Агни-3

Мальчишки уставились на неё, а потом, переглянувшись, сорвались с места и выбежали из комнаты.

- Там была штука, которая выжимает бельё? – медленно уточнила Кристал, тараща глаза вслед братьям.

- Да. Надо было всего лишь прикрутить её к агрегату после стирки, а потом только крутить ручку. Крутить, конечно, всё равно с усилием придётся, но в любом случае это гораздо лучше, чем выжимать бельё вручную.

Кристал с негодованием взглянула на свои ладони, а потом – снова на дверь, не закрытую братьями.

- Ну… Ну!.. – кажется, слов, чтобы отругать братьев, она не нашла.

- Ничего! – утешила её Аня. – В первый раз не всегда всё бывает идеально.

Но расстроенную девочку успокоить оказалось трудно по одной причине: она злилась не на братьев!

- Это я виновата! – сделала она неожиданный вывод. – Помнишь, мы тебе рассказывали? Когда ты вышла замуж за дина Хармона, у нас было мало денег. И мы бегали к соседям – они разрешали нам пользоваться такой же машиной. Это я должна была вспомнить про выжималку! Это из-за меня Кеган и Греди так сильно устали! Я должна была им подсказать! Напомнить!

- Воспринимай сегодняшнюю стирку как урок, - предложила Аня. – И не только для себя, но и для братьев. Зато они теперь твёрдо усвоили, что стирать можно не только быстро, но и легко.

А себе взяла на заметку да намотала на ус: после ужина надо бы сходить в бельевую и осмотреть агрегат, вымыт ли стиральный бак после стирки. Заодно посмотреть, как мальчики и Кристал развесили бельё. Если что – ругать их не будет. И замечаний не последует. Мелкие недочёты можно легко устранить самой. Главное, чтобы мальчики основную работу продолжали выполнять. А уж потом и сами разберутся, как стирать с комфортом и (Аня усмехнулась) играючи.

Она встала с кресла и подошла к тому окну, что пряталось в дальнем от свечей углу мастерской, а потому здесь можно выглянуть на улицу… За окном едва виднелись седые от инея деревья сада. Свет фонаря от подъездной дороги к дому чуть-чуть дотягивался до этого участка сада – и появлялось впечатление, что на деревья накинуты прозрачно-жёлтая вуаль. Но Аня всматривалась дальше – туда, куда не добирался ни фонарный свет, ни от домашних окон. И там царила смутная тьма, которая вновь вернула её к чувству тревоги, недавно уже испытанному.

Говорят, человек может чувствовать безотчётную тревогу, связанную с другим человеком, близким или родным.

Машинально ведя пальцем по раме, Аня думала: «Мне бояться плохих известий о Таегане? Но по приезде на место он прислал весточку, что доехал хорошо. Или меня вспоминает Лисса, которая устала от своих родителей и хочет сюда, к нам? Вроде больше не о ком беспокоиться… Вся моя семья дома. Или что-то плохое случится позже? Завтра, например? А может… Лучше не думать о плохом? Тоже говорят – так можно и беду притянуть…»

Но вечером, когда все разбрелись по своим комнатам готовиться ко сну и можно было быть уверенной, что больше никто не выйдет в коридор, Аня накинула на плечи вязаный палантин, обулась в любимые меховые тапочки-калошки и почти бесшумно спустилась в гостиную первого этажа.

Зная все закоулки дома, что называется, наизусть, свечу она не взяла. Тем более от инея в окна мягко светлело, и Аня бродила везде едва освещённой тенью. Сначала проверила, закрыт ли засов входной двери в дом. Затем по узкому коридору добрела до потайной дверцы, выводящей в сад. Тоже надёжно закрыта. Обошла гостиную, чувствуя себя психом-шизофреником, но всё равно проверила все щеколды на окнах. Поколебавшись немного, посетила кухню, где, фыркая на себя, явно одержимую навязчивой идеей, проверила плиту: не оставили ли здесь гореть огонь?

Снова очутившись в гостиной, Аня нерешительно подошла к большому напольному зеркалу, увидела в стекле свою расплывчатую тень. И покрутила пальцем у виска. Потом ещё и указательным пальцем твёрдо постучала себя по лбу, чтобы убедительней было, и прошептала:

- Усадьбу окружает защита, выполненная лучшими магами города! А ты – проверяешь запоры! А ну марш спать!

И, щепотью прихватив слишком длинный подол ночного платья, которое использовала здесь вместо пижамы, помчалась к лестнице на второй этаж.

