Идущая сквозь миры (СИ)

— Но тогда надо, чтобы он своими глазами убедился, какая у нас жаркая любовь с принцессой.

— Ты об этом не беспокойся. Лучше займись своей частью плана. Думаю, она уже давно спит. Пройдешь через потайной ход, возьми ключ. И сразу к ней. Ерундой, ласками и прочим не занимайся..

— Мама, не надо меня учить, как мне быть с девушкой, не девственник давно.

— Ты меня не перебивай. Потом с ней помилуешься, а сейчас главное — пока она спит и ни о чем не подозревает, застать врасплох. Вот тебе дурман, на случай, если она слишком активно будет вырываться. Не раздевай ее, просто подними юбки и оприходуй. Ровно через час я организую шумиху, что не могу тебя нигде найти, и мы с королем постучим в дверь. Вы должны быть в ее спальне вместе, а на простынях должно быть свидетельство вашего прелюбодеяния!

— Ну что за выражения — перебил мужской голос.

— Все. Я ушла. Запомни, у тебя ровно час.

Дальше — тишина. Я стояла занемевшая. Изнасиловать меня вздумали?! Ах вы, черви земляные! Потайной ход? Где он? Я все обыскала. Что делать? Я сама не справлюсь, можно, конечно, попытаться, но второй попытки у меня не будет.

А что если…?

Я бросилась к своей сумочке, судорожно вытаскивая из нее разные вещи в поисках той, что может мне помочь. Я надеюсь, что может. Вот оно! Перо! Красное с оранжевым и бордовым. Сажусь на кровать. Сразу вспоминаю рыжеволосого мужчину, который явился ко мне в прошлый раз. Надеюсь, и в этот получится.

Закрываю глаза. Медленно дышу, поглаживая мягкие ворсинки пера. Приди ко мне. Мне нужна твоя помощь. Хэйд, помоги мне!

Противоположная стена начинает идти волнами.

Глава 11

Хэйд

«Солнце — одно, а шагает по всем городам.

Солнце — мое. Я его никому не отдам.

Ни на час, ни на луч, ни на взгляд. –

Никому, никогда!

Пусть погибают в бессменной ночи

города!

В руки возьму! — Чтоб не смело вертеться

в кругу!

Пусть себе руки, и губы, и сердце

сожгу!

В вечную ночь пропадет, — погонюсь по

следам…

Солнце мое! Я тебя никому не отдам!»

Марина Цветаева.

Сижу, как обычно, у затухшего вулкана. Огонь и гарь словно навечно въелись в тело и душу. Вулканический Астрал — моя вотчина, мой мир, дом, который я люто ненавижу почти со дня своего рождения. Королевский сын, принц, семьдесят какой-то там в очереди на престол, которого отец не помнит и вряд ли узнает в толпе. Хотя, может, после сегодняшних событий и запомнит его лицо.

Этот мир, воинственный и дикий, создал жителей себе под стать. Могучих воинов, закаленных в постоянных междоусобицах. Кто злой и дерзкий, сильный и наглый, тот на вершине. Так было тысячи лет назад, так есть и сейчас. Никакой эволюции. Отец правит уже без малого двести лет, за это время наше королевство увеличилось в два раза. Благодаря завоеваниям, у него не просто была жена, у него гарем был.

В нашем мире, где из столетия в столетие под воздействием войн и ухудшающегося климата, катастрофически уменьшалось количество женщин, наличие более одной жены — роскошь. А у отца их было семь. Семь несчастных женщин, беременных каждый год. Сейчас из них осталась только одна. Остальные умерли в частых, изматывающих родах, произведя на свет восемьдесят девять сыновей и всего одну дочь.

Женщина у нас — драгоценность. Но не в смысле, что ее холят и лелеют, наши мужчины на это не способны. А в том понимании, что это богатство. И за эту драгоценность можно получить очень многое, если не все. Я был глупцом, смотрел, как отец бережно относится к моей единоутробной сестре, и надеялся, что отцовская любовь в нем победит корыстные замыслы.

Надеялся и верил до сегодняшнего дня, пока сестра не прибежала ко мне, лучась радостью, с известием, что ее выдают замуж. Я смотрел в ее карие, как мои, глаза и видел, что она совершенно не понимает, на что ее обрек король Дорк. Все еще не веря, спросил, за кого она просватана? И тут все мои иллюзии разлетелись в прах. Отец выдает ее за короля Грана. Худшего мерзавца трудно найти. Но он богат, имеет большое войско и обширные территории, граничащие с нашим королевством.

Богат и свиреп. Лучшего союзника не найти. И ничего, что дочь не проживет у него долго, главное, чтобы успела родить девочек. Отец, называется. Смотрю на сестренку, которая рассказывает, какие несметные богатства прислал жених, сколько великолепных украшений, и как он хорош собой, а глаза заливает красное марево ярости и желания убивать!

