Жизнь в средневековом замке

Мрачный двухнедельный период от сочельника до Богоявления, или Двенадцатого дня (6 января), когда поля были залиты дождем или скованы морозом, сделался самой длинной в году чередой праздников – четырнадцать или пятнадцать дней. Вилланы временно освобождались от повинностей, а работники поместья – сторож изгородей, пахарь, трудившийся для сеньора, пастухи, занимавшиеся выпасом овец, свиней и коров, – получали «вознаграждение», то есть еду, одежду, напитки и дрова, традиционные рождественские подарки.

Рождественские праздники несли с собой не только веселье, колядование и всяческие развлечения, но и освобождение от повседневных норм, связанных с поведением и статусом человека. Накануне Дня святого Николая (6 декабря) духовенство соборов выбирало «мальчиков-епископов», которые руководили службами в День невинных младенцев (28 декабря); им помогали школьники и мальчики-певчие. Первого января, в День дураков, священники и причетники надевали маски на мессу, пели «непристойные песни», превращали старые ботинки в кадила и ели сосиски у алтаря. Перед шумными рождественскими торжествами сеньор часто создавал особый отряд стражников в ожидании беспорядков. Арендаторы поместья, принадлежавшего лондонскому собору Святого Павла, были обязаны дежурить в поместье от Рождества до Двенадцатого дня за следующее жалованье: «Хороший огонь в большом зале, один белый каравай, одно приготовленное блюдо и один галлон эля [в день]».

В рождественские дни «дом каждого, как и приходская церковь, украшался падубом, плющом, лавром и всем, что было зеленого в это время года», сообщает Уильям Фицстивен, описывая Лондон XII века. В сочельник приносили рождественское полено, гигантский кусок древесного ствола, заполнявший очаг целиком и горевший все двенадцать ночей, пока продолжались празднества.

Рождество отмечали все обитатели замка, и самые могущественные, и самые незаметные. Держатели обязаны были делать особые подношения, но одновременно пользовались особыми привилегиями. Обычно они приносили сеньору хлеб, кур и собственноручно сваренный эль, а тот давал рождественский обед – в основном из доставленных ими же продуктов. Таким образом, сеньор устраивал праздничное пиршество без больших затрат для себя, держатели же часто предоставляли для него дрова, посуду, скатерти и полотенца. В начале XIV века три состоятельных виллана из поместья, принадлежавшего Уэльскому собору, получили «два белых каравая, столько пива, сколько они выпьют за день, по куску говядины и бекона с горчицей, одну тушеную курицу и сыр, дрова, чтобы готовить пищу… и чтобы жечь с обеда до заката и после этого, и две свечи». Другой виллан, арендовавший меньше земли, имел право присутствовать на рождественском ужине, но «должен был принести с собой… свою скатерть, свою чашку и свой траншуар и унести все, что осталось на его скатерти, и обязан был иметь для себя и своих соседей каравай, разрезанный на три части, чтобы играть со сказанным караваем в старинную рождественскую игру». «Старинная рождественская игра», возможно, была вариантом игры в «бобового короля»: в пироге или буханке хлеба запекали боб, и тот, кто его находил, становился королем празднества. Во многих поместьях, относившихся к аббатству Гластонбери, рождественский пир устраивался в главном зале, причем держатель приносил с собой дрова, тарелку, кружку и скатерть, «если он хотел есть на скатерти». Подавались хлеб, бульон, пиво, два вида мяса, и вилланы имели право остаться в зале и выпивать после обеда.

На другом конце социальной лестницы бароны и короли развлекали своих рыцарей и придворных, одаривая их «платьем» (рубаха, сюрко и плащ) и драгоценностями. В 1251 году Матвей Парижский жаловался, что Генрих III был скуп на рождественские дары и, более того, требовал приношений от подданных:

На этом празднике король (возможно, сберегая деньги из-за опасений относительно своего паломничества) не раздал праздничных одеяний своим рыцарям и домашним, хотя все его предки издавна имели обыкновение дарить королевские одежды и дорогие украшения. Королевский стол также был не столь богатым и гостеприимным, как обычно; и отныне он бесстыдно делил кров и стол с аббатами, священниками, клириками и людьми низкого состояния, пребывая с ними и выпрашивая подарки. Считались неучтивыми те люди, которые, помимо того что принимали его и домочадцев и устраивали великолепные развлечения, не удостаивали его, королеву, принца Эдуарда и придворных, всех по отдельности, великими и достойными подарками. Он даже не краснел, выпрашивая их, не так, как молят об одолжении, а так, как требуют причитающееся… А придворные и особы королевской крови не обращали внимания на подарки, если те не были роскошными и дорогими: прекрасные дворцы, золотые и серебряные кубки, ожерелья из драгоценных камней, великолепные пояса и тому подобное.

В эти двенадцать рождественских дней по улицам всех городов Европы разгуливали ряженые, которые стучались в двери домов и заходили, чтобы поплясать и поиграть в кости. Одна такая пантомима XIV века, данная в Лондоне для принца Ричарда (впоследствии Ричарда II), сына Эдуарда, Черного принца, описана Джоном Стоу:

Ночью сто тридцать горожан, нарядно одетых и обутых, в причудливых костюмах, под звуки труб, сакбутов, корнетов, свирелей и других инструментов, что были у менестрелей, а также при свете бесчисленных восковых факелов, отправились в Кеннингтон, близ Ламбета, где юный принц гостил у своей матери. В переднем ряду ехали сорок восемь человек, по виду и одежде – оруженосцы, по двое, в красных плащах и шелковых одеяниях, с красивыми забралами [масками] на лицах. За ними шли сорок восемь рыцарей, одетых так же. Затем следовал некто, богато разукрашенный, похожий на императора; за ним, на некотором расстоянии, другой, великолепно одетый, похожий на папу, затем – двадцать четыре кардинала, а следом – восемь или десять человек с черными забралами, суровых, как послы иностранных принцев.

Эти конники в масках, въехав в поместье Кеннингтон, спешились и вошли в зал; вслед за этим принц, его мать и сеньоры вышли из комнаты в зал, и ряженые поприветствовали их, разложив на столе пару игральных костей и тем выказывая свое желание поиграть с молодым принцем, что они и сделали, и при этом принц выигрывал всякий раз, когда бросал их… После этого им устроили пир, играла музыка, принц и сеньоры плясали бок о бок с ряжеными, которые тоже плясали; когда веселье закончилось, их снова угостили выпивкой, и они ушли в том же порядке, в котором пришли.

В Англии лицедеи также исполняли «шутовские пьесы» (mummer’s plays) – древнейшая из тех, что нам известны, относится, видимо, к XVI столетию, но явно восходит к Средним векам. Существует множество вариантов пьес, некоторые включают такие эпизоды, как танец с мечами или битву святого Георгия с драконом. Но все имели общий сюжет – вероятно, ритуального происхождения, – напоминавший о смерти и рождении всего живого: борьба, в ходе которой герой гибнет и возвращается к жизни благодаря волшебному снадобью, полученному от лекаря. Основными персонажами были шут и мужчина, переодетый женщиной.

В Новый год, как и на Рождество, вручались подарки. Матвей Парижский отмечает, что в 1249 году Генрих III потребовал от жителей Лондона, «от каждого из них, первые подарки, которые люди по суеверному обычаю называли новогодними дарами». «Первые подарки» сулили успех в наступающем году. Точно так же первый, кто входил в дом после полуночи («первая нога»), определял благополучие семьи на год вперед. В одних местах считалось, что он должен быть мужчиной или мальчиком, но непременно темноволосым, в других хотели видеть светловолосого, в третьих – страдающего плоскостопием.

В поместьях возобновление работы после новогодних празднеств отмечалось особыми церемониями, прославлявшими плуг и веретено. В первый понедельник после Богоявления – «плужный понедельник» – устраивали соревнования в пахоте, начинавшиеся с восходом солнца. Каждый свободный крестьянин в деревне вспахивал часть общинного поля, которую предстояло обрабатывать в этом году, стараясь провести как можно больше борозд; после этого он получал право засеять все вспаханные им борозды. Существовал еще один обычай – вероятно, возникший задолго до Средневековья – под названием «безумный плуг»: молодые пахари впрягались в плуг и ходили от двери до двери, выпрашивая деньги. Если кто-то отказывал, ему вспахивали землю перед домом. Вожак пахарей был одет старухой по имени Бесси, из-под его платья торчал бычий хвост. Иногда в компании был человек в лисьей шкуре, а также шут с палкой и бычьим пузырем.

Настоящей же пахотой почти не занимались до Сретения (2 февраля), праздник, официально называвшийся Днем очищения Марии. Он был посвящен «очищению» Марии после рождения ребенка – церемонии, во время которой молодая мать надевала свадебное платье и входила в церковь с зажженной свечой. В деревнях устраивали шествие со свечами. За Сретением следовал «жирный вторник», мирской праздник с играми и забавами.

Во время Великого поста алтарные части замковой часовни и приходской церкви были завешены, а крест и священные изображения накрыты тканью. В Вербное воскресенье прихожане обходили церковь с ветвями тиса или ивы, перед процессией несли крест и просфору. В Страстную пятницу крест открывали и устанавливали на ступенях алтаря; верующие обнимали его, кланяясь и вставая на колени – «ползли к кресту». Затем крест и просфору помещали в особую «пасхальную усыпальницу» в часовне, вокруг нее ставили свечи. Накануне Пасхи все огни и свечи гасили и торжественно зажигали новый огонь, в церкви же на всенощной горела большая пасхальная свеча. Утром «усыпальницу» открывали, после чего крест и просфору несли к алтарю.

На Пасху, как и на Рождество, землевладелец и его держатели обменивались подарками. Крестьяне приносили яйца, сеньор устраивал обед для служащих в поместье. Пасхальная неделя была временем крестьянских празднеств с разнообразными играми. Фицстивен описывает турнир на Темзе, состоявшийся в XII веке на Пасхальной неделе: «На мосту, на пристанях и в до-мах на берегу реки собирается множество людей, желающих поглядеть на это и повеселиться».

Понедельник и вторник после Пасхальной недели был двухдневным праздником, во время которого кое-где, по давнему обычаю, жены хлестали своих мужей (в понедельник), а затем мужья – жен (во вторник).

Средневековое лето начиналось с Майского дня, праздника любви, когда ослаблялись нравственные запреты. Перед рассветом молодые – а иногда и не слишком молодые – мужчины, жившие в деревне, включая священнослужителей, «приводили май»: для этого они отправлялись в лес, чтобы срезать дикие цветы, зелень и ветки боярышника. Иногда они проводили ночь в лесу. В «Романе о розе» (XIII век) описывается празднование Майского дня в Майнце, «очень веселом городе», жители которого ночевали в лесу, а утром «приводили май», шествуя по городу с песнями и развешивая «май» на окнах и балконах. Для руководства танцами и играми среди молодежи избирались господин и госпожа Май.

Молебственные дни – понедельник, вторник и среда перед Вознесением (сороковой день после Пасхи) – получили в сельской местности название Gangdays (дни ватаг). Селяне собирались в группы, возглавляемые священником, и с крестами, знаменами, колоколами и фонарями обходили деревню, ударяя по ее границам ивовыми прутьями. Маленьких мальчиков окунали в ручьи и пруды, стукая задом о деревья и камни, чтобы те запомнили, где проходят границы. Шествие останавливалось в определенных местах, под главным деревенским дубом или ясенем; священник читал молитвы и благословлял посевы. Потом наступала Троица, третий и последний из майских праздников, а за ней – еще одна неделя торжеств, во время которой вилланы не работали на сеньора.

В июне, после стрижки овец, отмечался праздник летнего солнцестояния, он же Иванов день (24 июня). Молитвослов XIII века содержит рассказ о кануне Иванова дня: мальчики собирали кости и мусор и сжигали их, несли в поля горящие головни, чтобы отгонять выходивших в это время драконов, которые будто бы отравляли колодцы. Затем поджигалось колесо и пускалось по склону холма, в знак того, что солнце достигло высшей точки и отныне будет спускаться.

На Иванов день обычно начинали заготовлять сено, заканчивая ко Дню поклонения веригам апостола Петра (1 августа). Английское его название, Lammas, происходит от англосаксонского hlafmass (хлебная месса). То был праздник первого урожая, когда в церкви благословляли хлеб из новой пшеницы.

После 1 августа наступало время жатвы – крестьяне обязаны были трудиться на земле сеньора (bidreaps). В последний день жатвы группы работников соревновались между собой: речь шла о том, какая из них первой уберет колосья с гребня. Иногда оставляли последние несколько колосьев и устраивали церемонию, во время которой их срезала самая красивая девушка, или в них бросали серпы, пока колосья не падали. Последний сноп украшали и вносили в амбар под звуки музыки, в обстановке всеобщего веселья. Вечером устраивался ужин в честь сбора урожая, а в некоторых местах вилланы обязательно приходили на господский двор и воспевали «возвращение домой после уборки».

С Михайловым днем годовой цикл начинался заново.

Один праздник в разных местах отмечался по-разному: День бодрствования. В большинстве своем главные торжества проходили в канун праздничного дня, к радости и крестьян, и детей, которые не ложились спать допоздна. Но в День бодрствования (праздника в честь приходского святого), когда члены церковной общины, отделившейся от более древнего прихода, шествовали к материнской церкви, порой случались пьяные драки и даже кровопролитие, поскольку приходы боролись за первенство. В более поздние времена – и, вероятно, уже в XIII веке – люди не спали всю ночь, утром шли на мессу в честь святого покровителя, а день проводили в различных забавах, обычно во дворе церкви. Со временем ко Дню бодрствования кое-где стали приурочивать крупные ярмарки.

Таким был в XIII веке год крестьян и обитателей замка, чья жизнь зависела от деревни и сельскохозяйственного цикла.

Глава XII. Упадок замков

Военное значение замков уменьшалось начиная с XIV века; в следующем столетии процесс заметно ускорился. Как и упадок рыцарства, это было связано с появлением огнестрельного оружия. На завершающем этапе Столетней войны (1446–1453) старые твердыни Западной Франции, выдержавшие столько осад, удивительно быстро сдавались после обстрела тяжелыми каменными ядрами из массивных железных бомбард, состоявших на вооружении французской королевской армии. Однако само по себе новое оружие не сделало замки вовсе бесполезными. Толстые каменные стены могли устоять против артиллерийского обстрела и, в свою очередь, послужить площадкой для размещения орудия, что даже давало обороняющимся некоторые преимущества. Несмотря на новый вид оружия, и замки, и рыцари принимали участие в войнах – вплоть до конца XVI века, а порой и позднее. Возьмем Чепстоу: в XVII веке зубцы некоторых башен переделали для стрельбы из пушек, толщину южной стены увеличили, а в парапете устроили бойницы для мушкетов. В стенах воротного укрепления замка Бодиам (Суссекс), воздвигнутого в 1386 году для обороны побережья, проделали амбразуры в форме замочной скважины, двух различных размеров. В XVI веке Генрих VIII построил на южном побережье несколько замков, где были поставлены пушки.

