Королева

— Вообще-то я рада, что вы зашли, — сказала я, садясь на стул напротив дивана. Кайден склонил голову набок, наблюдая за мной. — Я вспомнила нечто важное из того, что сказал Арик… кое-что, что, я думаю, вы все должны знать.

Таннер сел на другой стул, и Фэй встала позади него.

— Что же это?

— Жаль, что я не вспомнила об этом раньше, — сказала я почти извиняющимся тоном. — Но ведь всё так было… — Запутанно в голове? Я этого не сказала.

— Всё в порядке. Я понимаю, — сказал Кайден. — Они все понимают.

Я опустила глаза и сделала глубокий, ровный вдох, очищая свои мысли.

— Арик сказал, что кто-то в Летнем Дворе помогает ему.

Таннер напрягся, а Фэй насторожилась, но больше всего я видела реакцию Кайдена. Он замер до невозможности, его грудь едва поднималась, а челюсть стала твёрдой, как гранит. Воздух над его головой, казалось, дрожал, напоминая мне о том, как пламя искажает воздух. У меня перехватило дыхание, когда на его голове начали появляться едва заметные очертания… короны.

— Продолжай, — сказал он обманчиво ровным голосом.

Моё сердце бешено колотилось, когда я смотрела на него. Я видела пылающую, обожжённую корону и меч только однажды. Оба, казалось, появились из воздуха, а затем снова исчезли. Его близкое присутствие одновременно завораживало и тревожило.

Я судорожно сглотнула.

— Он сказал, что это был член Летнего Двора, который хотел увидеть возвращение Королевы Морганы, — сказала я им. — Я думаю, что… думаю, что он ходил на встречу с этим Фейри, пока у него была я.

— Невозможно, — выдохнул Таннер. — Ни один Летний Фейри никогда не захочет, чтобы такой монстр, как она, вторгся в этот мир.

— Он когда-нибудь говорил, как собирается это сделать? — спросил Кайден.

Я помнила, и я не была уверена, что если расскажу ему, то эта корона появится полностью.

— Он сказал, что тебе вряд ли удастся завершить пророчество, но он верит, что сможет заставить тебя открыть Врата. Разве это возможно? Ты можешь открыть Врата без пророчества?

На челюсти Кайдена дрогнул мускул.

— Могу.

Похоже, это было новостью и для Таннера, и для Фэй.

— Как? — спросила она.

— Если бы у меня была хорошая мотивация, я мог бы открыть Врата, — сказал Кайден, воздух застыл над его головой, когда его взгляд встретился с моим.

— Ты хочешь сказать, что можешь просто открыть их один? — спросила Фэй. — Например, повернуть дверную ручку и… БАМ, они открыты?

Моё сердце забилось быстрее, когда вспыхнули отголоски воспоминаний. Арик искал Королевский Мортус, полагая, что сможет использовать этого человека, чтобы заставить Короля открыть Врата. Только когда он узнал, что я получила Летний Поцелуй, он понял, что я была Мортус.

— Да, — ответил Кайден. — Очевидно, что эта информация не является широко известной, и она должна оставаться такой.

— Очевидно, — пробормотал Таннер. — Особенно с Орденом. Они будут рассматривать тебя как угрозу…

— Если это так, это будет последнее, что они когда-либо видели, — прорычал Кайден, и дрожь мурашек распространилась по моей коже. Его золотистые глаза горели. — Я бы не хотел этого делать.

Возможно.

Это слово не было произнесено, но я знала, что оно повисло в тишине между нами.

И в этот момент я поняла, что реакция Кайдена была больше связана с тем, чем Арик мог поделиться с этим Летним Фейри. Арик мог бы сказать предателю Фейри, что я Королевский Мортус. Слабость Короля, которую можно использовать, чтобы контролировать его.

— Ты не можешь здесь оставаться, — сказал Кайден. — Ты будешь со мной.

У меня от удивления отвисла челюсть. Отчасти потому, что я не думала, что он скажет что-то подобное в присутствии Таннера и Фэй, а также потому, что он думал, что может просто заявить об этом, и я соглашусь с ним.

— Я не собираюсь оставаться здесь навсегда, — сказала я ему. — Люси говорила, что мне просто нужно задержаться до конца недели, а потом я могу поехать домой.

