Виктория для чемпиона

Нет, вру. Не отказалась бы. От такого заработка не отказываются. Но хотя бы подготовилась! Спрей там от комаров взяла, то-сё… Пыхчу, как паровоз, и топаю к Сенсею.

— Веди уже в жилую часть острова. Не терпится начать проникаться, — бурчу.

А Сенсей на это ехидно хмыкает, и вскоре я понимаю почему.

Нет у этого острова жилой части. Абсолютно нет. Обогнув по пляжу лес, мы выходим к полуразрушенной хижине с крышей из пальмовых листьев.

Хозяин острова сбрасывает возле неё рюкзаки и смотрит на меня с тихой радостью. И тут я понимаю, каков его план. Конечно же, он не потащит сюда сто пятьдесят человек — это была уловка, чтобы заманить меня на край света и прикопать вон у того большого белого камня!

Глава 6

— Арбатов, скажи, за что ты ненавидишь сто пятьдесят человек, которых решил позвать на свой день рождения? — спрашиваю, оглядев хижину.

Она — нечто! Домик того поросёнка, который от волка в шалаше прятался. Не иначе. Из приличного тут одноместная кровать, стол и стул. А, ну ещё мультиварка и микроволновка. Всё.

Нет, он все же меня разыгрывает. Наверняка основные строения находятся на другом конце острова, а это халупа какого-то уволенного дворника. Или рыбака, которому Сенсей разрешил пожить в своих владениях. Ну не может мажор на полном серьёзе просить меня организовать праздник в условиях, где нет вообще ничего!

— Я не понимаю, что тебя так удивляет? — Арбатов грохает рюкзак на пол и начинает выгружать из него вещи, необходимые туристам в походе.

— Прекрати прикидываться идиотом, ты не такой! — начинаю закипать.

— О, рад узнать, что тогда, когда ты обозвала меня тряпкой с комплексами, идиотом ты меня не считала.

Всё же это месть. И он на голову больной! Лучше его не злить и зайти с другой стороны.

— Арсений, — меняю тон на дружелюбный, но чуть не срываюсь, когда вижу извлеченную из рюкзака удочку. Мы питаться будем тем, что мать-природа подаст? — Ну давай уже отбросим шутки и поговорим, как взрослые люди. Я поняла, что ты решил меня наказать, и для этого вывез на остров. Но при чем тут другие люди? Если ты думаешь, что я смогу сделать этот необитаемый кусок суши к ноябрю приемлемым для жизни, то разочарую: тебе надо было нанять строительную компанию. В услуги праздничного агентства не входит возведение домов и подводка коммуникаций.

Сенсей невозмутимо и молча уходит за соломенную перегородку и говорит оттуда:

— Ты слишком высокого о себе мнения, детка. Когда я задумывал праздник, я даже не вспоминал о тебе. Твоя фирма просто под руку подвернулась, потому что в её прайсе написано: установку шатров для мероприятий вы берете на себя. Мне не нужна строительная фирма. Мне нужны палатки, шатры и биотуалеты. Ну и душевые ещё можно. С дождевой водой.

Неужели он все это говорит серьёзно?

— Твои друзья от тебя откажутся и проклянут, а родственники лишат наследства.

— Нет у меня родственников, — голос его становится глуше. — А что касается друзей… Отличная проверка на вшивость, я считаю.

Непрошибаемый! Выхожу из хижины, чтобы успокоиться. Решаю пройтись по берегу, чтобы хотя бы примерно представить размер острова и с тайной надеждой обнаружить цивилизацию — может, рядом есть нормальный обитаемый остров и люди? Или хотя бы сеть! Связь и интернет отсутствуют — я убедилась в этом ещё на пристани.

Иду почти по кромке воды — я же не знаю, кто тут водится. Хотя я в кроссовках. Прокусить не должны. Ругаюсь вслух. Никто меня тут не услышит. И это помогает. Я выплескиваю негатив и начинаю понемногу успокаиваться. А может, так благотворно сказывается красота, которую я невольно начинаю замечать.

Белый песок, бирюзовый океан, причудливые камни — кое-где ими усеян весь берег, а некоторые торчат из воды. На них сидят птицы — загорают или охотятся. С другой стороны лес. Кое-где густой, а в других местах редкий и просматривается вглубь острова. Но нигде не видно ничего напоминающего элитное жилье, к которому привыкли миллиардеры.

А вот спортивный комплекс с полосой препятствий есть! Он обнаруживается метрах в пятистах от лачуги.

Сенсей — маньяк! Ему главное — свои мышцы поддерживать в форме, а на комфорт плевать.

Ладно, ладно, Вика. Не надо начинать по новой. Четыре дня — это не четыре года. Выдержишь, а в Москве пошлёшь Арбатова лесом, и плевать на деньги.

Стоп. На деньги не плевать. Они нужны. И срочно. Иначе придётся продавать квартиру. Мачеха, чтоб ей хорошо жилось, умудрилась стать жертвой аферистов и набрала микрозаймов под залог квартиры. Отец уже продал все что мог, но долг от этого меньше не стал. А если они продадут квартиру — ох, подумать страшно! — приедут жить ко мне. Только не это!

Стискиваю кулаки и стараюсь опять переключиться на позитив — вон какая красивая и большая рыбина прямо к берегу подплывает! Дельфинчик, наверное. Приглядываюсь. А нет, не дельфинчик. У них не такие плавники. Мамочки, да это же акула! А-а-а! Понимаю, что на суше мне бояться нечего, но нападает панический страх. Я разворачиваюсь и бегом несусь к Сенсею. Он большой и сильный! Он меня защитит!

Влетаю в хижину, спотыкаюсь о рюкзак и собираюсь носом проехаться по деревянному полу. А там грязь, и занозы насобираю! Страх перед акулой переходит в ожидание удара, аж пальцы иголочками колит.

Но Сенсей реагирует молниеносно. Вот он только что сидел у рюкзака, а вот подхватывает меня и ставит на ноги. Правда, прижимает к себе слишком крепко, но это уже мелочи. Я пытаюсь привести в норму дыхание, а то в глазах уже потемнело.

Глава 7

— Да ладно тебе, Вика. Можно было не бежать так быстро, — говорит он снисходительно и по спине меня хлопает. — Я же никуда не денусь, так что приму твои извинения в любой момент.

Вся благодарность в момент улетучивается. Что он о себе возомнил?! Вырываюсь из его рук и отпрыгиваю:

— Там акула! — сообщаю, сделав большие глаза.

— Что, прям выбежала из океана и хвать тебя за… — он не произносит, но косится на мою задницу.

— Не надо делать из меня идиотку, Сенсей! Я спешила тебе сообщить, что тут опасно! — сообщаю раздражённо. — Ты собираешься привезти гостей на остров, полный хищников! А некоторые гости наверняка будут с детьми!

— Викуля, не истери. В центре острова есть озеро с водопадом, а на случай, если кто-то захочет купаться в океане, я установлю защитную сетку. Что касается хищников… Скажи, ты в школе на двойки училась, да?

Вот гад! Нормально я училась! Но он так говорит, что я сразу подозреваю — где-то я глупость ляпнула.

— Ты такой зануда. Бесишь! — вырывается у меня непроизвольно.

— Ты мне это уже говорила, помню. Но стыдно не знать, что хищники на тихоокеанские острова добраться из-за водных преград не смогли. Тут живут только птицы, и моим гостям нечего бояться.

— А пауки, а змеи? — не сдаюсь я.

— Слушай, Вик, дай мне закончить с оборудованием домика, а потом я тебя проведу по острову и все покажу, чтобы ты перестала трястись от страха.

Я поджимаю губы и оглядываюсь. Хм-м, а хижина изменилась. Сколько меня не было? Минут тридцать? Как он успел за такое короткое время превратить халупу в сносное жилье?

Во-первых, на окнах появились новенькие соломенные жалюзи; во вторых, горит свет! Прислушалась — шумит генератор, откуда-то взялся маленький холодильник, кулер, а на столе стоит включённый ноутбук! На полу рядом с кроватью валяется циновка, сдутый матрас и насос. Рядом с ними маленький пылесос, а на стуле лежит постельное белье.

Отчего-то мне становится стыдно. Мажор-белоручка спокойно обживается, а я бегаю и истерю. Между прочим, я ходила в походы и жизни на природе не боюсь.

Ноги сами понесли меня к пылесосу. Нахожу «пилот» и включаюсь в благоустройство хижины, изредка кидая косые взгляды на Арбатова. Он ремонтирует дверь, как заправский плотник-стриптизёр. Футболку скинул, литые мышцы бугрятся от каждого движения. Никогда бы не подумала, что он умеет работать руками. Сенсей, всегда одетый с иголочки и благоухающий дорогим парфюмом, производил впечатление сноба, интересующегося только свей физической формой и победами. А оказывается, это лишь маска. Надо тоже показать ему, что я не истеричка, как он обо мне думает.

Собираю пылесосом грязь, продвигаюсь вглубь комнаты и захожу за перегородку, а там открытый люк в подпол. Так вот откуда он взял часть вещей! Встаю на колени, заглядываю — там валяется боксерская груша, гантели, другой спортивный инвентарь, разный хлам и… ружьё! Зачем ему ружье, если хищников нет? Птичек стрелять?

— Не свались, Лаврова, — раздаётся насмешливое.

Я чинно поднимаюсь на ноги, а Сенсей, наоборот, ловко соскальзывает по лестнице вниз и выбрасывает на поверхность какие-то доски, рейки, тряпки…

Интересно, а обычную воду тут где можно набрать? Я бы пол помыла и влажной тряпкой по поверхностям прошлась. Если дом становится похожим на жилье, надо это сходство по максимуму усилить.

Пока прохожусь щёткой по углам, Сенсей уже превращает тряпки с рейками в навесные многоярусные полки.

— Вещи можешь разложить тут и переодеться, если хочешь. Я пойду посмотрю, как там душ с туалетом.

Он выходит из хижины, а я понимаю, что раскладывать мне и нечего. Я не думала, что летим мы надолго и в такие условия. Рассчитывала на остановку в отеле, где все есть. Но хорошо хоть сподобилась кинуть в сумку расческу и зубную щётку. А ещё купальник, пару маек и шорты. Ну и сланцы сгодятся вместо домашних тапочек.

Быстро переодеваюсь, повязываю на голову косынку и выхожу. Тоже очень хочется посмотреть на душ с туалетом. И на остров, конечно, тоже.

Обхожу халупу, вглядываюсь в окружающее пространство и обнаруживаю два шалашика среди деревьев. То-то я их сразу не заметила. Они с пейзажем слились. Иду к ним, внимательно глядя под ноги. Про змей и пауков мне Сенсей так и не ответил. Я не стала менять кроссовки на босоножки, но все равно страшно наступить на кого-то, прячущегося в песке.

Чем ближе подхожу к лесу, тем громче слышен щебет незнакомых птиц, и даже их пестрое оперенье то и дело между зеленью мелькает. Ладно. Надо признать, что не все так ужасно. Если тут есть ещё и душ и туалет нормальный, то эти четыре дня могут стать запоминающимся приключением.

Подхожу ближе и слышу шум воды, а потом и вижу огромную бочку. Ну всё! Питьевая вода есть в кулере, который Сенсей поставил в домике, и о душе тоже позаботились. Можно немного расслабиться.

Только выдыхаю, как шаткая дверь распахивается и на улицу выходит намытый голый Сенсей! Зажмуриваюсь и отворачиваюсь. Да что ж такое?! Я же так сердечный приступ заработаю.

В спину доносится понятливый хриплый смех.

Глава 8

Сенсей вообще ничего не боится и не стесняется! Идёт по песку босиком и голый! Проходит мимо меня, и я вынужденно пялюсь на его впечатляющие тылы целую минуту… наверное. Успеваю оценить и спину с прорисованными мышцами, и татуировку на ребрах — надпись иероглифами, — и орехоподобные ягодицы! Только потом меня осеняет, что можно отвернуться в другую сторону, и я усилием воли прекращаю таращиться на обнаженку и поворачиваюсь к душу. Натыкаюсь на корыто с вещами. Он что, стирать их собирается? Ну вообще разрыв шаблона!

А может, он заставит стирать меня? К слову, о стирке. Так-то я не рассчитывала лететь на столько дней, и запас белья у меня не безграничен. Живо представляю верёвку, на которой висят рядом наши с Сенсеем трусы… Ужас!

Беда в том, что в глубине души я очень стеснительная. Я борюсь с собой, стараюсь выглядеть уверенной бизнес-леди, которой неведомы комплексы и условности. А на деле, до сих пор считаю, что ложиться с мужчиной в постель можно только по любви и если собираешься за него замуж. И мои трусы ещё ни разу в жизни не сохли рядом с трусами постороннего мужчины.

Ладно, Вика! Будет вызов самой себе. Как раз получила возможность поработать над своей зажатостью.

Киваю и, отмерев, шагаю, к шалашикам. Что ж, туалет — это биокомплекс. Отлично. Душ — летний, насколько я смогла разобраться, без нагрева, но внутри вполне сносно.

Переодетый в шорты и борцовку Сенсей возвращается как раз, когда я завершаю свои дела и мою руки над маленькой раковиной.

— Ну что, готова к экскурсии?

Ещё как готова! Давно уже. Может, хоть она прольет каплю света на то, что хозяин острова задумал.

— Погоди, я возьму планшет для записей, — говорю, вытирая руки бумажным полотенцем.

Радуюсь, что они, как и туалетная бумага, тут есть. Кстати, сколько надо закупить полотенец и бумаги на семь дней для ста пятидесяти человек? Мчусь в хижину, хватаю рабочий планшет и первым делом записываю эту задачу: «высчитать расход бумажных полотенец и туалетной бумаги». Ничего, ничего! Если это вызов, я с ним справлюсь!

— Остров у меня маленький. Всего четыре квадратных километра, так что тут сложно заблудиться, — начинает экскурсию Сенсей, вставая на заросшую тропинку, а я пристраиваюсь за ним. — Сюда не добрались ядовитые змеи и пауки…

Счастье-то какое! Так сразу бы и сказал. Дышать становится легче, и я перестаю бесконечно вглядываться в траву.

— …есть только плотоядные гусеницы.

Да что такое-то?!

— Где, где они? А-а-а! — я ускоряю шаг с явным намерением забраться Сенсею на спину.

— Они охотятся на дрозофил и слишком маленькие, чтобы причинить вред человеку. Так что не парься.

Боже, слава тебе, что не успела в очередной раз выставить себя истеричкой…

— Арсений, давай о главном. Что на острове может представлять опасность для людей? — ставлю вопрос ребром, чтобы уже не трястись.

— Ну, во-первых, все то же самое, что и в жизни на любом материке, а во-вторых — скука. Тут проблемы с развлечениями. Поэтому тебе, Вика, придётся их решить, чтобы мы не стали жертвами тоски.

Тьфу! Клоун. Пока думаю, сообщить Сенсею об этом или промолчать, мы проходим лесополосу и выходим к озеру. К настоящему сказочному тропическому озеру, такому, как в фильмах показывают.

— Красиво! — вырывается у меня восхищённое.

— Рад, что тебе хоть что-то нравится. Ко дню рождения здесь все вычистят, облагородят, выложат тропинки плиткой, поставят лежаки и зонтики, повесят тарзанку вон на ту толстую ветку, — Сенсей мечтательно кивает на толстое дерево, раскинувшееся над озером, — бар ещё надо развернуть.

— Слушай, я тебя не отговариваю, не подумай. Ну просто такие траты ради недели праздника…

— Вик, ты делай свое дело и не переживай о моих тратах. Я потом этот остров в аренду одному телепроекту сдам. Уже договорился.

Ну всё. Последняя надежда на то, что он передумает, умерла… И я включаюсь в работу.

Надо признать, что Сенсей хоть и эгоистичный самодур, но не потерял здравомыслие и в условиях, где нет удобств и комфорта, не ноет. Это я что-то распустилась и во всем ищу подвох.

Глава 9

— Я правильно понимаю, что ты пригласишь кого-то для благоустройства острова и не попытаешься навестить это на меня?

— Правильно. Маурицио привезёт на остров рабочих за шесть недель до дня рождения. Потом, за неделю до нас с гостями, приедешь ты и все проверишь, а если будет надо — заставишь доделать.

О нет! Поедет Гоша! Он хотел на райский остров, вот пусть тут и торчит две недели в ноябре. Но Арбатову я ничего не говорю. Молча записываю в планшет: «организация пляжных развлечений».

— А оператора, диджея и поваров из России тащить или здесь есть? — уточняю, начиная осознавать масштаб подготовительных работ.

Он колоссален! Но в то же время это какой прорыв для моего агентства! Это же какая ценная страница в моем портфолио появится! Восхищённо оглядываю озеро, представляя себе снимки, которые сделаю. Точно! Надо до и после сделать. Включаю камеру на планшете иду вдоль леса, ища подходящий ракурс, спотыкаюсь о корень и хватаюсь рукой за ветку неведомого кустарника.

— А вот и она. Плотоядная гусеница, — радостно сообщает Сенсей, глядя на мою руку. Я ме-едленно поворачиваю голову, осторожно разжимаю пальцы. Ничего гадкого, к счастью не вижу. — Вот эта зелененькая веточка, которая шевелится, видишь? О, смотри, она пасть разинула! Хочет тебя укусить!

— А-а-а!

Отпрыгиваю от кустика, как чемпион по прыжкам с места, трясу рукой… двумя руками. Естественно, роняю планшет, и звук, который он издаёт, мне не нравится — я верещу ещё громче. А Сенсей смотрит на меня и ржёт. Закатывается хохотом. Хочется его побить и наорать матом, хотя я вообще не ругаюсь.

— Ой, Вика, ты такая трусиха, оказывается! — говорит Арбатов, наклоняясь за моим планшетом. — А в универе прикидывалась бесстрашной Моськой, которая лаяла на слона.

А мне что-то так себя жалко в этот момент становится, что страх улетучивается, зато на глазах собираются слезы. Я закусываю губу и отворачиваюсь. Не хочу, чтобы Сенсей видел.

Но он замечает.

— Да ладно тебе, не реви. Куплю я тебе новый планшет, лучше старого. Пойдём, я покажу место, где планирую сделать жилую зону.

А мне плевать на планшет. Он не дорогой и его вполне можно заменить пока телефоном. Я просто чуть не расплакалась из-за того, что вспомнила наше с Сенсеем общение в универе. И да, я была как та Моська — огрызалась и кусалась, а все потому, что Арсений Арбатов был угрозой для моего хрупкого сердца.

Но мне не хочется сводить нынешние отношения к тем, что были в прошлом. Всё же я повзрослела, и я теперь профессионал.