Время духов. Часть II

— Не придирайся, пожалуйста. Мы понимаем друг друга. Хорошо, но как я могу это проверить? Удостовериться.

— Я могу протестировать.

— В данном случае это не подходит…

Ничего не приходило в голову. Но отвлечься, думать о чем-то другом Айрис не могла. Даже решив прогуляться, проветрить голову и выйдя из дома на незапланированную прогулку, она не могла избавиться от навязчивых мыслей. Никогда ни ночной, остро пахнущий луг, ни наполненная ночными шумами-шорохами роща не вызывали у Айрис никаких опасений. В этот раз она чувствовала себя как-то …неуютно. Каждый далекий звук, треск сучка под ее же неосторожной ногой заставляли Айрис вздрагивать и тревожно оглядываться. «Вот уж не думала, что я такая впечатлительная», — пожаловалась Айрис Хлопотунье, недовольной ее показателями «давление — пульс — состав крови». «Тебе надо лучше есть и больше отдыхать, Малышка. Ведешь себя…» Закон не позволял ВИСМРе критиковать человека. Права Хлопотунья. Ляжет она спать.

Скромный дом Борна был гораздо менее вместительным, чем прежнее жилище Айрис. Ни спальни, ни отдельного рабочего кабинета, не говоря уже о гардеробной, здесь позволить она себе не могла. Небольшая кухонька-гостиная, спальня, которую использовали как кабинет, — вот и весь дом. Единственное, чем не могла, не хотела поступиться Айрис, — просторная ванная комната, для увеличения которой не жаль было и части веранды. Несколько минут контрастного душа — удовольствие, которого она была лишена на Коло и с которым познакомилась здесь, на Терре, — во всех смыслах освежили, оживили Айрис. Приятно ложиться спать вот так, налегке, думала она, расчесывая перед зеркалом давно отросшие локоны тяжелых волос. Чуть сбоку и выше — голова Айрис закрывала его наполовину — в зеркале отражался висящий на противоположной стороне спальни, над ее рабочим столом, экран. На нем — как Айрис забыла его выключить! — продолжали пульсировать, «брызгая огнем», уже знакомые ей, представленные Эйком фотографии. Но в зеркале! То, что Айрис видела в зеркале!!! Это был текст! Буквы какого-то языка складывались в разные длины слова!!! Да — вот эти промежутки! Они больше, чем эти — между отдельными знаками! Всегда вовремя появляющаяся Хлопотунья мягко подкатилась к Айрис и вслед за ней начала всматриваться в зеркало.

— Это зеркальное изображение, ты видишь?!

— Да. Но не только зеркальное — перевернутое. Так будет понятнее.

На одной «руке»-манипуляторе Хлопотуньи вырос приличных размеров экран. На нем, дважды «кувыркнувшись», появились знаки из «записи», показанной Эйком. Здесь они не были «огненными», и потому их очертания виделись и воспринимались более реально.

— Видишь, Хлопотунья! Это фразы! Послание!

— Судя по расстоянию между знаками и группами знаков — конструкции предложения — ты права. Необходим алгоритм.

— Поторопись, Хлопотунья!

— Я уже работаю, Малышка.

— А язык! Какой это язык? Мы сможем узнать?

— Если ты хорошенько выспишься, Малышка, завтра поутру будешь умнее.

Обычная присказка Хлопотуньи. Так она уговаривала маленькую, безумно одинокую девочку пойти спать. И хоть Айрис уже выросла и во многое давно перестала верить, ей стало, как когда-то, «тепло» и спокойно. Утром. Все будет утром. Слипались, не в силах бороться со сном, глаза.

Следующее утро началось с трех, не связанных между собой событий. Во-первых — она проспала! Это случалось нечасто, но случалось. Но проснуться так поздно?!

— Почему ты не разбудила меня?

— Ты не приказала, — могла бы пожать плечами — и она была совершенно права — Хлопотунья. — Организму требовался отдых. Теперь все твои показатели в норме.

— Конечно, в норме! Хлопотунья, ты выяснила?

— Это похоже на Всеобщий язык Эпохи Третьего Начала. Анализ показал структурное и морфологическое сходство с Новоязом Третьего Начала. Но в библиотеке ГеККа — так Хлопотунья продолжала называть перенесенную на Терру электронную память Коло — существует только упоминание о Новоязе Третьего Начала. Им давно никто не пользуется. Но коммуникация участников Экспедиции Звезда Копья проходила именно на этом языке. Твоим, этим — придется подтверждать свое название — Разумная Протоплазма.

Не успела Айрис «правильно» ответить Хлопотунье, как зазвенел, оповещая о важном сообщении, ее браслет связи. «Результаты анализов готовы! Содержание микроэлементов в пробах почвы и воды — девяносто девять процентов соответствия земным! “Возраст” черепков и каменной кладки, в отсутствие сравнительных Геологических данных планеты, можно оценить ***лет».

— Это! Это ** лет назад! Середина Периода Третьего Начала! О! Хлопотунья! Они говорили правду! Им можно верить!

— Хоть чему-то ты радуешься.

Не обращая внимания на замечание Хлопотуньи, Айрис заспешила приводить себя в порядок, одеваться. Уже вертясь перед зеркалом, в своем — том самом, любимом — платье, подумала: «А куда я собралась? К кому и зачем спешу?! Дату заседания еще не назначили». И куда ей идти? Никто не ждет. Но оставаться дома. Выслушивать сентенции Хлопотуньи… Раз уж собралась — она пойдет в рощу.

Быстро пройдя по восстановленным — теперь они были из пригнанных друг к другу «кирпичей» — улицам Поселка, Айрис вышла на луг. Тепло прогревшейся за лето земли тропинки ощущалось даже через подошву сандалий. Солнце стояло уже высоко, и его расплавленный жар лизал незащищенную кожу. Наперегонки с самой собой, длинными упругими шагами, как учил Фрэнк, Айрис добежала до спасительной прохлады рощи. Что-то было торжественное и в то же время волнующе близкое в этих, как будто «звенящих» у кромки рощи и затихающих в глубине стволах теплых живых деревьев. Не поселиться ли мне в роще? Мы с Хлопотуньей прекрасно устроились бы. Айрис расчистила от опавшей листвы и веточек исток ручейка. Наклонившись, с ладоней напилась. От ледяной воды заломило десны. Мы отлично зажили бы. Айрис сняла сандалии, уселась удобнее, опершись спиной о ствол дерева. Через кружево листвы можно было наблюдать за проплывающими в далеком небе облаками. Вот — незнакомый зверь, вот — корабль, вот — склонивший венчик цветок, вон — профиль человека, а это — птица раскинула огромные крылья. Постоянно меняющиеся, легкие, бездумные… Хотелось бы и ей быть такой… Или только наблюдать. Вот в такие — особенные минуты. Что-то, какое-то чувство заставило Айрис «спуститься с неба на землю». Такое, такое… она кожей чувствует чужой взгляд. Кто-то — не наблюдает — пристально, с пристрастием рассматривает ее! Айрис оглянулась по сторонам, всмотрелась. Никого. Показалось? Померещилось — от жары, духоты — чего только не привидится. Но здесь, у ручья прохладно. И… вон там — колыхнулась ветка большого куста и еще одна. Ожили, стали реальностью вчерашние страхи ночного леса. Ну, нет! Айрис вскочила на ноги.

— Кто там?! Выходите! Не бойтесь!

Даже эхо не ответило ее охрипшему от волнения голосу. К тому же Айрис наколола босые ноги. Пора возвращаться. «Пошалила и хватит», — говорил Папа. Столько лет прошло. А чем дальше, тем глубже, больнее чувствует она себя сиротой. Интересно, остальные, другие люди так же переживают потерю близких? Еще на обратном пути Айрис получила сообщение: «Очередное заседание состоится сегодня». А дома ее ждал сюрприз — приходила Кэрол! Уже довольно давно, вероятно, поняв или почувствовав что-то, Кэрол, а за ней и Эммануэль стали гораздо реже связываться с Айрис. А о том, чтобы прийти просто так, как раньше, без предупреждения, и речи не было. Что же могло случиться? Что привело Кэрол к ней домой? Хоть и любопытно, но интересоваться Айрис не станет. Она ведь может и не знать о визите. Роботы, хотя бы и личные, не запрограммированы на передачу информации. Быстро и однозначно решив для себя этот вопрос, Айрис приняла душ, смыв с себя все — и впечатления рощи, и смутное беспокойство страха, переоделась и, едва успев перекусить, поспешила на заседание.

В зале собрались все те же люди, что были и в первый раз. Занимая свое место рядом с доктором Серж-Симеоном — нет, не все, — обратила внимание Айрис. Места, на которых сидели участники экспедиций, пусты.

— Их пригласили на более позднее время, — шепнул, правильно оценив удивленный взгляд соседки, Доктор.

В обычной своей четкой деловой манере Командор Аба начал собрание. Уточнил, все ли присутствующие ознакомились с результатами анализов и проб. Предложил начать прения. Все выступления сводились к тому, что необходимо как можно быстрее продолжить тщательное изучение территории Пятой экспедиции.

— Мы должны определиться в кратчайшие сроки. Если мы решимся на это — перенос Поселка на новое место процесс непростой. Потребуются и время, и ресурсы.

Нетерпеливый Карго Эрин на этот раз был абсолютно прав. И все то, о чем говорили остальные, было верно, правильно. Но, к удивлению Айрис, никто не сказал ни слова ни о «развалинах», ни о «тексте». И эти свои вопросы она, конечно, задала. Что думают присутствующие об остатках построек? Не считают ли их следами той самой, исчезнувшей экспедиции Звезда Копья? Возможно ли, что предыдущие, так же как и мы, столкнувшись с определенной проблемой, нашли решение там, где ищем его и мы? Нет, это не слишком «смелое» заявление.

Айрис не дала оппонентам сбить себя.

— Скажите, кто-либо, вы, уважаемый Пауэл, — она обратилась к руководителю Айти-службы, — разобрались или хотя бы попытались понять, что обозначают эти знаки?

Айрис вывела на экран Зала продемонстрированную накануне Эйком надпись. — А ведь это достаточно просто. — Из огненных знаки обрели обычный для букв или цифр цвет. — А теперь? — Несколько поворотов строки, и изображение знаков стало достаточно обычным. — Предполагаю, это измененный алфавит Периода Третьего Начала. Примерное время пропавшей экспедиции Звезды Копья.

— Вы несколько раз поворачивали изображение, Айрис, и пытаетесь нас убедить в его соответствии тому, с чем мы не знакомы.

— Возможно, незнакомы вы, господин-товарищ Лин, но я знаю, о чем идет речь.

— С каких это пор Карго стали лингвистами? — поддержал своего коллегу Пауэл.

— Господа! — голос Командора Аба мгновенно навел порядок. — Службе Карго требуются специалисты широкого профиля. И мистер Эрин вполне может иметь соответствующие — языковые знания. Вернемся, Айрис, что вы предлагаете.

— Мы должны послать Контрольную группу в район, где действовала Пятая экспедиция. Так я, по крайней мере, думаю. Этой группе необходимо вменить в задачу — найти следы экспедиции Звезды Копья. Выяснить происхождение «огненных знаков», и, если это окажется возможным, наладить связь — отношения с их «авторами». И обязательно попытаться расшифровать «послание». Без понимания его смысла работа и само существование будущей экспедиции, на мой взгляд, под угрозой.

Многие, почти все, захотели высказаться по вопросу, затронутому Айрис. Каждый говорил в свойственной ему манере, вносил свои, иногда оригинальные предложения. Как в случае с Эрином, который предложил взять в будущую экспедицию различные «мелочи» для обмена и торговли, чтобы было легче установить контакт с «аборигенами». Так Карго назвал тени, запечатленные Эйком и Маркесом.

— Не превращайте обсуждение в балаган!

— Карго — известные торгаши! — Айтишники и Штурманы тут же высказали свое нелицеприятное мнение. А вот приглашенные для консультации археолог Наури и психолог Могу, который, кстати, оказался специалистом по Этносам, поддержали предложение Эрина. Да, посыпавшиеся предложения и дополнения были различны, но суть у всех была одна — Предложение Айрис дельное. Его необходимо проработать. Тема оказалась настолько интересной, что обсуждение могло затянуться еще надолго. И, обменявшись взглядами с Командором Аба, Борн вышел к кафедре.

— Уважаемые дамы и господа. Заседание длится уже более трех часов. И, судя по всеобщей заинтересованности, может продлиться еще столько же. Все выступления, предложения и дополнения, как обычно, как это положено, записаны. Предлагаю сделать перерыв. Конечно, небольшой! — мгновенно отреагировал Борн на возгласы о том, что нельзя затягивать с решением подобного вопроса. — За это время Следопыты и Рейнджеры, участвовавшие в шести экспедициях, ознакомятся с нашей дискуссией. Их мнение нельзя не учитывать. Оно, на мой взгляд, должно быть решающим. Почему мы не пригласили их сразу? Резонный вопрос, уважаемая. — Борн улыбнулся уголками губ обычно не нарушающей порядок Терезе. — Мы полагали, что присутствие Следопытов и Рейнджеров скажется на нашей работе.

— Каким это образом? И кто это — мы? — должен был «выяснить» Лин.

— Правом Руководителя Совета, правом решать и взятой на себя ответственностью я собрал временную — подчеркиваю — временную — группу консультантов. Специалистов, которых все вы прекрасно знаете: Нага, Аба и Кэрол. Люди, разбирающиеся в психологии, умеющие принимать быстрые и четкие решения и, что не менее важно, нести за них ответственность. Еще вопросы? Прекрасно. Так вот, готовясь к сегодняшнему заседанию, мы решили дать возможность всем нам высказаться без оглядки на участников экспедиций, без давления их субъективного мнения.

— Разумно. Я бы точно не удержался. Проконсультировался с одним из парней, — шуткой, а была ли это шутка, как обычно разрядил обстановку Эрин.

— Итак, господа, подведем промежуточный итог. Перерыв на два часа. Этого времени достаточно для того, чтобы ознакомиться с протоколом заседания. А мы — каждый использует этот перерыв по своему усмотрению.

— Думаю, мы согласимся. Собираемся через… — Командор Аба повернулся к стене-экрану, на котором возникли четкие цифры — часы, минуты, секунды — двухчасового перерыва. — Время пошло!

Первыми начали «бежать» цифры секунд. Не успела Айрис подумать, как использует свободное время, как заметила идущего ей навстречу Патнэли. Они уже даже «помахали» друг другу, но ловко взявший Айрис под руку доктор Серж-Симеон, галантно попросив прощения у изумленного мистера Патнэли, вывел ее из зала.

— Доктор! Что это было? Как понимать?

— Очень просто, уважаемая мисс Айрис. Вам необходим отдых. Поговорить с этим занудой Патнэли вы еще успеете. Идемте, идемте.

В трех минутах ходьбы, в помещении Амбулатории царила тишина и прохлада.

— Как здесь мило, — оглядывалась по сторонам Айрис. — Сто лет у вас не была.

— И еще столько же не появляться будет совсем неплохо.

— Скажите, правду, Доктор, я так плохо выгляжу?

— Айрис!!! Вы выглядите прекрасно! Просто восхитительно! Скажи мне кто-то год назад, что из того, что притащили с Коло, получится такое! Я не мастер на комплименты и сравнения, Айрис. Но вы словно бабочка, освободившаяся из своего многолетнего кокона.

— Так почему же вы сказали, что мне необходимо отдохнуть, Доктор?

— Да потому, что неопытная бабочка в любой момент может опалить крылышки.

— Вы недооцениваете себя, Серж-Симеон. Вы умеете говорить не просто красиво — очень красиво. Но что вы имеете в виду? Я не понимаю.

— Идемте.

Доктор Серж-Симеон провел Айрис в узкую застекленную террасу, примыкающую с тыльной стороны к зданию Амбулатории. Они присели за небольшой стол. ОбР принес напиток, неизменное «Бабушкино печенье».

— Вы очень умны, прекрасно образованы. Но при этом очень наивны и непосредственны, Айрис. Неопытны — не видите и не понимаете того, как реагируют люди на ваши блестящие идеи, способность анализировать, быстро принимать верные решения.

— Что же в этом плохого, Доктор?

— В том-то и дело, что ничего. Но люди не прощают этого. Ваша спокойная уверенность, нежелание выделяться вызывают недоумение, непонимание, недоверие.

— А тех, кого мы не понимаем, мы боимся. И то, что мы не понимаем, кажется нам страшным.

— Вот вы и подтвердили мои слова — слишком хорошо и быстро мыслите, Айрис.

— И что же мне делать? Я не могу по-другому…

Неприятная ситуация. Она будто оправдывается за то, что она такая, какая есть! Айрис поднялась, прошлась по веранде. Вдоль стены, увешанной пейзажами. Остановилась у одной картины, другой. Лес, река, деревья, под хмурым небом поле с пожухшей травой. Похоже на здешние места. Но нет — другие «краски». Другие оттенки у зелени травы, другая синева неба над широкой — здесь она таких еще не видела — рекой.

— Прекрасные картины. Откуда они?

— Вам нравится, Айрис? Я рад. Это мои картины.

— Ваши, Доктор? Это значит, вы написали их здесь, на Терре!

— Конечно. Когда же еще. Зимой. Было тяжело. Вы сами знаете.

— Да, конечно. Но эти пейзажи, они не…

— Вы хотите сказать, что это не природа Терры. Правильно — это мои родные места. Так они выглядят. Там, где я родился, рос… Мне не хватает всего этого.

— Но если так, простите меня, Серж-Симеон, почему вы отправились в Экспедицию?! — Из-за денег, Айрис.

— Из-за денег!!!

— Да, мне нужны были деньги. Очень крупная сумма и быстро.

— Вам? Как странно.

Серж-Симеон улыбнулся.

— Представьте себе, мне. Мой брат в пух и прах проигрался в казино. Дом моих родителей, моей семьи мог пойти с молотка. Поверьте, Айрис, это было не самое плохое предложение.

— Но я читала вашу Характеристику. Про деньги там ничего не было сказано.

— Кто же напишет про такое. У каждого здесь своя история.

— Я прочла Характеристики всех Пионеров. И ни у кого… ничего такого.

— Про всех, конечно, я не знаю. А вот наш Командор — Аба — у него за плечами убийство. Не на войне, не в бою. Не делайте большие глаза, Айрис. Мы с рейнджером из одного Округа. Знакомы не понаслышке. Я работал в больнице, куда привезли жертву. И отец Аба, и дед — вся семья — головорез на головорезе. Других «героев» в эти Десантные войска не берут.

— Но ничего подобного нет ни в одной из Характеристик!

— А вы бы хотели получить Отряд из пятисот рафинированных идеалистов! Не спорю, наверное, есть и такие. Ради науки, за идею. Но сколько их среди нас, кто из нас — это вы и я вряд ли когда-нибудь узнаем. Так что, Айрис, допивайте, доедайте и пойдем. Перерыв кончается.

Вторая часть заседания началась точно вовремя. Когда последний опоздавший — конечно, пытающийся все и всюду успеть Карго Эрин — вбежал в зал, часы, отсчитывавшие перерыв, только-только остановились. Обсуждение началось с выступлений успевших ознакомиться с протоколом первой части заседания участников экспедиций. Но Айрис почти — да, совершенно — не слушала и не слышала их. Неужели все, что рассказал Серж-Симеон, правда! Она сотни, тысячи раз пересмотрела, перечитала Характеристики каждого из пятисот Пионеров за эти бесконечные годы одиночества! Она знает их наизусть! Нет, ничего подобного не было ни в Характеристике Доктора, ни в Характеристике Командора!!! Не может быть, чтобы такие важные «моменты» упустили. Или специально… А родители? Знали ли они? Ведь каждую кандидатуру придирчиво отбирали. Ничего подобного ей не рассказывали. Допустим, она была еще недостаточно взрослой для подобных разговоров, когда «ушел» Папа. Но Мама? Вот кто должен был и знал все! Но и она ничего «такого» не рассказывала. Даже намека… Но если это неправда — для чего Доктор все это придумал. Рассказал ей именно сейчас? Но Мама так, как она поступила со своим мужем, намеренно скрыв беременность… Она вполне могла бы многое недорассказать и ей, своей дочери… Айрис отвлеклась от своих мыслей только тогда, когда требовательный голос Командора Аба произнес ее имя:

— Уважаемая мисс Айрис, вы принимали активное участие в утреннем обсуждении, что скажете сейчас?

Неприятно было сознаваться в своем невнимании к коллегам, но еще хуже опозорится неуместным ответом.

— Простите, мистер Аба, о чем идет речь?

— Вот те на…

— Она что, все проспала?

— Сама же предложила.

Неодобрительные реплики говорили сами за себя.

— Прошу меня простить — задумалась, — решила честно признаться Айрис.

— Бывает. Но повторять всю дискуссию специально для вас, при всем уважении, мы не будем. Что вы думаете о новой экспедиции, Айрис?

— Думаю, уважаемый Аба, что она должна состояться. И в ближайшее время. — Айрис подняла руку, прося прекратить смешки. — И я хочу в ней участвовать.

— Айрис, вы хотите принять участие в экспедиции?! — Тут уж поднялся со своего места и Борн.

— Да, я буду участвовать в этой экспедиции, мистер Руководитель Совета.