Глава 2

Утро понедельника выдалось, как всегда, упорядоченно-суматошным. Разве чуть спокойней, ведь не было главной непоседы – Лиссы.

Но и кое-чем другим утро чуть-чуть отличалось от предыдущих: Никас, смеясь и негодуя, постанывал из-за натруженной поясницы, пока садился за стол, а мальчишки вообще охали-ахали, стараясь не шевелить руками-плечами слишком резко. Кристал и Онора испуганно и с сочувствием смотрели на них, а безжалостная Аня за столом чуть не зловещим тоном напомнила:

- А ведь я вас предупреждала! Не поверили, да?

За столом же братья договорились выехать из поместья пораньше, чтобы успеть забежать в первую попавшуюся аптечную лавку и купить противовоспалительную микстуру, избавляющую от боли в мышцах.

- Ничего! Это мы переживём! – оптимистично пресекала Аня все попытки своих мужчин поплакаться. – Зато эту зиму мы будем жить в тепле! Представьте: за окном мороз, метель, а мы будем открывать окна, чтобы подышать свежим воздухом! Замечательно же! Никас, ты говорил, что печника вызвал на завтрашний день?

- Да, так и есть. Только вот… Ох, чуть не забыл! – аж испугался старший брат. – Агни, у нас ещё остались деньги? Я купил два воза отличного угля – надолго хватит, а до жалованья мне жить ещё неделю. Прости, Агни, на оплату печника я дал только аванс, а на всё остальное…

И он беспомощно развёл руками.

- А когда привезут уголь? – поинтересовался Кеган. – Мы будем снова разгружать его сами, как это было в прошлом году?

Умоляюще глядя на Аню, Никас виновато признался:

- Я заплатил и за разгрузку.

- Лучше бы сами, - проворчал Греди. – Перемазались бы, зато с деньгами были бы.

- Неделя до жалованья? – переспросила Аня. И вздохнула. – Никас, тебе придётся половину жалованья отдать мне. Чтобы у тебя не было соблазна тратить деньги на всё, что хочется. Пока мы себе такое позволить не можем. Хотя с платой за разгрузку я согласна: отмываться от угля потом – никакого запасённого мыла не хватит. А на оплату услуг печника пойдут деньги из жалованья Таегана. Он оставил мне часть, которая ему в дороге не понадобится. Кукольные деньги я трогать не буду. Ты же помнишь, что на них мы собираемся купить лошадь. Никас, пожалуйста! Будь бережливей! Мальчики, прошу вас! Присмотрите за братом, чтобы он в лавки не заглядывал!

Деловая беседа за столом закончилась шутливо-жалобными воплями Никаса на свою несчастную долю и напоминанием Греди, что сегодня вечером к ним приедет Конгали, которая в их доме появляется два раза в неделю, чтобы вспомнить те свои летние дни, что она провела здесь, будучи призраком.

- Агни, ты испечёшь к чаю сладкие печенья-фигурки? – взволнованно спросил Греди, а Кеган усмехнулся, глядя на брата, а у Кристал глаза разгорелись, когда она взглянула на Аню. – Ей они так нравятся!

«Как нравится она тебе?.. Ещё один сладкоежка, кроме Кристал!» - с трудом удержалась Аня от доброй насмешки. И успокоила его:

- Испеку, конечно! – и скомандовала: - Мальчики, бегом на выход! Времени маловато, если вы хотите успеть в аптечную лавку!

Проводили мужчин и разделились. Кристал отправилась в учебную комнату ждать дайну Сарейд, учившую её общей магии, и повторять домашнюю работу. Аня с Онорой – в кухню. До появления учительницы Кристал они собирались испечь то самое печенье. Работу обычно делили так: Аня готовила песочное тесто и резала его пополам, а там уже обе раскатывали свои части до тонкого пласта, из которых затем нарезали фигурки. Металлические формочки для фигурного печенья купили недавно, во время очередного похода по городским лавкам. Затем будущее печенье они разложили по противням, втиснули в него изюм, изображая глазки, и сунули противни на полку плиты, уже раскалённой до необходимой температуры.

- Что дальше? – спросила Онора, трогая свои горячие, румяные от жара щёки. – Я тебе ещё нужна?

- Нет, скорей всего, - раздумывая о дальнейшем расписании и предполагая, что девушка хочет побыстрей сбежать в библиотеку, ответила Аня. – Я хочу попробовать замазать дыры под подоконником в комнате Никаса. Думала, что он сделает это вчера, но он сказал, что не хочет спать в помещении, где пахнет глиной. А если сегодня замазать – как раз до его приезда всё высохнет.

