Ловушка для девственницы

Мои мысли плыли, потихоньку растворяясь в алкогольном море, и я не особенно вслушивался в излияния Труди.

До меня доносились и другие обрывки фраз. Все перемешалось в моей голове: монолог Труди и реплики участников вечеринки.

— …Тогда я схватил его за лацканы пиджака и приподнял на целый фут. «Слушай, панк! — сказал я. — Когда ты кого-нибудь толкаешь на тротуаре, положено ведь извиниться, не так ли?». Вам бы надо было видеть, как он на меня посмотрел! Глаза, как у перепуганного кролика.

Донесся взрыв раскатистого смеха.

— …Чего не выношу, так это когда меня толкают…

— …Сама не знаю, почему я вам это рассказываю, Ларри, но вы чем-то мне симпатичны… Понимаете, первый раз с Робертом все происходило у меня на квартире, и я не имела к нему никаких претензий…

— …Каждый брак, Линда, требует определенного времени для того, чтобы молодые притерлись друг к другу…

Я понял, что это Энгстед пустился в пространные рассуждения.

— В данный момент у вас со Скоттом все хорошо, вы производите впечатление идеальной пары. Он — властолюбивый и самоуверенный мужчина, вы же, наоборот, — не слишком уверены в себе, и поэтому вам так необходима поддержка сильной руки…

— …Я определенно верю в свободу сексуального выбора, Ларри. Я не ханжа, но когда узнала, что Роберт, как бы это выразиться, со странностями…

— …Стив прав, дорогой. Ты действительно несколько агрессивен. Вспомни, как во время нашего медового месяца ты ударил беднягу официанта…

Чувствуя, что сейчас окончательно вырублюсь, я сказал Труди:

— Извините, что-то у меня разболелась голова. Я выйду на свежий воздух.

Довольно твердым шагом я вышел во внутренний двор, подошел к бассейну и некоторое время бессмысленно пялился на ровную гладь воды. Дул прохладный ветерок, из дома доносился невнятный гул голосов, и, что удивительно, через некоторое время я почувствовал себя лучше.

Я медленно прошелся вдоль бассейна, вытащил сигарету и закурил. Но не успел я сделать и двух затяжек, как вдруг услышал, что в кустах кто-то негромко хохотнул. В следующий момент я услышал хрипловатый голос Кэт Кванати, которую я, правда, не видел:

— Ах ты проказник! Что надумал! Я просто хочу искупаться.

Рыжеволосая обнаженная Кэт появилась из-за кустов и побежала к бассейну. В свете, падающем из широких окон дома, ее тело отливало перламутром. Следом за ней семенил кривоногий толстячок, на ходу расстегивая рубашку.

— Кэт, подожди же меня!

Подняв фонтан брызг, Кэт прыгнула в бассейн.

В такую игру могут играть только двое, так что хоть и с большой неохотой, но мне пришлось возвратиться в дом. Решив, что лишняя порция бурбона мне не помешает, я направился к бару. Энгстед присоединился ко мне как раз в тот момент, когда я приканчивал содержимое бокала.

— Ларри, — вкрадчиво сказал он, кладя руку мне на плечо, — не обижайтесь, если я лезу к вам с советами, в которых вы, скорее всего, не нуждаетесь, но все же лучше, если вы будете держаться подальше от Труди Кирш.

— Чего ради? — удивился я.

— Понимаете, Айрис следит за вами. Я это доподлинно знаю. Она уверена, что вы флиртуете с Труди, и ей это не нравится.

— Даже если это и так, ну и что? Я же не давал Айрис никаких обещаний.

— Понимаю, — извиняющимся тоном сказал Энгстед. — Но, поверьте, я лучше вас знаю Айрис. Она много выпила, а в таком состоянии мисс Лэнгдон способна выкинуть любой трюк. Для нее не существует никаких моральных принципов.

Он печально улыбнулся.

— Мне кажется, что как раз здесь мы и столкнулись с тем скрытым злом, о котором недавно говорили. С Айрис не все чисто… Она знает какие-то трюки.

— Благодарю вас, Стив, но вы зря беспокоитесь. Мне кажется, что в трудную минуту я смогу постоять за себя.

— О’кей, в таком случае не говорите потом, что я вас не предупреждал. Всего доброго, Ларри. Но у меня такое чувство, что вас ожидают большие неприятности.

Энгстед поклонился — совсем как джентльмен — и отошел.

Я увидел, что Труди разговаривает с Хиллардом, и направился к ним, удивляясь, как это Скотт разрешил своей жене куда-то уйти без него. Увидев меня, Труди заулыбалась и схватила за руку.

— Ларри, а я-то все думала, куда это вы исчезли. Я уже опасалась, что вы решили искупаться, как некоторые.

— Да-да, я видел, как миссис Кванати нырнула в бассейн в чем мать родила, — нехотя признался я. — Но это зрелище не показалось мне интересным, и я решил вернуться сюда, чтобы еще выпить.

Труди засмеялась.