— Я не хочу, чтобы ты здесь находилась. Я хочу, чтобы ты была у меня дома, где я смогу убедиться в твоей безопасности. Если ты не хочешь ехать ко мне, я отвезу тебя к себе. Люси просто придётся с этим смириться.

По моему животу пробежали мурашки. Мы с Кайденом не можем оставаться вместе. Очевидно, у меня не хватило силы воли удержаться от поцелуя в течение пяти секунд после того, как я его увидела. Я никак не смогу сделать то, что должна была сделать, особенно если он будет жить со мной. Ни в коем случае.

Глаза Кайдена сузились.

Я расправила плечи и вздёрнула подбородок.

— Я не помню, чтобы просила тебя остаться со мной или давала тебе разрешение.

— Не припомню, чтобы я нуждался в чём-то подобном.

— Ты серьёзно? — спросила я, поднимаясь на ноги. — Конечно, тебе нужно моё разрешение, чтобы находиться в моём доме.

Он пристально посмотрел на меня.

— При обычных обстоятельствах, да. Но когда речь идет о том, чтобы уберечь тебя от беды, я этого не сделаю.

— Да, это не какой-то негласный закон или что-то в этом роде. И даже если бы это было так, мне не нужно следовать ему. Я не Фейри. Ты не мой Король.

— Эм, — пробормотала Фэй, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— Я точно знаю, кто я для тебя. — Кайден выпрямился во весь рост, но не сделал ни шага в мою сторону. Я изумлённо уставилась на него. — Это не обсуждается.

— В этом мы можем согласиться, потому что ты не останешься со мной.

Его улыбка была медленной, хищной.

— Тогда ты останешься со мной.

— Нет, это не так! — крикнула я. — Я буду здесь, пока не смогу вернуться домой в конце недели и спать в своей постели…

— Мне нравится, к чему это ведёт, — перебил он.

Таннер издал сдавленный звук.

Я шагнула вперёд.

— Одна. Я уезжаю домой в конце недели. Одна.

Он изогнул бровь.

— Посмотрим.

Гнев вспыхнул во мне.

— Мы ни хрена не посмотрим. Ты не…

— Хорошо. Давайте все передохнём, — Таннер встал, подняв руки. — Неважно куда Брайтон решит отправиться в конце недели, я уверен, что здесь ей ничто не угрожает. Арик мёртв, и если то, что он сказал, было правдой, что маловероятно, ни один Летний Фейри не станет пытаться причинить ей вред, особенно здесь.

— Я сорву кожу с любого Фейри, если мне покажется, что он смотрит на неё не так, как мне нравится, — отрезал Кайден.

Мои глаза расширились.

— Это уже слишком.

Кайден не сводил с меня глаз.

— Это твоё мнение.

Мои руки сжались в кулаки.

— Это психически нездоровое мнение.

— Ты чертовски хорошо знаешь, что это не слишком, — почти прорычал он.

— Если ты беспокоишься о безопасности Брайтон, я уверен, что Айви или даже Фэй захотят остаться с ней после того, как она уедет. Я также позабочусь, чтобы за ней следили, пока она здесь, — Снова попытался Таннер, и Фэй кивнула, в то время как я ощетинилась при мысли о том, чтобы быть под наблюдением, даже если это необходимо.

— Я позабочусь, чтобы она была здесь в безопасности, — ответил Кайден.

Таннер казался взволнованным.

— Я говорю это со всем уважением, мой Король, я знаю, что Брайтон важна для тебя, но ты должен подумать о том, как это будет выглядеть для Татьяны и её брата.

Кайден резко повернул голову в его сторону.

— Разве я выгляжу так, будто меня хоть немного волнует, как это будет выглядеть?

Мой вдох был таким же резким, как и у Таннера.

— Тебе должно быть не всё равно, — сказала я ему, и я понятия не имею, как он не сломал себе шею из-за того, как быстро обратил свои яростные глаза на меня.

У меня было такое чувство, что все слова, которые сейчас сорвутся с его губ, будут равносильны тому, что я сделаю объявление о том, что я его Мортус.

Слава богу, Фэй заговорила именно в этот момент.

— Не хочу прерывать этот очень неловкий разговор, но Летний Фейри хочет, чтобы Королева вошла в человеческий мир? Ты действительно думаешь, что кто-то из наших будет работать с Ариком? С Зимними Фейри?