- Ой! – обрадовалась Онора. – Ты мне покажи, как это делается, я сама буду замазывать в его комнате! Я научусь! Я тоже хочу помогать по дому!

Нетрудно догадаться, что влюблённой девушке любая работа в комнате Никаса будет приятной. Аня мысленно пожала плечами: ага, Никас думал, что сегодня будут только две комнаты готовы! И, улыбаясь, повела Онору в подвал, чтобы показать, как смешивать сухую глину с водой до нужной консистенции. А потом показала, как впихивать заранее наломанные Никасом деревяшки в пустотелые дыры в стенах, а уж потом залеплять их строительной глиной. Счастье, что в комнате Никаса трещин мало и все неглубокие… Постояла немного рядом, наблюдая, как Онора старательно мажет глиной трещины, похвасталась немного, как здорово вчера работал Никас и как быстро научил её штукатурить. И – втайне полюбовалась, как сияет Онора, слушая славословия своему жениху.

Только выпрямилась, удостоверившись, что девушка поняла, а тут и знакомый сигнал от ворот запел. Приехала дайна Сарейд, преподаватель Кристал. Аня встретила её на крыльце привычно почтительно и тут же отвела в учебную комнату. А затем помчалась в подвал, где быстро сотворила и себе ведёрко раствора, прихватила ведро с деревяшками и немедленно побежала на второй этаж – подремонтировать все оставшиеся комнаты, в том числе и пустующие, чтобы потом от них холод не шёл в отогретые. Кристал будет заниматься два с половиной часа, как и Онора, которая, будучи новичком в штукатурном деле, скорей всего довольно долго провозится с комнатой Никаса. Так что Аня успеет заляпать-закрыть все дыры на втором этаже, а потом – сделать всё необходимое в гостиной. А когда пройдёт обед, надо будет заняться ремонтом в комнатушке старушек-служанок и в кухне. Столовая потерпит: в последнее время там хоть и прохладней всего, но зато все семейные обеды не обходятся без горячих блюд. А наружные работы будут в выходные. Если погода позволит.

Прежние навыки вернулись, и Аня поняла, что память о них не зависит от того, в чьём она теле. Самой Агни, конечно, трудновато, но так было бы и Ане – без тренировок. Она усмехнулась, с трудом разгибаясь из-под последнего оштукатуренного окна в последней пустующей комнате. И спохватилась: который час? Не опоздала ли она для торжественных проводов дайны Сарейд?

Стремительно скинула с себя фартук и чуть не скатилась по лестнице в гостиную. Фу… Ещё полчаса! Что-то она слишком медленно работает, неужели всё-таки потеряла умение шваркать мастерком на скорости? – снова усмехнулась себе.

И тут же малодушно захныкала про себя: «Да ну его нафиг! Я тоже устала! Никасу – хорошо-о! Он приехал в свой суд, свалился на свой мягкий стул и сидит там, пишет свои бумажки!.. Отдыхает! А я?!» Она машинально, как делала всегда, заглянула в ведёрко с раствором. Там лежал ещё довольно толстый слой, хоть и видно было, что ещё на одно помещение глины не хватит, разве что отыскать такое, в котором только одно окно. Но и эти остатки не хотелось зря выбрасывать впоследствии засохшими. Но и работать… Сколько раз она бегала в подвал за новым раствором!.. Сколько трещин замазала!..

- Ну и ладно, - мрачно сказала она. – Ну и чёрт с ним…

Окна в гостиной довольно широкие. Может, не думать о работе под определённым подоконником? Может, использовать глину только на одну-две трещины?

Но ведь полчаса!..

Аня вдруг подняла бровь: знаю, куда можно использовать остатки!

И, на всякий случай сняв фартук и перекинув его на руку, взяв оба ведёрка (оставалась не только глина, но и деревяшки), вихрем слетела с лестницы в гостиную, на цыпочках прокралась мимо учебной комнаты, откуда доносилось уверенное контральто дайны Сарейд, и быстро шмыгнула в коридор, ведущий в кухонное царство. Нетерпеливо стукнула в первую же дверь, предупреждая о своём приходе.

Изумлённые и даже несколько напуганные Бридин и Сайл только глазами хлопали, когда узнали, с чем пришла к ним хозяйка дома. А та без лишних разговоров ринулась к единственному окну их комнатки, которое было гораздо меньше, чем в жилых комнатах второго этажа. Расчёты оказались верными. Паре коротких и неглубоких трещин хватило как раз того количества строительной глины, что тяжелела на дне её ведёрка. Притихшие от потрясения, старушки только и глазели на стремительно летающий и скрежещущий по стене мастерок.

