Помоги проекту - поделись книгой:
Разговорились. Забрались в глубокие дебри бессмысленности бытия. Иногда полезно спуститься на самое дно бессмысленной болтовни о смысле, чтобы увидеть полную непригодность для продуктивной мыслительной деятельности, стерильность пространства дна. Все. Увидели ― не задерживаясь, поднимемся к рациональному. Итак, от дивана в самый низ, до смысла жизни, а потом вверх, опять к дивану. По дороге выясняя и затрагивая темы «Почему ничего не хочется? Почему его сюда привела жизнь? Почему работает именно там? Зачем он смотрит в потолок? Почему он включил именно это кино? Вот то, как его, ну он потом также выкрасил стены у себя, как там…».
Иногда полезно спуститься на самое дно бессмысленной болтовни о смысле, чтобы увидеть полную непригодность для продуктивной мыслительной деятельности, стерильность пространства дна.
Какие он вообще фильмы любит? Почему? Кстати, по его словам, не зря он боролся со строителями за три сантиметра высоты расположения телека. Угол обзора с его дивана идеален. Рекомендовал и мне никогда не идти на компромиссы в таких вопросах.
Дальше пошли. Чем похожи герои и почему, рассказывая о сюжете, он так подробно описывает помещения, в которых происходили события… Почему на диване ему лучше всего? Почему именно на диване, а не на кресле?
Да, согласен с ним, вопросы действительно кажутся идиотскими. Но это же не я так провожу все свое свободное время, а он. Что идиотского в том, чтобы понять, почему человек убивает время именно так, а не иначе? Способов же бесконечное множество. Я вот люблю разгадывать сюжет фильма по первым появлениям героев. Потому обычно смотрю кино в одиночестве…
Потом он вспомнил, как выбирал диван и ни один не подходил на все сто. Пришлось самому делать левый подлокотник. Он решил, что должен быть не такой, как правый. Ну у каждого свои заморочки.
Отдельной темой и неожиданно для него самого стал факт, о котором он вообще раньше не задумывался ― он на диване всегда один и ему от этого не так уж и плохо.
Где-то на третьем часе разговоров как бы ни о чем, наступил переломный момент. Когда выяснилось еще, что каждые три года он у себя делает ремонт и перекрашивает стены. Причем сам. Нравится. А стены всегда тянут за собой и другие изменения в интерьере.
Дизайнером интерьеров он стал позже. Гораздо позже. Еще года три офисной тоски. «Случайно». Когда продал квартиру, в которой все наконец-то стало идеально. Продал, потому что там нечего было переделывать. Это тоже он понял не сразу. Вернее: «Ну бредовая же причина». А потом его попросили друзья сделать дизайн им. И покатилось. Жалел только, что не поверил себе сразу. Что тогда посчитал выводы нашего с ним разговора спорными и обнуляющими все его достижения. И столько времени спалил, работая IT-директором.
Кейс второй
Найти там, где не искал
Позвонил старый знакомый клиент. Сто лет не пересекались. Увидел какой-то мой пост в соцсети, вспомнил обо мне. Приятно.
Итак, однажды:
Приходит журналист. Его тема ― политические обзоры. Параллельно пишет рассказы. Так или иначе, все крутятся вокруг темы взаимоотношений детей и родителей. Жизнеутверждающие такие рассказы. Но не может выйти на роман. А рассказы издательства не интересуют. Если, конечно, ты не публичная личность с сотней тысяч подписчиков. Что делать со всей этой массой не знает, но прослыть писателем хочет. Запрос чисто маркетинговый.
Говорим. Про то, что нравится, что не нравится. У меня появляются первые подозрения. Политику журналист ненавидит. Как явление. Заводится сразу. Работа такая. Но пишет хорошо. Залезаю в соцсети его. Там только политика. Аудитория нормальная. На тему собранная. Много комментов. Он в них не участвует. Все, мол, в статье сказал, чего в ступе толочь.
Разбираемся, откуда его рассказы взялись. Теплые и нежные. Про семью, любовь, детей. Политикой и не пахнет. Долго говорим об абстрактных вещах и вдруг опять заводится на вопросе, к которому привела логика: так может, именно страх за свою семью и своих детей конкретно из-за деятельности политиков тебя привел к рассказам? Обсуждаем. Нет, это не обсуждение. Это монолог и достаточно агрессивный. Как он вообще с таким отношением к политике выдерживает аналитические статьи писать? Профессионализм просто тупо уничтожает его нервную систему.
