовые шоферы, но этого не произошло. Королева и принцесса выбрались из лимузина и увидели, как к машине сама собой подъехала инвалидная коляска — сложное кресло на больших колёсах. Она была пуста. "Заколдованная!" сказала королева. "Или управляемая дистанционно, если только мистер Бист не человек-невидимка," предположила Аврора. Открылась дверца водителя, и из машины показалась сильная рука. Она схватила кресло за подлокотник. Мистер Бист движением гимнаста на спортивном коне, подтянулся и ловко перекинул деформированное тело с водительского сиденья в кресло и пристегнулся. Он крутанул колесо и подкатил к своим гостям. "Простите, что не мог подать вам руку. Зато никому не приходится подавать ее мне." "Ничего страшного", — ответила пораженная принцесса Аврора, "мы-то уж точно сами можем, но как вы здорово научились… раз, и готово!" "Я не представился… Ваше Величество, Ваше Высочество… я Оливер Бист. Я не рассчитывал увидеть у себя в гостях даже одну красавицу, а передо мной их две!" Королева, которая все это время стояла вцепившись в локоть дочери и готовая упасть в обморок, при этих словах расслабилась немножко и приосанилась. "Вы очень любезны," сказала она, поправив причёску. Принцесса пожала калеке руку. "Я принцесса Аврора. Я приехала лично сказать спасибо за спасение моей жизни. Как я могу отблагодарить вас?" "Вы уже сделали больше, чем я ожидал. А если вы согласитесь пообедать со мной, то я буду совершенно счастлив." Мистер Бист пригласил обоих дам следовать за ним в дом, а ворота, двери, окна и шторы на них распахивались сами как по волшебству, слушаясь его кнопочек и непонятных голосовых команд.
— А я, кажется догадываюсь, почему его зовут Оливер, — сказала Валентина.
— Почему? — спросила Вероника.
— Завтра объясню. Давайте дальше.
— Королевским особам пришлось идти за ним и удивляться таким технологиям, которые мистер Бист сам же и наизобретал. В доме сами собой зажигались лампы и камины. Королева шепнула было дочери, что где, мол, бархат и позолота? Однако принцесса больше ценила добротность и современный стиль. Гостьям были отведены шикарные комнаты с богатым гардеробом добротных вещей, подобранных строго по размеру. Видимо, хозяин был хорошо проинформирован об их визите. Угощение было уже подано, когда обе спустились одетые к официальному обеду. Мама с дочкой сели за стол перед мистером Бистом и украдкой разглядывали его во время разговора. Он был чудовищно безобразен, и королева не выдержала и отвела глаза. Но принцесса бесстрашно смотрела в толстые очки, откровенно смеялась его шуткам, отвечала на его вопросы и задавала массу своих. “У вас отличный вкус,” сказала она, поблагодарив за наряд. “Я больше ориентировался на вкус Вашего Высочества. В инстаграме принцессы Авроры много темно-синего, и я подумал, что это ваш любимый цвет.” “Вы не ошиблись. Мам, а тебе безумно идет зеленый. Вот не думала… Простите меня! Я, в отличии от Золушки, совсем не умею говорить о нарядах.” Королева к тому времени слегка захмелела от дорогого Боллинджера и у неё развязался язык. “Ты не понимаешь, дорогая, это настоящий Гуччи. Он любого цвета хорош. Не обращайте на неё внимания, мистер Бист, она вечно одевается в какую-нибудь Супер Драй, как мальчишка, ей-богу! Вон, как волосы остригла! Хоть к обеду Гесса надела и то хорошо, хотя я предпочитаю Коко…”
- А что лучше? Дольче или Габбана? — спросила Вероника.
— Да все они одинаковые, — сказала вдруг Валя, — нам их всё равно не носить, мы же не принцессы.
— Тёть Нюр, а у тебя есть Гуча или там… Софи Лорен?
— Ральф Лорен! — поправила тётя Нюра с тумбочки, — Гуччи у меня только оправа очков — качество хорошее, уже шестой год не ломаются. А что до тряпок… Вы можете погуглить модели модных американских, итальянских и французских дизайнеров, но речь там идет не о повседневной одежде или удобных вещах, а тех, что практичные принцессы этого мира оденут разок для красной дорожки и фотографов, а потом перепродают, иногда даже дороже. Оно ведь будет куплено не у кого-нибудь. Оно же ношеное знаменитостью. Это же не просто шуба, а с царского плеча. Так мне рассказала одна знакомая знаменитость. Носить каждый день Ральфа Лорена или там… Валентино — даже как-то неприлично.
— А кто такой богатый, что может купить у принцессы? Олигархи? — спросила Валя.
— Ну, кому денег не жалко, кто их не заработал, а, скажем, украл или мошенничеством выманил. Соловей Разбойник, Атаманша, Золушкина Мачеха, царские бояре и прочие подобные лица, страдающие комплексом неполноценности. Сами-то они ничего путного делать не умеют и не понимают, что настоящую ценность вещам придают вовсе не ценники, и уж точно не названия.
— А что?
— На самом деле, ценность вещи определяется её значением для оценщика. У нас тут у друзей свадьба была, и невеста выходила замуж в свадебном платье своей мамы, хотя вполне могла себе позволить Мэгги Соттеро. Ну вот она такая. Ну вот для неё это было важнее!
Но тут Вероника вмешалась.
— Дальше сказку давайте… Я боюсь заснуть, не дослушав самого интересного.
— А что будет самое интересное?
— Принцесса уедет, а чудовище умрет от горя и любви. Она вернется, но поздно. Она будет плакать над ним, поцелует, расколдует и оживит.
— Тогда можешь засыпать прямо сейчас.
— но фея же сказала…
— Что он станет для нее важным человеком.
— Они останутся друзьями? — спросила Валя.
— Может быть, вам сразу конец рассказать?
— Нет-нет, давай, как хочешь…
— Тогда не мешайте.
— Всё, больше не будем.
— Королева никак не могла переменить любимую тему, хотя очень старалась. Она щебетала как птичка, Аврора скучала над десертом, а Мистер Бист не сводил с неё очков. “Ах, и в Грузии и в Армани шикарный климат, и прошлым летом мы ездили туда на пикник. Всем хотелось, чтобы он длился дольче, но после полудня сгустились гуччи. Аврора не боялась промокнуть под дождём, этой молодежи всё до фенди. Хлынуло как из диора. Охранник отдал королю свою шанель, а для меня взял в де ла ренту зонтик у какой-то местной Тифани. Хорошо, что дождь скоро прошел, а то потом пойди бербери, кто из нас кто. Клянусь, так все и было! Я всегда праду говорю.”
“Ваше Величество, хотите, я покажу вам дом?” — вдруг спросил Мистер Бист. “Конечно!” Воскликнула королева, сама поднялась и бросила салфетку на стол. Принцесса тоже обрадовалась этой идее, и обе вновь побрели за коляской, в которой мистер Бист переезжал из комнаты в комнату и показывал, как хлопком включается свет и как его перевести на режим фотоэлемента, если потребуется. Он говорил почти как агент по продаже недвижимости, но в голосе, при этом, была гордость, а не фальшивый восторг:
“Как видите, здесь довольно просторно. До пляжа пять минут ходьбы по аллее, но есть бассейн, сауна, спортзал. Вы можете приезжать, когда хотите и оставаться на любой срок.” “Боюсь у нас слишком много дел, и мы здесь не задержимся,” сказала королева, — “ведь принцесса теперь совершеннолетняя и ей пора задуматься о королевском долге.” Принцесса закатила глаза. “О каком долге?” — спросил мистер Бист. “Ну как же? У короля не решены кое-какие поставки энергетических ресурсов из соседних государств. Они страны восточные, там очень ценятся семейные связи, и если принцесса выйдет замуж за принца Али-Бабу или за Халифа-Аиста, то как родственнику…” “Мама, ты поедешь домой одна!” Они уже пять минут как вошли в библиотеку, и принцесса стояла, застыв в полном очаровании. Она медленно обводила глазами сотни тысяч книжных корешков на полках до самого потолка. Библиотека тянулась бесконечным коридором направо и налево, и казалось, что она больше, чем сам остров. “Ох, ну всё! Теперь её от этих стеллажей за уши не оттянешь! Мистер Бист, а я так хотела посмотреть сад!” “А вы его обязательно посмотрите. Экскурсовод по саду из меня плохой, я больше по части всей этой электроники. Мой Алекс справится с этим лучше меня.” “Я так и знала. Вы тут вовсе не один. У вас тут Алекс есть!” Мистер Бист загадочно улыбнулся, покосился на Аврору, которая уже что-то листала, и протянул королеве небольшой прибор, похожий на музейный аудио-гид. Он сказал: “Алекс, какая сегодня погода?” Из динамика прибора четкий вежливый голос ответил: “Сегодня не жарко, без осадков, ветер — слабый. Оливер, ты хочешь узнать температуру и уровень ультрафиолета?” “Нет, спасибо. Алекс, знакомься, это голос Её Величества королевы. Поздоровайтесь.” Королева с опаской взяла прибор правой рукой, “Ээ… Привет, Алекс.” Сказала королева в прибор, как в телефонную трубку. “Добро пожаловать, Ваше Величество!” — ответил Алекс учтиво. Мистер Бист кивнул уверенно. “Можно держать его, как микрофон. Вот так. Задавайте любые вопросы, но не забывайте начинать с его имени. Кхем… Алекс, Мы в библиотеке. Покажи королеве наш парк, висячие сады, оранжерею и научи пользоваться мороженщиком. Вечера у нас длинные, до заката ещё далеко. Про шампанское не забудь.” “С удовольствием, Оливер. Ваше Величество, выйдя из библиотеки, поверните, пожалуйста, направо а потом сразу же налево. Выход в сад будет прямо перед вами. У сиреневых кустов, я вам расскажу, как мы с вами пойдем в Каштановую рощу и розарий. Вы любите розы?” Королева как-то странно посмотрела на мистера Биста и сказала в прибор: “Очень! Алекс, а у вас тут есть беседки?” Она уже шла к выходу, у дверей она расхохоталась какой-то шутке Алекса, и Мистер Бист услышал как она объясняет Алексу, что каблуков она уже давно не носит, возраст не тот, на что Алекс отпустил комплимент, и их голоса стихли вдали. Мистер Бист усмехнулся, толкнул колеса и мигом догнал Принцессу Аврору, которая махала ему от стеллажа с научной фантастикой. Им предстоял долгий разговор… Очень долгий. На всю жизнь хватит.”
— А я поняла теперь, почему остров называется Флинт! — сказала Валентина радостно.
