— Маман? — воззвал Нилрем, срываясь на визг.

— Я думаю, думаю! — ответила его родительница, вися вверх тормашками.

Тигроголовый неспешно приближался, скаля острые клыки. Кистер начал пятиться, но Нилрем стоял как скала.

— Минуточку! Как они сюда попали? — вскричала матушка. — У них должны быть Врата.

— Но где же?..

— Складные Врата. Этот тигрочеловек... чую духа-элементаля.

Кистер прервал отступление.

— Элементаль? Так ведь считается, что элементали — это элементарно! — И Мастер Колдовских Дел начал декламировать какое-то заклинание.

Тигроголовый замер. Его тело начало деревенеть. Роулингс вскочил с кресла.

— Прекратить! Нечестно!

Тигроголовый заколыхался, точно изображение в телевизоре со сломанной антенной. Нилрем ухмыльнулся:

— Нет смысла крутить ручки настройки... дело в трансляции. А теперь в нашей программе...

Сверкнул ослепительный свет — и миссис Беннетт вновь встала с головы на ноги. Причем явно с левой ноги.

— Он слабеет, Сидни... я-то чувствую! — мстительно вскричала она.

— Пока еще недостаточно, — отозвался Нилрем. — Врата — наша единственная надежда.

Роулингс попытался войти в транс, но тут же злобно открыл глаза.

— Вот подлец! Мало того, что ударил сзади, — так теперь мое волшебство портит!

— Ты не на своем ярусе, Роулингс. Этот потруднее будет. Отступись. Мы...

Внезапно разверзлись хляби небесные. Прямо внутри комнаты! Взревела буря, дождь зашумел, во мраке молнии взблистали — то были глаза Роулингса, который что есть мочи взвыл:

— Ни за что!

Но за это время Тигроголовый успел полностью растаять, и на его месте в воздухе осталась лишь вертикальная лужа... нет,самаянастоящая дыра: черная, овальная, окаймленная кольцом тусклых огоньков.

— Скорее, Врата не могут долго стоять открытыми! —вскрикнул Кистер.

— Маман! Бегите с нами! — попытался Нилрем перекричать гром, одновременно хватая Кистера за лацканы пиджака и тащаего к дыре.

— О мои бедные красивые древности! Он все испортит! — завопила миссис Беннетт, коршуном налетев на Игромейстера-Изгнанника. — Ступай, Сидни, и наведи порядок на своем ярусе! — Она засучила рукава. — У себя я разберусь сама!

Очередная молния выхватила из мрака две детали: татуировку — свернувшийся кольцом крылатый змей и ярко-пунцовые слова «Папочкина дочка» вокруг — на мускулистом предплечье маман и черты Колина Роулингса, искаженные гримасой нескрываемого ужаса.

— В путь! — возгласил Нилрем и впихнул Кистера в дыру-Врата. Стороннему наблюдателю показалось бы, что молодой человек утонул в стоящем плашмя черном омуте, — для полной иллюзии не хватало только кругов на воде.

— Удачи, матушка! — вскричал Нилрем. — И большое спасибо!

С этими словами Маг-Игромейстер ринулся во Врата, надеясь обрести за ними Темный Круг.

Глава 3

Процесс пробуждения Яна Фартинга легче всего представить в виде триптиха. Левая часть: трепыхание конечностей, сопение носов, шелест крыльев.

Правая часть: игра отблесков света на темной стене. Несколько некрупных существ. И одно громадное. Громкая, ни на что не похожая музыка, отражаясь от сводов пещеры, дробится на множество отголосков. Запах прокисшей пищи.

Центральная часть: интенсивная головная боль.

— А-а-ай! — простонал Ян Фартинг, не в силах с собой совладать. — О-о-ох! — И его рука машинально дернулась к виску, словно для того, чтобы водворить на место удирающий мозг.

— Ш-ш-ш-т-с-с! А то еще следующим станете! — произнес у него под ухом чей-то высокий голосок. — Будете шуметь, она вас обязательно выберет!

Ян встряхнул головой, пытаясь сфокусировать взгляд на окружающей действительности.

Его рука нащупала предел этого темного нового мира: железный прут, второй железный прут, третий... тюрьма?

— Где... где я? — спросил Ян так тихо, как только мог — скорее сам себя, чем заговорившего с ним неведомого соседа.

— Вы, добрый человек, в глубокой заднице, — бодро объявил звонкий голосок. — Но и я, увы, в том же месте. Как и все мы.

Привыкнув к сумраку, Ян различил прямо перед собой чеканное, какое-то не совсем людское лицо: брови-запятые, длинный нос, заостренные уши.

— Вы эльф? — обалдело спросил Ян.

— Да, мой добрый сэр, я эльф, эльф благородного рода, ибудь весь мой ум при мне, ни за что бы я не оказался в упомянутом мною месте. Увы, Великая Перемена лишила меня всякого соображения и рассуждения, и я неосмотрительно угодил в когтистые лапы этой твари! — И эльф скорбно приложил ладонь ко лбу в жесте, коим сей гордый народ заменяет горестное стенание. — Ну а вы чем будете оправдываться?

— Мы в... мы в клетке! — воскликнул Ян, озираясь по сторонам. — А это кто такие?

— Наши товарищи по заточению, мой друг.

— А кто нас заточил? Я помню, как кто-то навалился на меня, ударил... Медведица! — Ян полез было в карман за оружием; не нашел его; вспомнил происшедшее. — Вот именно, медведица, и очень странная на вид!

Эльф многозначительно кивнул:

— Ведьмедица, если быть точным. — Его изящный тонкий палец указал за прутья клетки: — Зри, вон обиталище этой бессовестной грязнули!

Прищурившись, Ян принялся рассматривать кое-как освещенный угол берлоги, ибо место, где он находился, безусловно, являлось таковой. На вытертом диване, порыкивая и похрапывая, дремала огромная медведица. Определенно медведица, ибо на ней была юбка.

На стене у ее изголовья висело нечто, явно преисполненное волшебства: ящик, в котором, беспрестанно сменяя друг друга, мерцали движущиеся картинки. Мало того, из ящика доносились писк, голоса и музыка.

Перед этим чудом лежали на полу, подпирая головы лапами, три маленьких существа. Неподвижные, как статуи, — только длинные ослиные уши иногда подергивались — они зачарованно глазели на картинки и слушали звуки.

— Что это? — шепотом спросил Ян.

— Она это называет «телик». А то, что в нем сейчас шевелится, — это МТВ.

— Ем ты и вы?

— Нет. Магическое Тело-Видение. Течет по кабелю.

Все эти загадочные термины были Яну совершенно неизвестны.

— А кто эти... ну, эти... зверюшки... на полу?

— Крысщенки... малолетние дегенераты из рода гномов.

— Но... но за что она нас заточила? Почему она нас похитила? Эльф печально покачал головой:

— Скоро сами узнаете. Да, кстати, мое имя Л'Ферсиль. Я из...

Внезапно существа, которых эльф назвал крысщенками, оживились. Вскочив с пола, они принялись скакать и извиваться, указывая на ящик.

— О-хо-хо, — проговорил эльф. — Любимый видеоклип.

— «Ви-део», — пробормотал Ян, припоминая уроки латыни. — «Вижу Бога»?

Эльф, обернувшись, посмотрел на Яна как на сумасшедшего.

— Отнюдь.

Один из крысщенков подбежал к дивану и принялся дергать Ведьмедицу за лапы. Храп прекратился; длинные, обильно сдобренные тушью ресницы разлепились.

— Род! — пропищал крысщенок. — Ро-од!