Предлагаю перейти к темам рассказов. Журналист расцветает. Смеемся, вспоминаем случаи про детей. Стемнело. Пора возвращаться на землю. Черновую миссию определили где-то в области «способствовать качественному взаимоотношению родителей и детей». Это цель на самом верхнем глобальном уровне. Направление вектора в бесконечность. Дальше «видение». Про то, как реализуем миссию. Тут предложил не горячиться и пройтись опять по политике. Протестировать верность определения миссии и посмотреть на нее шире. Несу все, что угодно, в целях расширить потенциал его собственных идей. Можно же реализовать миссию как угодно. Можно через добрые рассказы с героями взрослыми и детьми, можно просто рассказывать, как решаешь повседневные проблемы в своей собственной семье. А можно, и, например, через вот то, что ты хорошо понимаешь и в чем умеешь убеждать. На себе испытал за совместно проведенное время. Через конфликт будущего детей и того, что мутят взрослые дяди и тети в мире. Возможно, твоя миссия вообще научить родителей защищать детей от политики. Уж очень эта тема у тебя болит. Вот тебе даже сюжет для романа, чтобы нагляднее, про что я, первое что пришло в голову: семья, страдая паранойей от мироустройства, в страхе за детей совершает какой-то сумасшедший поступок и как-то пытается изолироваться от общества вообще. Не обязательно в тайгу. Может, строит космический корабль в гараже. Ну и там уже все взаимоотношения и перипетии. Не важно. Понимаешь, о чем я? Не ограничивай себя в идеях реализации миссии. Не зацикливайся на том, что уже сделал или что делаешь. Отталкивайся от миссии, а не от идеи. Через анализ своего опыта, болевых точек. Там твои уникальные знания. Осекаюсь. Правда, вот с историей со сбежавшей от политики семьей, боюсь, тебя такой путь может привести именно в политику. По самые уши. Сам увидишь дальше по логике нашего движения к позиционированию. Но, может, именно в этом твоя миссия. Не просто так же ты стал политическим журналистом.
Журналист багровеет. Нет, говорит. В жопу политику. Ок. В жопу так в жопу. Дальше проще. Определили ЦА, их ценности, где они тусуются. Пояснил, что это далеко не только те, которые приняли семейные ценности как важные. Сомневающиеся тоже пригодятся. Поговорили о них. Решили, что текущий аккаунт не годится, но терять его не надо. Решили, о чем писать в новом. Собственно, о том, что двигает к миссии и о темах рассказов. Не о самих рассказах, не о своей писательской кухне и не о политике. О моментах взаимоотношений взрослых и детей. В той же легкой стилистике, как и в рассказах. Ну раз само идет. Не надо велосипед тут изобретать. Много о чем еще говорили. «Треугольничек платформы бренда построили».
Что сейчас. Писать о политике не бросил. Заработок же. Но теперь легче относится к этому. Циничнее. Как к заканчивающейся истории. Потому что есть понимание, в чем основное предназначение, как он его реализует прямо сейчас. Свое. Осознанное. Пусть пока и несколько подпольно.
Нет, роман не написал. Пишет. И сюжет, говорит, другой. Так что, если кому надо, то можете забирать. Претензий не будет. Но новая идея пришла на фоне всего проговоренного на сессии. Есть уверенность, что сможет написать. И здорово.
Теперь внимание… выучился и уже практикует психологию семьи! Специализация, как он ее назвал: «Работаю с «проблемными» родителями в периоды детских проявлений взросления». По-моему, круто. И, что важно, этот поворот практически полностью укладывается в платформу бренда, которую мы когда-то с ним разработали. Просто ее формулирование позволило посмотреть шире на возможности и в конкретном направлении. Остальное скорректировали в новом позиционировании нового будущего бренда ― психолога. А все написанные когда-то рассказы пригодятся. Станут готовым контентом для его продвижения в сети.
Кейс третий
Смысл в бессмысленном
Пришел писателем ― ушел художником. Нет, художником он и был. Изначально. Все детство и юность. Просто не верил и не понимал, зачем. Родители не просто не понимали, а даже не обращали на это внимание. Все дети рисуют, и что? Как профессия вот это вот вообще не рассматривалось. Просто потому, что не профессия. Да и с чего вдруг? Все равно же не станет Боттичелли. (Всегда поражался родителям, которые заранее знают, что ребенок не может быть гением по определению.) Вот все и закончилось как-то.