— Как будто этого не было раньше, — огрызнулся Кайден. — Не будем забывать, что Арик был одним из моих ближайших доверенных лиц. Он был моим Рыцарем. Так что это не просто возможно, а весьма вероятно.

Глава 5

Я и сама не верила, что Арик лгал, но осознание того, что Кайден считает это весьма вероятным, сгустило тени, которые и так витали над гостеприимным отелем.

Таннер был шокирован. Я не могла его винить. Фэй выглядела так, словно была готова начать Инквизицию среди Фейри, а Кайден…

Ну, я изо всех сил старалась не обращать внимание на то, как он выглядел, намеренно игнорируя его. Хотя это не имело особого значения, ведь мне не нужно было смотреть на него, чтобы знать, что он в ярости. Каждый его короткий ответ был пропитан гневом, а напряжение исходило волнами. Я и сама не знала на что он злился больше: на то, что кто-то из подданных его Двора был предателем или на то, что я отвергла идею его пребывания со мной.

Этого я никак не могла допустить.

Я пыталась уйти, пока Таннер и Фэй обсуждали, кто мог бы оказаться изменщиком. Но как только я начинала двигаться, либо Фэй спрашивала меня могу ли вспомнить что-то ещё, либо Кайден смотрел в мою сторону так, что я застывала на месте.

Это само по себе поднимало мой уровень раздражения до не изученных ранее высот. Я была бы в восторге, если бы Кайден остался со мной. Если бы он всегда был со мной. Но это было не главным. Даже если бы между нами всё было прекрасно, я бы не вынесла его покровительственного отношения. У меня было право голоса. Даже последнее слово. И ему необходимо было вбить это в его твёрдую, но сексуальную черепушку.

Наконец, когда все пришли к соглашению, что Кален, ещё один Фейри, и Рен с Айви будут введены в курс дела о возможном наличии предателя в нашем окружении, Таннер и Фэй направились к двери. Также было решено оставить информацию о том, что Кайден способен открыть врата, только между теми, кто находился в комнате. Как правильно заметил Таннер, ни к чему было давать дополнительный повод для недоверия в и без того натянутых отношениях Летнего двора и Ордена… если договоренность работать вместе перед лицом потенциальной опасности вообще можно было назвать отношениями.

Я встала, не сводя глаз с двери, словно она была моим спасательным кругом. Давно пора было признать, что будущее всей человеческой расы, популяции Фейри и будущего ребёнка зависело от нашего, то есть моего, правильного выбора и действий, соответственно. Нашего ребёнка. От этих слов сердце забилось чаще. Я успела сделать ровно два шага.

— Брайтон.

Крошечная часть меня хотела по-детски притвориться, что я не услышала его. Меня можно было назвать по-разному, но уж точно не трусихой. Я остановилась.

Ну, ладно. Может я и была немного трусовата, потому что не повернулась к нему лицом. Я и без того ощущала его присутствие. Он стоял всего в нескольких футах от меня.

— Поговори со мной.

— О чём?

— Не притворяйся, что не знаешь. — Сейчас он был ещё ближе. Я практически ощущала его тепло своей спиной и у меня ушли все силы на то, чтобы не повернуться к нему и не задушить в объятиях. Скрыться в его тепле и нежности ещё разок.

Я не двинулась с места.

— Может я просто не хочу говорить о том, о чём я знаю, ты хочешь сказать.

— А я, возможно, не хочу стоять здесь и говорить с твоим затылком, но я делаю именно это.

— Ты сам остановил меня, — отметила я.

Последовало мгновение тишины.

— Что происходит, Брайтон?

Вздохнув, я повернулась к нему, потому что он не заслуживал разговора с моим растрёпанными хвостом. Даже несмотря на то, что я находилась с ним в одной комнате, сидела у него на коленях и целовала его совсем недавно, моё дыхание перехватило, когда я встретила его взгляд. В этих прекрасных чертах лица была такая открытость, какой не было в момент нашего знакомства.

— Почему ты так не хочешь остаться со мной или чтобы я поехал домой к тебе? — спросил он. — Ты прекрасно понимаешь, что это необходимо. Если Арик сказал кому-то, что ты мой Мортус, то ты в опасности.