И с Ведьмедицей немедленно произошла разительная перемена. Косматое страшилище неуклюже, но резво вскочило с мягкого дивана и встало на дыбы, с благоговением уставившись тусклыми глазками в колдовской ящик.

— Род! — взревела она, и по ее шерсти потекли обильные слюни. Она начала топтаться перед ящиком в странном, омерзительном танце, который в основном сводился к дрыганью косматыми бедрами и вилянию задом.

— Я твоя секс-бомба! — подпевала она «видео», то и дело срываясь на хриплый визг (несомненно, ей на ухо когда-то наступил собственный сородич). — Я тво-я-я секс... бо-ом-ба-а!

Ян невольно зажал уши руками.

— Это еще цветочки, — прокомментировал эльф. — Видели бы вы ее, когда показывают Боя Джорджа.

Крысщенки закружились по пещере, выделывая более энергичные па, а их повелительница тем временем продолжала ритуальную пляску перед своим идолом. Как только песня кончилась, Ведьмедица замерла как вкопанная. Ее глаза вновь заволокла бессмысленная пленка.

— Работать пора! — произнесла она.

Эльф среагировал моментально:

— Скорее. В угол — и на корточки.

— Зачем?

— Без вопросов! — Эльф властно потянул Яна за руку, и спустя миг оба уже притаились в углу по правую сторону от двери, запертой на висячий замок.

— Ни звука! — приказал эльф. — Авось проглядит! Ведьмедица приблизилась к клетке, остановилась и, недовольно ворча, указала на замок.

Крысщенки, взобравшись друг на друга, образовали пирамиду. Верхний повозился с замком — и дверь распахнулась. С довольным блеском в глазах Ведьмедица подошла к двери, наклонилась и запустила лапу в кучу существ, которые спали, тесно прижавшись друг к дружке, у самой стены.

От Ведьмедицы удушливо воняло духами.

Схватив за шиворот какого-то гнома, она выволокла его, упирающегося ногами и плещущего руками, из клетки. Другие существа, проснувшись, подняли ужасный гам. Крысщенки торопливо захлопнули и заперли дверь.

Ведьмедица ухватила визжащего гнома обеими лапами, окинула почти любящим взглядом...

И в один присест откусила ему голову.

— О Боже! — вымолвил Ян, отвернувшись к стене при виде фонтана крови, который взметнулся до потолка. Эльф, напротив, был не в силах оторвать глаза от ужасной сцены.

Ян услышал еще несколько шумных «чавк!» и «хрям-с!», а потом шепот эльфа:

— Все.

Ян обернулся.

Ведьмедица, с удовлетворением потирая свой громадный, вмиг округлившийся живот, звучно рыгнула.

— Кошмар! — вырвалось у Яна. До него дошло, что очередным блюдом в меню зверюги вполне может оказаться он сам.

Эльф передернул плечами:

— И это еще не конец!

— Еще не?.. — переспросил Ян, не веря собственным ушам.

— Уже недолго. Глядите, что будет сейчас... Если я скажу заранее, все равно не поверите.

Улыбка слетела с губ медведицы — точно отклеилась. Зверюга встала на четвереньки посреди комнаты. На ее мохнатом лбу выступил пот. Похоже, она тужилась что-то сделать.

— Она что, собирается облегчить кишечник прямо у себя в пещере? — спросил Ян. Удивительная скорость пищеварения, подумалось ему. Интересно, знаменитый Винни-Пух ей не родственник?

— Нет, нет. Смотрите сами.

Попыхтев и поохав несколько минут, Ведьмедица вновь заулыбалась. И попятилась нетвердым шагом, так что стали видны плоды ее трудов.

— Детеныши! — вскричал Ян. — Медвежат родила!

На полу копошились и попискивали три очаровательных пушистых меховых шарика. Огромные карие глаза доверчиво уставились на мир; розовые пасти разинулись, требуя молока.

— Надо же! — пробормотал Ян. — Какой своеобразный способ продолжения рода!