Но натура парня оказалась чувственной и творческой. Бороться с собой не очень получалось. Набрал полный комплект комплексов. И неполноценности, и вины. Начал писать. Писателем попытался стать. Тоже потому, что не верил, что художник. Но, может, тогда писатель. Но писать себя заставлял. Трудно шло. Но не слабак же. Волю включал. План ставил ― 10 страниц в день. Написал-таки. Теперь задача ― продвинуть.
Ну ок. Давай попробуем. Нет, читать пока не буду. Мне можно просто рассказать, про что книга. Раз продвижение надо, то меня вначале интересует, какой потенциал в этом вопросе у автора. Потом уже будем решать, кто должен стать брендом. Он сам или его вымышленный герой. Кто кому станет «рабом лампы» ― автор для своих книг или книги своему автору. Автор будет потом всю жизнь писать, что должен, или зайдет все, что автор написал. Поэтому начинаю я с автора, а не с его книги. А еще, потому что не в первый раз по результатам сессии писатели сильно редактируют свои рукописи перед передачей в издательство. А потому что, «нельзя стать брендом, если делаешь не то, от чего прешься». Если пишешь не о том, что болит или вдохновляет. А я предпочитаю читать уже после редактуры. Или вообще не буду читать, если пойму по результатам сессии, что не смогу помочь. Что не готов браться за проект.
Вдохновленный рассказ парня о своем героическом подходе к творчеству напряг сразу. Вы уже наверняка поняли, почему. Он же явно рассчитывал на реакцию восхищения его усердием. Возможно, неоправданные ожидания не позволили ему и рассказать про книгу так, чтобы захотелось ее прочесть. Но чаще это бывает от отсутствия интереса к собственной книге. И это, в свою очередь, бывает ее объективным качеством. Знаете, писатели вообще любят говорить, что рассказывать о книге – это не их работа. Что они не должны этого уметь делать. Их дело писать. Ну ок. Не должны. Соглашусь. Но я не публика. Не журналист. Не из любопытства спрашиваю. Вроде как для работы. Если человек написал целую книгу, и мы допускаем, что интересную и интересно, то может же, наверное, как-то кратко рассказать, о чем она. Но так, чтобы захотелось узнать подробности, а не приготовиться к пыткам. По мне так, если писатель не в состоянии зажечь одного человека несколькими словами о своем тексте, то сам текст точно никого не сможет зацепить.
Ладно. Едем дальше. Безусловно выяснили, хоть и не сразу, про юношеское хобби ― рисование. Посмеялись над тем, что для его родителей профессия художник, скорее всего, не была бы сильно хуже профессии писатель. Разобрались, что не важно ― писатель или художник. Что, если не прет от процесса, то рано или поздно выгорит. И книга не получится. Если ни эта, то следующая. А каждая книга ― это довольно большое время жизни. Гораздо важнее ― что хочется сказать.
Вернулись к книге. Выяснили что, зачем и откуда взялось в сюжете. Почему такие герои. Оценили степень болезненности темы и необходимости выговориться через творчество. Тут проблем не возникло. Тема с горящими глазами есть. Слов только мало для ее описания. Больше эмоций. Никак не сформулируем миссию даже примерно.
Слушай, говорю. А попробуй нарисовать. «Что нарисовать?» ― спрашивает. «Ну вот то, что мне пытаешься объяснить, а я, дурак, так и понять не могу. То, про что книга». После недолгих препирательств молодой человек таки взял в руки ручку и набросал на листочке то, что я не смогу описать словами. Вернее, они не передадут того, как я увидел смысл в рисунке. Но зато могу сказать, что за смысл. Мне тут же вспомнилась реплика из фильма «Мулен Руж». «Самое главное в жизни ― быть любимым и любить». Как насчет использовать эту мысль в наброске миссии?..
Рукопись свою он мне не оставил. И потом не прислал. Что с ней стало, я не знаю. Знаю лишь, что он впервые и рационально осознал: язык изобразительный больше подходит для своей миссии. И вот для этого ему он и нужен. Через неделю он уже учился в Суриковском (художественном институте). А встречались мы с ним в статусе студента второго курса Плешки (экономический университет) и собирался, втайне от родителей, поступать на актерский в Щуку. Потому что Плешка ну вообще никак.
Выставляется уже. И такое бывает.
Кейс четвертый
Иногда лучше просто расслабиться
Писатель детективов. Хороших детективов. Достаточно успешных. Сильно переживал, что детективы его ну вообще не заводят. Выгорел. Исписался. А это же деньги. Признание. Страшно. Страшно потерять это все. А издательство наседает ― давай да давай. Да давай быстрее. Под таким прессом с двух противоположных сторон можно выдать только «пшик» и ускорить процесс собственного слива под бутылочку крепкого.
Но он писатель. Точно писатель. Глаза горят, когда про процесс рассказывает. Только заложником стал собственного творчества. Он должен писать детективы. Их и только их ждут от него читатели.
А чего тогда хочется писать? Писатель же. Не из тех, что «Я больше ничего не умею». Из тех что «не могу не писать». О чем тогда пишешь? Говорим. Про то, что в столе, что вдохновляет, что важно, что может пробить на слезу радости, на слезу печали. Что смотрит, куда ходит, что сам читает. Где прячется от своих обязательств выдать очередной детектив и страданий о невозможности их выполнить?
В отношениях между людьми. Любовь, дружба, предательство, мужчина и женщина, родители и взрослые дети. Вот предмет исследований. Всегда тянуло туда. Но сменить жанр боязно. Риск потерять интерес читателей. Разбираемся, какими тогда судьбами занесло в детективы? Все просто ― коммерческий жанр. Расчет. Прошу рассказать про лучшие детективы. Пару-тройку. Сюжет. Ну все верно. Рассказывает писатель сюжет детективный, а заостряет рассказ не на тайне, а на взаимоотношениях персонажей. И там, в отношениях, детектив-то покруче. Решили почитать отзывы читателей. Что, мол, думают, за что любят автора. И за что, как вы думаете? Ну да. За романтику. За отношения. За внутренние переживания героев. Их и обсуждают. Вообще не детективную часть. Прямым текстом утверждают люди, что детективы автора отличаются натуральностью и подробностью персонажей. Их мыслями и переживаниями.
Возникает закономерный вопрос ― так про что мы вообще тут говорим? Есть подозрение, что писатель, значит, и так писал все это время про отношения, а думал, вместе со своим издательством, что пишет детективы. А детективная часть, оказывается, лишь форма. Жанр, в который погружаются люди и отношения. Или вообще, может, автору подумать об этом так: «Я не пишу детективы. Я пишу про взаимоотношения людей. То, что и люблю. Но для вскрытия любых отношений нужно создать ситуацию. Событие. Сюжет. Так пусть в этом событии кого-то грохнут».
Полномасштабных исследований мнения читателей для подтверждения версии решили не проводить. Ну чего вносить сумятицу и в работу издательства, и деньги зря тратить. Но дали себе установку расслабиться, так как причин для волнений, собственно, и нет. И дать свободу естественному в творчестве без сдерживания себя. Не забывать продвигать тоже именно романтическую специфику детективов. Так в позиционировании и повелось с тех пор. Хотя, на самом деле, так повелось и раньше, без нас. Люди сами решили. Мы всего лишь это поняли и подстроились. И просто грузиться перестал сам писатель, что не своим делом занимается. А читатели, по глупости, не лишились будущих книг любимого автора.
Вообще снятие каких-то барьеров и сомнений стало отдельной темой в определении вектора самореализации. Довольно часто бывает так, что человек идет по верному пути. Идет интуитивно, но его периодически колбасит от сомнений, не приводящих к знаниям. Сомнения приводят к необоснованным остановкам и нервному напряжению. Но все меняется, когда ты осознаешь причины интуитивного выбора. С момента понимания себя они больше не интуитивные. Не бессознательные. Осознанные и сознательные. Потому и нет больше причин тормозить. Тоже польза.
Кейс пятый
С большей высоты видно больше идей
Пандемия многих подтолкнула задуматься о своем настоящем и будущем. Вот еще пример целого среза типичных историй из сфер фитнеса или бьюти. Где зачастую бизнес держится исключительно за счет имиджа отдельных специалистов, а не за счет собственного бренда. Что, конечно, приводит к большим рискам для компаний. Но это их проблемы и ошибки. Сейчас не о них. Но об их специалистах.
Он фитнес-тренер. Говорит, хороший. Другие говорят тоже, что супер. Работает в известном клубе. Работу любит, но драйва не видно. А потухший тренер ― это потеря мотивации клиентом, потеря самих клиентов, потеря общей атмосферы в клубе.
