Рэни Карвус

— Ты чего? Я же тебе сказал остаться с Ани.

— Простите, сюзерен, но я не могу.

— Почему? Пропусти ее, это мой телохранитель, — это уже стражу, который молча коснулся груди сжатым кулаком, отдавая приветствие, и вдвинулся обратно в свою нишу.

— Я ваш телохранитель и должна постоянно находиться рядом с вами.

— Да? — прищурил Рэни светло-серые, почти прозрачные глаза. — Ты всегда так рьяно выполняешь должностные инструкции? А в туалет тоже со мной пойдешь?

— С вами — нет. Перед вами — да.

— Вот сейчас не понял, — округлил глаза Альбинос. — Это как?

Он что, издевается? Или просто не в курсе, как работают телохранители?

— Я иду перед вами, осматриваю помещение на предмет магических закладок или ловушек. После заходите вы, а я стою у дверей.

— Подожди-ка, — нахмурился Рэни. — А если там будет ловушка, то ты можешь в нее попасть?

— Работа такая, — пожала я плечами.

Странный он какой-то. Телохранители всегда были разменной монетой в Высших кланах, их жизнь обычно немного стоила.

— Работа, говоришь… Ладно, разберемся. Пойдем тогда, телохранитель. Я переоденусь, а ты по ходу дела расскажешь, что здесь и как. Что-то подсказывает мне, что тут тот еще гадюшник. — Рэни невесело хохотнул и направился к огромной, раззолоченной двери в самом конце длинного коридора.

На этом уровне мне бывать еще не приходилось, и я крутила головой по сторонам, рассматривая обстановку. Да уж, Высшие кланы даже здесь не отказывали себе в роскоши. Драгоценные ковры под ногами, кумерские магические светильники на стенах, панно из полудрагоценных камней на полстены, изображающее битву кланов с последним четырехцветным — Гиаром Кровавым. Я покосилась на белые волосы сюзерена, сейчас потемневшие от влаги. Последнего четырехцветного уничтожили пятьсот лет назад с большим трудом. Именно тогда возникло разделение на Высшие и Младшие кланы. Стихийные поднялись наверх, захватив власть, а все остальные были слишком измождены битвой, чтобы выступить против. С тех пор так и повелось. Четыре стихийных клана находятся на самой вершине власти, составляя костяк Совета Орханта. Все же остальные… Большинство приняли вассалитет, как и клан Сорка. Независимых кланов осталось единицы — клан Молнии в своей горной долине, клан Песка в пустыне, за Пустошью Демонов, и пара звериных.

Рэни толкнул двери и вошел, на ходу расстегивая пуговицы кителя.

— Заходи, чего застыла? Будь как дома. — Рэни бросил промокший китель на спинку кресла и стянул через голову тонкую нательную рубаху, оставшись только в форменных брюках и ботинках. Боги Орханта…

— Что? — непонимающе спросил Рэни, увидевший мою реакцию. — А, это… Рикс сказал, что, возможно, со временем рассосется. Нет, он может убрать и это, но за отдельные деньги. А ты себе не представляешь, сколько золота требуют эти клятые карлики за свои услуги. Поэтому я отказался. Нечего деньгами раскидываться. Я прав? — Сюзерен подошел к платяному шкафу, повернувшись ко мне спиной, и я замерла. Вся спина, плечи Альбиноса были изрезаны десятками свежих шрамов. Живого места просто не было. Та же картина была и на груди и животе сюзерена. Как он выжил? Это ведь заклятье огненной плети, я уже видела такое прежде. Крид, сволочь. Он решил не просто убить Рэни, он решил сначала как следует поглумиться над беззащитным противником. Теперь я начала жалеть, что дала Криду легкую смерть. Он ее не заслужил.

— Да, конечно. Я понимаю, — прошептала я, наблюдая, как сюзерен быстро надел сухое выглаженное белье, сложенное аккуратной стопкой на полке шкафа, и снял с вешалки сменный китель. — И я знаю, сколько денег запрашивают риксы. Мне ли не знать…

— Да? Откуда?

