Помоги проекту - поделись книгой:
Хотя на вешалке было всего пять или шесть курток (и вряд ли поместилось бы больше десяти), но ритуал с номерками соблюдался неукоснительно.
— Бахилки надевайте. Уборная налево, касса прямо.
У Аркадия на сердце потеплело. Все здесь было как в настоящем музее, только в мини-формате. Торжественная, затхлая атмосфера, номерки, бахилки, билеты, щелястый паркет и значки со стрелками.
— С вас тысяча рублей.
Что ж, искусство всегда было дорогим удовольствием. А учитывая то, на какой риск шел этот пожилой бунтарь…
Хозяин выдал Курину распечатанный на черно-белом принтере билет и аккуратно оторвал квиток.
— В нашей галерее три зала, фотографировать только без вспышки, экспонаты и мебель руками не трогать: ведется наблюдение. Начало экспозиции прямо, а налево до конца — буфет, где вы можете приобрести чай, кофе и легкие закуски. В 20:00 встреча с художниками и автограф-сессия. Насчет приобретения картин можете уточнить у меня.
У бахил Курина будто выросли крылья. Глаза зачесались, захотелось расцеловать этого чопорного старикашку. Но Аркадий сдержался и прошел по стрелке к началу экспозиции.
Ценитель искусства оказался в старомодной гостиной — интерьер будто выдернули из восьмидесятых. Тихо гудел единственный анахронизм — кондиционер. В углу сидела бдительная благообразная старушка в черном платье с кружевным воротничком. На груди ее был распечатанный на принтере бейджик. Несколько посетителей разглядывали полотна, почти уткнувшись носами в стекло. Аркадий умилился и приступил к осмотру.
В Питере каждый третий — художник (а если не художник, то музыкант), так что местные таланты для подпольной выставки нашлись без проблем. Картины на манер паззла заполняли почти каждый квадратный сантиметр стен, красовались на столах и стульях. В углу была повешена скромная распечатка с биографией автора. Аркадий под бдительным оком смотрительницы сфотографировал биографию, чтобы прочитать позднее. Некий Сухорук. В основном, натюрморты в наивной манере, с густыми мазками и яркими красками. Приблизившись к картине вплотную, Аркадий следил за движением руки художника, видел малейшие щетинки, выпавшие из кисти и навсегда застывшие на полотне.
В следующем зале (аккуратной спаленке) было значительно меньше работ, но они пришлись Курину по сердцу. Сияющие пейзажи в духе Куинджи, пасторальные родные просторы, церковки на горизонте.
В последней комнате, совсем крошечной, были представлены работы двух авторов, которые перепробовали все стили живописи, не в силах остановиться на чем-то одном. Их картины слились в некую визуальную кашу, о чем Курин достаточно громко бурчал себе под нос, надеясь завести дискуссию с другим посетителем подпольной галереи, молодым мужчиной в свитере с ромбами и с порядочной такой плешью.
В конце концов, плешивый откликнулся, завязалась долгая, пространная беседа, плавно перешедшая в кухню-буфет. О, какое это было блаженство! Какой бальзам на душу! Как прекрасно вот так, на ровном месте поделиться своими впечатлениями об увиденном с незнакомцем, выслушать его мнение, глубже осмыслить пиршество цвета, форм и образов, открывшееся сегодня их изголодавшимся глазам!
На встрече с художниками Аркадий едва слушал. Он сидел рядом со своим новым знакомым и, прыская в кулак, обменивался с ним записочками, будто школьник. Под конец они чинно подставили свои черно-белые билетики под автографы местных талантов. Живописцы надулись от собственной важности и светились от удовольствия. Сухонький хозяин галереи трогательно приобнял супругу в кружевном воротничке и пригласил ценителей прекрасного заходить еще: экспозиция менялась каждые две недели.
Одеваясь в «гардеробе», новый знакомый протянул Аркадию бумажку:
— Вот мой номер. Знаю место, где послезавтра будут ахматовские чтения. И еще хожу на квартирники семейного квинтета, изумительные таланты! Младшенькая — просто виртуоз, на европейских конкурсах призовые места брала! Но денег стоит, конечно. И секретность — строжайшая. А то на днях подпольный шахматный клуб накрыли. И клуб любителей настольных игр.