Разбираемся. Как про тренерский процесс рассказывает, так прямо взахлеб. Про волокна мышц, про связи и зависимости у нас в теле. И руками еще текст сопровождает. Летчик-истребитель, не иначе. А как про карьеру, будущее и мечты, так тухнет. Дежурные фразы про стать старшим тренером и, конечно, когда-нибудь открыть свой клуб. Когда ― непонятно. Где ― непонятно. Для кого, какой ― тоже. Но точно. Когда-нибудь. Когда деньги будут. Вот когда будут, тогда и подумает. В общем, очевидный заученный штамп без шанса на реализацию по причине внутренней чужеродности.
В процессе работы выяснили, что сама клубная система его душит. Что нет такого клуба, чтобы можно было реализоваться именно так, как хотелось бы. К тому, как хотелось бы, тоже пришли не без пота и крови. По отдельным фрагментам совершенно из других интересов. Любит разговаривать с подростками о спорте, пропагандировать здоровый образ жизни. Именно процесс убеждения. Говорить любит. Рассказывать. Просвещать. Много знает и интересуется не столько спортом, сколько гармоничной активной и интересной жизнью, к которой, и это идея фикс, надо приобщать смолоду. И не методами пропаганды, а просто информирования. Мол, ребята просто не знают массу интереснейших вещей про то, как работает тело, про его возможности, способы реализации этих возможностей и развития.
Что мы натворили в итоге. Сейчас он очень популярный тренер-блогер, тиктокер. Разные фитнес-клубы предоставляют ему площадки для публичных тренировок с ним. Проводит тренировки онлайн, на природе. Ходит в походы, читает лекции, амбассадорит бренды. Зарабатывает на всем. В общем, строит свой бренд и делает только то, что нравится. Это нравится и клиентам. Да, свой стационарный клуб почему-то вообще не хочет и больше голову этим даже не забивает. Говорит, что любой клуб сильно ограничивает возможности.
Кейс шестой
Неудовлетворенный запрос
Ей 20. Учится на маркетолога в хорошем универе. Подрабатывает SMM-щицей. Благодаря практике работы с заказчиком по будущей профессии довольно быстро поняла, что занесло куда-то не туда. Еще бы. Представляю. «Сделай то, не знаю что, но чтобы было хорошо. А то, что предлагаешь, не то. Не хорошо все это. Мы тут стараемся, делаем такие замечательные штуки и оказываем услужливые услуги, а ты никак не можешь привести ни одного лида». И не объяснить молодой девушке строгому начальству, что клиенты ― это не лиды, а люди. И если относиться к ним как к лидам, то никакие кривляния в рилсах не помогут лайкающих перевести в разряд платящих деньги. Да, профессия не из легких. Быстро обламываются романтики. А девушка вроде умная, прилежная. Но чувствует себя потеряшкой. Не ожидала такого подвоха. Думала, что все решила, жизнь просчитала на ближайшие лет сто и обломилась в самом начале. Что-то пошло не по плану. Порадовало одно. У девушки и в мыслях нет довольно традиционного пожарного варианта ― в любой непонятной ситуации найди себе мужика и думай о жизни за его счет, пока не придумаешь или не успокоишься.
Так, дорогие девушки, не надо вот только навешивать на меня шовинистические грехи. Их нет. Я тут практически свят. Но практика показывает целенаправленную проработку подобных планов. И несколько чаще именно у представительниц красивого пола. А такой вариант, с полным пренебрежением к себе и собственной самореализации, как вы понимаете, несколько противоречит теме беседы. Потому всегда пробиваю на автономность личности. Проверяется просто. Если человек думает контекстом «строительства» отношений, а не чувствами, долгом, а не желаниями, то все. Строитель / ница. Там нет места для самореализации. Сначала надо закончить со стройкой и свалить со стройплощадки. Нет, отношения никак не мешают самореализации. Даже наоборот. Но только, если это отношения, а не бизнес-план. А любовь ― это самое великое чувство. Я же тут все за чувства и топлю. Хоть и впадаем мы на время в неадекват, но это мой любимый неадекват. Эх…
Так, ладно. Проехали. В общем, хорошая девушка. И если маркетинг не зашел, то надо спасать. Я-то знаю каково там. И если не влюблен в эту профессию, то лучше не испытывать на прочность свою нервную систему.
– Чем занимаешься в свободное время?
– Ничем.
– Как выглядит это «ничем», с точки зрения действий?
– Да никак.
– Так, понятно. Разговор будет долгим. Фильмы смотришь? Книжки читаешь? Гуляешь? В телефоне зависаешь?
– Все сейчас в телефоне зависают.