— Мой отец, он… Впрочем, это не столь важно.

— Что-то ты темнишь, телохранитель. — Рэни застегнул последние застежки кителя и сейчас вытирал полотенцем влажные волосы. — Колись давай.

— Что, простите?

— Рассказывай, раз начала. Что еще за секреты от начальства? — Рэни, скомкав полотенце, бросил его на кресло, где уже висел мокрый китель, и пригладил волосы пятерней, буркнув что-то вроде: — А, и так сойдет.

Как же он отличается от того же Мариуса, который следит за своей внешностью, которую он сам считает просто неотразимой, больше, чем многие девушки-студентки.

— Мой отец болен. Жить ему осталось недолго, — сорвались горькие слова с моих губ. Рано или поздно, а скорее рано, все равно все узнали бы. Отец уже несколько месяцев не появляется на людях, и уже поползли слухи. Поэтому пусть лучше сюзерен узнает правду от меня, чем от кого-то еще.

— Вот оно, значит, как, — посерьезнел Рэни, и его взгляд налился тяжестью. — Сколько запрашивают риксы?

— Простите, сюзерен, но это проблемы моего клана, и я не хотела бы…

— Молчать! — внезапно рявкнул Рэни, и я автоматически вытянулась во фрунт. — Я задал тебе вопрос, телохранитель!

Да что с ним? Как будто в нем сидят два разных человека! Ведь когда пришел в мой кабинет, он разговаривал совсем по-другому! Но приказ отдан, и я должна подчиниться.

— Десять тысяч золотых марок, — опустила я глаза, сгорая от стыда.

— Десять тысяч, значит… Так, подожди-ка… — Рэни поднял глаза к потолку и зашевелил губами, явно что-то подсчитывая. — Кари, найди мою сестру и притащи сюда. А я пока с отцом свяжусь. Ты еще здесь? Выполнять! — еще раз рявкнул Альбинос, подходя к огромному письменному столу и доставая амулет связи из выдвинутого ящика. Я стрелой вылетела в коридор.

Да, отец предупреждал меня, что работать с Высшими не сахар, но не говорил, что настолько. Ани я отыскала довольно быстро. Она, как и остальные первокурсники, получала учебные пособия в академической библиотеке. Вокруг нее собралась группка девчонок-магичек. Несколько новеньких воздушниц, водянка и две студентки из нашего клана. Они о чем-то оживленно переговаривались, и до моего слуха долетели некоторые фразы. Ну, понятно. Обсуждают Рэни. Кстати, надо бы предупредить сюзерена по поводу некоторых девушек. Рэни может попасться на крючок к какой-нибудь охотнице за богатым и влиятельным наследником клана. Эти хищницы на все пойдут.

— Арта Лиина, арта Равена, — поздоровалась я со знакомыми девчонками, остальным просто кивнув. — Простите, мне срочно нужна арта Ани. Дело клана.

Девчонки понятливо кивнули и отошли в сторонку, поглядывая в нашу сторону любопытными глазами.

— Арта Карвус, вас зовет ваш брат. Это срочно.

— Что-то случилось? — сжала маленькие кулачки Ани, с тревогой заглядывая мне в глаза снизу вверх. — С ним все в порядке?

— Да, с ним все в порядке. Но нам лучше поспешить, сюзерен отдал приказ притащить вас к нему срочно.

— Ах, вот как? — уперла кулачки в бока Ани, и с ее зеленых глазах проскочила молния. — Ну, если это из-за какой-то ерунды, я ему задам! Пойдем, не будем заставлять брата ждать.

Ани быстрым шагом пошла в сторону кампуса Земли, я последовала за ней. Охрана из личной гвардии главы Земли, сторожившая кампус, уже была предупреждена о смене моего статуса, и на восьмой уровень мы поднялись без проволочек. Еще издали, из открытых дверей личного кабинета Рэни доносился разговор явно на повышенных тонах.