Во время Войны Алой и Белой розы в Англии (XV век), Религиозных войн во Франции (XVI век), английской гражданской войны (XVII век) доспехи и замковые стены играли важную роль, которая, однако, неуклонно снижалась. Подлинным их могильщиком стало не огнестрельное оружие, а центральная власть каждой из этих стран. Возникновение по всей Европе крупных территориальных образований, объединенных под властью монарха (или диктатора), было обусловлено быстрым ростом городов и класса богатых торговцев, чьи налоги позволили государствам создавать и содержать крупные профессиональные армии, вооруженные дорогостоящей артиллерией. Отдельный рыцарь все еще мог принести больше пользы на поле боя, чем пехотинец без доспехов, с неудобной аркебузой, – но десять таких пехотинцев действовали эффективнее и обходились дешевле. Экономически невыгодным становилось и строительство замков; кроме того, из-за политических перемен многие приграничные замки стали ненужными (например, на оспариваемых долгое время границах между Англией и Уэльсом или Францией, Нормандией и Бретанью).

Замки, исчезнувшие в эру огнестрельного оружия, как правило, сносились, а не разрушались в ходе сражений. Большинство английских замков, владельцы которых поддержали Карла I, были один за другим захвачены пуританами. Чепстоу, которому ничто не угрожало в Средние века, взяли штурмом, проломив стену. На восстановленной южной стене есть мемориальная доска в память о гибели на этом месте сэра Николаса Кимиса, командовавшего гарнизоном. Еще больше пострадал при осаде Арундельский замок, где на стенах барбакана до сих пор видны следы от ядер; повреждения были таковы, что потребовалась обширная реставрация. Более типична судьба Кенилворта, старинной, видавшей виды цитадели Симона де Монфора и его сына, выдержавшего памятную осаду в 1266 году. В 1649 году многие парламентарии стали высказываться за снос Кенилворта, чтобы он не стал центром сопротивления роялистов, наподобие Пемброкского замка, который годом ранее ожесточенно штурмовали войска Кромвеля. Лорд Монмут, чье семейство отныне управляло замком от имени короля (вместо Монфоров), уговорил власти «облегчить» замок, то есть сделать его бесполезным с военной точки зрения, проделав отверстия в замковой стене и снеся одну из стен донжона.

Точно так же – и примерно в то же время – «облегчал» замки во Франции кардинал Ришелье, снося навершие башен, а в особо тяжелых случаях (как с заговорщиком Сен-Маром) еще и «навершие» хозяина замка.

Замок устаревал не только из-за эволюции военного дела, но и по причине повышения качества жизни. Уже в Средние века желание иметь более комфортабельные и элегантные жилые комнаты привело к строительству замков нового типа, а в XVII веке оно вылилось в строительство дворцов для знати, выполнявших исключительно жилую функцию. Иногда старый замок или его часть полностью перестраивали, превращая в комфортабельное жилище с освещением, отоплением и другими удобствами, и им продолжали пользоваться члены семейства, которое им владело. Другие же замки превращались в живописные руины, рядом с которыми появлялись изящные многооконные дворцы. В таких резиденциях большой зал, некогда основное жилое помещение, начиная с эпохи курганно-палисадных замков, претерпел изменения: если в Средние века его расширяли и украшали, то отныне его размеры и значение уменьшились. Стремление к уединению требовало устраивать отдельные столовые и гостиные для обитателей дворца. В XVII веке большой зал XIII столетия превратился в общее помещение для слуг.

Замкам, ставшим непригодными для проживания, часто находилось другое применение. Башня Мартена в Чепстоу стала благоустроенной тюрьмой для единственного узника из числа пуритан, другие же, как лондонский Тауэр или парижская Бастилия, сделались застенками для нескольких поколений заключенных, многие из которых были политическими. Просвещение и пенитенциарные реформы в конце концов избавили замки от необходимости играть эту неблагодарную роль, и некоторые из них, особенно в столицах и крупных городах, приютили архивы и различные учреждения. Есть и такие, внутри которых разбиты публичные сады (Жизор в Нормандии). Многие стали музеями – Норвичский замок в Великобритании, где собрана ценная коллекция античных и доисторических предметов, найденных в Британии; Сомюрский замок во Франции, отведенный под Музей прикладных искусств и Музей коневодства; замок Сфорца в Милане, с его богатым археологическим и живописным собранием.

Но даже замкам, приспособленным под мирные цели, иногда приходилось вспоминать о своем героическом прошлом. Кое-где, например в Дуврском замке, в XIX и даже в XX веках имелись оружие и гарнизон. Во время обеих мировых войн замки по всей Европе вернулись на службу. Английские прибрежные замки, включая древний Гастингс, стали постами наблюдения и площадками для зенитной артиллерии. В Певенси, построенном нормандцами внутри стен древнеримского форта III века (одного из укреплений «саксонского берега»), были оборудованы две пулеметные позиции и долговременная огневая точка – их встроили в стены, замаскировав, в ожидании немецкого вторжения. Четырьмя годами позднее он сделался радиопеленгаторным центром американских ВВС. Во Франции, в Германии и Италии замки использовались как опорные пункты и укрытия, способные выдержать огонь из легкого и даже тяжелого оружия. Американские пехотинцы из 42-й дивизии, к примеру, успешно укрывались в Вюрцбургском замке от огня немецких 88-миллиметровых орудий, стоявших на другом берегу реки Майн (1945 год): выяснилось, что современные тонкостенные снаряды далеко не так губительны для стен, как каменные ядра бомбард XV века.

Но, как представляется, средневековые европейские замки обрели свое конечное предназначение, сделавшись туристическими достопримечательностями. В Великобритании, во Франции, в Германии, Испании, Италии и других странах можно при помощи путеводителя и воображения вновь заполнить источенные временем каменные стены и башни, а также исчезнувшие деревянные постройки лучниками, рыцарями, слугами, лошадями и возницами, хозяевами и их гостями, соколами и гончими, телятами и коровами, свиньями и курами – всеми, кто вел в XIII веке свойственную той эпохе жизнь, неряшливую, небезопасную, неприглядную, но бесконечно притягательную.

Известные замки Средневековья: географический обзор

Даже если брать только самые важные и представляющие наибольший интерес замки Средневековья, каталог займет целый том. Приведенный ниже список – лишь небольшая выборка. Мы не включили в него многие замки, построенные после окончания средневекового периода, с чисто декоративными бойницами, давно устаревшими вследствие развития военной техники и экономики. Подобные сооружения возводились в Америке на протяжении XIX века, в таком количестве, что им посвящена целая книга – «Американские замки». Все замки, упомянутые здесь, возведены в Средние века и перечислены в порядке их возведения для каждого региона.

Англия

В Англии можно наблюдать всю историю строительства замков: от курганно-палисадных укреплений XI века (сохранилось много земляных сооружений, некоторые – с более поздними шелл-кипами) до могучих эдвардианских крепостей конца XIII и начала XIV века: эти грозные стены, воротные укрепления и башни, построенные на тщательно выбранных местах, – лучшие средневековые оборонительные сооружения.

Беркхамстед. В 40 километрах к северо-западу от Лондона. Один из самых ранних англо-нормандских замков, с холмом и внутренним двором, который окружен рвом с водой; руины шелл-кипа; передовые укрепления XIII века.

Уорик. В 120 километрах к северо-западу от Лондона. Курганно-палисадный замок, укрепленный Вильгельмом Завоевателем в 1068 году, переделанный в шелл-кип (XI век), со стенами и башнями XIV–XV веков, а также жилыми постройками XVII века.

Йорк. В 400 километрах к северу от Лондона. Два курганно-палисадных замка, построенные в 1068 и 1069 годах, во втором – башня Клиффорда (1245).

Виндзор. В 32 километрах к западу от Лондона. Круглая башня – шелл-кип, построенный около 1170 года на холме, насыпанном в 1070 году, где ранее стояла деревянная башня; наружные стены возведены Генрихом II в конце XII века и Генрихом III в XIII веке; часовня и жилые здания – более поздние.

Лонсестон. Корнуолл. Внешняя стена XII века на холме 1080 года; круглая внутренняя башня XIII века.

Тотнес. Девон. Холм 1080 года, окруженный внешней стеной конца XII века; зал, построенный во дворе замка под холмом (XII век); внешняя стена перестроена в начале XIV века.

Рестормель. Корнуолл. Внешняя стена XII века с выступающей квадратной башней; жилые помещения, казармы и часовня пристроены в XIII веке к внутренней части стены и выходят на центральный двор.

Белая башня (Лондонский Тауэр). Прямоугольный донжон 1080 года, высотой 30 метров до зубцов, первоначально трехэтажный, разделенный внутри стеной; верхняя часть с большим залом, соларом и часовней высотой в два этажа; вход был через пристройку, ныне разрушенную; башни внутренней стены и часть самой стены датируются концом XII и XIII веком – Уэйкфилдская башня, где хранятся драгоценности короны, и Кровавая башня, где, как считается, по указанию Ричарда III были убиты малолетние принцы Эдуард V и его младший брат Ричард и находился в заключении Уолтер Рэли. Обе башни построены при Генрихе III.

Колчестер. В 80 километрах к северо-востоку от Лондона. Прямоугольный трехэтажный донжон 1087 года.

Рочестер. В 40 километрах к востоку от Лондона. Большой донжон с парапетом высотой 34 метра и 38-метровыми угловыми башнями, построенный в 1130 году, с тремя жилыми этажами над подвалом; внутри здание разделено сверху донизу поперечной стеной; вход из пристройки.

Дувр. Прямоугольный донжон, построенный в 1180-х годах Генрихом II, высотой 25 метров, с угловыми 29-метровыми башнями, трехэтажный, вход в помещения главного (третьего) этажа из пристройки, где также находятся две часовни; внутри разделен стеной так, что на каждом этаже имеются два обширных зала, с комнатами в стенах; внешние стены XIII века.

Кенилворт. В 130 километрах к северо-западу от Лондона. Прямоугольный донжон под названием башня Цезаря (1150–1175 годы), исключительно мощный, стены толщиной 4 метра с контрфорсами и массивными угловыми башнями; два этажа, один обширный зал на каждом этаже, на второй этаж первоначально поднимались по внешней лестнице; внешние стены XIII века; большой зал, построенный Джоном Гонтом в XIV веке.

Орфорд. В 120 километрах к северо-востоку от Лондона (графство Суффолк), на побережье. Донжон построен в 1166–1170 годах, круглый внутри, многоугольный снаружи, с тремя большими квадратными башнями; три этажа, зал на втором этаже, пристройка с входным крыльцом на уровне второго этажа, с часовней над ним; в одной башне – винтовая лестница, ведущая в подвал, и бойницы, в другой – жилые помещения.

Конисбро. В 230 километрах к северу от Лондона. Построен в 1180–1190 годах, высокая цилиндрическая башня с чрезвычайно толстыми стенами, поддерживаемая шестью массивными контрфорсами на всю высоту здания, которые определяют внешний облик донжона; сводчатый подвал, три верхних этажа, вход на второй этаж первоначально осуществлялся по разводному мосту; наклонное основание, не позволяющее противнику приблизиться к замку.

Пембрук. Уэльс. Круглый донжон, построенный около 1190 года, 16 метров в диаметре, высотой 24 метра, четырехэтажный; вход на второй этаж – по лестнице в пристройке, ведущей к разводному мосту перед дверным проемом; винтовая лестница с первого этажа ведет в подвал, на верхние этажи и к зубцам; залы и жилые комнаты находятся во внутреннем дворе рядом с донжоном.

Эдвардианские замки Уэльса. Большинство находится в хорошем состоянии (Бомарис, Карнарвон, Карфилли, Конки, Денби, Флинт, Харлех, Кидвелли, Рудлан).

Франция

Как и в Англии, во Франции сохранились замки, представляющие все архитектурные типы.

Ланже. На берегу Луары. Прямоугольный донжон, возведенный Фульком Неррой около 1010 года, с тремя этажами: на первом и втором этажах – кладовые, на третьем этаже – зал; остальная часть замка построена в XV веке при Людовике XI.

Лош. На реке Эндр, к югу от Луары. Четырехэтажный прямоугольный донжон (около 1020) высотой 37 метров, с большой пристройкой; стены XIII века, Круглая башня XV века и квадратная башня Мартеле.

Жизор. Нормандия. Шелл-кип, датируемый началом XII века, четырехэтажная башня, восьмиугольная, неправильных очертаний, пристроенная Генрихом II Английским к курганно-палисадному замку в конце века; Башня узников (1206) – круглый донжон, встроенный в стену, с тремя сводчатыми этажами, на уровне третьего этажа – вход по верху стены с одной стороны, задняя дверь с другой стороны, с третьего этажа лестницы ведут на нижние этажи, в башне были оборудованы жилые помещения.

Арк. Поблизости от Дьеппа. Большой прямоугольный донжон, построенный Генрихом I Английским около 1125 года, четырехэтажный; вход с третьего этажа по лестнице, идущей с двух сторон донжона и защищенной внешней стеной; перегородка делит три нижних этажа на два больших зала, связанных между собой сложной системой стенных переходов и лестниц; с верхнего этажа, не разделенного на помещения, велось командование войсками. После победы, одержанной здесь Генрихом IV во время гражданской войны во Франции (1589), стал известен как Арк-ла-Батай (bataille (фр.) – победа).

Гудан. В 50 километрах к западу от Парижа. Построен около 1130 года, квадратный внутри, круглый снаружи, с четырьмя выступающими полукруглыми башнями; два чрезвычайно высоких этажа, кладовая на первом этаже, зал на втором этаже с комнатами в трех башнях, винтовая лестница в четвертой башне ведет к бойницам и в подвал; первоначально вход в эту башню располагался в шести метрах над землей, к нему вел подъемный мост со стены замка, ныне разрушенный.

Этамп. В 50 километрах к югу от Парижа. Построен около 1160 года. Большой трехэтажный донжон в форме четырехлистника, большой сводчатый зал на втором этаже; вход между этажами, куда, вероятно, попадали по верху стены и подъемному мосту, сейчас разрушенному.

Шатодён. В 110 километрах к юго-западу от Парижа, на Луаре. Круглый донжон начала XII века, одно из самых ранних и лучше всего сохранившихся сооружений такого рода; высота 29 метров, три этажа, два из них со сводчатым потолком; вход на втором этаже; часовня и жилая часть, построенные Дюнуа, соратником Жанны д’Арк.

Ла-Рош-Гийон. На Сене, в 56 километрах к северо-западу от Парижа. Круглый донжон, построенный во второй половине XII века на обрывистом утесе; от реки к нему ведут подземные лестницы и узкие ступеньки, проделанные в скале; центральная башня окружена «рубашкой» и внешней стеной, в совокупности они имеют форму корабельного носа, задняя часть которого обращена к обрыву.

Шато-Гайар. Нормандия. Возведен Ричардом Львиное Сердце в 1198 году на обрывистом утесе в 100 метрах над Сеной, с тремя дворами в линию; донжон во внутреннем дворе, на краю обрыва, имеет круглую форму и выступ со стороны двора; некогда имелись машикули (теперь разрушены) – одни из первых каменных машикулей в Западной Европе; большой зал находится рядом с донжоном во внутреннем дворе; стены внутреннего двора защищены не башнями, а выступами на внешней стороне; стены внешнего и среднего дворов усилены круглыми башнями.

Шинон. На реке Вьенна. Три группы зданий: форт Сен-Жорж, где в 1189 году скончался Генрих II Английский; Срединный замок, где Жанна д’Арк встретилась с дофином в 1429 году; и замок Кудре с башней Кудре, построенный Филиппом Августом в начале XIII века, – круглый донжон с лестницами вдоль внутренней стороны стен, защищенных машикулями. В замке Кудре до суда в 1308 году содержались тамплиеры.

Анжерский замок. На реке Мэн, недалеко от ее впадения в Луару; стоит на месте замка, построенного Фульком Неррой Анжуйским. Большая внешняя стена, возведенная при Людовике IX (1230–1240-е годы), с семнадцатью круглыми башнями, имеющими утолщенные основания почти в половину высоты башни, два входа, часовня и жилые помещения, без донжона.

Башня Констанс. Эг-Морт, Прованс. Построена в середине XIII века; большой круглый донжон, отделенный с одного угла рвом, за которым располагаются городские укрепления, – до их возведения сам по себе являлся замком; два сводчатых этажа с обширными залами над небольшим подвалом.

Фужер. Бретань. Отражает различные периоды замкового строительства – фундамент круглого донжона, разрушенного Генрихом II Английским в 1166 году, стены XIII века, башни Мелузина и Гобелен (XIII и XIV века), башни Сюрьен и Рауль (XV век); во внутреннем дворе до сих пор можно увидеть каменные колонны, которые поддерживали второй этаж с большим залом; вход в замок защищен рвом, барбаканом и четырьмя башнями. Фужер необычен тем, что стоит на равнине, а близлежащий город – на вершине холма.

Нажак. Южная Франция. Построен в 1250-1260-х годах, трехэтажный сводчатый круглый донжон, представляющий собой одну из угловых башен прямоугольной внешней стены; имеет сложную систему лестниц и переходов; вход на первом этаже по разводному мосту, перекинутому через ров; винтовая лестница от входа ведет к верхним этажам и зубцам; большой зал находится на втором этаже; донжон служил центром командования войсками, и каждый участок обороны мог быть изолирован при помощи преград.

Венсенский замок. На восточной окраине Парижа. Начало XIV века, большой донжон высотой 51 метр, в котором находились жилые покои короля, отделен от остальной части замка «рубашкой» и широким рвом, хорошо защищен; подвал, первый этаж с кухней, второй и третий этажи с королевскими покоями; четвертый этаж занимали приближенные короля, пятый – слуги, шестой использовался для обороны.

Пьерфон. В 72 километрах к северо-востоку от Парижа. Построен Людовиком Орлеанским, графом Валуа, в 1390–1400-х годах на скалистой возвышенности; мощная двойная внешняя стена, внутреннюю стену защищали восемь круглых башен; казармы и служебные постройки вокруг внутреннего двора; покои графа находились в небольшом донжоне возле ворот, который мог держать оборону самостоятельно; чтобы попасть внутрь, надо было пройти между внутренней и внешней стеной, обогнув весь замок, затем через барбакан и по разводному мосту; восстановлен в XIX веке под руководством Виолле-ле-Дюка.

Италия

Итальянские замки относятся к четырем категориям: замки Темных веков; нормандские крепости, построенные после завоевания Южной Италии, начиная с 1040-х годов; замки, возведенные в XIII веке Фридрихом II по всей Италии и Сицилии, иногда на фундаменте нормандских замков; замки, построенные местными правителями в XIV и XV веках, многие из них – в городах.

Каносса. Эмилия. Живописные руины крепости X века, воздвигнутой на скале; место знаменитого покаяния императора Генриха IV (в 1077 году), пришедшего сюда босым по снегу после борьбы за инвеституру с папой римским Григорием VII.

Бари. Южная Италия. Замок, возведенный нормандским правителем Сицилии, графом Рожером I, в 1131 году и перестроенный императором Фридрихом II в 1233 году; угловые башни и внутренний двор относятся к XVI веку.

Барлетта. Южная Италия. Нормандский замок XI века, перестроенный Гогенштауфенами и расширенный Карлом Анжуйским в конце XIII века.

Капуанский замок. Неаполь. Построен нормандцами в XI веке, перестроен императором Фридрихом II в XIII веке.

Кастель Нуово. Неаполь. Построен анжуйцами в 1282 году по образцу Анжерского замка; пять круглых башен добавлены в XV веке Альфонсо I Арагонским.

Замки Фридриха II. Имеют прямоугольную форму, снабжены квадратными угловыми башнями. Лучера, большая квадратная башня с примыкающим защищенным двором и внешней стеной, появившейся в конце XIII века при Карле Анжуйском; Джойя дель Колле, Апулия; Прато, к северо-западу от Флоренции; Гравина, Апулия, охотничий замок; Кастелло Урсино, Катания, прямоугольник стен с круглыми башнями; Кастель дель Монте, Апулия, восьмиугольный, с восемью восьмиугольными башнями и внутренним восьмиугольным двором.

Градара. На побережье Адриатики, к югу от Римини. Квадратный замок с круглыми угловыми башнями, построен в XIII веке представителями рода Грифи, впоследствии принадлежал семействам Малатеста и Сфорца; считается, что здесь Джованни Малатеста убил свою жену Франческу да Римини и ее возлюбленного Паоло, трагическую историю любви которых увековечил Данте.

Сардзанелло. К северу от Пизы. Построен правителем Лукки Каструччо Кастракани в 1322 году; толстая треугольная стена с круглыми башнями, окруженная глубоким рвом, с квадратным донжоном, откуда открывается вид на мост, соединяющий основную часть замка с отдельно стоящим бастионом.

Замок Скалигеров (Кастельвеккио). Верона. Построен Кангранде II делла Скала в 1354 году на реке Адиджа; квадратный донжон прикрывает укрепленный мост.

Замок Рокка. Чезена (близ Римини). Замок семейства Малатеста, построенный около 1380 года, с многоугольным внутренним двором на вершине холма и внешним двором, спускающимся по склону; внутренний двор окружен мощными стенами с башнями по углам, имеет защиту в виде сильного воротного укрепления и небольшого барбакана; подход к барбакану прикрыт поперечными стенами, образующими извилистый проход.

Замок Эстенсе. Феррара. Построен около 1385 года, на ровном месте, прямоугольник стен с квадратными башнями на каждом углу; защищен рвами и четырьмя воротными укреплениями с разводными мостами; жилые помещения окружают внутренний двор.

Замок Висконти. Павия. Построен семейством Висконти в конце XIV века, окружен стенами высотой почти 30 метров с квадратными угловыми башнями.

Замок Сан-Джорджо. Мантуя. Построен семейством Гонзага в конце XIV века; прямоугольник стен с мощными угловыми башнями квадратной формы и машикулями; окружен глубоким рвом.

Замок Сфорца. Милан. Огромное, квадратное в плане укрепление, построенное из кирпича, самый большой замок в Италии; возведен Франческо Сфорца в 1412 году на месте крепости Висконти 1368 года; внешние стены толщиной 4 метра, воротное укрепление и две мощные угловые башни круглой формы на передней стене; внутреннее пространство разделено на большой двор и два малых, наименьший по размерам двор (rochetta) является внутренней крепостью и защищен квадратной башней с машикулями.

Испания

В Испании, как и в Италии, есть замки, относящиеся к числу самых старых в Европе. Испанские замки делятся на четыре группы: мусульманские (до XII века); замки христианских рыцарских орденов (конец XII – начало XIII века); замки, воздвигнутые во время Реконкисты для защиты важнейших городов; замки-дворцы XV века. Мусульманские замки, по примеру которых впоследствии возводились рыцарские, обычно строились из tapia, смеси щебня и раствора, и были прямоугольными, с квадратными стенными башнями и отдельно стоящей квадратной башней, соединенной с замком аркой или мостом; те места во внешних стенах, которые нуждались в более основательной защите, были усилены пятиугольными башнями. Более поздние христианские замки часто возводились из кирпича.

Альмерия. Провинция Гранада, на побережье Средиземного моря. Построен арабами в VIII веке на месте финикийской крепости; обширное сооружение с квадратными башнями, стоящее на вершине хребта; захвачен христианами в 1147 году, вновь перешел к мусульманам в 1157 году и удерживался ими до 1489 года; круглые башни пристроены при Фердинанде и Изабелле.

Баньос-де-ла-Энсина. Неподалеку от Хаэна, на юге Центральной Испании. Построен арабами в 967 году на вершине холма для защиты реки Гвадалквивир; прямоугольник стен с квадратными башнями; в 1212 году занят христианами, которые возвели отдельно стоящую башню для дополнительной защиты.

Алькала-де-Гуадайра. Провинция Севилья. Мусульманский замок с восемью квадратными башнями, одна из которых прикрывала ворота, и отдельно стоящая башня, которая защищала мост, ведущий к воротам; поперечные стены разделяли силы атакующих.

Гормас. Кастилия. Построен мусульманами в Х веке на вершине известняковой скалы, подарен королем Альфонсо VI знаменитому герою-авантюристу Сиду в конце XI века; два двора, неправильный план, квадратные башни, внешняя стена высотой 9 метров и длиной 900 метров.

Альмодовар-дель-Рио. Провинция Кордова. Мусульманский замок на высоком берегу Гвадалквивира, где в XIV веке хранил свои сокровища Педро Жестокий; высокие зубчатые стены; отдельно стоящая башня высотой 40 метров соединена с остальной частью замка высоким каменным мостом.

Калатрава-ла-Нуэва. Кастилия. Построен рыцарским орденом Калатравы около 1216 года на месте арабского замка; основное укрепление – неправильный восьмиугольник, окруженный рвом; имеются вторая линия стен для защиты скота, отдельно стоящая башня, большая церковь с окном-розой.

Сорита-де-лос-Канес. Провинция Гвадалахара. Построен мусульманами, захвачен королем Альфонсо VI в 1085 году, вновь стал арабским в XII веке, позднее перешел к ордену Калатравы и был перестроен; стоит на холме с видом на реку Тахо; внешние стены снабжены мощными башнями, южная служит хранилищем; отдельно стоящая башня на северо-востоке соединена с замком массивной готической аркой; вход в замок осуществляется через арочный портал, защищенный воротным укреплением.

Консуэгра. Провинция Толедо. Построен госпитальерами в XII веке по образцу замков крестоносцев в Сирии; двойная внешняя стена, центральный донжон с круглыми башнями.