– Но все на разном. Вот ты на чем?
– Да ни на чем. На чем все.
– А на чем все?
– Что попадется прикольного.
– Вот что тебе попалось особенно прикольное за последний месяц? Самое‒самое. Хитяра личного рейтинга из «ничего особенного».
– За месяц?
– Да, давай за месяц.
– Ну вот вчера наткнулась на статью профессора (называет имя, мне не выговорить) из китайского университета (называет какого, мне такое не запомнить) про истоки китайской письменности. Ну там про то, почему она такая.
– Чего? Вот прямо наткнулась? Тебе такое контекстом выпадает?
– Ну не наткнулась. Искала. Интересно было.
– Так. И почему же она такая у них, письменность эта?
И понеслось. Девушку подменили. После рассказа о происхождении китайской письменности мы резко перешли на искусство Японии, потом выбросило на берег истоков импрессионизма, затем нас смыло волной творчества Тернера и неожиданно унесло в широкие воды современного искусства. Кстати, она точно знает, кто скрывается под именем Бэнкси, и это не тот, о ком все думают. Но никогда никому не скажет.
И во всей этой истории меня больше зацепило не то, что она рассказывает, а как она рассказывает и как выстраивает связи между, казалось бы, совершенно неочевидным вещами. Так можно рассказывать о том, что вот только что, за углом, ты реально увидел самую настоящую летающую тарелку. И, возможно, неспроста она имеет форму дома и идеально вписывается в местный архитектурный ансамбль. Или, наоборот, ансамбль этот кто-то конкретно заточил под визит пришельцев.
По пути к призванию мы выяснили, что девушка наша с детства любила искусство. Но в основном про то, как что возникало и почему. Вспомнили, что она, оказывается, хотела поступать в театральное. Но не решилась. Что любит рассказывать про то, что узнала, даже больше, чем узнавать. И то, что моя идея бросить к черту маркетинг и уйти в культурологию ― ну такое себе. Что ее не сильно прикалывает в итоге сидеть на стуле в каком-то музее и орать на посетителей, чтоб те не трогали руками экспонаты. Я согласился, что такое будущее действительно печально. Но она признала, что системно изучать искусство и культуру, а может, и историю, мысль, может, и не совсем тупая. А, рассуждая о желании внимания, признания, быть интересной, публичной, мы как-то набрели на мысль о блогерстве. Благо, тема, о чем рассказывать, она уже была на поверхности. Вопрос лишь в сценарии. В концепции ютуб-канала.
До какой-то итоговой платформы мы все же так и не дошли. Четкий план действий не прописали. Так тоже бывает. Я думаю потому, что просто есть люди, которые так мало еще что-то пробовали. Так мало следовали своим желаниям или считали свои желания и удовольствия настолько никчемными, что сначала надо просто начать идти по дороге, на которую они ведут. Идя по ней, пробуя что-то делать, внимательно смотреть по сторонам, прислушиваться к себе, к людям, которые будут попадаться, к информации. Рано или раньше что-то обязательно соединится с чем-то. Идея возникнет. Понимание придет. Главное идти в своем направлении и создавать ситуации для столкновения с любой информацией на этом пути.
А девушка институт бросила-таки. Блогером пока не стала. Может, и не станет. Но в соцсетях уже периодически рассказывает про искусство и «видосы пилит». Навыки из SMM тоже пригодились. Уехала в Японию. Там где-то учится и работает в каком-то журнале.
Понимание придет. Главное идти в своем направлении и создавать ситуации для столкновения с любой информацией на этом пути.
Кейс седьмой
Когда не надо ничего менять, чтобы все изменить
Еще один формат сессий. Один из моих любимых. И хотя во время него чувствуешь себя ряженным священником, который отпускает грехи безгрешному, но кайфуешь от созерцания полета прямо при тебе взлетевшей птицы. Кажется, я немного переборщил с пафосом. Ну уж простите. Сейчас поймете.
Кейс немного похож на историю с писателем детективов, но все же другой. Глобальнее.
Она ― управляющая в небольшом ресторане. Но небольшой он по площади. В жизни же занимает слишком много места. Мешает и личной жизни, и не оставляет времени даже подумать о своем пути. Найти себя с таким масштабом текущих рабочих задач нереально. Но что-то пора менять. Нервы не к черту, отдыхать не умеет, 24/7 ― работа. Уходить? А куда? Какие хобби, о чем вы?! Жизнь летит и куда-то не туда. А куда ― туда, нет ни одной захудалой идейки. Вот примерные вводные.