— Мне плевать на их хваленую гордость! Ты об этом знал и ничего не предпринял! Если ты не хочешь дать мне денег сам, то я обращусь к ростовщикам. Я думаю, наследнику клана они не откажут в ссуде!

Ани зашла в кабинет, я следом за ней, плотно прикрыв за собой дверь. Не след кому-то слышать семейные дрязги. Рэни с перекосившимся от ярости лицом прервал связь, бросил амулет связи в ящик и с грохотов задвинул его.

— Рэни, что случилось? Почему ты таким тоном разговаривал с отцом? — напустилась сходу на сюзерена Ани. — И что еще за приказ притащить меня ты отдал своей телохранительнице? Да как ты…

Сюзерен молча поднял взгляд на сестру, и та умолкла на полуслове. А по мне как будто прокатилась холодная волна. Я уже видела такой взгляд. На последнем собрании кланов Земли. Кто-то из Младших кланов посмел возразить нынешнему главе — деду Рэни. И точно так же замер под его тяжелым взглядом, от которого захотелось забиться куда подальше.

— Прости, сестренка, но этот вопрос не терпит отлагательств. Сколько денег отец тебе выделил на обучение в Академии?

— Пять тысяч. А что…

— И мне три тысячи. Плюс на расходы. Ты еще не отдавала вексель секретарю?

— Н-нет, не успела. Я только собиралась, — тихо проговорила Ани, поняв, что с таким братом лучше не спорить.

— Давай, — протянул руку сюзерен. Я стояла ни жива, ни мертва. Неужели он… Нет, невозможно. Никогда еще не было такого, чтобы Высший заботился о ком-то из Младших. Никогда! Насмотрелась уже досыта на отпрысков глав Высших кланов, все они думают только о себе!

Ани вытащила из бокового кармана свернутый именной вексель с золотым обрезом, говорящий о принадлежности к Высшему клану, и протянула его Рэни. Тот не глядя бросил его на стол, выдвинул ящик и достал еще два векселя, похожих, как две капли воды. Потом взял бумаги на невообразимую для меня сумму, ради половины которой для обучения в Академии отец заложил замок ростовщикам и еще влез в долги, и подошел ко мне.

— Значит, так, телохранитель, — каким-то шипящим голосом произнес сюзерен, протягивая мне векселя. — Ты берешь эти деньги и платишь риксу за излечение отца. Ни слова возражений. Это приказ, и он не обсуждается. Выполнять!

Я трясущимися руками взяла новенькие, хрустящие векселя. В горле застрял ком, мешающий мне говорить. Да я и не знала, что сказать. Происходящее просто не укладывалось в голове. Отдать невероятные деньги вот так, практически походя? Телохранителю? Да еще разругаться из-за этого с отцом — могущественным наследником клана Земли?

— Сюзерен, я…

— Не надо ничего говорить. Это самое меньшее, что я могу сделать, — печально улыбнулся Альбинос. — Ладно, иди. Тебе есть чем заняться, время не терпит. А мы пока тут с сестренкой покалякаем о делах наших скорбных. — Рэни аккуратно подтолкнул меня в сторону выхода.

Боги Орханта, если все это не сон, то я отдам свою силу и душу за Рэни Карвуса! На негнущихся ногах и со страшной сумятицей в голове, забыв даже поклониться сюзерену, я вышла из кабинета Рэни. Сначала медленно, а потом все быстрее шагая вниз по широкой, зеленого мрамора, лестнице, я в конце концов перешла на ускорение, устремляясь к стационарному академическому порталу. Срочно в Рагем — столицу риксов! Отец уже ничего не сможет возразить, ведь деньги уже будут уплачены! И видят Боги, когда-нибудь я верну этот долг. Чего бы мне это ни стоило.

Глава 3. Проявление силы

Эх, похоже, я опять наломал дров, не подумав. Ани стояла с задумчивым видом, и смотрела на меня во все глаза.

— Что?

— Я никогда еще тебя таким не видела. Ты изменился, Рэни. И я даже не знаю, хорошо это, или плохо. Но ты принял решение. И теперь нам нечем платить за обучение. И что ты теперь собираешься делать? Может, мне поговорить с отцом?

— Лучше с мамой. С отцом сейчас говорить бесполезно, ты же знаешь. — Я рухнул в кресло, стоящее перед огромным, в полстены, камином, сейчас не горящим по случаю рано установившейся теплой погоды, и бездумным взглядом уставился на стальные изразцы, сложным рисунком покрывавшие заднюю стенку. Что за спонтанные решения? Будучи Михаилом Александровым, я был достаточно уравновешенным человеком. Избегал различных авантюр, тщательно обдумывал свои действия и по характеру был чистым меланхоликом. Да и Рэни, как показывает память, тоже отличался здравым рассуждением для своих лет и имел в голове четкий план действий, какими методами действовать в Академии и как набирать себе сторонников. То, что только что выкинул я, в его планы уж точно не входило.

Да, странно. Или две сущности, смешавшись, подобно бинарному заряду в бомбе, создали что-то третье? Я уже начинал путаться, кто я. Личность и воспоминания Михаила Александрова потихоньку стирались, оставляя только самые общие фрагменты и знания. Но и с Рэни Карвусом происходила та же история. Я становился кем-то иным, и пока не знаю, во что это в конечном итоге выльется.

— Да, с мамой лучше. Она, возможно, сможет убедить отца, что на тебя нашло помутнение рассудка. После этой дуэли ты сам на себя не похож. Может, это последствия ментального воздействия?

Я молча вытянул из-под кителя блеснувший синим амулет на длинной витой цепочке и продемонстрировал сестре.

— Ясно. Значит, дело не в этом. Но такая резкая смена настроения настораживает… — задумчиво нахмурила брови Ани. — Ты уж постарайся себя сдерживать, а то вон чуть свою телохранительницу на каменный шип не насадил. Кстати, как это у тебя получилось? Ты ведь даже на земле не стоял! Да, и что там с этим менталистом? Ты сказал, что вспомнил его. Ты, кстати, отцу об этом сказал?

— Не знаю, с шипом само получилось. А с отцом как-то к слову не пришлось, — буркнул я. — Я сам найду этого менталиста, отец мне здесь все равно не помощник. А уж после нашего с ним разговора и подавно.

— Да уж, это точно. Учудил ты, Рэни. Отец правильно тебе говорил: нельзя лезть во внутренние дела кланов. Пусть сами разбираются.

— И ты туда же? — вновь вспылил я, вскакивая из кресла. — Да как вы не поймете, что так нельзя? Клан Сорка — наш вассал! Ну и что, что это Младший клан? Надо ведь хоть немного думать наперед? Все привыкли, что всем заправляют Стихийные кланы и можно наплевать на остальных! Вассалы — не рабы, исполняющие любую прихоть хозяина! А старшие должны защищать и заботиться о младших! Кари спасла мне жизнь, ее отец при смерти, и эти деньги — самое малое, что я могу дать за то, что она сделала!

— Рэни, успокойся! — попятилась от меня Ани. — Зачем ты на меня кричишь?

Господи, да что же такое со мной творится? Откуда такие вспышки гнева? Надо постараться успокоиться, а то Ани уже смотрит на меня как на какое-то чудовище.

— Ани, прости. Я сам не знаю, что со мной происходит…

Внезапно до зубовного скрежета захотелось курить. Не сказал бы, что, будучи Михаилом Александровым, был заядлым курильщиком. Так, покуривал иногда с коллегами. С нынешними учениками никаких нервов не хватит, вот и бегали все за угол, во главе с директором, выкурить сигаретку-другую. А в этом мире табака вообще вроде не было. Во всяком случае, в воспоминаниях Рэни я такого не нашел. Я представил, что выбиваю из новой, хрустящей пачки белый цилиндрик, сжимаю зубами коричневый фильтр и щелкаю зажигалкой Cricket. Автоматически повторяю это действие наяву, щелкая пальцами. И наблюдаю расширившиеся глаза и судорожно прижатые к груди кулачки Ани.