Закончив ремонт под подоконником, Аня утомлённо выпрямилась. Что хорошо с этой комнатой: она ничего и никому не скажет о том, что здесь уже не дует. Как не скажут старушки, если их только не спросят. А кто будет спрашивать?.. Аня, устало улыбаясь, провела ладонью там, где несколько минут назад в пальцы ощутимо веяло холодком. И снова спохватилась: вот-вот из учебной комнаты выйдет дайна Сарейд!

Перед тем как убежать от Бридин и Сайл, Аня велела им:

- Обогреватель зажгите! Не перед сном, а прямо сейчас. Если угля не хватит, возьмите из растопки на кухне!

Старушки покивали, кажется готовые выполнить любой приказ, лишь бы взъерошенная хозяйка дома побыстрей ушла из комнатушки, которой они стеснялись из-за скудного убранства. Обогреватель стоял в углу комнаты – пустотелая металлическая «солонка» с толстыми стенками, внутрь которой закладывают топливо. Удобная вещь для холодных дней, особенно если комната находится вне досягаемости печной системы дома.

На прощанье улыбнувшись старушкам, Аня выскочила в коридор и бросилась к кухне, где оставила замызганный фартук и рабочие инструменты.

Проводы дайны Сарейд прошли, как всегда, на высшем уровне. Величавая дама выплыла из дома на крыльцо, а затем и в карету, подобно устрашающему, но благородному военному кораблю.

Когда её карета пропала за поворотом, Аня наконец перестала улыбаться и вернулась в гостиную, где пока ещё было пустынно. Входная дверь мягко хлопнула за спиной. До обеда – полтора часа. Осмотревшись, Аня подошла к креслу, со спинки которого свисал вязаный палантин. Постояла немного, чувствуя, что не может поднять рук, которые словно налились той же цементной тяжестью. Снова посмотрела на палантин. Мягкий. Тёплый. Уютный. Укутавшись в него и забравшись с ногами в кресло, хозяйка мгновенно уснула.

… Последние «кадры» сна: вокруг неё бегает толпа народу, все всплёскивают руками и кричат: «Ах ты, батюшки!» А она испуганно смотрит на мелькающие лица, взваливает на плечо мешок со строительной глиной, на другое плечо – ещё один мешок, а потом пытается взять третий – под мышку и виновато, тоненьким, умоляющим голоском убеждает всех, кого слышит: «Да я донесу! Честно-честно! Мне легко! Я привыкла!»

И – распахнула глаза в явь.

Спросонья показалось, что вокруг неё и в самом деле столпилось множество народа, выпрыгнувшего в гостиную из её сновидений.

Но, полностью придя в себя, увидела лишь склонившихся над нею старушек-служанок да Онору с Кристал.

- Агни, ты проснулась?! – с каким-то ужасом спросила Кристал, заглядывая ей в глаза. Стояла она на коленях на краешке её кресла.

- Агни, давай мы отведём тебя на второй этаж? – дрожащим голосом предложила почему-то бледная Онора. – В твои комнаты?

- Почему вы так со мной? – начала Аня и мгновенно заглохла: такой сиплый голос, что она даже напугалась. А секундой позже взглянула в сторону и почувствовала это движение глаз знакомо болезненным.

«Я простыла?» - поразилась она.

И, проверяя, постаралась спокойно и даже деловито, как всегда, встать с кресла. Кажется, всё в норме. Тогда отчего же всполошились дамы, включая старушек?

Словно услышав незаданный вопрос, Кристал горячо объявила:

- Ты! Так! Спала! Мы тебя столько времени будили, а ты никак не проснёшься!

Аня непроизвольно улыбнулась, сообразив, в чём дело.

Нет, не заболела. В своём мире с нею частенько такое бывало, что после долгого и тяжёлого рабочего дня дрыхла она порой чуть ли не мёртвым сном. Странно, вообще-то. Тело-то Агни. Почему же такая же реакция на работу? Да и работы было… Хотя нет, всё правильно. Несмотря на каждодневную работу по дому, тело среагировало так, потому что ещё меньше привыкло к физическим нагрузкам… Сообразив всё это, Аня выдохнула с облегчением и сумела улыбнуться всем.

- Девочки, я столько работала, что неудивительно – мой сон был глубок.

- А я думала… - чуть не шёпотом откликнулась на высказывание Онора и замкнулась, слегка отойдя в сторону от кресла.

Не испугалась ли Онора, что этот странный для всех сон Ани напомнил ей то недавнее прошлое, когда хозяйка дома относилась к неё хуже, чем к последней служанке?

Но загомонили старушки-служанки, рассказывая, как энергично хозяйка работала в их комнатушке. Бледно улыбнулась и Онора, вспомнив, что Аня говорила ей о втором этаже. Кристал встала на ноги и вздохнула.

- Ты всё равно меня напугала, - пробормотала она. – Это в самом деле так тяжело – замазывать глиной дыры?

- Не попробуешь – не узнаешь, - усмехнулась Аня. – Так, девочки, который час? Не пора ли нам обедать?

Бридин и Сайл немедленно зашаркали на кухню, а Аня подошла к Оноре, дотронулась до её плеча.

- Не надо бояться, - вполголоса сказала она. – Теперь у тебя есть Никас.

- Как ты поняла? – прошептала девушка.

- Не была уверена, что догадалась правильно, - призналась Аня. – Но у тебя вид был такой, что… Пора забыть о том времени, Онора.

- О каком? – с любопытством спросила Кристал. – Вы говорите будто на чужом языке. Вроде все слова я знаю, но почему-то не соображу, про что у вас разговор.

Аня незаметно для девочки переглянулась с Онорой.

- Мы говорим, что Онора вспомнила время, когда я магически болела.

Девочка серьёзно кивнула, а потом снова вздохнула. Погладила подол тёплого платья, купленного специально к холодам.

- Потому что ты спала, как в магическую болезнь? Тогда я тоже испугалась. Хотя во сне ты выглядела… такой… спокойной.

- Да? – изумилась Аня. – А какой я выглядела тогда?

- Умирающей, - легко ответила Кристал.

Так легко, что Аня и Онора переглянулись. Да, для девочки, кажется, то время прошло безвозвратно и оставило след чего-то плохого, что, возможно, никогда не вернётся. Оттого и ответила сразу. Наверное, Кристал в глубине души предполагала, что её прямой ответ не может обидеть…

Пообедали, болтая каждая о своём: Кристал рассказывала, что было на уроке дайны Сарейд, Онора – со смехом повествовала, как с трудом приноравливалась к замазыванию дыр, о том, как из одной трещине пришлось вытаскивать глину назад, потому что забыла всунуть в пространство деревяшки, а Аня смеялась, вспоминая глаза старушек-служанок, когда она решительно ворвалась в их комнатушку. Одновременно она мысленно замечала, что тогдашнее её желание не рассказывать домочадцам про эту комнату сейчас почему-то изменилось – из-за того, слишком напугавшего всех сна?

Дружно убрали посуду, и Онора приготовилась мыть её, а Кристал – сушить полотенцем, как вдруг от ворот раздался странный сигнал. Все звуки, которые издавали ворота, в доме знали наперечёт, поэтому все три дамы удивлённо вздёрнули брови.

- Похоже, дайна Мадэйлеин? – удивлённо спросила Аня.

- Только какая-то суматошная? – уточнила Кристал и захихикала: - Наверное, к ней Партхланы приехали – и она не знает, как от них избавиться, пока у неё всё не съели!

На это насмешливое предположение невольно засмеялись и старшие дамы.

Оставив посуду до лучших времён, все три заторопились на крыльцо. Одеваться плотней не стали – похватали оставленные в гостиной палантины, на ходу кутаясь в них, отчего Кристал не преминула напроситься на похвалу:

- А правда – это здорово, что я научилась вязать, да?

- Ты молодец! – серьёзно отозвалась Аня, а Онора добавила:

- В твоих палантинах холода совсем не замечаешь!

И Кристал расцвела от приятных слов.

Они выбежали на крыльцо, дожидаясь, пока карета дайны Мадэйлеин приблизится к ступеням: ворота, настроенные на дружелюбных знакомцев, пропускали и родственников Лиссы. Кроме её родителей. Пока ждали, Кристал вдруг расшалилась и попрыгала на одной ножке по мелким лужицам на крыльце, хрупая ледком.

Пока лошади мчались к крыльцу, у Ани сложилось впечатление, что они не растрёпаны – имеется в виду их гривы, а встрёпаны – по душевному состоянию, подобно своей хозяйке. И чем ближе подъезжала карета, тем больше Аня подозревала, что именно привело в их дом дайну Мадэйлеин. Она даже сжала руки от предчувствия: