Выбор портального мага

Выбор портального мага

Пролог

Лана лежала с закрытыми глазами и вдыхала осторожно новый, непривычный воздух. Дышалось легко, как на Земле, но запах был другой — с лёгкой кислинкой, лимон и… черника?

Из портала она выпала крайне неудачно. Хотя «выпасть удачно» в принципе сложно, Лане было не до шуток, когда она катилась со склона крутого холма, тщательно собирая каждую кочку. Избитое тело сильно болело.

Осторожно села. Осмотрела себя. Пижама и носки в синих пятнах, да ещё и порваны в нескольких местах. На ткани — мокрые оранжевые потёки, явно из предыдущего мира, откуда с трудом удалось унести ноги и другие части тела. В целом, ничего страшного, жить можно. Приподняла прилипшую к груди грязную прядь волос — и тяжко вздохнула. Предмет гордости Ланы, густые, до середины спины ярко-рыжие волосы приобрели неопределённый цвет из-за отвратительной бурой слизи.

Огляделась. Пространство заливал голубоватый свет без видимого источника, бирюзовая трава не двигалась, верхушки синих деревьев пружинили вверх и вниз. Полная тишина. Тепло. Синий мир не вытягивал из «порталистки» жизнь и магию, в отличие от зловредного оранжевого мира, откуда ей так срочно и неумело пришлось перемещаться. Всё вокруг выглядело вполне безопасным, а воздух с ароматом лимонной черники казался пригодным для долгой и счастливой жизни.

В целом, терпимо. Домой, увы, не попала, но верной гибели удалось избежать. Пока что. Рыжая порталистка вытянулась на упругой синей траве, рассматривая фиолетовое небо. Можно обдумать ситуацию. Тем более, что синий цвет со всеми его оттенками успокаивал и настраивал на философские мысли.

Вчерашний вечер Лана смело могла считать одним из лучших в жизни. Праздновали новоселье в аккуратном маленьком доме, недавно купленном ею в кредит. Пришли гости: родители, брат с женой и пятилетней дочерью. Брат, как всегда, подёргал Лану за тяжёлую ярко-рыжую косу и заявил, что ей нужно больше есть, так как она окончательно измельчала и критично похудела. Племянница тараторила без умолку, рассказывая о подготовке к первой инициации. Родители нежно переглядывались и откровенно гордились семьёй.

Гости ушли только поздно вечером, когда все наговорились до гула в голове, а племянница уснула на руках у брата. Лана проводила родных и обошла дом, не уставая гордиться собой и наслаждаться тем, как грамотно она всё здесь обустроила. Небольшое пространство казалось просторным, подержанная мебель отлично сочеталась с хорошо продуманным интерьером. Недорогая бытовая техника скрыта в малоприметные, но удобные ниши. Особенно рыжую хозяйку дома грело чувство, что, наконец, она живёт самостоятельно.

Привычным жестом Лана проверила на экране планшета отклики с датчиков спонтанного перехода, установленных по всему дому, и связалась с дежурным постом портальной службы. На экране серьёзная женщина в тёмно-синей форме со стоячим воротником подтвердила, что все отклики с датчиков прошли в штатном режиме, и портальная активность в доме под контролем на всю грядущую ночь.

Что же, значит, ничто не помешает упиваться долгожданной свободой. Два года назад Лана выпуталась из сложных отношений, отказалась возвращаться к родителям и стала жить в съёмных квартирах. За эти пару лет она смогла, причём без помощи семьи и мужчин, накопить первый взнос и купить, пусть и в кредит, собственный дом. Красивая женщина, получившая блестящее образование благодаря уму и настойчивости, с интересной работой проектировщика — в двадцать семь лет она наконец-то не зависела ни от родителей, ни от «бывшего», и уверенно смотрела в прекрасное будущее! А почему, собственно, оно должно́ быть другим? Лана любила свою жизнь, гордилась собой и своими успехами, поэтому имела право верить в самые прекрасные мечты и самые радужные перспективы. Засыпа́ла она в своей кровати под любимым одеялом, подаренным бабушкой на вторую инициацию, с ощущением уюта и чувством безграничного счастья.

А вот проснулась уже от холода. Это было неправильно. Совсем неправильно! Под одеялом с наполнителем из дорогущего ированского хлопка с магической составляющей невозможно настолько замёрзнуть! Но дикий холод не уступал логическим измышлениям — он проникал внутрь костей и вытягивал тепло из сердцевины магического кокона.

Лана лежала на жёсткой мокрой поверхности, подтянув колени к груди, и тряслась от озноба. С трудом открыла глаза, осмотрелась. Ржавая земля, покрытая оранжевыми лужами и чёрными камнями, тянулась от горизонта до горизонта. На этот мрачный и неприятный до боли в горле пейзаж давило розовое с жёлтыми переливами небо. В лужах лопались пузыри с тихим чавкающим звуком. Вероятно, это был какой-то газ, потому что лёгкие наполнял тяжёлый воздух с невыносимо тошнотворным запахом. В горле першило, во рту появился металлический привкус.

Несколько быстрых магических проверок убедительно доказали: она не спит и находится не на Земле, что было особенно неприятно. Захотелось выругаться — но на ум не шло ни одно подходящее ругательство. Всё же пришлось признать очевидный факт — Лану утянуло в портал.