Если у вас также, то спросите себя сначала: «Почему вы так вкалываете?» Правильный ответ на этот вопрос в ситуации полной функциональной загрузки, может дать универсальную отмычку для многих своих ящичков, куда мысль раньше даже не заглядывала. Проблема только в том, что ответить себе правильно очень непросто. Про всякую ерунду типа «так надо», я уже не буду писать. И так много про это понаписывал выше. И, отвечая на этот вопрос в схожем состоянии, я, как и раньше, рекомендую делать это письменно. И для начала постарайтесь понять и отделить свои чувства, которые вы испытываете от последствий такого режима работы, и чувства от самой работы. Постарайтесь разобраться, вас парит сам процесс работы или ваше мнение, что так жить нельзя? А может, это мнение вашего парня? А может, мамы? Или подруги? Возможно, вы правы. Ведь есть реальные видимые последствия ― проблемы в личной жизни, никуда не выезжали на отдых уже года три, отстаете от трендов и выпадаете из светской повестки. И никакого просвета в перспективе не видно. Все так. Реально. Чего уж. Все это давит на вас железобетонной плитой и во время работы. Каждую гребаную секунду. Круглые сутки. Она же причина. Невозможно во время подготовки отчета отделаться от мысли, что я неправильно живу. Что, в свою очередь, отразится на качестве самого отчета. И потихоньку готовимся к увольнению за несоответствие. Или у вас не так? Не отразится, потому что вы умеете разделять эмоции от работы? Т. е. на отчете не отразится, а лишь на вашей нервной системе? И на нервной системе ваших близких? И вообще, вас начальство ценит. Причем здесь одно к другому? Да при том, что все эти ужасы последствий вашей работы не имеют к ней никакого отношения. Важно лишь нравится вам то, чем вы занимаетесь, или нет. Если без последствий, если с ними все хорошо, если бы хватало времени метнуться пару раз за год на Мальдивы с любимым мужем, то вам нравилась бы ваша работа? Процесс, процесс ― помните? Что вы чувствуете во время процесса работы, не думая о том, что что-то там неправильно? И если, не дай бог, вы поймаете себя на мысли: «Вообще, сама по себе, работа мне моя нравится», ― то могут такие тектонические сдвиги начаться. Кожа обновится, морщины разгладятся и лишний вес сбросится. Шучу. Но ощущения близкие. Если выяснится, как в нашем случае, что причиной всему является не работа, а как раз любовь к работе, то тут же и станут очевидны реальные виновники состояния убитой самооценки. Да, это те, кто вам внушил, что так жить нельзя. Зачем они это сделали? Да просто у всех свои комплексы. Плюс‒минус не могут найти себе настолько же любимое дело и опускают вас до уровня собственной самооценки. Чтоб хоть чуть-чуть приподнять с уже критически низкой высоты свою.
Главное ― вы. Что вы чувствуете. Нравится или не нравится вам ваш образ жизни. И, удивительное совпадение, в контексте вопроса о вашем предназначении нас сейчас вообще не интересует чье-то мнение и чьи-то чувства о вашей работе, кроме ваших.
Отделили мух от котлет. Теперь возвращаемся к классике ― чем занимаетесь в свободное время? Когда ничего никому не должны делать. Ни по работе, ни по дому. Если нет такого времени, то чем бы занялись, если бы было? Ответ человека не отдыхающего обычно банален. Что-то простое. Уехал бы на море / океан или что-то в этом роде. Что-то очень ленивое и обездвиженное. Не сдавайтесь. Задайте себе вопрос, а когда уже пролежни начнутся, то что будете делать на отдыхе? Можете вспомнить, а что делали, когда все же отдыхали.
Что получилось в нашем случае? А получилось, что все свое свободное время она тратит на работу. Добровольно и бесплатно. Ее работа и есть ее хобби. Она бы ходила по ресторанам, разговаривала бы с менеджерами, смотрела бы на организацию движения на кухне, на фишки для гостей, интерьерные решения, работу официантов. Ей все это интересно.
Когда она рассказывала непосредственно о своей работе, то это был очень увлеченный человек. А когда лишь допустила мысль, что ее работа ― это и есть ее призвание (нет, не быть управляющей, а что-то из серии создания уюта и атмосферы заботы / доброты / любви для людей), стала прямо на сессии выдавать одну за одной идеи, как что улучшить в своем ресторанчике. О чем уже думала раньше. «Непонятно даже, почему до сих пор не реализовала». Она уже разговаривала сама с собой и себе же презентовала идеи. Я просто сидел и наблюдал. «Наверное это и есть, что-то из отпустить себя», ― думал я. Человек явно на своем месте. Не знаю, откроет ли она свой собственный ресторан, или запустит франшизу, или так и останется управляющей. Или она создаст школу по обучению управляющих. Да миллион вариантов дальнейшего развития событий. Понятно то, что она сама нашла свою дорогу. Еще до разговора со мной. Но проклятые стереотипы и попытки быть хорошей для кого угодно, кроме себя самого, удовлетворение чужих эгоистических желаний за свой счет слишком часто, слишком, уничтожают саму возможность понять, а чего же реально хочу я? И на психологическом, и на физиологическом уровне разрушается связь со своей уникальностью. Необоснованное чувство вины перед кем-то или вполне справедливое перед самим собой нейтрализует чувство удовольствия от любимого дела.
Да, но что делать с близкими? Которых что-то там не устраивает? Просто честно сказать, что вы любите свою работу. Если близких сами тоже любите, то найдете на них время. Вполне адекватное. Они тоже часть вашего «нравится», вашей нейронной системы с позитивными чувствами. И это обстоятельство само учитывается в распределении времени на любимое дело и любимых людей. Если никак не учитывается, то любовь прошла ― завяли помидоры. Решайте, будете ремонтировать, ветхий, «построенный вами дом отношений» или пойдете за собой.
Если близкие вас любят, то та же фигня ― они поймут, осознают и поддержат. Если же нет ― в сад. Или на воспитание ― лишить на время их любимого развлечения. Например, поставить дома глушилку интернета. Пусть учатся осознавать, что чувствует их любимый человек, когда любимый думает только о себе любимом. Бояться не надо. Если есть любовь, то все будет супер. После совместной прочистки мозгов только лучше. Если любви нет, а вот это ― обязательства, ответственность… не желание, в смысле быть вместе, а что-то пластмассовое и общественно одобряемое, то все равно ― либо все развалится, либо годы в помойку. Но, насколько я знаю, у нее все хорошо в этом отношении. Просто близкие хотели как лучше, а лучше оказалось не так. Переобулись и пошли дальше вместе по жизни с новыми знаниями друг о друге. Потому что любовь. Чего и всем желаю!
Заключение
А теперь серьезно. Может ли так быть, что вся эта уникальность, вся эта наша нейронная сесть с нейронами и связями, по сути своей посредственна? Изначально. Не продаваема. Не структурируема. Уникальность же может быть любой. Значит, и такой тоже. Не материализуемой во что-то полезное? Может. Может ли быть так, что человек, даже слушая себя, идя по подсказкам своих чувств и желаний, так и не разобрался, что он хочет и кому это надо, кроме него? Тоже может. Но от этого его уникальность не перестает быть уникальностью. И не перестает быть удовольствием для ее обладателя. И она способна развиваться. И кто знает, куда она приведет завтра, если идти, слушая ее зов, ее желания. Внимательно смотря по сторонам дорог, по которым она водит. Замечая детали, достраивая недостающие связи. Делая то, что нравится, и не делая то, что не нравится. Согласитесь, в любом случае идти по пути собственного интереса и удовольствия как минимум приятнее. Какой бы длины путь ни был. А то, что этот путь в принципе единственный и переход на него является необходимым условием для здоровой самореализации и без побочных эффектов, я и постарался рассказать в этой книге. Слушайте свои чувства, расшифровывайте их аргументы, принимайте решения и действуйте.
Я желаю каждому и каждой и как можно быстрее выдать результат своей уникальности. Хотя, конечно, больше я желаю этого себе. Как потребителю всяких крутых штук и проявлений ваших уникальностей. Что поделаешь ― эгоизм. Но наши интересы тут полностью совпадают. Всем удачи! Буду ждать!
P.S. А вообще, знаете что ― просто живите. Возможно, у кого-то это и есть призвание. Жить. Наслаждаться жизнью. Музыка, смех детей, шелест листвы, прогулки по улицам. Как это монетизировать? Да что вы все про деньги и про деньги. Ну хорошо. Попробую подкинуть идейку. Если вы умеете это делать, в смысле бессмысленно наслаждаться жизнью на уровне призвания, то вы можете помочь научиться этому другим… за деньги… своим бессмысленным наслаждением жизнью.
Поделиться книгой: