Комната пропащих душ

Ну что ж, Мастерсон повеселился напоследок! В течение нескольких недель он проводил ночи в райском экстазе, которого мало кто достигал на этой грешной Земле. После него были еще двое. А теперь вот Элдон купил у мальчишки газету, навязчиво просунутую в окошко такси, и прочитал:

ВОЛНА САМОУБИЙСТВ НАКРЫВАЕТ НЬЮ-ЙОРК

Саймон Мандей стал четвертым, кто разбился ДО СМЕРТИ!

5 декабря (AП) — Саймон Мандей, богатый нью-йоркский банкир, сегодня выбросился из окна на двадцать третьем этаже Рут-билдинг. Смерть его была мгновенной...

Форсайт с интересом продолжил чтение. Партнёр Мандея находился рядом с ним в момент происшествия, он тщётно пытался предотвратить самоубийственный прыжок. Бедняга Саймон, по его словам, потерял нить разговора, внезапно встал из-за стола, подошёл к окну, распахнул створки и, взобравшись на низковатый подоконник, шагнул вниз. Согласно завещанию, главным бенефициаром немалых финансовых активов стал недавно открытый благотворительный фонд «Sido Fund».

Такси остановилось. Элдон вышел, заплатил водителю и проследовал в ресторан, который и был целью его поездки. Том Морли помахал рукой из-за дальнего столика.

— Привет, — сказал Форсайт, присаживаясь. — Довольно много времени прошло с тех пор, как мы виделись... Твой голос по телефону звучал взволнованно. Я так понимаю, не без причины?

— Так и есть, — на посуровевшем лице Морли застыло странное выражение. — Я вижу у тебя в кармане газету со знакомым заголовком...

— Да. Жаль беднягу Мандея. Ты его знал?

— Он принадлежал к культу Шеклтона, — произнёс Том.

— А-а-а!... Сатанист? Я помню, что они все были в масках...

— Да, — проворчал Морли, поигрывая бокалом с остатками коктейля. — Но в последнее время я провёл небольшое расследование. Притом, привлёк к этому делу частное детективное агентство...

Форсайт подавил охватившую его ярость. Лезущий куда не надо дурак!

— Я ходил к Шеклтону только один раз, с тобою вместе... А ты потом часто посещал эти сборища? — обманчиво мягким голосом спросил он.

Собеседник какое-то время помолчал, затем ответил:

— Да. Довольно часто.

«Бинго!, — подумал про себя Форсайт, — Морли втянулся в эти дела. Наверняка он ночь за ночью ходил туда, чтобы погрузиться в фантастические грёзы». Для Форсайта это стало не слишком удивительной новостью.

Том залпом допил мартини и выудил со дна оливку:

— Знаешь, я всегда думал, что Шеклтон был заурядным мошенником. Но это не так! Он — нечто посерьёзнее... Этот человек может открыть двери в ад и в рай! В любом случае, я не мог себе позволить оставаться в стороне... Думал, что если смогу самому себе доказать, что он — самозванец, это поможет и моим друзьям — тайным завсегдатаям его дома. Поэтому я заплатил частным детективам, чтобы они выяснили все подробности. Они добыли информацию... Те четверо, что недавно покончили жизнь самоубийством, были членами культа Шеклтона!..

— Да?

— Я хочу, чтобы ты мне помог, Форсайт. Детективы не смогли — не в той мере, как я того хотел. Но ты — настоящий эксперт в оккультных вещах и, может быть... может быть... — Морли заколебался, явно ощущая неловкость. — Я хочу перестать ходить к Шеклтону. И не могу! Вот в чём состоит проблема... если в двух словах.

— Хорошо, — решительно произнёс Элдон. — Приступлю к решению вопроса завтра вечером, о’кей? Раньше никак не получится!.. Ты сможешь продержаться ближайшие сутки? Сходи куда-нибудь в театр... Или напейся в баре... Напряги всю свою силу воли, чтобы не посещать это сатанистское сборище.

Испытанное при этих словах облегчение у Морли было зримым. Однако между бровями залегла крохотная складка. Форсайт догадался о причине её появления и злорадно улыбнулся про себя. Он слишком хорошо знал, что Морли не сможет уклониться от визита к Шеклтону этим вечером.

Кроме того, перед закатом опытный чернокнижник сам посетил Шеклтона. Он принял необходимые меры предосторожности, натянув поля шляпы на глаза и закутав нижнюю часть лица шёлковым шарфом. Негр-привратник узнал его и пропустил. Зайдя в прихожую, Форсайт уловил незнакомые запахи и услышал приглушённые стуки.

— Ремонт? — уточнил он.

— Да, сэр. Рабочие уже почти всё закончили. Если вы минутку подождёте, я предупрежу мистера Шеклтона, и он выйдет к Вам.

Сатанист действительно не заставил себя ждать. Его лицо выглядело ужасно измождённым. За прошедшие месяцы этот человек, казалось, полностью лишился внутренней энергии. Мешки нависли под его тусклыми глазками, а телодвижения были слабыми и вялыми.

— Извините, что не могу пригласить в кабинет, — сказал Шеклтон с натянутой улыбкой. — Ремонт — сплошное неудобство...

Негр беззвучно удалился. Форсайт сразу перешёл к делу:

— Морли должен умереть не позже, чем завтра! Вечером он навестит твоё сборище. Добавь двойную дозу белого порошка в его напиток и проконтролируй, чтобы он его выпил.

— Морли? Я думал, что он ваш старый друг!..

— Так и есть, — улыбнулся Форсайт. — Но какое значение это имеет для тебя?

Шеклтон потёр лоб.

— Мне очень плохо, — пожаловался он. — Этот... Я не знаю, сколько ещё смогу продолжать в том же духе...

— Не дури, — беззлобно заметил Элдон. — У тебя больше денег, чем было когда-либо, и ты теперь избавлен от необходимости мошенничать. Я многому тебя научил!..

Хозяин дома горько рассмеялся:

— Это только с вашей точки зрения является поводом для благодарности... Я почти мёртв! Вам удалось настолько усилить мои способности медиума, что я почти не могу их контролировать. Они вычерпывают из меня жизнь по капельке... Днём и ночью я слышу шёпот ИХ. А сегодня видел Мандея!

— Каким образом? В виде призрака?

— Я знаю, это звучит глупо... Но периодически я вижу и Мастерсона, и двух остальных! Мёртвые частенько являются в ту самую комнату.

— Ну, с этим я ничего не могу поделать! — пожал плечами Форсайт. — Ты являешься бессознательным медиумом и лишён возможности включать и выключать питание, как рычаг подачи электричества... Прими бромид после того, как Морли уйдёт, и постарайся заснуть!

Скукожившееся лицо Шеклтона исказилось совсем уж жалостливой гримасой:

— Вот когда я сплю, они и приходят ко мне...

Услышав это, Форсайт удалился, весьма собой довольный. Теперь у Морли не было ни единого шанса увильнуть от познания печальной истины. Так и надо этому дураку! Не нужно было ему пускать детективов по следу Шеклтона...

На следующий день послеобеденные газеты сообщили о самоубийстве Морли. Его деньги перешли в распоряжение фонда Григгса. У себя на квартире Форсайт вечером прочёл новости, улыбнулся и сделал ещё одну пометку в блокноте. Затем с удовольствием просмотрел балланс своего банковского счёта и прикинул размер своей доли от наследства почившего бедняги Тома.

Ну что ж, поездка на Восток хорошо окупилась! Как там гласила старинная поговорка: «Тем, кто ужинает с дьяволом, нужна длинная ложка»? В дальнейшем надо обставить дело таким образом, чтобы пресловутую ложку держали в руке другие...

Зазвонил телефон, в поднятой трубке раздался истерично-настойчивый голос Шеклтона:

— Здравствуйте! Вы уже видели новости в газетах?

— Разумеется. Ну и что из того?

— Я должен с вами увидеться! Сегодня же вечером, а лучше — прямо сейчас! Это жизненно важно!..

— Приезжай сюда...

— Нет, — почти взвизгнул Шеклтон. — Я не могу покинуть дом... Не могу рассказать всего по телефону... Приезжайте сейчас же! Боюсь, это...

— Кошмары во сне? — уточнил Форсайт, прикуривая сигарету одной рукой.

— Хуже, много хуже!.. Если вы не придёте, я позвоню кому-нибудь ещё...

— Хорошо, я немедленно выезжаю, — быстро произнёс Элдон. — Время в пути — пять минут или меньше. До встречи!

Он повесил трубку, отлично понимая, что в таком душевном состоянии этот безумец вполне может решиться на контакт с полицией. В этом, очевидно, и заключалась невысказанная им угроза.

Форсайт сделал паузу, чтобы выпить бокал шерри, и, скривившись, натянул пальто и перчатки. Такси быстро доставило его к дому Шеклтона.

Дверь открыл сам сатанист-неудачник. Негра нигде не было видно. Шеклтон направился прямо в комнату для проведения обрядов, где вместо обычных красных шарообразных светильников горела стандартная электрическая лампочка. Бархатные шторы выглядели дёшево и безвкусно в ярком свете. Та, что скрывала за собой дверь в личные покои главы культа, была небрежно откинута.

Шеклтон подошел к двери, приоткрыл её, но, передумав, зашагал по направлению к чёрному алтарю. Положив на него голову, он стал заламывать руки и издавать захлёбывающиеся рыдания.

Форсайт терпеливо ждал, его быстрый ум просчитывал варианты решения проблемы.

— Мы только зря теряем время, — сказал он наконец. — Что случилось, Шеклтон?

Тот поднял измождённое лицо.

— Я был дураком, послушавшись тебя. Хуже, чем дураком!.. Я собираюсь бросить всё прямо сейчас!..

— Нет, ты не можешь... — отчеканил оккультист-наставник. — Ты не можешь избавиться от своих способностей медиума, даже если бы захотел это сделать. А если я лишу тебя своего покровительства, будет только хуже. Игры с огнём опасны!..

— Эти голоса... — Шеклтон стукнул пухлым кулаком по алтарю. — Эти люди!.. Я вижу их!.. А теперь ещё и Морли! Не прошло и десяти минут после его смерти, как я узрел его в той самой ужасной комнате. Вместе с остальными...

Форсайт отодвинул занавеску и бросил взгляд на огни Нью-Йорка.

— Понятно, — задумчиво произнёс он. — Что ж, можно попробовать гипноз. А также... — вдруг замолчал, стройное мускулистое тело напряглось. — Кто-то идёт сюда!

Раздалась заливистая трель дверного звонка.

— Ты ждёшь кого-нибудь? — обманчиво мягким тоном спросил Форсайт.

— Нет! Нет... не сегодня вечером.

Настойчиво прозвучал вторичный звонок. Элдон быстрыми шагами пересёк комнату, нажал на кнопку редкой и баснословно дорогой экспериментальной видеокамеры домофона. На экранчике появились тёмные фигуры, которые постепенно обрели контрастность.

— Полиция! — почти прошептал Форсайт, затем повысил голос. — Ты попытался заманить меня в ловушку, а?

— Полиция?! — на лице у Шеклтона отразилось тревожное недоумение. — Клянусь, я ничего не замышлял!

«Что ж, возможно этот человечишка не лжёт. Детективы, нанятые Морли, могли передать дело в полицию после удивительно скоропостижной смерти своего клиента. Но нет — Шеклтон же по телефону практически угрожал стать доносчиком. Сама его теперешняя поза буквально вопиет о вине!..».

— Они скоро начнут выламывать дверь, — вслух заметил Элдон, возвращаясь к стоящему посреди комнаты предателю.

— Отдельный частный лифт — мы можем на нём спуститься!.. Мы можем уйти!..

— Хорошо! Даже если чёрный вход охраняется, я могу защитить себя. — Форсайт достал из-под полы маленький пузырёк. — Щепотка этого порошка, развеянная в воздухе, не позволит полицейским увидеть меня, проходящего за их спинами на расстоянии пары шагов... Из состояния каталепсии они выйдут не ранее, чем через час. Но прежде, чем я уйду... — выброшенная вперёд мускулистая рука резко схватила Шеклтона за горло. — Прежде, чем я уйду, хочу убедиться в том, что ты уже больше никогда меня не предашь!

Сатанист-неудачник попытался кричать и предпринимал бесполезные попытки вырваться. Но его дряблое тело было не приспособлено для долгой борьбы: Шеклтон вскоре затих.

Это не заняло много времени. Форсайт уже поднимался с безжизненного трупа, когда дверной звонок снова издал громкие трели. На сей раз рука, нажимавшая на кнопку, всё продолжала и продолжала давить.

Какой-то предмет выпал из кармана Шеклтона. Это был ключ! Форсайт поднял его и внимательно изучил, так как форма бороздок выглядела смутно знакомой. Затем, когда внизу раздался грохот, он сунул ключ в карман и отвернулся от искажённого мукой мертвого лица, которое смотрело прямо на него.

Частный лифт доставит его в вестибюль, прямо в руки служителей закона. Элдон был готов убить любое количество полисменов, которые могли поджидать его внизу... В сложившихся обстоятельствах уповать на временное бессознательное состояние у противника было крайне рискованным — очнувшись, кто-нибудь да вспомнит черты лица нападавшего, вне зависимости от успеха маскировки при помощи низко надвинутой на лоб шляпы и поднятого воротника пальто. Сам-то успеет благополучно уйти, но затем придётся опять долгое время путешествовать. В принципе, не такая уж и плохая участь...

Что-то заставило Форсайта взглянуть на полуоткрытую дверь кабинета Шеклтона. То, что он там увидел, заставило матёрого оккультиста резко затормозить. О боже! Этот мозгляк-сатанист оказался умнее, чем можно было представить!..

Весь стол в соседней комнате был завален деньгами... толстенными пачками! Разумеется, нельзя оставлять их полицейским! Должно быть, часть сколоченного за прошедшие месяцы громадного состояния Шеклтон предпочитал хранить в наличной форме...

Не обращая внимания на сотрясения обшитой металлом входной двери комнаты для собраний — полиция начала штурм апартаментов — Форсайт шагнул через порог кабинета.

Его ступня, казалось, провалилась сквозь ковровое покрытие. В течение краткого ужасного мгновения Форсайт старался сохранить равновесие, но в конце концов стал падать. Он скользнул по наклонному пандусу, стены комнаты исчезли, как будто их и не было, тело Элдона окружали огоньки и освещённые окна нью-йоркских небоскрёбов. А потом он оказался в пустоте воздуха и полетел вниз.

Падение казалось на удивление медленным. Форсайту хватило времени подумать и вспомнить. Перед внутренним взором возникла фигура Шеклтона, бормочущего что-то про ремонт и неудобства... Видимо, убитый им сатанист загодя спланировал свою ловушку. Кабинет был полностью разрушен, а само помещение уничтожено вместе с наружными стенами и полом. Место последнего занял скользкий наклонный трамплин.

Но наркотический порошок?! Каким же образом Шеклтону удалось накачать его, своего кукловода, тем снадобьем, которое он сам же передал в руки поганого предателя?! Тут же вспомнился ключ, выпавший из кармана мёртвого мошенника и показавшийся очень знакомым. Всё ясно! Это был ключ от его собственной квартиры или же его копия! А ведь любимый херес в последние несколько дней имел странноватый привкус!..

Да! Шеклтон заманил своего босса в ловушку, расставленную до этого для многих других!.. А потом вызвал полицию!

Форсайт ощутил страшный удар-шлепок, голову пронзил клинок мучительной агонии. Мир растворился во тьме...

Медленно, чертовски медленно вокруг снова возник свет. Элдон увидел себя стоящим в той самой комнате, служившей когда-то кабинетом Шеклтону. Обстановка вокруг казалась реальной, но Форсайт отчётливо осознавал, что бедное тело его лежит глубоко внизу, на тротуаре, изломанное и окровавленное. А в этой проклятой комнате находится его душа.

Предметы обстановки, стоящий в центре стол и груда денег на нём стали расплываться подобно туману. Мгновение спустя призрачная сущность когда-то матёрого и удачливого знатока магии оказалась запертой в тесной кубической каморке без окон и практически без света. Легко было догадаться, что в этих голых серых стенах он и будет пребывать, словно в тюрьме, в течении долгих и долгих лет... До скончания вечности!

Первая публикация в «Strange Stories», June 1940

Перевод 2022 г.