Идеальная помощница (СИ)

Первое, что поняла Нира, зайдя во внеучебный корпус — вытяжка сломана, может даже безнадежно и теперь придется доказывать работодателям (интересно, кому именно, не забыть бы уточнить), что ее проще заменить, чем починить. Почему она так решила? Да потому, что стоило открыть дверь и ее буквально обволокло запахом ванили, шоколада, карамели и каких-то фруктов. К этому букету примешивался легкий оттенок пригорелого теста, так что с призрачной горничной тоже непорядок. Почему-то Нире казалось, что человек, который может сотворить такой букет из вкусных запахов, способен проследить, чтобы его выпечка не подгорела. А значит, это пекарский шкаф вычищен так себе, куда-то завалились крошки, или когда-то затекло жидкое тесто и теперь оно медленно там прогорает.

— Это Глен, — с мечтательными нотками сказала Винка и с удовольствием втянула ароматы.

— Глен? — переспросила Нира.

— Торт делает. Шоколадный, с вишней и апельсиновыми корочками, — прозвучало еще мечтательнее. И мечтала девушка явно не о Глене. Мечтала она о торте.

— Обаяшка с тортиками! Обаял! — настолько неожиданно припечатала Вика, что Нира даже дернулась в сторону. К счастью, вдыхавшая концентрированное счастье Винка этого не заметила.

— Идем, поздороваемся и я вас познакомлю, — сказала она и решительно пошла навстречу ароматам.

Нира, пока шла, смотрела то влево, то вправо. Отметила следы непрофессиональной уборки, наверняка проведенной вручную и хорошо, если силами чем-то провинившихся учеников. А то если убирали не в качестве наказания, а потому, что выбора нет, придется перебирать все цепи горничной. А на это можно даже месяц угробить.

А потом они дошли до еще одной двери, на этот раз совсем простой, зато с ручкой в виде львиной лапы. Винка за лапу потянула, открыла дверь, и Нира убедилась, что Вика в который раз права — в помещении был обаяшка с тортиками. С тортиком. Который он деловито украшал.

Стоял обаяшка за большим столом с каменной столешницей. По правую руку от него находилось штук десять горелок, вмонтированных в еще один стол, и набор больших кастрюль, сложенных неустойчивой пирамидой. За спиной — грандиозный пекарский шкаф, закрытый и остывающий, судя по тому, как тускло в нем светилась алхимическая трубка. По левую руку стоял шкаф, в котором наверняка хранилось что-то нужное. А стены увешаны сковородами, черпаками, впечатляющими тесаками и прочими дуршлагами. В общем, неплохо изначально оборудованное кухонное помещение. Одно из них. Потому что на целую школу с постоянно проживающими детьми тут забодаешься, как говорит Вика, готовить. Даже с полностью исправной кухонной паутиной.

— Апельсиновый поцелуй? — спросила Винка, подойдя к столу с тортом почти вплотную.

Торт был небольшой. Залитый шоколадной глазурью. С кружевом из взбитых сливок по краю. С букетиком из засахаренной клубники и голубики в центре. Но больше всего Ниру впечатлил листик из карамели. Кружевной, тоненький, буквально светящийся изнутри.

— Знаешь, подруга, — заговорила Вика, тоже полюбовавшись. — Мы просто обязаны выйти за него замуж, перевоспитать и заставить открыть кондитерскую лавку. А то талант пропадает.

Нира тихонько фыркнула.

— Да, Апельсиновый поцелуй, с вишнями и шоколадными каплями, — представил торт Глен и улыбнулся Нире.

— А эта милая девушка наш новый хозяйственник, — решила Винка, что ей тоже нужно кого-то представить. — Зовут Нира.

— Глен, — представился самостоятельный обаяшка и положил мешочек с кремом на стол. — Преподаю основы магических проявлений, — буквально промурлыкал он, и Нире даже на мгновенье показалось, что зрачки у него сузились и вытянулись вверх. Хотя как она могла это увидеть? Ведь стояла довольно далеко. — И практические занятия провожу в группе схожей с моим даром. Практические занятия у нас тут все проводят, если есть сходство, — улыбнулся.

Винка почему-то тихо хмыкнула.

— Мы сегодня уже виделись, — непонятно почему решила напомнить Нира.

— Да, но я тогда совсем упустил из вида такую мелочь, как собственное имя и род занятий, — пожал плечами Глен и опять улыбнулся.

Винка опять хмыкнула, на этот раз громко.

— Будем пить чай и есть торт! — решил Глен и огляделся. — А я расскажу, что у нас плохого. Я именно тот несчастный, который пытался по книгам хоть что-то с нашим хозяйством сделать. С кухней даже почти разобрался.

— Вот повезло, — почему-то восхитилась Вика и приказала: — Теперь вы совсем коллеги. Не поддавайся! И все проверь! Мало ли что он с этой несчастной кухней сделал.

Нира кивнула.

Хотя подозревать Глена в чем-то плохом ей совсем не хотелось.

С другой стороны, а что он здесь делает, со своим морем обаяния и, похоже, океаном разнообразных талантов?

Подозрительно же, разве не так?

— И что он в окне высматривал, — подсказала Вика.

Торт с карамельным листиком Глен сдвинул ближе к горелкам с кастрюлями и оставил постоять. А из холодильного шкафа, оказавшегося под столом, вытащил другой — белоснежный, с алыми малиновыми каплями и синими цветочками о четырех лепестках.

Чай появился как по волшебству, почему-то из шкафа, но Нира пока решила туда не заглядывать. Там ведь наверняка и без чая какие-то сюрпризы ожидали. Чинно села на предложенный стул, ела вкуснющий слоеный торт с заварным и малиновым кремом, и слушала забавный рассказ о том, как пара структурщиков и один теоретик магических проявлений пытались разобраться в работе хозяйственных схем. Учитывая, что Нире на это понадобилось четыре года, за месяц у них мало что получилось. В первую очередь потому, что начали они свое изучение вовсе не с самого начала.

В общем, эта великолепная троица умудрилась устроить потоп, всего лишь пытаясь избавиться от накопившейся в аудиториях пыли. Случайно отсекли от питания все холодильные шкафы, из-за чего пришлось докупать продукты и завскладом очень ругался. Может он их бы даже побить попробовал, если бы не догадались сунуть ему под нос директорский приказ. Потом они каким-то образом приманили птиц и пришлось отсекать от питания вообще всю сеть в надежде, что сработает страшное колдунство под названием «повторное запитывание цепи» и все вернется к изначальным настройкам. Птички, к счастью, перестали биться о стекла и занялись своими делами.

К сковородкам лично Глен старался не приближаться на расстояние вытянутой руки. Потому что эти твари были приучены самостоятельно сниматься с крючков и прыгать в подставленную руку. Но мимо его руки почему-то промахивались и норовили попасть по голове. И, да, еще сильнее он их стал бояться после того, как вычитал в инструкции, что так как эти сковородки никоим образом не являются живыми, на них стало возможным наложить простейший пространственный призыв. То есть, они могут не просто с крючков в руку прыгать. Они могут прыгать через пространство хоть в соседнюю комнату, хоть на другой конец города. Тронешь их случайно, собьешь что-то в настройках, а потом как-то не так руку на уроке вытянешь и получишь блинной сковородой по голове.

— Ну, хоть ученики порадуются, — закончил он свой печальный рассказ.

— Похоже, здесь много структурщиков, — сделала свои выводы Вика. — Хм, может именно это направление дара чаще всего преподносит какие-то сюрпризы?

Нира не знала.

От торта на почти голодный желудок ее немного развезло и захотелось спать, но нужно было работать. Или хотя бы найти склад.

О чем она и сказала, заодно удивившись факту сдвинутой кровати.

Глен тут же вызвался двигать кровать и носить стол со стульями. Винка обозвала его болваном, на нее, похоже, его обаяние действовало не больше, чем на Вику. Возможно из-за схожести имен. В этом мире такое бывало. И даже существовали имена, защищающие от какого-то типа магии. Правда, пользовались ими не часто, потому что эти же имена могли мешать при полезной магии, например, лечебной.

— Но сначала мне нужно посмотреть на схему, — вспомнила о самом важном Нира.

И кто вызвался ее к ней провести? Все тот же Глен. Он за месяц на эту схему так насмотрелся, что теперь даже нарисовать ее копию наверняка сможет. С закрытыми глазами.

— Идем! — Винка почему-то решила не оставлять Ниру наедине с коллегой. Может что-то этакое о нем знала. А может боялась, что он столь же легко и непринужденно как о своих мытарствах на ниве хозяйственной магии, расскажет и о чем-то, о чем Нире пока лучше не знать. А то узнает, закричит от ужаса и умчится догонять давно уехавший поезд.

— Ну, очень подозрительная школа, — проворчала Вика.

— Тебе просто нравится всех подозревать, — едва слышно прошептала Нира, убедившись, что на нее не смотрят.

— Это от скуки, — не стала спорить Вика.

глава 4

Глава 4

Страшные школьные тайны

— Знаешь, я тут подумала и поняла, что наш обаяшка мог броситься тебя очаровывать только потому, что ты хозяйственник, — заговорила Вика после того, как вся компания вышла из управляющего зала и пошла к складу. Схема в том зале была грандиозная, занимала почти всю правую стену. Светилась, к счастью, почти полностью зеленым, с редкими вкраплениями синего. А вот желтых пятен было немного и самое большое находилось почти в центре кольца призрачной горничной. Не удивительно что у них тут получается потоп при попытке просто помыть полы. Разбираться почему оно желтое Нира решила уже завтра. Тем более, схема была подробная и найти нужное помещение она даже без сопровождения наверняка сможет. — Бедолагу преследуют сковородки, а злой директор заставил заниматься хозяйством. Тут кого угодно попытаешься обаять, лишь бы он не ушел. Но теорию с мошенником все равно не отбрасываем, очень уж профессионально он это делал.

Нира тихонько хмыкнула.

Школа продолжала притворяться вымершей. Только время от времени, при встрече открытых окон, с улицы долетал хорошо поставленный голос директора, толкавшего какую-то речь собравшейся толпе. Толпа в ответ возмущенно шумела и явно требовала чью-то голову, но судя по тому, что ни Винку, ни Глена это ни капельки не беспокоило, у директора был мощный дар убеждения и толпу он успешно разгонит.

А склад оказался всего лишь сараем, спрятанным между большими деревьями. То ли потому, что иначе он бы вид школы портил. То ли в надежде на то, что ученики поленятся к нему ходить. Впрочем, защита у него была неплохая. И никто даже не пытался открыть дверь, пока не появился заспанный бородатый дядька, одетый не по погоде тепло, в сопровождении высокого лопоухого парня.

Дядька оказался заведующим этим складом. Звали его Пичур, характер у него был скверный, о чем шепнул Нире на ухо Глен. А еще этот дядька был очень жадный и даже случайно забытые на его складе вещи отдавать не очень-то и хотел. Винка еле его убедила, что стол не стоял здесь всю жизнь, а был принесен ради ремонта. А уж чего стоило отобрать у него пару стульев, слегка побитый молью коврик, один из совершенно новых матрасов и настенную вешалку!

— Белье в прачечной возьмете, — буркнул он напоследок и громко захлопнул за посетителями дверь.

— Зато у него ничего не пропадает, — сказал оптимист Глен. Поставил матрас на стол, сверху примостил стулья и ковер, потом что-то поискал под столешницей, громко щелкнул и все это дело медленно и плавно полетело в направлении учительского крыла, только чудом не треснув его напоследок по голове. Полюбовавшись оставшейся у двери склада вешалкой, он почесал затылок, забросил ее на плечо, на манер бревна и махнул рукой перед собой. Идите, мол, девушки, а я сразу за вами.

Стол благополучно долетел до очередного не центрального входа. Глен по дороге умудрился выловить в кустах пару мальчишек, хотя сидели они там тихо, одарил их титулом временных грузчиков и эти несчастные помогли ему затащить стол и матрас.

— Вот видишь, уже почти все в порядке, — тоном мамочки, гордящейся своим сообразительным сыном, сказала Винка, поставив принесенный стул. — Давай теперь все раздвинем. Я покажу тебе где питаются учителя и прочие работники школы. Зайдем в прачечную. А дальше видно будет.

— Они не хотят тебя отпускать, — прошептала в голове Ниры Вика. — А ты даже не спросила, сколько тебе платить будут.

Нира тряхнула головой и решила решать проблему сразу. Она широко распахнула глаза, состроила рожицу «меня неожиданно осенило!» и ни к кому конкретно не обращаясь, произнесла:

— Я забыла спросить, сколько мне будут платить.

Глен почему-то рассмеялся. Винка цыкнула на него, огляделась, потом выудила из воздуха плотный лист бумаги и вручила Нире. Оказался этот лист типовым договором, со свободными строками, где можно было дополнительно дописать какие-то условия, прежде, чем подписать и отнести мастеру Вилери посмотреть, согласится ли она с дописанным.

А ближе к низу была пропечатана сумма на отдельной строке.

— Ого, — сказала Вика. — Если отсюда бегут хозяйственники при такой зарплате для новичка без опыта работы… здесь точно будет нескучно.

Нира кивнула.

С другой стороны и работы тут хватает. А хозяйственники и гораздо больше могут получать, чем полсотни серебряных лун за стандартные двадцать пять дней. Некоторые и полсотни золотых лун за десять дней сочтут недостаточной суммой, чтобы хотя посмотреть на предполагаемое место работы.

— А еще тебе придется воевать с тем дядькой, — сообразила Вика, добавив в получавшееся непонятное варево, вопреки всему вкусно пахнущее тортами Глена, ложку дегтя.

А еще одна ложка этого несъедобного компонента обнаружилась под кроватью. Стоило ее сдвинуть, как сразу стало понятно, почему она так странно стояла. Кровать героически прикрывала собой пятно, подозрительно похожее на кровавое, но оказавшееся липким. При ближайшем рассмотрении на пятне можно было увидеть мышиные следы, редкие кристаллики сахара и намертво прилипших дохлых муравьев.

— Кентервильское привидение, — определилась с происхождением пятна Вика.

— Кто-то муравьев призывал? — с сомнением спросила Винка.

— Варенье где-то украл, при помощи призванных муравьев, — развил эту тему Глен. — Но запутался в векторах и перетащили они его не туда, куда этому вору хотелось. После чего следы преступления пришлось скрывать под кроватью.

— Дети, — только и смогла сказать Нира. С горничной было что-то сильно не так, раз это пятно свободно здесь засыхало и никого не побеспокоило.

День для Ниры закончился отмыванием пятна. Вручную. Хотя Вика предлагала прикрыть пока эту пакость ковриком, который все равно потом выбросит.

А перед этим Нира совместила обед и ужин в столовой для преподавателей — помещении светлом и неуютном, по нему даже эхо гуляло, пока желающих поесть не набралось больше десятка. Познакомилась с поварами, собрав у них целый список жалоб на кухонную паутину, потрогав вон ту трубу, вон те сковородки, которые стучат о стену время от времени, и даже заглянув в нишу с маго-ветровым насосом, хотя, если он действительно вот-вот сломается, нужно звать не хозяйственника, а артефактора с механиком. Вписала в пустую строку договора возможность в любое время пользоваться библиотекой, потому что ее тут охраняли почище королевской казны, что было логично, учитывая местных учеников с их «кровавыми» пятнами. Получила в прачечной два опечатанных комплекта постельного белья и ярко-зеленую скатерть. И даже успела развесить на вешалке свои вещи.

А потом долго лежала на кровати пахнущей лавандой. Наблюдала в незанавешенном окне как появляются звезды и честно пыталась уснуть.

Ровно до того момента, как услышала за дверью непонятный шорох, щелчки и постукивание. По двери что-то поскреблось, как кошка в панцире, по словам Вики. Тихо скрипнула половица, и Нира не выдержала — села.

— Наверное дети пугают, — пробормотала она.

— Или Кентервильское привидение пытается к нам войти, чтобы нарисовать новое пятно. У него здесь жена голову разбила.

— Пфы. Привидение бы сквозь дверь просочилось.

— Так у него в руках кисть и банка варенья.

Нира представила это несчастное привидение и хихикнула.

Шорохи, поскрипывания и прочие странные звуки за дверью все не прекращались. Уснуть в такой обстановке было бы невозможно. Поэтому девушка решительно встала, одернула коротковатую, но очень красивую ночнушку, накинула халат и пошла прогонять не то детей, не то привидение с вареньем.

Дверь она открыла решительно.

В коридор едва не выпрыгнула.

А потом застыла солевым столбом, чувствуя как сердце падает в пятки и всем своим весом мешает сдвинуться с места.

— Ой, мамочки, — с непонятным восторгом пропищала Вика.

— Что это? — едва слышно, дрожащим от страха голосом спросила Нира.

— Паучок, рогатенький, — очень сильно преуменьшила Вика, потому что это был паучище из тех, которые в сказках солнце глотают. Или его глотают не пауки?

Паук впечатлял. Он был немногим ниже Ниры, а она хоть девушка и невысокая, но не карлица же! Посреди коридора этот паук смотрелся столь же уместно, как бы смотрелся грязный кроссовок посреди танцевальной площадки на каком-то королевском балу. И рядышком золушка такая, в строительном комбезе и шапочке из газеты, а лучше сразу из фольги.

— И о чем я думаю? — сама себе удивилась Вика.

В общем, паук впечатлял. Сразу всем своим видом и каждой деталью внешности по отдельности. У него было шесть красных, как вишни глаз и они, кажется, светились. Над этими глазами загадочно белели самые натуральные рога, причем, не загнутые назад, а опасно выставленные остриями вперед. И рога были белоснежные. А весь остальной паук, не считая рогов, глаз и когтей, которыми заканчивались лапы, был черным, прямо-таки космически черным. Его тело покрывали ворсинки и они загадочно шевелились, издавая тот самый шелестящий звук.

Вика даже удивилась тому факту, что Нира стоит себе и не падает в обморок, не говоря уже о «несется с визгом подальше от этой школы». Будь Вика немного более живая и стой перед ним в своей собственной плоти, она бы точно выбрала один из этих вариантов. А сейчас паук почему-то воспринимался как персонаж фильма ужасов.

— Почему он на меня смотрит? — задала следующий вопрос Нира.

Паук действительно смотрел и покачивался на длинных лапах. Словно размышлял о том, чем бы таким интересным продолжить неожиданную встречу.

— Не знаю, — Вика решила не говорить, что он желает поужинать.