Не выдержав, поднимаюсь и мчусь во Дворец. Меня не пускают в его личные королевские покои, но я с боем прорываюсь, чтобы застать его с женой в постели. Он трахает ее, надеясь получить еще одну разменную монету в своих честолюбивых планах, еще одну дочь, которую можно продать мерзкому уроду за кусок земли или деньги!

Не в силах это вытерпеть, нападаю на него, наверное, что-то кричу, не слыша воплей его послушной игрушки, не обращая внимания на вбежавших стражей. Мне удается его только дважды ударить, потом меня скручивает подоспевшая охрана. Я вырываюсь и выпрыгиваю в окно, лечу, раскрыв крылья.

Теперь сижу тут, возле остывшего вулкана. Жду, когда придут за мной королевские стражи. То, что я сделал — карается смертью, шансов на помилование нет.

И вдруг, рядом со мной, начинает появляться что-то странное. Сначала какое-то размытое пятно, потом оно растет и ширится, а внутри появляется холодный белый свет. Секунда, и меня, против воли, затягивает в эту дыру.

Чтобы в следующее мгновение, со всего маху, ударить обо что-то твердое. Лежу на животе, пытаюсь прийти в себя. Голова кружится, а в глазах мелькают огни. Приподнимаюсь и сажусь.

Ощущения в теле еще очень странные, но все перебивает, идущий непонятно откуда, вкусный запах. Принюхиваюсь. Вспоминается, как когда-то в детстве мне мама читала сказки, и в одной из них рассказывалось про зиму. Я долго не мог понять, что это такое. Мама пыталась объяснить, но получалось плохо. И вот сейчас я почему-то вспомнил эту сказку. Запах, который я вдыхал, пахнул именно зимой. Чистотой, прохладой, всем тем, что мне пыталась рассказать мама, а я не понимал. Подобных запахов нет в Вулканическом Астрале. Эта мысль обжигает, и я резко поднимаю голову.

Передо мной, сжавшись и подобрав под себя ноги, сидит очень красивая девушка. Кожа белая, как тот самый снег, а глаза зеленые и испуганные. Пытаюсь ее успокоить, слегка улыбаюсь, чтобы показать, что настроен дружелюбно.

— Хэйд — показываю на себя, надеясь, что она поймет, что я с ней знакомлюсь.

Она сначала смотрит непонимающе, тогда я повторяю. И она отвечает.

— Раяна — и показывает на себя.

Какое красивое имя, очень ей подходит. Только сейчас замечаю, что она держит мое перо. Откуда оно у нее?

Показываю на перо и на себя, вижу, что она поняла, что это мое. Н-да тяжеловато, не зная языка. Хотелось бы узнать подробнее, где я нахожусь и каким образом сюда попал. И тут мне приходит идея, которую я спешу воплотить. Она сможет понять мой язык, если мы поцелуемся. Через обмен слюной и магией, происходит адаптация языковых навыков в Астралах.

Поэтому, не дав ей опомниться и воспротивиться, я внезапно поваливаю ее на кровать и прикасаюсь к ее рту своим. О, Боги! Какие у нее губы! Мягкие, прохладные, как два лепестка цветка. Я словно пью из родника студеную воду. Она сладко стонет мне в губы, и я прижимаюсь к ней крепче, забывшись в наслаждении. И буквально через мгновение ощущаю резкую боль в плече. О! Малышка умеет постоять за себя. Отодвигаюсь от нее, поднимаю ладони вверх, показывая, что не опасен для нее и только хочу сказать что-то, чтобы понять, сработала ли языковая адаптация, как меня захватывает огромная сила и выбрасывает на то же место, откуда недавно взяла.

Вот, зараза! Вокруг меня с десяток королевских исполнителей. За минуту они меня скрутили и повязали. Хотя я успел двух убить и еще одного сильно ранить, убежать мне не удалось.

Приговор огласили в тот же день.

Через три дня казнь, стандартная в наших краях. Меня скинут в жерло вулкана, чтобы умилостивить Бога Ахора. Все это время я думал, то о сестре и о том, как она будет без меня, то о Раяне и о том, что больше никогда ее не увижу. И злился на всех. На отца за его эгоизм, на сестру за ее наивность и нежелание увидеть правду, на себя за то, что пошел на поводу эмоций, не сдержался и теперь умру, толком не жив.

Казнь была назначена в полдень. В сопровождении стражей меня, с завязанными специальной веревкой руками и ногами, подняли к самому жерлу вулкана. Даже не дали попрощаться с сестрой, я только мельком видел ее бледное лицо и полные слез глаза.

А потом меня столкнули вниз.

Я чувствовал, как нагревается моя кожа, не сдержавшись, закричал, но не столько от боли, сколько от ярости. И провалился…

Глава 12

Раяна

Ну же, Хэйд! Я вижу, что изменения в ткани моего мира идут, но дыра почему-то не открывается. Почему? Это всегда происходило под воздействием сильных эмоций. Сейчас как раз этот случай. Так почему не получается??!!

В ту же секунду руны на моей руке вспыхивают, я чувствую это даже через одежду, во двор бьет молния, раскалывая надвое большое дерево, одна часть которого падает во двор, а вторая — заваливается на дом, разбивая какие-то окна, похоже, что этажом выше.

Возможно, это спасение для меня? Из окна можно выбраться во двор. Но я не могу бросить здесь Жреца и Ингу. Богиня! Что же делать? Во дворе начинается беготня. Люди кричат, мечутся. Оказывается, загорелась та часть дерева, что упала во дворе. Так, нужно пользоваться случаем, второго такого шанса может и не быть. Где могут находиться мои попутчики? Скорее всего, внизу. Там комнаты для слуг, и там же, обычно, располагаются помещения, где хорошо держать пленных.

На двери баррикаду снимать не буду, пусть пока побудет. Попробую найти потайной ход, о котором слышала. Снова простучала все стены в спальне, но ничего не нашла. Где еще может быть ход? Зашла в гардеробную, сдвинула вещи, но увы, тут тоже ничего не обнаружилось. Почувствовала, как остатки мужества покидают меня.

Ванная? Почти вбежала в комнатку. Осмотрелась. И только сейчас заметила, что один из красивых, металлических с позолотой крючков для одежды, висит немного криво. Неужели это то, что я ищу? Подошла и подвигала его. При движении вправо крючок не шевелился, а вот влево легко двинулся, но почему-то застрял. Стена за ним тоже перестала открываться. Но этого мало! Я смогу пролезть в такую узкую щель! В отчаянии, я стукнула кулаком по стене и во двор опять ударила молния. Люди закричали громче. Беготня и суета возросли. Ладно, здесь я не пройду, значит, придется снимать баррикады. С этой мыслью я выхожу из ванной комнаты и пораженно останавливаюсь.

На полу, связанный по рукам и ногам лежит Хэйд, а от его тела идет дым, но он не горит, наверное. Чтобы убедиться в этом наверняка, подбегаю и присаживаюсь возле него. На нем только кожаные брюки, я легкими касаниями дотрагиваюсь до его спины, но ран не вижу. Зато, даже через перчатки ощущаю литые мышцы, красивую силу и мощь, лежащего передо мной мужчины.

Руки, словно сами по себе, продолжают гладить то плечи, то места, где начинаются крылья, то соскальзывают к пояснице, проходя в опасной близости от ремня на брюках. Дыхание мое учащается, а тепло от кончиков пальцев поднимается к груди и животу. Не знаю, что на меня нашло, но я переворачиваю его на спину, с трудом, но все же получается, и прикасаюсь к его лицу. Какой он красивый. Высокие скулы, прямой нос, пухлые губы. На них я задерживаюсь взглядом, вспомнив наш первый поцелуй тогда, в хижине дровосека. И тепло, которое я ощущала в животе, вдруг опустилось жаром между моих бедер. От неожиданности я даже всхлипнула.

И тут Хэйд открыл глаза. Одно его движение и он уже упирается спиной в стену, а я сижу у него на коленях, лицом к лицу, в плену его связанных рук.

— Раяна — нежно произносит он и прикасается горячим ртом к моим губам.

Это так же волшебно, как и в первый раз. Тепло и волна из бабочек в животе. На какое-то мгновение я даже забываю, что нужно спасать своих попутчиков и бежать отсюда. Я пью жар его губ, дыхание и растворяюсь, как в мягком, пушистом одеяле. Но вот его рот становится более настойчивым, а язык касается моего языка, врывается захватчиком, рождая во мне неприятие. Пытаюсь отодвинуться, но опять встречаю сопротивление с его стороны. Я смотрю, кто-то тут на своих ошибках совсем не учится. Только я об этом подумала, как Хэйд прервал поцелуй, уткнувшись своим лбом в мой.

— Это было восхитительно, ТЫ была восхитительна — говорит он.

— Я тебя понимаю — говорю ему удивленно.

Он снисходительно улыбается и целует меня в кончик носа.

— Конечно. Через поцелуй мы с тобой обменялись не только частичками себя, но и знаниями языка. И хотя я удивлен, что все так быстро получилось, все же рад, что теперь понимаю тебя, моя прекрасная Раяна. А теперь расскажи, где я, почему я тут?

— Ты в моем мире, потому, что я умею разрывать ткань миров.

— Ты создаешь порталы?

