Помоги проекту - поделись книгой:
По пути на выход из больницы бабушка прощалась с персоналом и пациентами, как с родными людьми. Будто они знакомы всю жизнь.
Шла за ней и молча улыбалась. Я старалась навещать ее как можно чаще, но понимаю, что и без меня она тут не скучала. Нашла общий язык со всеми.
– Вон наше такси, – говорю ей и хватаю под руку.
Медленным шагом мы идём к машине, а я думаю, как хорошо, что взяла сегодня выходной. Кир сам предложил, когда узнал, что бабулю выписывают.
– Ну, давай, рассказывай, как дела у тебя на новой работе, – устраивается поудобнее на заднем сиденье бабушка.
– Привыкаю потихоньку.
– Все же какой у Вики Кирилл! – одобрительно говорит женщина. – Я вот сразу, как его увидела, поняла, что парень хоть куда. Нашел бы для тебя жениха еще, вообще цены ему бы не было.
– Ба! – возмущаюсь я, скосив глаза на молодого водителя-такси, который без стеснения прислушивался к нашему разговору.
– Что, у вас там нет никого на работе? – заговорщицки спрашивает бабуля.
– На работе работу работают, бабуль, – говорю я ей. – А с ребятами у меня со всеми дружеские отношения.
И это действительно так. Как-то так получилось, что с парнями мы сразу нашли общий язык. Никто из них не предпринимал попыток сблизиться, они вообще оказались все на своей волне. Будто не от мира сего. Виртуальная вселенная им ближе, нежели то, что творится под боком.
– И что, прям совсем-совсем нет красавцев там у вас? – не верит бабушка.
– Неа.
Говорю я уверенно, ни в одном глазу не показывая, что вру. Есть один. Наглый и доводящий меня до ручки мажор. Но бабушке я, конечно, ничего из этого не говорю.
К тому же после того случая с пролитым кофе Гронского я больше не видела. Почти месяц он не появлялся в офисе. Скрестив пальчики, я надеялась, что так будет и дальше. Я прямо чувствую, как каждый раз при встрече с ним во мне погибают те самые клетки, что не восстанавливаются.
Хотя, что говорить, меня буквально поедает любопытство. Мне безумно интересно, куда пропал Игорь. Тем более фирма скоро должна подписать крупный контракт, если звезды сойдутся, и мы выиграем тендер.
Кир ничего не рассказывал, а Вика была так занята подготовкой к свадьбе, что я и не решалась что-либо выпытать у нее.
– Ничего, вот пойдешь на свадьбу к Викусе, там и встретишь свою судьбу, – бабушка приложила руку к груди и подмигнула мне. – Чует мое сердце.
– Ба, и давно ты в Ванги заделалась? – смеюсь я.
– А что, – деланно удивляется женщина. – Говорят, наркоз на каждого по-разному влияет. Вот лежал у нас в отделении Евстафий Сергеич, так он, представляешь, голосом Ельцина заговорил!
– Ну а ты?
– А во мне вот новые чакры открылись! Третий глаз, – тычет себя в морщинистый лоб. – Знаешь, как я предсказывала, что будет на обед? Вся палата в шоке была.
– Может, потому что ты читала меню в столовой? – едва сдерживая смех, спросила я.
– Тыковка, не начинай! – машет рукой эта актриса.
Всю оставшуюся дорогу до дома мы болтаем с ней о пустяках. Потом я в красках расписываю ей прелести санатория, обещая наведываться каждый выходной.
– И что, даже в этот выходной приедешь? – строго спрашивает она.
– Ну да.
– Даже думать не смей! – всплескивает руками бабушка. – В пятницу на свадьбу идти, а ты…
– Так я в субботу приеду, бабуль.
– Все, чтобы я этого не слышала даже! Вы ж все три дня гульбанить будете вместе с молодыми, уж помяни мое слово…
В итоге бабуля оказалась права. Может, и правда сработал ее третий глаз?
– Ты что! – воскликнула Вика, когда я рассказала ей о своих планах. – У нас же все расписано по часам. Все три дня будем отмечать. Я что, просто так купила три свадебных платья? Вообще-то я раз в жизни замуж выхожу.
С организацией подруга и впрямь заморочилась. Выездная регистрация прошла в элитной усадьбе, которая к приезду гостей была украшена в жёлтом стиле. От количества цветочных композиций кружилась голова, в глазах буквально рябило от ярко-желтых нарядов гостей.
Но я и сама выглядела не лучше. Вика нарядила меня в платье – мечту циркача. Облегающий лиф с глубоким вырезом подчеркивал грудь. Многослойная юбка из фатина делала меня похожей на цыпленка-переростка. Еще и туфли-лодочки, на которых я так и не научилась грациозно ходить…
– Раз, два, три… – кричит тамада в микрофон, – налетаааай, девчонки!
Вика стоит на сцене спиной к залу и после крика ведущего закидывает через плечо букет. Он летит прямо в обезумевшую толпу девушек и женщин, мне кажется, я даже увидела малышку лет пяти.
После того, как тамада вытащил меня в толпу, я постаралась спрятаться за спинами девушек. Но пока букет в полете, среди женщин разворачивается настоящая битва за право его поймать. От довольного визга закладывает уши, кто-то толкает меня в спину, и я едва не падаю пышной желтой звездочкой на пол.
– Вот это бросок! – кричит ведущий. – Ну же, покажись, наша будущая невеста!
Почему-то все взгляды направлены только на меня. И улыбающийся ведущий спешит в мою сторону. Опускаю взгляд на свои руки и только сейчас замечаю в стиснутых ладонях потрепанный букет. Какого черта…? Перевожу взгляд на Вику, а она лишь подмигивает в ответ.
– Что ж, – подходит ко мне тамада. – Теперь вы обязаны произнести тост и поздравить молодых.
Всучает мне в одну руку микрофон, в другую бокал, едва не расплескав содержимое. Я поворачиваюсь к молодым, которые снова сидят в центре стола. Говорю заранее подготовленный текст, мой голос дрожит от эмоций, и я вижу, как Вика украдкой смахивает слёзы...
Праздник в самом разгаре, кто-то вовсю отплясывает на танцполе вместе с молодыми, другие продолжают пировать за столами.
Я решаю выйти в сад, отвлечься от шума и вдохнуть свежего воздуха. Иду по тропинке вдоль забитых гостями скамеек, мимо деревьев вглубь парка. Все здесь выполнено в стиле минимализма, буйство зелени и свежие ароматы цветов опьяняют.
Замечаю одинокую скамейку у забора, прямо под ветками винограда, и направляюсь туда. Подхожу ближе и с улыбкой срываю спелую ягоду. Отправляю ее в рот, прикрыв от удовольствия глаза. И в этот момент слышу хриплое:
– Оливка...
Кожа покрывается мурашками при звуке знакомого голоса, я резко разворачиваюсь и встречаюсь взглядом с глазами цвета шторма.
Гронский стоит совсем рядом, заложив руки в карманы брюк. Он весь в черном, наверное, единственный кто пришел на мероприятие, наплевав на правила. Рукава черной рубашки закатаны до локтей, открывая жилистые руки. На лице ни следа улыбки. Как он вообще тут оказался? Я не видела Игоря с самого начала церемонии…
– Ты так часто встречаешься на моем пути, что я не удивлюсь, если скоро обнаружу тебя в своей постели.
Я моментально вспыхиваю, благо на улице уже наступили сумерки и моей реакции не видно.
– Мечтать не вредно, – фыркаю я и пытаюсь протиснуться мимо парня.
Но он лишь хищно ухмыляется и хватает меня за талию. Резким рывком впечатывает в свое тело. Из моих лёгких выходит весь воздух, на два удара сердца я позволяю себе замереть... словно оглушенная птичка, попавшая в силки... смотрю заворожено в глаза Игоря. И он тоже будто замирает. Хмурится, всматриваясь в мое лицо, опускает шальной взгляд на губы...
– Хочешь сказать, – хрипло шепчет Гронский. – Не мечтала обо мне, Карина?
Я едва не задыхаюсь от его близости и наглости, сильные руки держат крепко, посылая разряды молний по всему телу.
– Пусти, – цежу сквозь зубы и пытаюсь вырваться, но тщетно. – Я закричу!
В ответ Гронский смеется и наклоняется к моему лицу. Прижимается ещё теснее, и я явственно чувствую, как сильно он возбужден. Дрожу от страха и какого-то непонятного, нового чувства...
– Я тебе говорил, что ты одуряюще пахнешь, Оливка? Кричи, никто не услышит.
– А если услышит твоя Крис? – вскидываю подбородок, а хватка на моей талии усиливается.
Черты лица Игоря заостряются, он улыбается какой-то сумасшедшей улыбкой.
– Плевать. Сейчас для меня есть только ты.
Говорит и набрасывается на мои губы грубым поцелуем...
Глава 17
Глава 17
От вкуса Оливки мне сносит крышу. Я жадно вгрызаюсь в ее сжатые губы. С таким пылом и неистовством, что сам с себя тихо офигеваю. Тягучие мысли, что затягивали в бездну безумия в последние дни, улетучиваются. Я буквально рычу от того дикого желания, что вызывает эта девчонка… и злости на самого себя за такую реакцию.
Девушка дрожит в моих руках. И я не пойму, то ли от страха, то ли от желания... Сменяю тактику и становлюсь нежным. Углубляю поцелуй, раздвигая языком податливые губы.
И когда Оливка робко отвечает мне, я дурею окончательно. Сейчас есть только она, плевать на всех и вся. Хочу ее так, что сводит мышцы.
Подхватываю девушку на руки, заставляя обхватить свои бедра ногами. Чертова юбка мешает, накрывая меня пышным облаком. Я едва сдерживаюсь, чтобы не содрать с нее этот странный наряд. Сразу как увидел ее, подумал, что она в нем похожа на балерину. Изящная малышка в жёлтой пачке...
Карина положила свои ладошки на мою грудь, которая буквально ходит ходуном от работы "мотора" за ребрами.
Сквозь грохот пульса в ушах слышу ее тихий стон, и это рвет в клочья весь мой контроль. Хотел просто напугать малышку, заставить снова выпустить свои колючки... Но сейчас я не хочу останавливаться. На задворках сознания мечется мысль, что с ней так нельзя, но я посылаю ее к черту.
Отрываюсь от ее сладких губ и спускаюсь поцелуем к изящной шее. Твою мать, ее аромат сведёт меня с ума... Прокладываю дорожку из жадных поцелуев ниже, к ключице. Ее кожа гладкая, словно бархат.
Прижимаюсь своим возбуждением между бедер девушки и делаю небольшой толчок вперёд. Опускаю взгляд на ее вздымающуюся высокую грудь и едва не облизываюсь, как чеширский кот.
– Отпусти меня! – визжит Оливка и начинает колошматить меня по груди.
Только сейчас замечаю, что она не реагирует на меня. Точнее, реагирует не так, как я хочу. Ее тело – натянутая струна, дрожит и пытается вырваться. Черт, неужели я напугал малышку...
Медленно опускаю ее на землю, держа за тонкую талию. Карина дёргает плечом и вырывается их моей хватки. Отходит в сторону, со злостью одернув задравшуюся юбку. Это происходит так быстро, но я один фиг успеваю отметить ее стройные ножки. Пальцы помнят, насколько бархатная у девчонки кожа...
Делает шаг ко мне и щеку обдает огнем. Пощечина выходит смачной. А я словно дебил с какой-то сумасшедшей гордостью отмечаю, что удар у девчонки поставлен. Что ж, заслужил…
– Ты совсем сдурел? – дрожащим голосом говорит Карина, прижав ладонь к груди.
А мне хочется взять эту самую ладонь и положить себе между ног. Показать, до чего довела меня одним невинным поцелуем!
– Извиняться не буду, – хрипло говорю ей и отхожу на безопасное расстояние. Челюсть простреливает, не хочу получить второй удар.
– Лучше перед своей девушкой извинись за это! – возмущенно говорит Карина. – Перед Крис!
Словно услышав стоп-слово, я мрачнею и достаю пачку сигарет. Не судьба мне, видимо, бросить…
– Крис больше нет, – цежу сквозь зубы и делаю глубокую затяжку.
Сейчас меня попустило. Туман в голове рассеялся. Слышу, как тихо вскрикивает Оливка и, нахмурившись, перевожу взгляд на девчонку. Та стоит, прижав ладонь к губам. Глаза по пять копеек.
– Ты поэтому весь в черном? – побитым голосом спрашивает Карина.
И до меня только сейчас доходит, что она могла подумать…
– Жива она, – буквально выплевываю, с силой затушив недокуренную сигарету. – Но для меня ее больше нет. Финита ля комедия.
Карина хмурится и продолжает смотреть на меня так, будто у меня не все дома. А черт его знает, в последние дни я и сам так думал.
– Что случилось?
Морщусь от участия в ее голосе.
– Как там говорил Джокер? – горько смеюсь я. – Я думал, что моя жизнь комедия, а оказалась долбаная трагедия.
– Мне кажется, он наоборот говорил…
– Да по…
Смачно ругаюсь я, а Карина дергается. Видно, что ее маленькие ушки не привыкли к такой грубости.
– Ты можешь себя вести хоть иногда, как нормальный человек?! – всплескивает девушка руками.
А я с серьезным видом киваю и скалюсь в улыбке.
– Могу. Но не буду.
Глава 18
Глава 18
Поделиться книгой: