Академия попаданок. Первый семестр

— Тебе конец, — прошипела Джулия, со стоном потирая отдавленную лодыжку.

— Пыжилась лягушка, да лопнула, — с глубокомысленным видом изрекла я первое, что пришло на ум.

Джулия открыла было рот, чтобы ответить мне очередной колкостью, но хлопок со стороны маркизы помешал осуществлению её планов.

— Девочки, я вижу, что у вас взаимная любовь. Так может быть мне посадить вас вместе?

Я тут же представила, как сжимаю в руках пряди белых волос с непрокрашенными корнями и помотала головой. Я не любительница драк со смертельным исходом.

— Не думаю, что это хорошая идея. Во-первых, у меня аллергия на задавак, а во-вторых…

Эта маркиза даже не удосужилась выслушать, что у меня было во-вторых. А ведь у меня ещё около десяти пунктов наклевывалось. Ух, как бы я расписала возможный апокалипсис, который обязательно бы произошел, если бы меня посадили вместе с Джулией.

— Дитя, я поняла, что ты ничего не знаешь о выдержке и такте. Будь добра, сходи ещё раз намочи тряпку.

Ежина взмахнула платком, и я огорченно вздохнула. Однако, через секунду я расплылась в широкой улыбке и протянула ей всё ещё мокрую тряпку.

Надо было видеть, как маркиза нахмурилась — будто два кустика сошлись на переносице и получилась мохнатая сойка. Вы никогда не видели мохнатую сойку? Значит, вам никогда не приходилось видеть сердитую маркизу. Она снова взмахнула платком, но тряпка осталась всё той мокрой тканью. Преподавательский эффект умер в зародыше.

— Кто тебе помог? — три слова с трудом процедились сквозь плотно сомкнутые губы.

— Глазун, — тихо прошептала я.

— Понятно. Не знаю, чем ты понравилась нашему дворецкому, если он сделал для тебя вечно влажную тряпку, но сделанного не воротишь. Ладно, садись на место и чтобы я не слышала ни звука с твоего места.

Я кивнула, положила тряпку возле доски и продефелировала на место. Там подмигнула Агапе с Маньярой и сложила руки в позе самой прилежной ученицы со времен Аристотеля и Платона. Девчонки прыснули было, но, под строгим взглядом Ежины, тут же выпрямились, как будто проглотили по лому, и точно также сложили ручки.

Мы три самых прилежных ученицы!

Остальные студентки едва сдерживали улыбки, глядя на наши каменные физиономии. Маркиза покачала головой, прицокнула языком, собралась сделать движение "рука-лицо", но после передумала и только глубоко вздохнула. Потом она взмахнула платком и дверцы шкафа распахнулись.

Я невольно сжалась. Честное слово — я ждала появления иглотыков, но потом расслабилась, когда наружу бешенными чайками вылетели белоснежные прямоугольники. Они затрепетали в воздухе, а после спикировали вниз, как осенние листья.

Перед каждой студенткой лег прямоугольник. Даже передо мной, что не могло не радовать.

— Девушки, внимание, перед вами лежат волшебные платки. Они девственно чистые и пока ещё не подчиняются никому. Чтобы сделать их вашими, и только вашими, — на последних словах Ежина сделала особенный упор, — нужно уколоть указательные пальцы и сцедить каплю крови на уголок платка. Да, наша магия замешана на крови, зато потом вашим платком никто не сможет воспользоваться. Это своего рода защита от воров.

Я недоверчиво покачала головой, но когда увидела, что Джулия со своими подругами бесстрашно укололи пальцы, то кивнула своим девчонкам и мы сделали то же самое. Девчонки ойкнули, я же мужественно закусила губу и выдавила небольшую толику алой крови.

Вы не поверите… Да я и сама не поверила, когда капля красной жидкости упала на ткань, и, вместо того, чтобы застыть уродливой кляксой, она начала расплываться и растекаться по ткани. Красные капельки пробежали по основе, проскакали по утку и вернулись обратно, соединившись в виде затейливого вензеля, в центре которого красовалась большая буква "М".

Восхищенные ахи послышались с соседних столов. Похоже, что там тоже возникли вензеля и буквы.

Студенты получили волшебные платки. Эх, поторопились преподаватели давать нам такое сильное оружие в руки. Но, сами виноваты. Я же видела, как Джулия коварно улыбнулась.

19

Если вы думаете, что один взмах волшебного платка может решить любую проблему, то вы крупно ошибаетесь. Да-да, я это знаю точно!

Стоило только монограмме занять место в углу платка, как мы с Джулией превратились в ковбоев Дикого запада. Вот только музыки Морриконе не хватало для полноты ощущений. Мы тут же наставили платки друг на друга, храбро отвернулись и… взмахнули!

Я всего лишь желала, чтобы Джулия превратилась в лягушку, мерзкую и поганую, а об её желании я так и не узнала до конца обучения. Увы, ни она ни я не знали точно, что именно нужно говорить и как правильно махать. В итоге у нас обеих из платков вырвался звук, какой издает человек, объевшийся гороховым супом. Справедливости ради хочу заметить, что у меня звук получился громче.

— Мда, девочки, вас явно нужно сажать друг с другом, — хмыкнула маркиза и в этот момент издалека донесся слабый колокольный перезвон. — Что же урок закончен. На следующем занятии мы начнем плести кружева и изучим парочку заклинаний. Девочки, я за вами наблюдаю.

А «девочки» тем временем попытались ещё пару раз взмахнуть платками. Результат тот же, но к звуку прибавился и запах, поэтому пришлось прекратить эксперименты, а то глаза начали слезиться.

Другие студентки поспешили прочь, чтобы не дышать ароматами войны, а мы же взглядами пообещали друг другу «при случае надрать задницу».

Следующим уроком шло «поварское мастерство и изготовление зелий». Я приготовилась к тому, что нас отведут в темный подвал, где преподавательница в темной мантии и обязательно с сальными волосами будет обучать нас всяческим премудростям. Да, я насмотрелась Гарри Поттера, ну и что? Пусть первым бросит в меня камень тот человек, который никогда не слышал об этом очкастом волшебнике.

Эй, тихо-тихо-тихо, хватит выковыривать булыжники из мостовой, я пошутила!

Тем временем мы перешли по красной ковровой дорожке в новую аудиторию. Вы должны помнить её, она ещё напоминала кухню ресторана из сериала «Кухня». Помните? Ну и прекрасно.

За центральным столом стояла строгая старушка, которая помогла мне оказаться в этом мире. Глистана Сухопаридзе. Графиня. Вот нечем тут больше графиням заниматься, как обучать студенток варить борщи и лепить пельмени! Я даже хихикнула своим мыслям в ответ.

Грозный взгляд из-под бровей никак не напоминал тот умоляюще-слезливый взор побитого щенка, которым старушка смотрела на меня в хлебном ларьке. Теперь это была не просительница, а преподавательница. И теперь я должна буду ей подчиниться.

— Здравствуйте, девочки, — проскрипела старуха Шапок… то есть графиня Глистана Сухопаридзе.

Мне вовсе не хотелось желать ей здоровья, но, повинуясь стадному инстинкту я промямлила что-то вроде «и вам не крякнуть». Вот могла бы предупредить о перемещении, я бы белье не замачивала…

— У вас не совсем стройно получается. Давайте ещё раз и дружно! — скомандовала графиня.

— Здрав-ствуй-те! — хором проскандировали студентки, а я влилась в общий хор.

Пусть ей чуть здоровья прибавится. Я же не злопамятная — отомщу, а потом забуду, что отомстила, и отомщу снова.

— Занимайте любое удобное для вас место, — провела преподавательница рукой по направлению столов для готовки.

На столах красовались глубокие миски, возле них белел творог, по пачке муки, яйца и какие-то шевелящиеся мешочки. Как будто тараканов в носки напихали и теперь они стараются выбраться наружу. Меня даже передернуло от такой фантазии.

— Сегодня мы будем готовить пышные сырники с пищащим изюмом, — улыбнулась Глистана.

Я не выдержала и подняла руку.

Да! Я научилась поднимать руку!

Мне просто надоело бегать в туалет для увлажнения ткани. Хотя, та плачущая второкурсница не выходила у меня из головы. Надо будет обязательно после занятий найти её и устроить детальный расспрос.

— Что ты хотела, дитя?

— А почему изюм пищит? — спросила я.

— Жить хочет, — пожала плечами преподавательница.

Вот это было для меня как удар веслом по затылку. Я даже оглянулась — не подобралась ли ко мне сзади Джулия? Но нет, эта ехидна со своей свитой стояла в нескольких метрах от меня и брезгливо тыкала шевелящийся мешочек вилкой.

— Так изюм живой?

— Да, кругом всё живое, но это не повод королю оставаться голодным, — флегматично ответила преподавательница и обратилась к группе. — Выкладывайте творог в миски, разбивайте два яйца и добавляйте три ложки муки. Пару щепоток соли и две ложки сахара, в самую последнюю очередь добавляйте пищащий изюм и тут же начинайте перемешивать, пока он не сбежал. Я пока отлучусь на пару минут, — с этими словами преподавательница вышла из кухни.

Я представила себе бегающий изюм и на всякий случай вооружилась лопаткой — вдруг они тут тараканов изюмом называют. Признаюсь честно: я никогда раньше не делала сырников, поэтому сам процесс показался мне странным — замешивать, размешивать и так далее.

Агапа лихо трясла над белой массой мучной пылью, когда мне пришла в голову забавная идея. Пока Глистана не вернулась, я могу позабавиться. Я выпрямилась и три раза хлопнула в ладоши.

— А спорим, что у американских девушек очень слабо развита сила духа?

Джулия тут же вскинулась, что мне и было нужно.

— Да у нас самая сильная в мире сила духа! Мы избранная нация и всегда и во всем мир равняется исключительно…

— А докажи! — прервала я пафосно-словесный понос. — Если сможешь передуть яйцо на другой край стола у… — тут я картинно осмотрелась и остановила взгляд на подруге Джулии. — у своей соседки по комнате, то тогда я встану и провозглашу, что американцы самые духовно сильные люди в мире.

— Легко! — подмигнула Джулия здоровенной блондинке, а та согласно кивнула. — Давай своё яйцо и мы как можно быстрее с этим покончим. Мне не терпится услышать от тебя слова поражения.

Я взяла из картонного лотка яйцо, повертела его в руках.

— Я видела, как вы перемигивались. Поэтому, для чистоты эксперимента я хочу, чтобы вам завязали глаза и всё было честно.

Джулия фыркнула. Она взяла со столешницы полотенце и протянула другой соседке, та повязала ей на глаза. То же самое случилось и со второй участницей шоу. Притом её завели за стол и получилось, что Джулия и скандинавка очутились друг напротив друга. Я дала каждой пощупать яйцо и дождалась согласных кивков.

— Отлично! Теперь осталось всего ничего. На мой счет три, вы должны будете начать дуть как можно сильнее! Итак, раз! Два! Три!

Как они начали дуть… Казалось, что по всей Академии пронесся тайфун от задорно дующих девушек.

Надо ли говорить, что я вместо яйца поставила тарелку с мукой?

Зато надо было видеть белесый туман и лица девчонок, когда они закашлялись и стянули с себя повязки. Старый пионерский розыгрыш. Всё-таки жаль, что в Америке не распространены пионерские лагеря.

— Я убью тебя! — взревела Джулия и бросилась ко мне под общий хохот студенток.

Я изобразила испуг и начала стремительной ланью скакать по кухне, по пути скидывая на пол миски, творог, муку и прочную утварь. Пару раз я довольно-таки метко запулила в лоб Джулии яйцами, правда, самой тоже досталось изрядно. Всё это происходило под ободряющие крики и смех. Веселье было в полном разгаре, и я даже заметила, как глаза Джулии пару раз скашивались на поварской нож. Мда, это пора было прекращать, и я пнула назад табурет.

Мне повезло лишь отчасти — Джулия навернулась, но я влетела ровно в объятия вернувшейся преподавательницы.

— А мы тут плюшками балуемся, — ничего другого мне не пришло на ум.

Глистана нахмурилась и осмотрела поле битвы, которое осталось после наших гонок. По полу белой пылью была рассыпана мука, снежками лежали комки творога и между ними коричневыми пятнышками сновали изюминки, которые издавали едва слышимый писк. Видимо, у кого-то всё-таки развязался мешочек, и пленники вырвались на свободу.

Это были не тараканы, но ощущение похожее, некоторые студентки взвизгнули и постарались запрыгнуть на столы. Правда, на столах тоже попискивали сморщенные комочки, поэтому студентки отбежали в угол и застыли там с испуганными лицами.

— Она первая начала! — обиженно протянула Джулия.

Она успела встать и теперь поглаживала ушибленную коленку.

— Вы возможные жены короля, а это уже что-нибудь да значит. Мне всё равно — кто из вас первым начал! Я это первая закончу! — скомандовала старушка и взмахнула платком.

Тут же с пола поднялся белый ураган, который подхватил пищащие изюмины вместе с комками творога и увлек их в мусорный бак. Вилки, ножи, поварешки запрыгнули на свои места и как давай там висеть, будто не принимали участия в веселой погоне. Во мгновение ока на кухне воцарилась чистота и порядок. Наши мантии тоже очистились и приняли прежний идеально розовый вид.

Ух ты, вот бы мне так, а то приходится каждый субботний день начинать с уборки и заканчивать ею же. А тут пришла, помахала платочком и всё само убралось. Красота, да и только.

Подождите, но если обитатели Академии так лихо убирают помещения, то зачем им метелки и кисточки для пыли, которые скачут сами по себе? Что-то непонятно.

— Займите свои места и продолжайте делать сырники с пищащим изюмом! — скомандовала Глистана таким голосом, как будто посылала воинов в бой.

На столах снова появился творог, яйца, мука. Я с некоторой опаской сделала всё, что от меня требовалось и высыпала из мешочка пищащий изюм. Он сразу постарался смыться из миски, но я была начеку. Тут же ложкой размешала массу, и чтобы вы думали — изюм перестал пищать и начал вести себя точно также, как его родственник с Земли.

В некотором роде почувствовала себя убийцей пищащего изюма. Мелочь, а неприятно.

— Как только масса позволит себя скатывать в шарики, тут же разминаете в небольшие кругляши и кладете на сковороду. Не забывайте подливать масла. Вот так, а после взмахните платком и скажите волшебное слово: «Вкусницио!»

То тут, то там начали раздаваться подобные возгласы, я тоже так воскликнула. Ничего не произошло. Сырники оставались сырниками, у меня даже четыре штуки подгорели. Но потом, когда с опаской начали снимать пробу…

Ммм…

Таких вкусных сырников я не пробовала никогда! Неужели это я сама состряпала?

20

В этот день больше ничего не происходило, а так как мы пообедали собственными творениями, то нам разрешено было отдохнуть до ужина, а после собраться в главном зале.

Конечно же мы с девчонками обсудили ту второкурсницу, которую я увидела в туалете. Вот как только вернулись с учебы, как только сняли эти надоедливые мантии и привели себя в порядок, так сразу же и обсудили. Да-да, ещё чуть-чуть поигрались с новым приобретением в виде платков, а потом без промедления кинулись обсуждать.

— Ой, она была такая грустная и зареванная, — рассказывала я, — что у меня едва сердце не разорвалось. Вот если бы не нужно было мочить тряпку, то я сразу же и померла на месте от горя.

— Она так тебе ничего и не сказала — почему нам надо уйти? — спросила Маньяра.

Я пожала плечами. Я только что три раза повторила наш незатейливый разговор в туалете, а Маньяра продолжала спрашивать, как будто пыталась найти хотя бы крупицы тайны в нашей беседы.

— А может быть у неё закончилась косметика, или же она из дома недостаточно припасов взяла? — сказала Агапа.

— Кстати, Агапа, а откуда у тебя под кроватью картошка? И почему так много? — ответила я вопросом на вопрос.

— Так меня перенесли сюда сразу же с овощебазы, я даже и глазом не успела моргнуть, как стояла посреди комнаты с мешками картошки.

— Ну вот, одну тайну мы раскрыли. Теперь давайте сходим в крыло второкурсниц и попытаемся найти ту самую плаксу, — предложила я.

Девушки согласились, и мы отправились в крыло второго курса. Узнать, где оно располагается было не так уж трудно. Мы всего лишь похвалили вездесущего Борзяна, а он прямо расцвел на глазах, если призраки умеют расцветать. Всё-таки хороший он парень, хоть и призрак.

— Конечно же покажу, мне несложно. Правда, я не в ладу с тамошним призраком, но показать-то я могу. А если Хлипарь Зануд нападет первым, то вы расскажете, что я храбро сражался и не менее храбро отступил, — говорил Борзян, пока летел впереди.

— Расскажем-расскажем! — подмигнула я. — Да мы такой эпичности наведем, что о вашей битве будут слагать легенды. И наши правнуки будут рассказывать своим внукам, как Борзян накостылял Хлипарю. Ведь это такое событие один раз в сто лет происходит.