— Не уверена, что можно так назвать. У меня не получается это сделать тогда, когда мне хочется и туда, куда нужно. Впрочем, об этом можно поговорить в другое время, а сейчас нам нужно отсюда выбираться, но сначала надо найти моих друзей.

— Не вижу ничего сложного. Только развяжи меня сначала.

Веревки на его руках и ногах имеют какое-то странное плетение и от прикосновения моих рук просто рассыпаются. Хэйд удивленно приподнял брови, но никак этот факт не прокомментировал.

— Куда идти? — спрашивает у меня.

— Не знаю. Дверь я закрыла, а потайной ход заклинило.

— Покажи.

Мы вместе идем в ванную. Там Хэйд с разгону наваливается плечом на дверь потайного хода и просто выносит ее в темный коридор. Я восхищенно охаю, а он оглядывается и белозубо мне улыбается. Потом Хэйд зажигает буквально с пальцев факел, и мы быстро идем к выходу, который оказывается в дальнем углу сада.

Жреца и Ингу мы находим запертыми в одной комнате, как я и думала, на первом этаже дома. Хвала Богам, они оба, не считая небольших ссадин, не пострадали. Идти обратно через сад не представляется возможным, мимо бегают слуги с ведрами воды, тушат пожар. Кто-нибудь из них может нас заметить и поднять тревогу. Выход только один — вернутся в дом, найти, где выбито окно и по поваленному дереву, спуститься на задний двор. Вторая половина дерева упала за угол, запалив какие-то хозяйственные постройки и конюшни. Если повезет, то можно уйти под прикрытием широких веток дерева со двора, а там кустами, кустами и скроемся. В теории.

На практике же это выглядело гораздо сложнее. Пока мы поднимались по лестнице, Хэйд обезвредил трех человек, не убив, но обездвижив на какое-то время. Когда мы подошли к окну, в которое упала крона дерева, оказалось, что по краям остались острые осколки. Мы потратили какое-то время на зачистку и вытаскивание стекла.

Потом нужно было становится на очень тонкие ветки и по ним идти какое-то время до более широкого места, затем аккуратно спуститься вниз, чтобы не оступиться и не сорваться вниз. Инга устроила настоящую истерику, отказываясь лезть на дерево. Пока я ее успокаивала, Хэйд помог Жрецу спуститься вниз. Когда он вернулся, Инга все еще сопротивлялась, несмотря на мои уговоры.

— Дева, посмотри на меня, — обратился к ней Хэйд — или мы сейчас с тобой спускаемся, обрати внимание, что я с крыльями, и если что, всегда тебя подхвачу. Или ты остаешься тут, а мы с Раяной уходим. Решай сейчас! Из-за твоих сомнений ты ставишь нас всех под удар!

Он не кричал на девушку, но говорил властно и с нажимом. Конечно Инга, которая привыкла подчиняться, согласилась и сейчас. Как я сама не додумалась до этого? Применить приказной тон. Неважно. Главное, что до этого додумался Хэйд. Они оба ушли, причем Инга буквально висела на крылатом, а он спокойно переступал ногами, словно идет по земле, а не по тонким веткам с двойным грузом.

Когда он вернулся за мной, я была готова. Хэйд подал руку, я протянула свою, но он, вместо того, чтобы помочь мне переступать ветки, подхватил на руки.

— Отпусти меня, в этом нет необходимости — сказала ему, как можно более спокойно.

— Еще как есть. Мне просто очень и очень необходимо чувствовать тебя рядом — Хэйд улыбнулся и плавно, словно паря, пошел по хрупким веткам.

Когда мы немного спустились, я увидела, что там внизу, на земле, кто-то стоит и пристально смотрит на нас.

— Кто там внизу, возле Инги? — спросила у Хэйда.

Но по тому, как забилось мое сердце, я узнала ответ до того, как его произнес мужчина:

— Инга сказала, что это ваш друг, Змей, кажется. Точнее не знаю, я с ним не разговаривал. Когда он подходил, я уже за тобой пошел.

Спустились мы вниз, я все так же на руках у Хэйда. Ветка закончилась, а до земли еще метра два. Нужно спрыгивать. Ян поднимает руки и говорит крылатому:

— Кидай принцессу, я поймаю — и протягивает руки.

И мне так хочется, чтобы он меня поймал, что я пытаюсь вырваться из слишком крепкий объятий Хэйда. Но не получается.

— Нет нужды. Я свою принцессу никому, кроме себя не доверю — отвечает рыжий нахал и, расправив крылья, мягко спускается вместе со мной на землю.

Как только мои ноги касаются травы, я освобождаюсь из плена рук Хэйда и говорю Яну:

— Ян, вы снова очень вовремя.

А в ответ получаю:

— Что это за петух у вас завелся, пока меня не было?

Тяжело вздыхаю. Никакого понятия об этикете.

Глава 13