ДоРеМи, дети и блины

— Я кушать хочу! — с возросшим негодованием заревела дракошка.

— Что едят маленькие драконы?! — дружно спросили друг у друга головы. Но оказалось, что никто из них этого не знал и не помнил.

— Может, блинов? — неуверенно предложила Василиса. — В деревне наверняка кто-нибудь испёк. Если спросить… хотя бы хлеба.

Дореми не дослушала. Сорвалась с места и полетела.

— Как мы узнаем, где пекли блины? — рассуждала вслух Ре.

— По запаху, — ответила До.

— А как мы их попросим? — спросила Ми.

— С этим сложнее.

Но запах привёл дракониху не в деревню, а в лес.

— Не садись на пенёк, не ешь пирожок, — услышала Дореми, и тут же приземлилась рядом с пеньком.

— Пирожки тоже сгодятся, — сказала Ре, и дракониха отобрала у медведя большой вкусно пахнущий короб.

— А что я Машеньке скажу? — заревел медведь.

— Говори как есть. Ещё напечёт! А у нас ребёнок дома голодный!

Медведь покачал головой и пошёл обратно. А Дореми скорее полетела к логову.

Фасоля очень обрадовалась пирожкам. Съела их целое блюдо. Дракониха тоже хотела попробовать, да и у Василисы от ароматов свежей выпечки аппетит проснулся. Но под первым блюдом второго не оказалось. А вместо пирожков в коробе сидела девочка, в сарафане и платочке, ещё младше Васи.

— Ребёнок! — шарахнулась от неё Ре.

— Ты кто?! — хором спросили головы.

— Машенька, — ответила девочка. — Меня медведь к бабушке с дедушкой должен был отнести.

Машенька огляделась по сторонам, поняла, что медведь до места её не донёс, и расплакалась. Василиса принялась её успокаивать. А Дореми осенило.

— Машенька? Та самая, которая пирожки пекла?

— Да.

— А блины умеешь?

— Умею.

— Научи нас печь пирожки и блины, и мы сами отнесём тебя, куда скажешь.

Девочка недоверчиво посмотрела на Дореми, на Василису, на дракошку, и кивнула.

А дальше началось самое интересное.

***

— Мука, яйца, масло, молоко, соль и сахар, — загибала пальцы дракониха, чтобы не забыть.

Но вот где их взять?!

— Муку спроси на мельнице, яйца — в курятнике, молоко — в коровнике. Если достанешь молоко, и масло сделаем. А за солью и сахаром придётся к купцам обратиться, — вслух рассуждала Василиса. Дореми честно пыталась всё запомнить.

Три раза повторив, что и где нужно достать, дракониха взмыла в воздух и полетела к мельнице. Та стояла на шестой круче от Кудыкиной горы. Дореми издалека увидела огромное колесо из четырёх лопастей, что плавно вращалось на ветру.

— Красиво, — сказала Ми.

— Если поджечь, будет ещё красивее, — добавила Ре.

— А нам нужно украсть муку или попросить? — вслух задумалась До.

Дракониха приземлилась возле самой мельницы, обошла вокруг и спряталась за лопастями.

— Какой у нас план? — поинтересовалась Ми.

— Не знаю, — честно ответила До. — Надо подумать.

— Думать надо было, пока мы летели, а сейчас надо действовать! — решительно сказала Ре и выглянула из-за лопастей.

Сказать по правде, не особо-то такую тушу и спрячешь. И пряталась Дореми больше для своего спокойствия. А вдруг не заметят? Но мельник, конечно, был не слепой.

— Эй, дракон! — сразу окликнул он Дореми, и той пришлось целиком вылезти из-за лопастей-крыльев. — Говори, зачем прилетел!

— Зачем, зачем, — пробухтела До, чувствуя себя весьма глупо. — За мукой!

Мельник озадаченно почесал затылок. Первый раз к нему прилетал дракон за мукой.

— А много надо? — наконец спросил он.

— Мешок, — сгорая со стыда, ответила Ре. Великий и Ужасный прилетел просить муки. Скажи кому — засмеют!

— Хм, — снова задумался мельник. — Есть у меня для тебя дело подходящее. Сделаешь — дам муки пять мешков.

Внутри у Ре заклокотало, она рванулась вперёд, выкрикивая: «Да я… да мы тебя сейчас…», но До быстро ответила согласием и легонько пыхнула на правую голову, чтобы угомонилась.

— Не время затевать ссору, — шёпотом сказала средняя голова. — Если мы сожжём мельницу, где потом возьмём ещё муки?

Задание оказалось не из лёгких, но и не сильно сложное. У мельницы прохудилась крыша. В дождь внутрь затекала вода, мука отсыревала. Из-за влажности на стенах росла плесень, мука портилась. Мельница была высокая, а мельник уже немолодой, и сам починить крышу не мог. Он дал Дореми инструменты, объяснил, как и что делать. Дракониха с её ростом и длинными шеями, стоя на земле, вполне доставала до крыши. Если использовать лапы, пришлось бы взлететь и удерживать себя на весу в одном положении, а это было уже сложнее. Поэтому Дореми взяла инструменты в зубы и справилась одними головами. Приподняла черепицу, оглядела обрешётку и стропила. Вырвала подгнившие доски со ржавыми гвоздями, заменила их на новые и тщательно заколотила.

— Мельник, принимай работу! — заревела Ре. Она была злая, поскольку работала молотком, и в голове у неё до сих пор что-то стучало.

— Так как же я проверю, до дождя-то? — резонно возразил тот.

Но тут же поспешил скрыться в мельнице. Потому что связываться с разъярённым драконом — себе дороже. Хорошенько проревевшись, Ре с избытком полила крышу кипятком. Мельник отлично слышал, как вода льётся по крыше, но внутрь не попало ни капли. Он честно выставил за порог пять мешков муки, но сам высовываться наружу не рискнул — Дореми была ещё злая.

Дракониха отнесла честно заработанный ингредиент к логову.

— Мама! Мама! Кушать! Кушать! — закричала Фасоля, едва завидев Дореми.

— О, великие драконы! — взвыла та, сбрасывая мешки и резко разворачиваясь в воздухе. — Она уже проголодалась! Ну, попадись мне только этот мельник!

Фасоля стояла на круче вся белая, кашляя от поднявшейся мучной пыли, и тоскливо смотрела маме вслед.

— Что там следующее? Молоко? — спросила До.

— Вася сказала, из молока можно ещё и масло сделать, — вспомнила Ми. — Интересно, как? Молоко — в коровнике, яйца — в курятнике.

— Вижу курятник, — сказала Ре.

Маленький сарайчик стоял на краю деревни, возле других хозяйственных построек.

— Откуда ты знаешь, что это именно он? — удивилась Ми.

— На нём петух сидит, — пояснила Ре.

— Берём, — кивнула До.

Дореми на лету сцапала курятник, как игрушечный, и поднялась с ним в воздух — будто сова мышку поймала. Внутри испуганно закудахтали куры.

— Великий и Ужасный, зачем ты принесла ЭТО? — вытаращив глаза, спросила Василиса.

— Ты сама сказала, что яйца надо искать в курятнике! — раздражённо ответила дракониха. — Это — курятник!

Машенька зашла внутрь покосившейся постройки и принесла с десяток свежих яиц. Вместе с ней из сарайчика выбежали испуганно кудахчущие куры.

— Теперь молоко, — сказала себе Дореми и снова поднялась в воздух.

Не успела она долететь до деревни, как Ре спросила:

— Молоко же берут из коровы?

— Да, — ответила До.

— Вижу корову!

Дореми, не разбираясь, повторила фокус с исчезающим курятником, только уже на корове. Бедное животное никогда не испытывало таких мощных эмоций.

— Поберегись! — запоздало крикнула Ре, обращаясь к поражённому пастуху. От испуганной летающей коровы ничего приятного не жди.

— Вот, — запыхавшись, сказала Дореми, аккуратно опустив мычащее животное возле логова.

— А как получить из молока масло? — задала Ми мучивший её вопрос.

— Когда молоко отстоится, мы снимем с него сливки, — объяснила Василиса. — А если долго трясти сливки, получится масло.

— Здорово! — искренне восхитилась До.

— Только это долго! — тут же сказала Ре. — Давайте сразу корову потрясём, и она сразу даст нам масло!

— Ты что!? — испугались девочки, загораживая собой животное. — Так нельзя!

— Мама, хочу кушать! — подала голос Фасоля.

— Вы разбирайтесь с коровой, а нам ещё сахар с солью достать надо, — вспомнила дракониха.

Теперь лететь пришлось далеко, в самый город. Дореми ужасно устала и хотела есть. Но у неё не было времени остановиться и перекусить.

Добравшись до города и сильно перепугав народ, дракониха приземлилась на площадь в центре и грозно спросила:

— Где тут купец? Мне срочно нужен сахар!

— А иначе всё пожгу и всех поем! — добавила от себя Ре, вспомнив набеги на крестьян.

— Купцов здесь целая улица, да только не до тебя сейчас! — отмахнулся какой-то прохожий. — Дочка царская пропала! Царь-батюшка в печали, совсем заболел!

— А как дочку зовут? — поинтересовалась Ми.

— Василиса.

— А где живёт царь-батюшка?

Прохожий указал на самый красивый терем. Идти до него пришлось пешком — приземлиться возле терема было негде. Люди в страхе разбегались с пути драконихи, мрачно идущей к царю. Её не смогла задержать ни стража, ни дружина. Дореми, представлявшая, как дома её встречает голодная Фасоля, готова была на всё.

— Царь! Эй, царь! — гаркнула До, вставая у самого окна в царскую опочивальню. — Выходи, царь, разговор есть! Знаю я, где твоя Василиса!

Услышав о дочери, царь тут же распахнул ставни.

— Где?

— У меня в логове.

— Ах ты, гадина крылатая! — рассердился царь, и чуть не выпал из окна, размахивая на дракониху кулаками. — Я тут места себе не нахожу, а она мою дочку любимую похитила!

— Да не нужна она мне три раза! — тоже возмутилась Дореми. — Мимо проходила, в гости зашла. Хоть сейчас принесу, сахара только дай.

Царь и не думал, что можно так быстро договориться. И сразу же согласился.

— И соли чуть-чуть, — добавила Ми.

Царь решил, что лучше не рисковать и прислать за Василисой карету, чем отправлять её домой в драконьих лапах. А потому Дореми забрала мешок сахара, кулёчек соли и отправилась домой. И была вполне счастлива, потому что: во-первых, достала всё, что нужно для блинов, а во-вторых, завтра царевну заберут домой.