— У Кэт своеобразное представление о такого рода развлечениях. Вообще-то я считала, что она развлекается где-нибудь в кустах…

Внезапно я почувствовал на себе недобрый взгляд Хилларда.

— Не желаете ли искупаться? — вежливо спросил я.

— Нет! — злобно рявкнул Хиллард. — Если бы я знал, какого сорта здесь будут люди, никогда бы не привел сюда Линду! Все же придется сказать пару ласковых слов Вендоверу.

— Не самая лучшая мысль, — невинным тоном заметил я. — Не будет ли проще побить его?

— Уж не считаете ли вы свою плоскую шутку верхом остроумия? — взорвался Хиллард. — Юмор такого рода годится разве что только для безмозглых кретинов, готовых часами просиживать перед «ящиком».

— Скажите, вы ненавидите только меня и тех людей, которые толкают вас на улице, или же весь мир? — поинтересовался я.

— Ну и время настало! Кругом — один разврат, — широким жестом он обвел гостиную. — Меня тошнит от всего этого. Для этих людей нет ничего святого. Подростки, накачавшись наркотиками, шатаются по улицам, девицы продают себя, похотливые старики развлекаются на полную катушку… Стране нужно избавиться…

— Не хочу знать, что нужно стране. Лично мне нужен Ларри, — промурлыкала Айрис у меня за спиной. — Могу я украсть его у вас на минутку?

Я обернулся. Айрис с лучезарной улыбкой смотрела на меня, затем взяла под руку и потащила в холл.

— Я вела себя как последняя идиотка, Ларри, и хочу извиниться за свое поведение. Но я не могла сделать это в присутствии этих кретинов. — Ее пальцы нервно сжали мой локоть. — Давай спрячемся от них в каком-нибудь укромном местечке. Я как раз знаю одно такое.

Мы миновали холл и длинный коридор. Я подумал, что за теми дверьми, мимо которых мы проходили, находятся спальни. Айрис остановилась перед последней дверью слева.

— Это очень уютная комната, — заговорщически прошептала мисс Лэнгдон. — И у нее есть большое преимущество — она запирается изнутри. Я это знаю. Входи первым, я должна убедиться, что за нами не наблюдает Алекс. Нельзя, чтобы он нам помешал, не так ли?

— Конечно, — не раздумывая ответил я.

Огонек опасности зажегся в моем мозгу, но я постарался не обращать на него внимания. Открыв дверь, я вошел в комнату. Дверь тут же захлопнулась с характерным щелчком, и я понял, что ее заперли снаружи. Я остановился. Сердце мое бешено колотилось. Я догадывался, что угодил в западню.

Это в самом деле была спальня, без подвоха. Но весь кошмар состоял в том, что спальня уже была занята. Миниатюрная блондинка, жена Хилларда, стояла спиной ко мне и неторопливо стягивала трусики.

— Айрис, ты принесла купальник? — спросила она, не оборачиваясь.

У меня язык прилип к небу, да и что, черт возьми, я мог сказать!

Линда выпрямилась, бросила трусики на постель, где уже лежала ее одежда, и повернулась. Она принадлежала к тем миниатюрным венерам, тело которых изумительно пропорционально. При любых других обстоятельствах я мог бы по достоинству оценить его. Но не сейчас. Меня совершенно убило, когда я увидел, как изумленное выражение ее лица сменилось паническим испугом. В следующий момент Линда глубоко вздохнула и широко распахнула рот.

Ее вопль наверняка был слышен даже на мосту Джорджа Вашингтона, настолько он был громок и пронзителен. Я даже испугался, что мои бедные барабанные перепонки не выдержат удара звуковой волны и лопнут.

Наконец, воздух иссяк, и Линда была вынуждена замолчать, чтобы набрать в легкие новую порцию. Я обрадовался, что у меня появилась возможность как-то объясниться, но за дверью послышался не менее громкий крик Айрис:

— Скотт! Скотт! Кто-то напал на Линду!

До меня только сейчас дошло, что это Айрис устроила мне ловушку, а я угодил в нее лишь по собственной глупости и самонадеянности. Поправить свое положение я уже не мог, так как в коридоре послышался тяжелый топот ног бегущего человека, а еще через пару секунд ударом плеча Хиллард выбил замок и влетел в спальню.

— Послушайте! — закричал я. — Это недоразумение! Ошибка!..

— Мы сейчас ее исправим, Бейкер! — прорычал Хиллард. — Готовьтесь!

Я мельком увидел мстительную усмешку на смазливом личике Айрис. Мисс издевательски подмигнула мне, глядя поверх плеча Хилларда.

От прямого удара в челюсть я еще сумел как-то уклониться, но второй удар — в солнечное сплетение — обрушился на меня подобно паровому молоту. Сложившись пополам, я рухнул на пол и потерял сознание. Что происходило дальше, я уже не знал…

Возвращение к жизни было очень болезненным. Я и не представлял, что солнце может сиять так ослепительно… Я болтался в космосе, не понимая, где верх, где низ. Как мне найти обратную дорогу к космическому кораблю и моему верному другу Борису Сливке?

Я с трудом разлепил глаза, и солнце потеряло яркость, превратившись в обычную настольную лампу, стоящую на прикроватной тумбочке.

— Думаю, вам не помешает добрая порция виски, Ларри, — услышал я голос Энгстеда. — Как вы на это смотрите?

— Меня подло подставили, — пробормотал я и сделал попытку подняться.

Он тяжело вздохнул.

— Я же вас предупреждал, Ларри.

Стеная и охая, я все же кое-как уселся. Живот болел ужасно. Было такое впечатление, что внутри находится раскаленный шар. Страшно болели все кости черепа. Очевидно, в тот момент, когда сознание уже покидало меня, Хиллард нанес предательский удар по челюсти.

Энгстед сунул мне в руку бокал с виски, который я с благодарностью выпил.

— Сколько времени я был без сознания?

— Минут десять. У Хилларда тяжелая рука, не так ли? Кстати, Труди просила передать привет.

— Она ушла?

— Да. Через пару минут после того, как мы кое-как утихомирили разошедшегося Хилларда. И не его одного: Айрис «нечаянно» залила платье Труди красным вином, и наша старая дева сильно нервничала. — Энгстед снова вздохнул. — Однако Труди понимает, какую она допустила ошибку…

— Возможно, Труди и понимает, но что касается меня, то я не чувствую за собой никакой вины. — Немного помолчав, я добавил: — Я часто выезжал на пикники, проводил уик-энды в разных местах, но не припомню, чтобы меня так сильно отделывали. Это какие-то новомодные веяния.

Допив виски, я поставил бокал на столик.

— Благодарю вас, Стив, за все то, что вы сделали для меня.

— Как вы себя чувствуете?

Я осторожно потрогал челюсть.

— Даже затрудняюсь ответить. Вроде, все в порядке, однако, если челюсть сломана, то все неприятности впереди… Но в любом случае к гостям я больше не вернусь. Кто знает, как поведет себя Хиллард, если я вновь попадусь ему на глаза.

— Так вы возвращаетесь домой?

— Увы, пока это невозможно. Я возвращаюсь в «Уотерс Мит», хотя эту замшелую цитадель трудно назвать домом.

— Я могу вас подвезти, — предложил он.

— Благодарю вас, Стив, но пешая прогулка, надеюсь, пойдет мне на пользу. — Опустив ноги на пол, я осторожно встал. — Поблагодарите Вендовера за вечер. Во всяком случае скучным его назвать никак нельзя.

— Отсюда можно выйти и так, — Энгстед отодвинул штору и распахнул французское окно. Я увидел аккуратно подстриженную лужайку. — До завтра, Ларри.

— Мы увидимся, если вы появитесь у нас с утра пораньше. Часов в десять я отправляюсь в Нью-Йорк.

— Но это невозможно! — Тревога ясно слышалась в его голосе. — Разве можно так поступать с Элен? Вы бросаете ее…

— Не понял.

— Элен грозят крупные неприятности, и она нуждается в вашей помощи. — Он ударил кулаком о ладонь. — Во всяком случае не уезжайте до тех пор, пока я не поговорю с ней и не внесу некоторую ясность в обстановку.

— О’кей, — нехотя согласился я. — И все же попытайтесь внести эту ясность с утра пораньше.

— Договорились. Благодарю вас, Ларри… Понимаете, я не представлял всей серьезности создавшегося положения. Мне кажется, вы — единственный человек в доме, который может помочь Элен.

— Помогу, конечно, если со мной ничего не случится, — проворчал я. — Жду вас утром, Стив. Не хочу, чтобы у Айрис было время для очередной гадости. Эта девица может сделать так, что я утону в озере, а к ногам моим будут привязаны два пушечных ядра.

Стив пообещал:

— О’кей, я буду там рано. Ларри, вы уверены, что найдете дорогу к дому Лэнгдонов?

— Без проблем. Направо. Затем через четверть мили еще раз направо, а дальше прямо.

— Все верно. До встречи.

Я вышел через дверь-окно на лужайку. В доме вовсю продолжалось веселье. Гремела музыка, слышались пьяные голоса, громкий хохот. Эти звуки сопровождали меня вплоть до первого поворота, затем наступила тишина. Еще через несколько минут я выбрался на грунтовую дорогу, с двух сторон обсаженную высокими деревьями. Было темно, хоть глаз выколи. На небе — ни луны, ни звезд. Все закрыли плотные облака.

Я шел медленно, прислушиваясь к звуку собственных шагов и шепоту легкого ветерка в кронах деревьев и ругая себя последними словами за то, что не догадался захватить фонарик. Гулять в одиночестве по темной дороге — удовольствие не из приятных. Через некоторое время я уже разговаривал сам с собой. Такое желание возникает у меня всякий раз, когда я даю волю своему воображению.

«Итак, время к полуночи?» — сказало мое второе «я».

«Да, практически полночь», — согласился я.

«Время ведьм!»