Невеста по случайности

– Боюсь, вы неисправимы, – покачала головой мадам. – Сегодня похороны её величества. Надеюсь, вы в состоянии на них присутствовать?

– Разумеется, – заверила я. С утра синяки почти не болели, зато расцвели всеми оттенками синего, зелёного и даже, кажется, сиреневого. – Пока я собираюсь, можете кратко рассказать мне, как там нужно себя вести, чтобы не опозориться?

– Обязательно!

Вслед за статс-дамой появилась Гретлин. Она принесла мне чай – или, по крайней мере, очень похожий на него напиток с булочкой и сладким джемом. Я наскоро позавтракала, а затем служанка помогла мне одеться в чёрное платье, к которому прилагались перчатки и такая же шляпа, как у мадам де Монтилье. Образ довершали убранные в строгий пучок волосы и элегантные ботиночки со шнуровкой. В этом наряде я стала похожа на британскую аристократку из девятнадцатого века.

Пока я одевалась, статс-дама, как и обещала, провела со мной первый урок хорошего тона. Оказалось, что в Альверине на похороны не приносили цветы, не украшали ими гроб и уж тем более не бросали в могилу. Вместо них прощальными дарами покойному становились украшения из драгоценных камней, похожих на опалы. Мне тоже полагалось преподнести такое. Взяв в руку изящный браслет из переливающихся камешков, я почувствовала, как в груди что-то сжалось. Снова вина… и в то же время надежда. Надежда, что я смогу что-то сделать для этого мира, что-то изменить.

Её величество хоронили в склепе королевской семьи, в котором покоились её супруг и его предки. Склеп находился поблизости от дворца. Для того чтобы попасть туда, нужно было пройти по саду, прекрасному и цветущему, резко контрастирующему с мыслями о смерти. Лакеи несли обитый бархатом гроб, за ними следовали остальные. Мне пришлось идти рядом с принцем, ведь в глазах придворных мы являлись женихом и невестой. Бастиан учтиво взял меня под руку, но мысли его, похоже, бродили где-то далеко. Похоронная процессия выглядела торжественной и печальной, я слышала всхлипывания, да и сама едва удержалась от слёз, когда мы вошли под мрачные своды холодного каменного склепа.

Должно быть, здешние лекари владели искусством бальзамирования, потому что королева в гробу выглядела почти живой, точно спящая царевна из сказки Пушкина. Приблизившись вслед за другими, кто оставлял прощальные дары, я опустила на бархат принесённый браслет и слегка коснулась холодной, будто восковой руки. К горлу подступил комок.

«Я позабочусь о вашем сыне, – пообещала мысленно. – А ещё найду того, кто это с вами сделал. Обещаю».

В эту минуту я действительно приняла окончательное решение. Я не оставлю этот мир до тех пор, пока не выполню обещание. Даже если способ разорвать нашу с принцем связь отыщется завтра, я задержусь, чтобы помочь ему разобраться с преступником, лишившим Альверин короля и королевы. Сама не поняла, как чужая история стала моим личным делом, но чувствовала – надо задержаться. Я нужна здесь.

А после похорон, вернувшись во дворец, убедилась в этом окончательно. Когда, решив проведать малыша, заглянула в пустую, как сначала показалось, галерею и увидела стоящего ко мне спиной Бастиана. Его плечи вздрагивали. Он плакал, скрывшись от всех, пряча собственное горе, которое не показывал открыто. Но я увидела его таким и уже не могла выкинуть из головы. Наблюдая за ним, ощутила, что и моё сердце резануло болью, такой резкой и внезапной, что не сразу осознала – это не только мои эмоции. Кажется, из-за нашей связи принц как-то поделился со мной своими чувствами.

Все люди одиноки – это я поняла уже давно. Даже мы с сестрой, пусть и были очень близки, всё равно переживали то обстоятельство, что рано остались без родителей. Аня, конечно, сильнее, чем я, ведь она была старше, да и ответственность на неё свалилась немаленькая. Ей от многого пришлось отказаться из-за того, что приходилось меня растить. Я боялась, что у неё так и не будет своей семьи, поэтому на её свадьбе радовалась едва ли не больше самой невесты. Но, возвратившись в пустую квартиру после того, как молодожёны уехали, почувствовала себя одинокой. Сестре, конечно, об этом говорить не стала, чтобы не расстраивать её, ведь она по-настоящему заслужила своё счастье, а моё… было ещё впереди.

И вот теперь я видела тоску Бастиана и вместе с ним переживала его одиночество. Да, он настоящий принц, живёт во дворце, к его услугам множество людей, готовых выполнить любое желание, которое придёт ему в голову, но… близких людей рядом нет. Ни родителей, ни старшего брата, ни невестки, с которой они, похоже, ладили. Большинство окружающих ищут от него лишь собственную выгоду, та же Элен, например. Ни за что не поверю, что она искренне и всей душой любит его!

Я хотела уйти так же неслышно, как появилась, но не вышло – Бастиан обернулся.

Уф, неловкий момент! От неожиданности я попятилась, но запнулась о подол платья и едва не растянулась на паркете. Кое-как удержав равновесие, попыталась сделать вид, что только что вошла и ничегошеньки не заметила.

– Как давно ты здесь? – оценив моё замешательство, осведомился принц.

– Совсем недавно! То есть… Ещё мгновение назад меня тут не было.

– Ты совсем не умеешь врать, – усмехнулся он. Я невольно уставилась в его лицо, ища там следы слёз и горя. Но высочество умело взял себя в руки и снова стал собой – собранным, слегка ироничным и высокомерным отпрыском королевской крови. Но я-то помнила его сгорбленную спину и вздрагивающие плечи! Меня ему не провести.

– Может, и не умею, – отозвалась, стараясь выглядеть невозмутимо. Выдавать внезапно вспыхнувшую на душе жалость очень не хотелось, едва ли это понравилось бы принцу. – Могу я кое-что спросить?

– Смотря что, – уклончиво ответил Бастиан.

– То, что случилось с вашим братом и его супругой… Вы кого-нибудь подозреваете? Кого-то, кому была бы выгодна их столь ранняя гибель.

– Хочешь откровенный ответ? – усмехнулся высочество. – Со всех сторон, как ни погляди, их смерть выгодна мне. Потому что, только потеряв старшего брата, я мог бы занять его место. Стать королём. А королева была беременна, и я сел бы на трон как полноправный наследник лишь при том условии, если бы на свет появилась девочка.

– Но вы этого не делали! – произнесла я с удивившей даже меня саму пылкостью. – Не убивали их. Это кто-то другой…

– Почему ты так в этом уверена? – склонив голову, задал вопрос принц.

– Потому что в случае, если виновны вы, ваше поведение теряет всякую логику и смысл! – ничуть не колеблясь, воскликнула я. – Вы пришли за мной в надежде, что я спасу вашего племянника. Я видела ваше лицо, видела, как вы тревожились за малыша и её величество…

– Я мог притворяться, – заметил Бастиан, но я упрямо мотнула головой.

– Это не было притворством. Вовсе нет. Вы и правда за них переживали. Будь вы преступником, для чего приводить в этот мир меня? Чтобы снять с себя подозрения? Нет, вы бы наоборот всячески препятствовали излечению племянника! И не позволили бы лекарю сделать противоядие!

– Допустим, но к чему ты интересуешься истинным виновником случившегося?

– Потому что подозреваю, что за этими убийствами и покушением на меня может стоять один и тот же человек! – решилась я говорить начистоту. – Или группа людей. Может, это вообще целый заговор… К примеру, вас решили посадить на престол вместо брата. И заодно пристроить вам в жёны выгодную для заговорщиков невесту, чтобы упрочить влияние её семьи…

– Намекаешь на Элен?

– Ну… она вполне подходит, – развела я руками. – Наверняка они заранее это продумали, но всё пошло не по плану. Ребёнок выжил, а ваша свадьба с мамз… мадемуазель де Важентиль тоже оказалась под вопросом, потому что появилась я и связь между нами.

– Я не могу обвинить Элен и её отца без веских доказательств, – произнёс высочество. – Всё это пока лишь домыслы. Чтобы наказать преступников, необходимо либо поймать кого-то за руку, либо отыскать подтверждение их вины.

– Знаю, – кивнула я. – Я и не прошу, чтобы вы их немедленно сажали в тюрьму или казнили. Но, пожалуйста… присмотритесь к ним! Приставьте своих шпионов, что ли! Пусть тайком обыщут дом, личные вещи… Может, и яд найдётся. Или ещё что-нибудь, что укажет на их причастность.

Я не была до конца уверена, можно ли доверять принцу. Прислушается ли он к моим словам, исполнит ли то, о чём его попросила. Но что поделать, сама я проверить имущество министра с дочерью и приставить к ним тайных соглядатаев не смогла бы, не имела возможности, а вот у Бастиана она есть. Конечно, эти двое могли подстраховаться и всё, что помогло бы их выдать, заблаговременно припрятать, избавляясь от улик, но попытка, как говорится, не пытка. Если жизнь маленького наследника по-прежнему в опасности, сидеть сложа руки некогда, надо копать под вероятных подозреваемых, пока они ещё чего-нибудь не задумали.

Глава 8

Бастиан

Принц смотрел на девушку, которая стояла перед ним, решительно, с яростью доказывая свою правоту, и не мог отвести от неё глаз. Сейчас, в эту минуту, она, казалось, стала ещё красивее. Неотразимее. Страстнее. Как будто что-то в ней горело ярче самых сиятельных небесных светил, дневных и ночных. Сердце? Или душа, оказавшаяся чуткой и неравнодушной к чужим бедам?

Ещё вчера Бастиан был уверен, что Елена станет помехой. Да, она спасла жизнь его племяннику, но теперь её помощь вроде как и ни к чему, кормилица и няньки вполне справлялись и сами, и ребёнок уже понемногу набирал вес. Что же касается связи их судеб… До чего не вовремя и некстати! Мало того, что возникла нужда взяться за поиски чего-то, что могло бы разорвать эту связь, так ещё и пришлось выдумывать для вынужденной невесты легенду, чтобы по дворцу и королевству не распространялись слухи о том, что принц и регент наследника престола собирается взять в жёны иномирянку.

Говоря о том, что гибель брата и его супруги могла бы выгодной для него самого, Бастиан не лукавил и не пытался напугать своими словами Елену, чья уверенность в его невиновности могла бы показаться даже забавной, не будь вся ситуация такой запутанной и сложной. Да, если бы королева произвела на свет девочку или не родила вовсе, в ближайшее время короновали бы его. Вот только он не желал становиться правителем. Его целью и страстью было другое. То, что многие уже признали невероятным и невозможным.

Возродить магию. Вернуть королевскому роду былое могущество. Да, принц отлично знал, что с каждым годом, с каждым днём магия слабеет, и даже в семьях, где предки могли похвастаться развитыми способностями, всё меньше становилось детей с даром. У Амирии он был спящим, неокрепшим, и всё же она подходила в качестве жены для будущего короля. Лучшего варианта не нашлось, а связь судеб гарантировала, что наречённая будет верна мужу и до конца жизни останется на его стороне.

Может быть, именно из-за этой их связи и Елена сейчас нисколько не сомневалась в том, что Бастиан невиновен в убийстве её величества? Он никогда не думал, что его самого тоже это ждёт. Связанные судьбы, это странное влечение к той, что ещё недавно была для него незнакомкой… Желание приблизиться, взять за руки, коснуться губами приоткрытых розовых губ, выпустить из причёски непослушные пряди светлых волос и запутаться в них пальцами. Проклятье!

Ему не об этом сейчас надо думать, а искать настоящего преступника. Лишь тогда он перестанет волноваться за жизнь племянника, отомстит за брата и невестку. А ещё – перестанет видеть в глазах придворных опасливое подозрение. Если люди, которые знают принца с детства, считают его способным на такой поступок, то почему эта девушка так отчаянно, так безоглядно ему верит? Только ли из-за связи?.. Ведь она ещё даже не укрепилась. Для этого нужна близость, необходимо чаще находиться рядом, а Елена явно старалась его избегать.

Но, если так, почему сейчас пришла? Почему застала в такой момент? После похорон, оставшись наедине с собой, он вспоминал свадьбу Эдриана и Амирии. Их смущённые и вместе с тем счастливые лица, лучистые взгляды и полные надежд речи, которые они говорили друг другу на брачной церемонии. Но этим двоим даже не суждено оказалось вырастить и воспитать своего первенца. Этим придётся заниматься Бастиану. Стать малышу не только дядей, но и заменить тому отца.

Разумеется, крайне желательно, чтобы он при этом являлся семейным человеком. Так люди будут больше ему доверять. Королева не раз это говорила, будто предчувствуя его будущее. Вот только, пока не разорвана связь с Еленой, принц не сможет взять в жёны другую. Сейчас они считаются помолвленными, и во дворце все уже об этом знают, а скоро наверняка сей факт станет известен и за его пределами. Придворные начнут торопить со свадьбой. Пока можно будет отговориться трауром, а также важными делами в качестве регента, но надолго эти причины откладывать церемонию не затянешь, и тогда, если связь не разорвётся, ему придётся что-то решать.

– Так что скажете? – спросила девушка. – Вы сделаете так, как я вас прошу? Только, пожалуйста, не говорите мадемуазель де Важентиль и её отцу, что подозреваете их, иначе они точно позаботятся о том, чтобы не оставить никаких зацепок.

***

Никогда не думала, что буду так беспокоиться, негодовать и возмущаться из-за проблем людей, живущих в чужом для меня мире. Мире совершенно другом, непривычном, фантастическом даже. Но, как говорится, зарекаться никогда и ни от чего нельзя, так что я действительно искренне беспокоилась, негодовала и возмущалась, обращаясь к принцу. А тот, чурбан эдакий, стоял напротив, смотрел на меня и совершенно неизвестно, о чём в этот самый момент думал! Потому что опять взял себя в руки и держал каждую эмоцию под контролем, даже выражение лица не менял!

Тут я, конечно, погорячилась. Никакой он не чурбан. Я же сама видела, как Бастиан плакал вот только что. Не на похоронах, после. Так, чтобы никто не видел.

– Отвечайте же! – поторопила я его с ответом. Никакого терпения не хватит, честное слово! Но он ведь тоже не хотел, чтобы пострадал его племянник, я этом я была целиком и полностью уверена.

– Хорошо, – кивнул высочество. – Я прислушаюсь к твоим словам. И проверю Элен и министра… осторожно, чтобы они не знали, что их подозревают.

– Замечательно! – обрадовалась я. – А теперь не хотите вместе со мной к малышу заглянуть? Если будете почаще его навещать, он станет вас узнавать, радоваться вашему приходу…

– А ты и правда разбираешься в младенцах, – хмыкнул собеседник.

– Да ну, чтобы знать такие вещи, необязательно быть врачом! – улыбнулась я. – Всё ведь элементарно! Каждому нужно внимание.

– И тебе? – склонив темноволосую голову на бок, осведомился Бастиан. Мне в его словах почудился какой-то подвох, так что я предпочла в ответ лишь пожать плечами, дескать, может, нужно, а, может, нет. – Что ж, хорошо, пойдём и навестим моего племянника.

– А когда у него появится имя? – спросила я.

– Имя?

– Ну да, не можем же мы всегда называть его просто малышом, – пояснила я.

– Церемония имянаречения состоится через несколько дней, – ответил принц. – Мы не могли провести её до похорон её величества. И там же… на этой церемонии нам придётся официально объявить о нашем обручении.

– Может, не надо? – испугалась я.

– Все и так знают, – усмехнулся Бастиан. – Это просто дань этикету. Я буду назначен регентом и должен представить невесту.

– Но если связь будет разорвана и мы расстанемся…

– Тогда объявим о расставании. Помолвки разрываются. Пока мы ещё не женаты, это вполне возможно.

– А после свадьбы? – поинтересовалась я. – В Альверине вообще есть разводы? Это когда муж и жена становятся бывшими и могут снова жениться, но уже на ком-нибудь другом…

– Нет, – качнул головой высочество. – Такого у нас нет. Брак заключается раз и навсегда, расторгнуть его нельзя.

– Вот как… – задумчиво протянула я. С одной стороны, вроде бы и неплохой закон, а с другой… Всякое в жизни бывает, и порой двум людям лучше начать заново, чем пытаться удержать то, что, увы, разваливается на куски.

Так, за разговором, мы дошли до детской комнаты. Маленький принц не спал и, когда я наклонилась над его колыбелькой, протянул мне навстречу ручки, что-то лепеча на своём младенческом языке. Неужели узнал? Я взяла его на руки, прижала к груди и… сердце захлестнуло чем-то болезненно-острым, но в то же время щемяще-нежным и тёплым. Похоже, я начала искренне привязываться к этому малышу, так, как ни к одному из своих крохотных пациентов. Может, королева связала меня и с ним? Или я сама ненароком это сделала, когда вдыхала в него жизнь, умоляя богов всех миров позволить ему жить?..

– Он вас уже полюбил! – улыбнулась одна из нянек, в умилении прижав к груди пухлые руки.

– А вы подержать не хотите? – глянула я на Бастиана. Тот, кажется, испугался, как и все мужчины, которым внезапно суют в руки ребёнка, но не спасовал. Держал племянника хоть и неуклюже, но аккуратно и ласково, даже шепнул ему что-то. – Видите, он не кусается, – заметила я. – Зубов ещё нет.

– А когда вырастут? – полюбопытствовал он.

– Всему своё время.

– А ваши-то детки какими красавцами будут! – льстиво проговорила всё та же нянька, но принц бросил на неё строгий взгляд, и она с испуганным видом замолчала. Похоже, его во дворце уважали. И побаивались – неужели в самом деле считали, что за убийством её величества стоит он?..

– Поужинаешь сегодня со мной, – произнёс Бастиан, когда мы, налюбовавшись на ребёнка и получив от присматривающих за ним женщин полный отчёт о питании и жизнедеятельности маленького высочества, вышли из детской в коридор. Вопросом это не являлось. – Можешь не переодеваться.

– Только вдвоём? – уточнила я. И прикусила губу. Ужин тет-а-тет – это наводило на мысли о том, что принц решил взять курс на сближение. И с чего бы, интересно? Разве он не знает, что это только укрепит связь, которую мы оба стремимся разорвать?

Ведь стремимся же, да?.. Ну, я-то однозначно этого хочу. Чтобы вернуться домой и в будущем вспоминать другой мир с королевством Альверин как сказочный сон.

– А ты бы хотела вдвоём? – с ехидным лукавством осведомился высочество. – Придётся тебя разочаровать. Я собираюсь пригласить на ужин Элен, её отца и ещё парочку придворных.

– О… так это отвлекающий манёвр? – догадалась я. – Пока мы ужинаем, ваши люди обыщут их дом? Правильно, чем раньше, тем лучше.

– А ты сообразительная, – усмехнулся собеседник. – Я рассчитываю обсудить с министром кандидатов в мужья его дочери. Они должны уяснить для себя, что я не собираюсь жениться на ней.

– Даже когда наша связь будет разорвана? – поинтересовалась я. На сердце почему-то потеплело. И вовсе не потому, что я внезапно приревновала Бастиана к Элен де Важентиль! Просто… скандалистка она и интриганка. А, возможно, ещё и убийца. Не нужна принцу такая невеста. Пусть найдёт себе какую-нибудь милую девушку, которая искренне и всей душой полюбит его племянника и станет ему второй матерью… вместо меня.

– В любом случае.

– Вы же понимаете, что им это не понравится? – заметила я.

– Определённо. Зато моё решение может обезопасить тебя. От новых покушений.

– Полагаете, если меня столкнули с лестницы по приказу мамзель… мадемуазель де Важентиль, то лишь потому, что хотели освободить для неё место вашей будущей супруги? По правде говоря, я тоже так подумала. Будем надеяться, что это поможет, – добавила я.

Мы расстались возле двери в мою комнату. Оставшись наедине с собой, я уселась на кровать и глубоко задумалась. Сегодня на ужине мне придётся чуть ближе познакомиться с Элен, увидеть её отца-министра и других придворных. Получится ли у меня сыграть роль иностранки? А вдруг кто-то догадается, что я прибыла вовсе не из соседнего королевства?

В дверь громко и настойчиво постучали.

– Что это вы тут рассиживаетесь, миледи? – заявила появившаяся на пороге статс-дама. – Уже забыли про наши уроки? Ну-ка выпрямите спину! И вы называете это осанкой? Никуда не годится!

О размышлениях в одиночестве пришлось забыть. Вместо этого я маршировала по комнате, как новобранец на плацу, училась делать правильные реверансы и выслушивала бесконечные претензии мадам де Монтилье, которой досталась самая неуклюжая ученица на её памяти. К счастью, про восстановление невинности она больше не заговаривала, а иначе услышала бы от меня пару ласковых.

Наскоро перекусив тем, что принесла в комнату Гретлин, я продолжила занятия и получила лишь небольшую передышку – перед самым ужином. Служанка помогла мне убрать волосы в другую причёску, а ещё приколола на лиф платья довольно крупную брошь. Очень красивую, в виде похожей на павлина птицы с глазом из зелёного камня и пышным хвостом из синих и красных камешков.

– Подарок его высочества, – ответила Гретлин на вопрос, откуда взялась брошка. Отступив немного, окинула меня оценивающим взглядом и широко улыбнулась. – Вам очень идёт, миледи!

– Благодарю, – отозвалась я. – А где будет ужин? Я что-то совсем забыла спросить…

– В малой столовой. Я вас провожу! – закивала она. – Понятное дело, что вы пока не знаете, что где!

В коридорах на меня снова оглядывались. Я даже пожалела, что на мне нет шляпы с вуалью, в которой ходила на похороны. Хоть какая-то возможность спрятаться от чужих цепких взглядов.

Столовая, куда меня привели, находилась на первом этаже дворца. Она называлась малой, но её габариты впечатляли. С высокого потолка свисали роскошные люстры, а накрытый алой скатертью стол посередине был заставлен блюдами так, что свободного места не оставалось.

Глава 9