— Четырехцветный…

Я непонимающе перевел взгляд на то, на что с ужасом неотрывно смотрит сестра. На кончике большого пальца моей правой руки ровно горел небольшой язычок голубоватого пламени. Приплыли…

В голове как будто взорвалась бомба. Вот оно, значит, как… Значит, это не сказки. Легким мысленным усилием я погасил огонек. Память Рэни Карвуса мгновенно предоставила всю имеющуюся информацию на четырехцветных. Мне ли не знать, ведь именно Рэни считали отродьем, уродом-альбиносом всю его жизнь. Не все, конечно. Родители так не считали, но вот все остальные… Пощадили меня не только из-за того, что отец закусил удила и заявил на собрании клана, что хватит верить древним сказкам и святошам Единого. Беловолосые дети хоть и были редкостью, но иногда появлялись на свет. Дело не в этом. Точнее, не только в этом. Не цвет волос делал из тебя четырехцветного. Это делала магия. У четырехцветных она просыпалась очень рано, буквально с трех лет. Все четыре стихийные магии органично уживались в одном маленьком теле, наделяя ребенка невероятной, почти божественной силой. В моем случае такого не произошло, и, наверное, именно поэтому меня оставили в живых. Иначе не спасло бы ничто. Но, как говорилось в моем бывшем мире, ложечки нашлись, а осадочек-то остался. На меня, не проявлявшего никаких способностей к магии других стихий, продолжали смотреть косо. И тут такой поворот. Видимо, Рэни Карвус, погибнув на дуэльной арене от огненных заклятий, каким-то образом прошел инициацию Огнем. Которая только что и проявилась. Ну и моя гибель и осознание себя в теле внука главы клана Земли, возможно, сыграла свою роль. Теперь стали понятны вспышки гнева и резкая смена настроения. Огонь непостоянен. Он может тихо тлеть, даря тепло, а может обернуться яростным огненным ураганом, уничтожающим все на своем пути.

— Ани, успокойся, — мягко сказал я, видя, что сестра находится на грани истерики. — Это я, твой брат Рэни. А не какое-то чудовище из детских сказок. Есть я тебя точно не стану. Ну, может, только слегка понадкусываю… — задумчиво протянул я.

Ани несмело хмыкнула в ответ, явно приходя в себя, но все еще опасливо держась на расстоянии.

— А ты можешь еще раз… Ну, это… — Ани щелкнула пальцами, настороженно посмотрев на них.

— Не знаю. Оно как-то само получилось. Думаешь, стоит попробовать?

Ани завороженно кивнула. Вот за что я всегда любил свою сестру. Она с детства была авантюристкой. Когда я сидел за книгами в отцовской библиотеке, моя младшая сестренка исследовала родовой замок, излазив его вдоль и поперек, и находила такие тайные ходы, о которых не знали даже отец с дедом. Характер у нее всегда был боевым, да и родовой магией она владела получше меня. Первого голема смогла собрать и заставить выполнять приказы именно она, хотя и младше меня на три года.

— Ладно, давай попробуем.

Я еще раз щелкнул пальцами. Огонек послушно появился на прежнем месте. А если по-другому? Я развернул ладонь вверх и представил небольшой шарик огня.

— Чтоб меня демоны драли… — прошептала Ани, завороженно глядя на маленький файербол, крутящийся на моей ладони.

— Ани, ты где таких слов нахваталась? — Я сжал пальцы в кулак, и файербол исчез, не оставив следа.

— Ай, не будь занудой, — отмахнулась Ани. — Мы уже не дома, а в Академии. А ты можешь еще что-нибудь? — непосредственно спросила сестра, мгновенно переходя от священного ужаса к азарту первооткрывателя.

— Что именно?

— Ну, с воздухом что-нибудь или водой. Вдруг получится?

— Думаешь, стоит? — засомневался я.

— Конечно! — Ани подбежала к стоящей на столе вазе, выкинула из нее небольшой букет цветов и сунула вазу, наполовину наполненную водой, мне в руки.

— Давай!

Ну ладно. Я закрыл глаза и сосредоточился, пытаясь хоть как-то повлиять на плещущуюся в вазе воду. Прошла минута, потом две. Ничего. Никакого отклика. Фу-х, слава богам. Значит, я не четырехцветный. А всего лишь двуталант. Такие хоть и редко, но встречались. Нынешний глава Совета Орханта, например. Он владел двумя стихиями — Воздуха и Воды.

— Не, ничего, — выдохнул я с некоторым облегчением.

— Эх, жалко, — огорченно заявила Ани, с видимым сожалением заглядывая в вазу, которую я ей отдал.

— Жалко? Ты что, хотела, чтобы я действительно оказался четырехцветным? — возмутился я. — Забыла, чем все они закончили?

— Ну чего ты сразу, — скорчила мордашку Ани. — Зато мы бы сразу всем этим Огненным, да и всем остальным тоже, показали! А то строят из себя. Мне одна воздушница, тоже новенькая, как и я, сказала, что клан Огня обязательно отомстит, и что Мариуса, внука главы Огненных, стоит опасаться. Он не простит поражения.

Черт. Со всеми этими появившимися у меня способностями я совершенно забыл, что наше с Ани обучение в Академии может закончиться уже сегодня. У меня есть только три варианта: покаяться перед отцом, пойти к ростовщикам или… Высшие всегда платили вперед, свысока поглядывая на бедные Младшие кланы. Но существовал и третий вариант. Учиться можно было в долг. Студент обучался за счет Академии, подписывая кабальный договор, по которому должен по окончании обучения выполнять все поручения Совета, отдавая половину из своего и так небольшого заработка. Выплата долга в таком случае могла длиться десятилетиями, и мало кто доживал до этого дня, так как тебя бросали на самые опасные или грязные задания, за которые больше не хотел браться никто. Если я выберу этот вариант, то это будет грандиозный скандал. Прошлый Рэни покаялся бы перед отцом, и тот в конце концов простил бы сына, выслав еще денег, но Рэни нынешний не пойдет на это никогда. Пора выходить из-под опеки отца и начинать свою игру.

— Ладно, сестренка, давай теперь серьезно. — Я вновь достал из ящика стола переговорный амулет. — О том, что у меня прорезались способности к магии огня, никому ни слова. Поняла? — Ани мелко-мелко закивала в ответ. — Говоря «никому», я имел в виду всех, кроме отца. Ему надо сообщить. Такая информация может ему пригодиться.

— А как же…

— Маме он сам расскажет, если сочтет нужным. Пойми, такая информация может оказаться опасной. Прежде всего для нас самих. Дуэль эта, менталист… Кто-то явно нацелился на клан, и нужно как можно быстрее выяснить, кому это надо. Ты понимаешь?

— Да, понимаю, не маленькая, — нахмурилась Ани. — Я умею держать язык за зубами, не беспокойся. Но отцу все-таки сообщить об этом должен ты сам.

Да, наверное, сестра права. Не стоит корчить из себя героя-одиночку. Без поддержки клана я никто, и звать никак. Поэтому надо наступить на горло своей не вовремя вылезшей огненной гордости и переговорить с отцом. Я бросил короткое активирующее плетение в переговорник, и через мгновение передо мной замерцало изображение отца. Он был явно не в духе, о чем говорила вертикальная складка на его лбу. Отец, вопреки своей привычке, сидел в своем шикарном кресле с изображением герба Карвусов на высокой спинке и раздраженно вертел в пальцах писчее перо.