Перед глазами бегали, вспыхивали и гасли строчки ежеквартального теста портальной осведомлённости. Магией обладали все жители Империи, в основном на нижнем уровне. Портальный дар мог проснуться у любого, или не проявиться никогда.

Систему образования Империи перестроили сорок лет назад, когда магический фон Земли в очередной раз изменился. До этого способность перемещаться между мирами постепенно раскрывалась в зрелом возрасте, но теперь начала хаотично и стремительно проявляться у детей. Юных порталистов во сне выбрасывало в другие миры, что было не только ужасно само по себе, но и грозило Земле демографической катастрофой. Для спасения будущего поколения и была создана портальная служба. Детей Империи стали готовить к выживанию в порталах, едва малыши делали первый шаг.

Подавляющее большинство детей раскрывалось в возрасте с восьми до семнадцати. От семнадцати до двадцати двух лет вероятность «самопроизвольно» улететь в портал снижалась. Юноши и девушки выбирали профессию, поступали в многочисленные академии, университеты или обучались рабочим специальностям, что было престижно и востребовано.

Совершеннолетием считался порог в двадцать два года, после чего шанс портального раскрытия стремился к нулю, и люди спокойно и буднично устраивались на работу. Моложе не брали, хотя прямых запретов на это не существовало — просто никто не хотел тратить время на сотрудника, который мог в ночную смену задремать на рабочем месте и провалиться в другой мир.

После совершеннолетия Лана уверилась, что портальная карьера ей уже не грозит, и теперь лихорадочно вспоминала все доступные способы убраться из смертельно опасного мира. Естественно, она многое забыла за пять лет, однако, если она хочет выжить, придётся напрячься.

Так, спокойно. Надо сосредоточиться и почувствовать след. Прыжки между мирами всегда оставляют след. Закрыть глаза. Отрешиться от тела. Да-да, забыть, что ты трясёшься от холода, твои лёгкие заполняет ядовитый воздух, а страх парализует разум! Собрать остатки магии. Кстати, а почему так мало? Этот мир вытягивает магию, вот почему! И это объясняет, почему ей так холодно в этой жуткой оранжевой пустыне…

Нет, нет! Так нельзя. Надо думать о своём мире! Земной мир — он тёплый, уютный, домашний, родной… С ним её связывает тонкая длинная нить.

Вспомнить дом. Представить в красках, запахах, ощущениях. Лана восстанавливала в памяти спальню, которую очень любила. Бежевые, чуть шершавые обои. Они стоили весьма дёшево — долго искала именно такие на скидках. А когда нашла, в магазине пришлось уговаривать уступить ей два рулона милую старушку с широко расставленными недобрыми глазами… Ага, опять не туда понесло.

Сосредоточиться! Комната Ланы. Запах апельсина с ванилью. Удобный и родной мебельный гарнитур из дома родителей. Ковёр, купленный на распродаже, сшитый, по словам брата, из старых банных халатов, но что этот шутник понимает в дизайне интерьеров? На тумбочке, рядом с кроватью, милая открытка с синими деревьями и травой, нарисованная племянницей.

Поверхность под Ланой поддалась и исчезла. Интересное, даже уникальное ощущение, которое вряд ли может полностью понять тот, кто никогда не проваливался в портал. Не только земля — всё пространство исчезает, и на микросекунду ты становишься песчинкой в космосе… чтобы потом рухнуть на поверхность следующего мира так, что сбивается дыхание, а тело покрывается синяками и ссадинами.

И вот теперь на склоне синего холма Лана задумчиво рассматривала фиолетовое небо. Почему ей не удалось попасть домой? Когда восстанавливалась нить, подумала про открытку, нарисованную синим карандашом… Это же могло сбить интуитивно выстраиваемые векторы? Наверняка! И вот Лана пролетела мимо дома.

Она сделала два прыжка, и нить к первоначальной точке входа стала тоньше. Чем больше перемещений, тем сложнее вернуться. И тем труднее спасателям будет найти новую порталистку.

Точно! Её же будут искать, как она могла забыть — её уже ищут! Лана порывисто села. Улыбнулась, осознавая: она же связывалась перед сном с постом портальной службы! Женщина в тёмно-синей форме подтвердила, что все «сигналки» в доме активны, значит, об её исчезновении с Земли уже знают. В одной из Сфер, как называли комплексы для возвращения из иных миров новых порталистов, уже запущен маховик поиска.

В памяти всплыли образы въевшейся в подсознание рекламы из видеороликов, с рекламных щитов и обложек журналов. Бравые стражи портальной службы, на фоне рассыпающих эффектные искры золотистых кругов, держат на руках изнурённых и грязных подростков! Почему изнурённых и грязных? Потому что подростки пытались вернуться самостоятельно, беспорядочно прыгали по мирам, лишались магии, слабели и… пачкались. Что запачкаться таким образом довольно легко, Лана убедилась на собственном опыте. Неужели реклама не всегда врёт?

Со всех плакатов, роликов и методичек в сознание вбивалась простая мысль — не пытайтесь вернуться самостоятельно! Убедитесь, что вы в безопасности, и ждите. Помощь уже идёт! Но обстоятельства порой сильнее методичек и рекламы. Первый рывок был более чем оправдан — в той оранжевой ледяной бездне Лана долго бы не протянула. Оттуда надо было убираться срочно, желательно в направлении дома. А этот синий мир выглядит безопасно. Дурой Лана отнюдь не была, поэтому она останется здесь и будет ждать.

Помощь придёт. Главное — контролировать мысли и сохранять спокойствие, чтобы не допустить ещё одного спонтанного перемещения. Оставаться на месте, дожидаясь спасения — вот её главная задача. Она, конечно, давно не подросток, но с ней реклама была бы ещё эффектнее. Ух, как бы она «зажгла» на руках красивого и сильного портального стража! Так вот — Лану найдёт именно такой. На другой вариант возвращения в родной мир она не согласна!

Фиолетовое небо вдруг рассекла огромная ветвистая молния. Волна страха ударила в солнечное сплетение, в глазах заплясали огненные «зайчики». Нет, только не это. Вот зачем? Почему именно сейчас?! Лана панически боялась молний. Даже на фотографиях не переносила и сразу закрывала глаза, подавляя тошноту. Зажмурилась. Нельзя, нельзя бояться! Сильные эмоции — верный путь в следующий портал, где красивому стражу будет искать её намного сложнее. Так что, — пожалуйста, спокойнее.

В полной тишине пророкотал оглушительный раскат грома, Лана сжалась от ужаса. Небытие и падение. Всплеск и погружение в воду. Кожу защипало, рот заполнила жгучая жижа — она еле стерпела, чтобы не открыть глаза. Задержала дыхание, забила руками и ногами в неведомом жидком пространстве, силясь выплыть. В ужасе поняла, что не знает, где верх, где низ. Куда выплывать-то?! Когда лёгкие начало разрывать от недостатка кислорода, она снова переместилась.

Упала на приятную мягкую поверхность. Закашлялась, заполошно втягивая в себя сладкий цветочный воздух. Кожу на многострадальном колене щипало и кололо, как будто на него поочерёдно сыпали соль и песок. Открыла глаза — и тут же зажмурилась, так их нестерпимо защипало. Начала осторожно протирать веки — не хватало ещё ослепнуть в этом непонятном «цветочно-песочном мире»!

Несколько секунд тупого страха из-за невозможности даже увидеть вероятную опасность, но на этот раз обошлось без очередного полёта. Наконец, часто моргая, Лане кое-как удалось осмотреться. Песчаная долина у подножия гор. У неё даже дух захватило от такой величественной, неземной красоты! Высокие горы с переливами изумрудного, пурпурного и лимонного леса у подножий. Над осенней листвой — синие с резкими полосами скалы, мягко перетекающие в ослепительно-белые вершины и пики. Пронзительно голубое небо с пышными облаками… Обитель древних богов из старых сказок.

Над скалами хаотично блуждали какие-то точки, одна из них начала стремительно увеличиваться. Пусть зрение и не полностью вернулось, но Лана прекрасно рассмотрела, что к ней приближалась с пугающей скоростью кроваво-красная ящерица с длинными, острыми крыльями, могучие взмахи которых размеренно двигались в такт с раздвоенным на конце хвостом. Летающая тварь всё увеличивалась в размерах, на треугольной голове раскрылась пасть с несколькими рядами острых клыков.

Это было уже слишком. Лана взвизгнула, присела и закрыла лицо руками. И снова переместилась. Сильный удар о чёрную траву. Искривлённые ветви мрачного леса, освещаемого лунным светом, запах водорослей и воющий ледяной ветер, способный остановить её дыхание и сердце за считаные минуты.

Полёт. Падение. Графитовая пустыня с белыми камнями от горизонта до горизонта, удушающий серный запах и обжигающая, невыносимая жара.

Ещё портал. Ещё один. Следующий. Лана падала сквозь миры, не теряя надежды подавить панику, остановиться, зацепиться хоть за один. Да стой же ты! Волны сковывающего тело ужаса разбивались об отчаянное желание выжить. Любой ценой, сейчас.

Остановилась. Бурое болото, в котором она завязла по колено. Чахлые чёрные кустики. В носу щипало от острого запаха, напоминающего чесночный аромат в провинциальной таверне. Пару раз чихнула. Постояла. Прислушалась к себе. Дышать можно? Опора под ногами есть? Картинка перед глазами остаётся прежней? Идёт! Предки, как же снизились её требования к безопасности за десяток минут!

Сзади раздался мелодичный потрескивающий звук. Лана быстро оглянулась. На расстоянии всего нескольких шагов от неё юлила и вертелась круглая мерзкая тварь с подрагивающими шипами на асфальтовой шкуре. За зверюгой пристроилась целая компания подобных агрессивных колобков, правда, несколько крупнее.

Где-то на периферии зрения вспыхнул ярким светом портал, из которого шагнула высокая фигура в блестящем скафандре.

Часть 1. Глава 1

Портальный страж империал-старшина Кристофер Громов был собран и угрюм. У Криса закончился день бумажной работы, ещё час можно отдыхать, но смутное беспокойство заставило его прийти раньше — поэтому он вошёл в портальный зал за полтора часа до начала ночной смены.

Сегодня стандартную смену из шести стражей усилили шестёркой Криса — аналитики вычислили очередную ночную аномалию. Ожидался настоящий «дождь» из юных портальщиков, готовых отправиться во сне в свой первый прыжок.

«Пиликнул» входящим сообщением коммуникатор и Крис с растущим раздражением открыл очередное предложение сняться в рекламе портальной службы. Рекламщики на этот раз превзошли себя и прислали готовый макет, с его невесть как раздобытой фотографией.

Смотрелось впечатляюще. На фоне рассыпающего золотые искры портального круга Громов казался шире и выше, хотя, казалось бы, куда ещё? Рост почти два метра, вес — соответствующий. На лице резко выделялись шрамы на подбородке, рассечённой брови и носу, слегка скошенном от многочисленных переломов. Крис поморщился и настучал короткое и категоричное «Нет». Он отвергал все предложения рекламщиков, так как отчётливо осознавал — стоит один раз согласиться, и вместо оперативной работы будет служить картинкой. Как, например, Дэшен — исключительный профи, вынужденный представлять портальную службу в рекламных акциях по всей Империи, по высочайшим приказам пропуская из-за этого смены.

Империал-старшина неспешно прошёл к зоне отдыха стражей, осматривая зал. В центре просторного круглого помещения готовили к смене портальные круги. Группа снабженцев проверяла оборудование в выделенной для них зоне у края зала. Один из техников настраивал грузовой портал на участке «саванщиков» — хмурых спецов, забирающих у стражей тела несчастных, которых не удалось спасти. На стороне медиков пока было пусто.

Позади зоны отдыха стражей возвышалась, примерно на уровне второго этажа, командно-статистическая зона портального зала. Крис видел, как мерцали графики математических моделей на огромном, во всю стену, экране. За графиками следил Командующий портальным комплексом Эван Марков. Подумать только, сегодня сменой намерен руководить сам принц Эван, растудыть его высокопревосходительство! Сколько он уже здесь? Весь день? Громова, как всегда, кольнуло раздражение от безупречного вида принца. Почему-то особенно раздражали его идеально сидящий тёмно-синий мундир со стоячим воротником и неизменно бесстрастное выражение на высокомерном лице.

Диспетчеров пока нет. Аналитики в тройном составе. К чему столько? Командующий скупым движением поправил прядь чёрных волос, упавших на лоб, и повернул голову к аналитикам. Крис не слышал, но мог ярко представить, как повелительно звучали чёткие приказы. Спецы ёжились под суровым взглядом голубых глаз принца, стремительно меняли цифры на экране и поглядывали на Командующего с благоговейным страхом. Крис поневоле посочувствовал. Даже ему, знающему Эвана более двадцати лет, рядом с ним частенько бывало не по себе.

Эван глянул на Кристофера, коротко и сухо кивнул в ответ на приветственный жест, и вернулся к созерцанию данных на экране. Крис оглядел спецов. Эльза и Хрын, лучшие аналитики Сферы, находятся на смене и глаза от работы не отрывают. Империал-старшина с комфортом расположился на диване в зоне отдыха стражей. Время есть. Можно подготовиться к смене и настроиться. Мысли крутились вокруг предстоящей смены и возможных причин, побудивших Командующего выжимать из аналитиков всё, на что они способны. Он безрезультатно ломал голову над тем, что именно Эван пытается вычислить.

Несмотря на раздражение от надменных манер, принц крови Эван Марков вызывал у Криса глубокое уважение гибким умом, жёсткой хваткой во всём, что касалось организации чего бы то ни было, и фантастическим чутьем на людей. Императорская семья Марковых, начиная с первого императора Юрия, объединялась не по принципу родства. Любой одарённый Империи, достигший выдающихся успехов и обладающий нужным набором личных качеств, мог стать Марковым и войти в императорскую семью. Один из шагов — приставка «империал» к должности, званию или профессии. Империалом невозможно стать с помощью связей денег, только получить благодаря десяти достижениям, значимым для Империи. Лучшие империалы становились принцами или принцессами — руководителями на высоких постах, кандидатами в императоры. Фамилия Марков давала доступ к архивам и уникальным разработкам, титул принца — ко многим тайнам, доступным лишь избранным. Титул принца крови означал, что его обладатель — Марков по рождению, которого с колыбели растили как императора, используя для развития все возможности, ресурсы и разработки императорской семьи.

Эвану Маркову и Кристоферу Громову было по тридцать четыре года. Они оставались друзьями со времён учёбы, но на службе соблюдали субординацию. Познакомились они в десять лет, в спецшколе для одарённых порталистов. Криса перевели в спецшколу с продвинутой программой контроля дара в восемь лет. Как и другие учащиеся, после первого портала, в котором он чудом выжил, Крис проходил усиленную подготовку выживания в любом возможном мире. Но выжить при раскрытии дара — лишь половина дела. Многие гибли в случайных порталах, куда их продолжало выбрасывать по ночам. Кто-то калечился в драках — нередкое явление среди юных порталистов. Были и те, кто сходил с ума.

В спецшколе для тренировок мальчиков и девочек объединяли по двадцать человек. Состав групп менялся каждые две недели. Детей перемещали между секторами по всей Империи, и до десяти лет никто в группе Криса повторно не появлялся. Пока в десять лет он не подрался из-за ерунды с высоким черноволосым парнем с угрюмыми голубыми глазами. Громов, исключительно одарённый физически, никогда не знавший поражений в драках, на этот раз встретил умелый, хладнокровный и расчётливый отпор. Они чуть друг друга не убили, только инструкторы смогли их разнять, да и то с превеликим трудом.

Как выяснилось немного позже, это был принц крови Эван Марков. На что Кристоферу, выходцу из обычной семьи удалённого от столицы сектора Империи, было совершенно наплевать. Следующие пять лет Крис всегда попадал с Эваном в одну группу — и они всегда бескомпромиссно и жёстко соперничали.

Боевые искусства рассматривались в спецшколе, как дополнительное средство развития контроля над даром, и входили в обязательную программу. Учебные поединки Криса и Эвана часто заканчивались пролитой кровью и сломанными конечностями, несмотря на тренировочную броню с повышенной прочностью и магические щиты наставников. Вне тренировок между ними регулярно вспыхивали драки. Спонтанные, без веской причины, их стычки протекали быстро, но крайне ожесточённо. Дошло до того, что рядом с ними всегда должен был находиться дежурный, чтобы вовремя их разнять.

Первые пару лет у Криса постоянным элементом в двадцатках был только Эван. Потом в группе стали оставаться и другие ребята. Сначала высокая Индира, которую все звали Инди, притягивающая взгляд дикой красотой. Умная и острая на язык, она бросалась в драку, стоило незнакомому с ней неудачнику сказать хоть слово про её рост, фиолетовые глаза или слишком короткие, чёрные как смоль, волосы. Необычная физическая сила и изворотливость позволяли ей разбивать лица всем, включая принца Эвана. Да и сам Громов на тренировках далеко не с первого раза научился её «заламывать». И нельзя сказать, что его победы были бесспорной традицией.

Затем появился низкий, коренастый, крепко сбитый Хрын. Сначала он регулярно проигрывал в драках, но потом нашёл выход — научился мастерски уклоняться от любых конфликтов. Первое, что бросалось в глаза при встрече с Хрыном — это его необычное лицо, напоминающего образ гоблина на старинных фресках. Выступающие широкие ноздри, маленький подбородок и широко расставленные жёлтые глаза производили странное и жутковатое впечатление, особенно когда он хмурился. Но стоило ему улыбнуться и начать говорить своим низким бархатистым голосом — перед его обаянием не мог устоять никто! Хрын всегда жил в лучшей комнате. Добытые Хрыном редкие натуральные газировки они распивали на крыле списанного верхолёта в дальнем углу заброшенного ангара. В качестве переговорщика при любых конфликтах выступал именно он.

Вскоре к ним присоединился длинный и очень худой Ворон с дорогущим нетбуком под мышкой. Из-за своего неуёмного любопытства Ворон регулярно взламывал учебные базы, за что в наказание помогал медслужбе просчитывать зубодробительные медицинские схемы. Всё обычно заканчивалось тем, что бесясь от бумажных расчётов, он писал программу автоматических вычислений. И его оставляли в покое — до следующего проступка. Драться этот черноволосый синеглазый наглец не любил и вообще считал подобное мероприятие занятием недостойным, предпочитая стучать по клавишам нетбука, но если приходилось, зверел так, что крепко доставалось даже самым опытным и сильным бойцам.

Лет в пятнадцать Кристофер перестал реагировать на постоянные провокации Эвана. Спонтанные драки прекратились, хотя принц вёл себя по-прежнему — так же задирал и бесил, но Крис с удивлением обнаружил, что это больше не вызывает бешеной ярости, срывающей любые попытки мыслить и контролировать себя. Лишь усмехался, отвечал колкостью в ответ, проходясь по всяким имперским неудачникам, которые даже оскорбить как следует не способны.

Драки с Марковым перетекли в рамки обычных тренировочных занятий, стали осмысленными и расчётливыми. Эван и Крис безошибочно вычисляли слабые места друг друга, учились маскировать и прятать свои слабости, что вынуждало их развивать тактические навыки. Тренироваться Эван стал только с Кристофером, Индирой и ещё несколькими ребятами из их группы, так как никто другой уже не мог достойно противостоять принцу.

Одной из последних, прямо перед выпуском из спецшколы, к группе присоединилась Эльза — черноволосая, невысокая, с двумя длинными толстыми косами и серыми испуганными глазами под огромными линзами в старомодных очках. В спецшколе уже было собрано большинство постоянных двадцаток, но Эльза продолжала переходить из группы в группу. Её травили, обзывали, иногда отлавливали после занятий и били, а она лишь сутулилась и ждала, пока мучителям не надоест или не удастся улизнуть. Однажды мимо десятка окруживших Эльзу девушек и юношей проходил Ворон. Такой драки спецшкола ещё не видела. Кому-то удалось сбежать, некоторые попали в лазарет. Основательно избитый, но не сломленный Ворон притащил оторопевшую и запуганную Эльзу к Эвану и заявил, что аналитик всегда кстати, и эта заучка подойдёт.

Сформировалась постоянная двадцатка сильных ребят, очень разных, каждый с уникальными способностями. К выпуску из спецшколы они по-настоящему сдружились. Эван давно не поддевал Криса. В привычное высокомерие принца вплеталась холодная, суровая бесстрастность. Кристофер же вытягивался всё выше и раздавался в плечах, становясь массивным и мускулистым. За парнями «эвановской двадцатки», или «эванцами», как все давно называли их группу, увивался хвост восторженных девиц. Самые яркие и красивые неизменно были рядом с лидерами — Марковым и Громовым. Одно радовало — вкус у них был разный, иначе драки точно бы возобновились.

В семнадцать лет двадцатку Криса и Эвана полным составом перевели в столичный университет порталистики. Тренировки усложнились, увеличился объём работы с силовыми потоками. В программе больше внимания уделялось истории магии и порталистики, изучению карты миров. Добавилось много специализированных предметов с математическими расчётами векторов приложения сил, методиками быстрого счёта и запоминания, схемами щитов и силовых потоков для перемещения предметов.

Постепенно в группе сложилась новая традиция. По выходным двадцатка Эвана собиралась на крыле верхолёта в ангаре на заднем дворе университета. Под добытые Хрыном вкусняшки эванцы решали дополнительные портальные задачи, спорили до хрипоты и разбирали множество альтернативных решений. Все участники группы ловили огромное удовольствие от напряжённой работы разума и того, как постепенно распределялись роли. Вскрывала задачи в основном Эльза, у которой обнаружился исключительный аналитический талант, подкреплённый увлечением статистикой и расчётами.

В посиделках на крыле много болтали о том, какой путь выбрать после выпуска в двадцать два года. Крис твёрдо знал, что будет портальным стражем, Хрыну и Эльзе — прямая дорога в аналитики. Ворон, выбравший при поступлении медицинскую специализацию, думал уйти в программирование. Эван внимательно слушал каждого и всегда отмалчивался.

За год до выпуска из университета студентам представили нового инструктора по бою на мечах. Инструктор Мияринаки Масуда пленила Кристофера Громова. Она оказалась не только виртуозным мастером и отличным лектором, но и редкой красавицей. Крис любовался точёной фигурой и миндалевидными карими глазами, восхищался резким характером, острым умом и умением объяснять сложнейшие вещи. Смотрел на Мияринаки во время тренировок и понимал, что все девушки до неё были лишь миражом настоящего чувства и желания.

Громов долго не решался пригласить её на свидание. Наконец, отважился, и даже купил шикарный букет. Приоделся и направился к ряду одноэтажных домов, выделенных для инструкторского состава. Когда Крис подошёл к дому Мии, стебли букета едва не переломились в руке, настолько крепко он сжал кулак. Мияринаки стояла у крыльца в объятиях принца крови Маркова. И всё бы ничего. И Кристофер даже боролся бы за неё. Но он увидел, как Мия смотрит на Эвана — восторженно и нежно. Она поднялась на цыпочки, ткнулась губами в его шею, и убежала в дом.

В этот момент Эван заметил Криса. Перевёл взгляд на букет у того в руке. Лицо принца помрачнело, в глазах загорелся тёмный огонёк. Кристофер задумчиво разглядывал дверь, за которой скрылась Мия. Ещё раз взглянул на Маркова, прижал кулак к груди в жесте стража, принимающего приказ Командующего, развернулся и ушёл, швырнув букет в стоявшую по пути урну.

Он ушёл не из-за Эвана. За эту женщину Крис готов был драться хоть со всей Империей разом. Но взгляд Мияринаки на принца не оставлял даже мизерного шанса. Кристофер умел признавать поражение.

Выпускные экзамены эванцы сдали блестяще и оказались группой с наивысшим баллом за всю историю университета порталистики. Затем последовал год стажировок, во время которого они были распределены по всей Империи. Встречаться возможности у вчерашних друзей практически не было, а из-за плотного графика и жёстких нагрузок даже переписки были редкими. В журналах и медиа Кристофер регулярно видел Эвана, который после выпуска приступил к обязанностям принца крови, женился на Мияринаки и регулярно появлялся на мероприятиях с красавицей женой. Пресса восторгалась изумительной парой и тем, как молодые счастливы в браке. Крис читал новости и осознавал, что искренне рад за Маркова. Мия стала преподавать в имперской академии на территории дворцового комплекса. Вскоре из прессы Крис узнал, что у них родился первенец.

После года блестящих стажировок Кристофера Громова зачислили в элитную Сферу пятнадцатого сектора. Лучший из лучших, именно пятнадцатый портальный комплекс стоял ближе всего к обширной протонной пустоши, на территории которой до сих пор возникали сбои порталов, и откуда в любой момент могли прибыть полчища иномирных тварей. Из эвановской двадцатки после учебки в пятнадцатую Сферу также попали Эльза, Хрын, Инди и ещё трое ребят.

Во время смотра новобранцев Крис даже не удивился, когда Эвана представили как нового Командующего пятнадцатым сектором. Принц крови, надежда и опора трона, был строг и подтянут. Но высокомерное выражение его лица смягчилось, показалось Кристоферу чуть более приветливым и умиротворённым. Командующий подходил к каждому новоприбывшему, пожимал руки, а когда поравнялся с Громовым, широко, по-мальчишески, улыбнулся. В нарушение всех протоколов он хлопнул друга по плечу и заговорщицки подмигнул. Тут же стал серьёзным, только в глубине голубых глаз таились смешинки. Во время напутственной речи Эвана Крис едва сдерживал улыбку.

Принц крови Эван Марков в двадцать три года стал самым молодым Командующим за всю историю Империи. Особенно много недовольства было из-за того, что ему доверили элитный пятнадцатый комплекс. Сколько раз Кристофер слышал от бывалых стражей, что угробит мальчишка Сферу.

Эван в ответ на эти разговоры лишь усерднее работал. Да, неудачи и просчёты в руководстве были. Но благодаря гибкому уму, организаторскому таланту и блестящему образованию серьёзных ошибок удалось избежать. Принц старался ничего не менять, слушал советы, и за несколько лет пообтёрся. Лишь спустя пять лет после назначения он начал последовательно влиять и улучшать.

Несмотря на критику, которая лилась на Командующего, уважение Криса к Эвану крепло. Восхищало то, с какой точностью он выстраивал и видоизменял организационную структуру портального комплекса, отдавая ключевые места наиболее подходящим для этой должности людям. Каким идеально выверенным механизмом становилась огромная машина, в которой работали сотни людей! Ремонтировались и улучшались помещения, заменялась и модернизировалась техника. Из Сферы уходили неподходящие люди, на их место вставали привлечённые из других Сфер и отраслей уникальные специалисты.

Кристофер Громов с первых дней службы в Сфере занял должность портального стража. Спасённые жизни перевернули его мир. Он изводил себя на тренировках, до глубокой ночи изучал материалы в библиотеке и в архиве, до тьмы в глазах практиковался на тренажёрах. С годами опыт и приобретённые навыки позволили ему стать инструктором рукопашного боя и силовых линий. Неизменно Крис оставался на передовой, а число спасённых им людей измерялось тысячами.

Инди вошла в рабочую группу Криса. За годы безупречной службы она приобрела заслуженное уважение. Умелый и талантливый страж и отличный инструктор, она по праву считалась одним из лучших стражей Сферы. Эльзу и Хрына Командующий определил в штаб, проведя через серию отделов, где молодые спецы получили знания и опыт. Только через несколько лет Эльза и Хрын перешли в командно-статистический центр. Они стали сильными аналитиками и находились рядом с Эваном во время ответственных и сложных операций.

Глава 2

Шёл третий час аномальной смены в портальном зале. На коммуникатор Кристофера наконец-то поступила статистика за первые два часа дежурства. Быстро пролистал, выхватывая взглядом цифры. Плохо. В стандартную смену за час улетали от одного до трёх подростков, в аномальную — от пяти до десяти ребят, но процент погибших никогда не был слишком высок, редко превышая отметку «пять».

Сегодняшняя ночь била все рекорды. Стражи, включая Криса, за два часа вытащили из разных миров двадцать восемь ребятишек. И только пять из них были живы. Это уже было не просто «плохо».

Громов спрятал коммуникатор, быстро и цепко оглядел портальный зал. Слишком много отличий не только от стандартной, но и от аномальной смены. Никогда ещё империал-старшина не видел отключённых роботов-уборщиков. В круглом просторном помещении с высоким потолком по стальным стенам всегда двигались автоматические механизмы, собирающие влагу — из-за охлаждающих труб вокруг портального зала накапливался конденсат. Сейчас по стенам стекала вода и не успевала уходить в дренажную систему, скапливаясь в лужи. Это сколько потребовалось энергии на вычисления, чтобы на контуре очистки экономить?

В центре зала из двадцати четырёх портальных кругов активирована половина. Ещё два готовили к запуску. Много. Для элитной Сферы пятнадцатого сектора, оттягивающей на себя сложнейшие случаи, непозволительно много. Что тогда творится в остальных девятнадцати секторах Империи? Крис оглядел людей. Они были гораздо более значимым показателем, чем любая техника.

Трое стражей в зоне отдыха не разговаривали и внимательно прислушивались к переговорам диспетчеров, которые с ошалевшими глазами, напротив, говорили без остановки. На площадке снабжения у дальней стены контролируемая суета — снабженцы ещё в первый час вызвали дополнительную группу для усиления. У саванщиков, хмурых спецов, забирающих у стражей мёртвые тела, активированы сразу три грузовых стационарных портала. Медики проверяли спецсредства, чтобы унять нервозность.

До Криса донеслась старая шутка про синих рыцарей. Так, с лёгкой руки одного из репортёров, прозвали врачей и спецов медслужбы за синюю форму и бескомпромиссные сражения за жизни. Страж Очинг Рихтер только что вышел из гаснущего, мерцающего красным цветом портала, и передал очередное безжизненное тонкое тело саванщику. Очинг спросил у нервного медика, который лепил на него датчики, сколько алкоголя перед сменой влезает в «синего»? Медик отшутился, что вечером осилил всего пару литров, но за смену догонит до десяти! Крис криво усмехнулся. Все знали, что никто из медспецов не осмелится снизить внимание и реакцию. Слишком много труда и времени ими вложено, чтобы получить доступ к работе с людьми. Если шутят про синих, которые «синячат», хорошо. Люди держат удар. Каждый по-своему.

Один из кругов засветился белым светом, над ним вспыхнул серебристый портал — датчики определили, что страж выносит выжившего. К арке бросилась группа синих со всеми своими сумками-укладками и приборами, громыхая каталкой, увешанной проводами и экранами. Из рук вымотанного стража бережно приняли обессиленное тело почти ушедшего за грань подростка.

Страж стоял, пошатываясь, игнорируя двух медиков, которые лепили на него датчики и пытались усадить на пододвинутый ящик. Сквозь облегчение на измученном лице стража — нашёл и вернул живым — проглядывала отчаянная надежда. Он неотрывно смотрел на синих рыцарей, которые оплетали тело подростка спасительной сетью из мелькающих рук, датчиков и трубок с растворами. Кристофер шепнул пожелание удачи. Пусть им удастся завершить работу стража и сохранить парнишку по эту сторону жизни. Стрелка на мониторе над каталкой подростка замерла в оранжевом секторе. Шансы есть. Страж, наконец, позволил себя усадить и принял помощь. Синие стабилизировали подопечного и торопливо покатили к стационарному порталу, ведущему в медсектор.

Кроме затухающей серебряной, в портальном зале засветились зловещим красным цветом две арки над белыми кругами. Система определила, что стражи живы, но вынесут погибших, и подсветила круги белым, а саму арку — красным цветом. К порталам поспешили саванщики, чтобы принять бездыханные тела, и две пары медиков, чтобы позаботиться о стражах. Прозвучали хлопки входящих порталов. Громов нахмурился. Четыре красных портала и только один серебряный. Плохо. Очень плохо.

Из зоны отдыха стражей донёсся глубокий женский голос, процедивший непристойное ругательство. Индира Акинеми выругалась и двумя руками взъерошила короткие чёрные волосы, как бывало с ней в минуты крайнего волнения. Она вытянулась во весь свой высокий, немногим ниже Кристофера рост, по её худому мускулистому телу прошла видимая волна расслабленности. Сейчас очередь Инди идти в портал.

Из серебряного портала страж вынес седую женщину. Невозможно. Крис вывел на личный коммуникатор происходящее у этого портала. Нет, это не поседевшая от пережитого ужаса юная особа. Морщинистое лицо, перевитые артритом пальцы. Пришло подтверждение от команды аналитиков — Эрилин Волкова, семьдесят восемь лет. Семьдесят восемь лет?! За десятки лет существования портальной службы самый старший возраст — тридцать два года! Что, рзац* побери, сегодня происходит?!

[*Рзац — приличное ругательство по названию пояса миров со смертельными условиями. Среди порталистов устоялась традиция заменять бранные слова названиями миров.]

Империал-старшина поднял взгляд в командную зону. Командующий смотрел в зал. Расслабленная поза, руки на груди скрещены. Ничем не примечательная для стороннего взгляда поза, но Крис знал, как молниеносно из этой позиции Эван умеет атаковать. Командующий коротко глянул на Кристофера, обвёл взглядом зал, идущих в зону отдыха стражей, задержался на Инди. Прозвучал сигнал об очередном стихийном портале. Где-то в Империи ещё одного портальщика выкинуло в другой мир. Была очередь Инди, она уже двинулась в сторону круга, но тут в наушнике раздался командный голос.

— Индира, стой. В двадцать первый пойдёт Кристофер.

Инди замерла, очевидно, Эван обратился к ним двоим одновременно. Посмотрела на поднимающегося Криса, перевела взгляд на Командующего. Тот стоял в той же позе, только руку поднёс к уху, активируя переговорное устройство.

— Эван. Я всё понимаю. Но сейчас моя очередь. И я профи. — Инди начала закипать. Спецы в зале переводили взгляд с застывших Инди и Криса на Командующего.

На весь зал раздался отчётливый, усиленный динамиками властный голос.

— Сержант Индира Акинеми. Отставить. В двадцать первый портал идёт империал-старшина Кристофер Громов. Громов, приступайте к исполнению приказа. Немедленно. Снаряжение по десятой схеме, «боёвка» семь пять шестнадцать.

Инди застыла, Крис тоже. Вбитые инстинкты взяли верх. Превозмогая потрясение, руки сами поднялись, выкладывая кулак на груди, принимая приказ. Инди отступила, фиолетовые глаза сверкали яростью. А Громов уже двигался к порталу, отмечая, как команда снабжения готовит экипировку и снаряжение, названные Командующим.

Скорее всего, Эван понял нечто такое, что некогда было разъяснять. Это единственное, что объясняло столь грубое вмешательство Командующего в процесс портальной эвакуации, в обход лично им выстроенных протоколов и инструкций. Ведь сейчас из-за вмешательства Эвана ящерице под хвост летит вся выстроенная схема. Пара десятков людей вырвана из текущей работы и перестраивает дальнейший ход смены. Необходимо предусмотреть множество незаметных, но критически важных деталей.

— Эльза, мне нужны все доступные данные по этому перемещению.

— Уже у тебя, Крис. Дублирую голосом. Эвилана Солнцева, двадцать семь лет, на вид двадцать, рост низкий, худощавого телосложения, волосы прямые рыжие длинные, особые приметы…