— Я не выдам, — горячо прошептал Курин. — Деньги найду. Деньги — мусор, а искусство — мой воздух!
По пути домой бумажка с номером и адресами жгла Аркадию карман. «Неужели это я? Я преступаю закон? Я крадусь по темным улицам из нелегальной организации? Мне доверена тайна, я знаю пароль на сегодня?» Где теперь тот тихий, интеллигентный молодой человек, которым он был несколько часов назад? Теперь он бесстрашный шпион, отважный разведчик, Джеймс Бонд и Штирлиц в одном лице! Когда это на то, чтобы смотреть на картины и слушать живые концерты, требовалось столько хитрости, ловкости и смекалки? Когда искусство привносило в его жизнь столько опасности и адреналина?
Благополучно добравшись до дома, Курин записал имя нового знакомого в телефон как «Влад ремонт обуви», а записку запомнил наизусть и съел (перед зеркалом). Вглядываясь в свое дерзкое лицо и бесстыжие глаза, Аркадий усмехнулся и тихонько сказал сам себе:
— Это еще что. Вот хоть в лепешку расшибусь — но на Успение буду слушать литургию в храме!
Что и говорить, искусство преображает человека.
Барьер
Эля была глупа и миловидна. Она работала секретарем в небольшом отделении крупной компании. Когда сняли карантин и отменили масочный режим, Эля ощутила панику.
Если бы это было в ее силах, она, как кошка, которую пытаются запихнуть в переноску, уцепилась бы всеми когтями, шипела и орала благим матом, защищая свою свободу оставаться в родных четырех стенах. Но Эля не была кошкой, и никто не тащил ее к ветеринару. Она сама себя тащила на работу.
Через силу накрасившись и выпив кофе, Эля дрожащей рукой открыла дверь. Выглянула в подъезд. Никого. Натянула маску и перчатки, стараясь хоть немного побыть в безопасности. Самую капельку. Пожалуйста.
На улице навстречу ей шла толпа людей: человек пятнадцать. Эля вскрикнула и обежала их по широкой дуге, вдавливая тонкие шпильки в мягкую влажную почву газона.
В автобусе сидело человек десять. Эля забилась на свободное сиденье и раскрыла неподатливое окно, чтобы дышать свежим воздухом, а не душным, пронизанным угрозой смрадом. Водитель сделал замечание и велел девушке закрыть окно, потому что в салоне работает кондиционер. Та отказалась, потом была перепалка. В итоге она минут пять шла до метро пешком.
В метро ждали новые непередаваемые ужасы. Внутренне дрожа, Эля встала у самой двери, чтобы побыстрее сбежать. Когда один из пассажиров чихнул, она еле дождалась станции, выпрыгнула и села в следующий поезд. «А что если кто-то здесь тоже чихнул?..» — похолодела Эля.
Кое-как доехав до бизнес-центра, девушка поднялась на свой этаж, отперла двери офиса. Проверила воду в кулерах, разобрала входящие документы, сделала заказ чая, кофе и канцтоваров. Села ждать.
А посетители валили валом. И все без масок. И она без маски: как же, карантин сняли, секретарь не может встречать людей в маске. И все без перчаток. И она без перчаток. Столешница под ладонью Эли покрылась легким туманчиком влаги.
Люди шли к ней бесконечной чередой, улыбались, дышали своими бактериями и вирусами. И она должна была улыбаться в ответ. Какое счастье, карантин же сняли, улыбайтесь все, смейтесь, дышите друг на друга…
Когда поток посетителей на минуту прекращался, Эля брызгала на ладони антисептик, протирала салфеткой стол и ручки двери. Напрасно. Это ее не успокаивало. Как она жалела, что живет не в Эмиратах и не может ходить в хиджабе!
Время подходило к шести. Девушка подпрыгивала на кресле, будто на фитболе, и неотрывно смотрела на стрелки часов.
Без пяти шесть в двери вошел симпатичный молодой курьер. Никого противнее и настырнее Эля в жизни не видела. Он отдал свою корреспонденцию, но уходить не собирался. Нагло заигрывал, хотя Эля уже вовсю паковала вещи в сумку и бренчала ключами.
Ровно в шесть девушка демонстративно протерла свое рабочее место антисептиком, выключила все лампочки и компьютеры, натянула перчатки и маску, закрыла офис. А завтра снова эта пытка! Как ее вынести?!
Молодой курьер не отставал, пытался Элю разговорить.
— Держите дистанцию два метра! — истерически вскрикнула она и от избытка чувств разрыдалась.
Парень поставил на землю свою огромную сумку и приблизился к девушке, чтобы утешить. Та отскочила, сломала шпильку и чуть не упала. Курьер поддержал ее и прижал к себе. Тушь оставляла на голубой маске уродливые корявые потеки. Парень обнимал сопротивляющуюся Элю, а той казалось, что смерть неминуема.
— Девушка, ну что вы, я же на госпредприятии работаю. Нам каждое утро экспресс-тест делают и еще две недели будут делать.
— Мало ли что было утром! Вы курьер, вы разносчик заразы, вы целый день неизвестно где шатались!
Эле было гадко и стыдно, и казалось, что все прохожие пялятся только на нее.
— Но вот вы даже этого теста не делали, откуда я знаю, вдруг вы бессимптомный носитель?
Секретарша одеревенела от ужаса, даже плакать перестала. Ну кто так девушек утешает-то?
— Знаете что, тут в пяти минутах, во дворе, есть ремонт обуви. Я думаю, вам туда надо срочно зайти.
Не слушая возражений, парень подставил руку калачиком и взял Элю на буксир.
Ожидая, пока починят туфлю, она болтала босой ногой на обшарпанной скамейке. Курьеру разрешила сесть рядом. Чего уж там. Если наглоталась вируса, то уж наглоталась.
Тот рассказывал ей всякие забавные истории и даже умудрился пару раз рассмешить.
— Я не пущу вас в таком состоянии. Вы едва на ногах держитесь. А еще на шпильках. Как хотите, а я вас провожу.
После целого дня предельного напряжения ноги у Эли и правда подкашивались и дрожали. Так что девушка послушно уцепилась за подставленную руку и позволила отвести себя в метро. Как ни странно, толпа в вагоне не внушала больше такого ужаса. Эля забилась в угол, а молодой человек загородил ее от страшного зараженного мира.
На Элиной станции он купил в какой-то забегаловке два кофе навынос и продолжил развлекать девушку былями и небылицами. Чтобы пить кофе, пришлось «опустить забрало», как выразился парень.
Когда эта они дошли до Элиного дома, та вдруг вспомнила, что она вообще-то девушка приличная, абы с кем не знакомится и прочие глупости. Напялила маску и отступила на полтора метра. Официальным тоном поблагодарила своего спасителя и сказала, что час уже поздний и ей пора. Тот рассмеялся и — ни стыда, ни совести — поцеловал прямо поверх маски. Пообещал завтра тоже ее проводить и откланялся.
Эля похлопала ресницами и вернулась домой. Назавтра разрешила себя проводить. И еще раз, и еще. И как-то так вышло, что однажды разрешила проводить себя еще и утром на работу. И маска больше не была для них барьером.
Парад
Начальник: Ну, ребята, что будем делать?
Подчиненный 1: А что наверху хотят?
Начальник: Пока ждут наших предложений.
Подчиненный 2: Давайте тогда набросаем два-три варианта.
Подчиненный 1: Как всегда, выберут самый глупый и неудобный.
Начальник: Шутки в сторону. Давайте серьезно. Месяц остался.
Подчиненный 1: Ладно. Мое предложение. Самое простое — надергать красивых моментов из предыдущих парадов и сделать такую ретроспективу. Наподобие документалки. По-моему, должно зайти. Вначале можно дать обращение Президента минут на пять, типа как на Новый год. Можно министра обороны тоже подключить. И интервью парочки ветеранов. Потом минута молчания и наше попурри из парадов прошлых лет. А в конце тоже что-нибудь патетическое.
Начальник: Вариант первый принимается. После совещания продумаешь детали, вечером пришлешь подробную концепцию.
Подчиненный 1: Самое удобное в этом варианте — простота исполнения и экономия.
Начальник (
Подчиненный 2: У меня другое предложение. Полностью от традиционного парада отказываться не стоит. Давайте призовем на помощь новые технологии. Трибуна Президента на Красной площади, все как надо. Позади Президента сделаем хромакей, и можно будет подставить компьютерную графику: министры, ветераны, первые лица и прочее, как обычно. В этот раз обойтись без живого оркестра, сделать музыку через динамики. Военную технику показать, но марширующие полки в этом году. Самолеты пусть летят, не проблема. Но для особо экономных их тоже можно заменить монтажом или компьютерной графикой.
Начальник (
Подчиненный 1: Да вообще можно взять два-три предыдущих парада, из них слепить один, только Президента и министров чуть состарить, чтобы без палева. Будто парад прошел, все нормально. Но зато тратиться вообще не надо. Никто ничего не заметит. Максимальная экономия. Таким Макаром вообще можно вообще настоящий парад раз в три года проводить.
Начальник (
Подчиненный 1: Правда что ли?..
Подчиненный 2: Это конфиденциальная информация.
Подчиненный 1: А они хотят обязательно парад провести? Можно же просто сослаться на сложные времена и карантин и ограничиться военными фильмами, документалками и песнями.
Начальник: Можно было бы, но на это не выделяется бюджет, который, как известно, можно пустить сразу в нескольких направлениях, помимо официально заявленных.
Подчиненный 1: Ну понятно.
Начальник: Ну что, попурри-документалка и обращения — раз, парад с элементами компьютерной графики, без полков и живого оркестра — два, и парад, полностью составленный из предыдущих плюс немного компьютерной графики под видом нового парада — три. Ничего не забыл?
Подчиненный 2 (
Начальник (
Украшенные платформы шли по Красной площади. Минимум военной техники ожидал своего часа. Позади трибуны Президента висел зеленый экран. Двое телохранителей в ярко-зеленых костюмах того же оттенка (чтобы не портить иллюзию) стояли в двух метрах от своего клиента. Тот явно скучал. Обернувшись вправо, будто обращаясь к премьер-министру, которого потом нарисуют за его спиной, он кивнул на пестрые, трепещущие флагами и лентами платформы разных видов войск, и произнес:
— Ты только посмотри на это шапито. Вокруг сплошные идиоты.
И, тяжело вздохнув, продолжил смотреть парад. При монтаже, естественно, этот момент вырезали, чтобы никто не мог прочесть его слов по губам.
Свадьба онлайн
Рита и Олег были очень рачительны. Они не хотели устраивать пышное торжество, не покупали билеты на дорогие курорты для свадебного путешествия. Они решили лучше пару лет поэкономить и купить недвижимость. Так что карантин никак не нарушил их планы, а даже подтвердил правильность принятых ими решений.
18 мая, ровно в 16:40 жених и невеста явились в ЗАГС как грабители в банк: в масках и перчатках. Их встретила такая же замаскированная работница ЗАГСа, сверкнула улыбкой через голубоватую противовирусную мембрану. Наскоро поставив подписи и прослушав марш Мендельсона из колонок, молодые пулей вылетели из храма Гименея и помчались домой. Купили шампанское и тортик, заперлись на все замки. В шесть вечера, как договорились, сделали звонок-конференцию, в который добавили родителей с обеих сторон, пару ближайших друзей и семью дяди со стороны невесты.
Мама Риты была при макияже и прическе, папу заставила побриться и надеть рубашку. Но молодая была уверена, что тонкая грань стола скрывает клетчатые шорты а‑ля семейники и бледные папины ноги в кудрявых седых волосках. Мама жениха потрудилась принарядиться, но папа, видимо, был более дерзок и свободолюбив, чем сват, потому был в домашнем и уже немножко хряпнувши. От дяди, понятно, парадной формы и ждать было нечего. Но подруги Риты были в симпатичных блузках, а дружка Вован при галстуке.
Чин чином. Тамадой вызвался быть Вован. Он объявил первый тост за молодых, все с удовольствием выпили — у кого что было. Дружка посетовал, что конкурсы проводить в таких условиях сложно, но в качестве развлечения показал несколько забавных фокусов. Потом вытащил из пластикового пакета реквизит — заказанные заранее через интернет розовые и голубые ползунки — и предложил голосование за будущее потомство. На карту жениха с дилиньканьем упало несколько небольших сумм с пометкой «Девочку!» или «Пацана!»
Вован предложил тост за родителей. Все с еще большим удовольствием выпили. Дали слово маме жениха, и та повела длинный рассказ о своей кровиночке. Раскрасневшийся папа Олега пускал слезы, в которых было немало промилле. Ловко прервав речь мамаши, Вован предложил конкурс талантов и сам же стал первым участником: умело жонглировал яблоками. Подружка невесты Лёля лихо просвистела популярную песню про свадьбу, мама молодой достала языком до носа (видимо, родители Риты пили не шампанское, а что покрепче). Вован похабно пошутил про полезные в браке генетические особенности. А дядя невесты на удивление похоже спародировал нескольких известных политиков и звезд. Победу присудили ему, как и право сказать следующий тост.
Дальше поехало более чем гладко. Все полюбовались на романтичный «танец-топтанец» молодых, тихо поорали «Горько!» каждый в свой микрофон. Вован продемонстрировал еще несколько занятных фокусов, потом устроил конкурс караоке. Еще раз собрал с гостей средства в пользу молодых, пригласил всех танцевать. После очередного «Горько!» вызвал жениха и невесту, велел им по очереди называть хорошие качества друг друга — у кого получится больше. Потом были еще танцы, еще конкурсы, еще тосты… В целом, свадьбой остались все довольны. Разве что дядя немного досадовал, что не было возможности кому-нибудь по традиции начистить морду.
В первое брачное утро, собираясь в свадебное путешествие на дачу, Олег сказал:
— Я считаю, свадьба была идеальная.
Рита поддакнула, пакуя рюкзак:
— Никто даже не опозорился.
— Не было никого лишнего, и никто не остался в обиде, что не там посадили или не так угостили!
— И не было всяких дурацких и ненужных подарков! — поддержала Рита.
— И знаешь что? У меня на карте пять пятьсот. А это значит, за вычетом госпошлины за регистрацию, стоимости шампанского и тортика, наша свадьба окупилась! А из моих знакомых и родных такого еще никому не удавалось.
Рита улыбнулась, оторвалась от рюкзака и смачно поцеловала Олега в губы. С таким мужем не пропадешь!
Служба в маске
Батюшка Никодим пригладил бороду, торчащую из-под надоевшей маски, поправил крест на животе. Включил фронтальную камеру на телефоне, оценил свой внешний вид. Все в порядке. Палец потянулся к ярлычку Инстаграмма, но батюшка одернул себя. Установил телефон на дешевеньком штативе и сделал видеовызов.
Родственники усопшего раба Божия Иннокентия подключились к онлайн-отпеванию (новая услуга РПЦ, за которую сейчас паства наиболее активно жертвовала в пользу храма). Всего за несколько месяцев карантина батюшка Никодим и трое певчих заработали не только на жизнь служителям церкви, мелкий ремонт и прочие текущие траты, но и почти собрали сумму для давно желанной групповой поездки по святым местам России.
Проведя службу, батюшка Никодим прослушал тихие благодарности от родственников усопшего, принял на карту положенное пожертвование и плату за Сорокоуст. Запись священнодейства не попросили. На том батюшка Никодим завершил отпевание и звонок. Аминь.
С этим разобрались. Отец Никодим устало присел на лавочку у церкви, стянул постылую маску под подбородок (так что она стала похожа на мешочек для бороды). В который раз за утро пролистал ленту в Инстаграмме. Мысленно себя отругал. Вернулся к обязанностям. Столько новых обязанностей навалилось на батюшку, что прямо голова кругом! Конечно, всё во славу Божию и всё по воле Его, но почему священник —
Поделиться книгой: