Рэни Карвус

— Академия стоит на ушах. Разговоры только о твоей дуэли с Кридом и о появлении Альбиноса.

Секретарь подошел к письменному столу и положил передо мной свернутый свиток, скрепленный печатью клана Земли. — Ар Карвус просил передать тебе лично.

Я испытующе глянула на Лорана.

— Он ничего не просил передать на словах?

— Нет.

— Понятно, — я побарабанила пальцами по обтянутому кожей драха подлокотнику кресла, не торопясь вскрывать свиток.

— Что Огненные? И прежде всего Мариус?

— Огненные притихли. Мариус пытается делать вид, что ничего не произошло, но парочка воздушниц со второго курса, ну ты должна помнить, те близняшки, видели, как он в ярости разнес заклятьями половину оранжереи.

— Ага, все-таки вышел из себя, — усмехнулась я. — Какая потеря для алхимических зелий. Надо бы аккуратно намекнуть декану алхимиков, кто это сделал. Мелочь, но приятно.

Теперь уже улыбались мы вдвоем.

— О Рэни есть новости?

— Пока нет. Но на верхнем ярусе видели рикса. Туда никого не пускают, охрана ара Карвуса перекрыла все проходы.

Рикс? Это плохо. Эти лекари равно известны как своим целительским искусством, так и непомерными запросами. Если бы мы могли нанять рикса… Я изо всех сил сжала подлокотники кресла. Нам никогда не найти столько денег, а клан Сорка — гордый клан и никогда не станет ничего просить, даже у своего сюзерена. Появление рикса в кампусе Земли говорило только об одном — Рэни был плох настолько, что ар Карвус был вынужден прибегнуть к услугам этих желтоглазых коротышек. И я очень надеюсь, что он не опоздал.

— Арта Сорка? — раздался от двери незнакомый голос. Я вздрогнула от неожиданности, на автомате развернувшись всем телом в сторону возможной угрозы. Уроки отца были вбиты в меня на уровне подсознания — сначала бей, а потом задавай вопросы. Лоран тоже отреагировал на внезапно возникшего посетителя соответственно — переместившись на ускорении за спину незнакомца, закутанного в длинный балахон с глубоким капюшоном, из-за которого не было видно его лица, мой секретарь прижал к шее незваного гостя остро отточенное лезвие небольшого кинжала, который использовал для вскрытия корреспонденции.

— Не ждал такого приема, — спокойно ответил незнакомец, не обращая никакого внимания на кончик ножа, подрагивающий в опасной близости от сонной артерии. — Я пришел с миром. Вы всех гостей так встречаете?

— Кто ты, и что тебе надо? Это территория клана Земли, и посторонним сюда путь закрыт! Назови себя, или ты труп!

— Да ладно, ладно, что же вы нервные все такие, — буркнул незнакомец, поднимая руки к капюшону. — Вы позволите? — это уже Лорану, который, естественно, и не подумал ослабить хватку, дожидаясь моего сигнала. Я кивнула, и мой помощник отвел кинжал в сторону, давая незнакомцу показать свое лицо.

Боги Орханта… На меня с грустной усмешкой смотрел Рэни Карвус собственной персоной. Живой и здоровый. Лицо, которое совсем недавно я видела разбитым в кровь, было без единой царапины, а длинные белые волосы забраны на затылке в незатейливый хвост.

— Сюзерен? — только и смогла я вымолвить, преклоняя колено перед господином. Лоран последовал моему примеру мгновением позже.

— Собственной персоной, — произнес Альбинос. — Встань ты уже, хватит коленом пол полировать. И ты тоже, — обратился господин к Лорану.

Я поднялась, недоуменно взирая на Рэни.

— Отец отговаривал меня, но я решил прийти лично. Я понимаю, этикет и все такое, но ты спасла мне жизнь, поэтому я пришел поблагодарить тебя сам. А, вижу, послание от отца ты уже получила, — заметил Рэни так и не распечатанный свиток, лежащий на столе. — Я знаю, что там написано, и сам могу тебе сказать. Да ты присаживайся, в ногах, как известно, правды нет, — выдал странную фразу Альбинос, отодвигая стул для посетителей и усаживаясь на него.

Я перевела взгляд на Лорана. Тот ответил мне не менее ошарашенным взглядом. Никогда представители Высших кланов не снисходили до простого общения с вассалами. Пример Мариуса, единственного представителя Стихийного клана до появления в академии Рэни, постоянно перед глазами. Надменность, чванливость, пренебрежение всеми, кто ниже тебя по происхождению. И тут — такое.

Я осторожно опустилась в свое кресло, не зная, чего ожидать.

— Так вот, спасибо, что спасла мне жизнь, — произнес Рэни, привстав со стула и протягивая мне руку, которую я осторожно пожала. Глаза Лорана, так и оставшегося стоять возле двери, стали размером с двойную орхантскую марку, грозясь вывалиться из орбит.

— Это был мой долг, как вассала, — сумела ответить я.

— Да, конечно, долг вассала. Я понимаю. Но дело в том, — серьезно посмотрел на меня Рэни, — что мне скорее нужен друг, чем вассал.

Лоран, наверное, в обморок грохнется. Прямой наследник одного из сильнейших Стихийных кланов предлагает мне дружбу? Да когда такое было?

— Для меня большая честь, сюзерен, — начала было я, но была прервана.

— Ну вот и отлично. Тогда наедине больше никаких сюзеренов и прочего официоза. Договор? — Рэни как-то по-мальчишески задорно улыбнулся и повторно протянул мне руку. — Я — Рэни.

— Конечно, сюзер… э-э-э, то-есть, кхм… — закашлялась я. — Я — Кари. Мы повторно обменялись рукопожатиями. — Рада, что с вами все в порядке.

— Да, я тоже рад, — хмыкнул в ответ Альбинос. — Там отец просит тебя стать моим телохранителем, — кивнул Рэни на нетронутый свиток. — Надеюсь, что ты согласишься. Впрочем, у тебя есть время подумать. Я могу только попросить. Клан Сорка всегда был преданным вассалом Земли, и я буду рад, если ты примешь положительное решение. Посоветуйся с семьей, время у тебя есть. А я, пожалуй, пойду. Надо еще с Ани поболтать. Ну, пока. — Рэни вскочил со стула, еще раз протянул мне руку, которую я пожала чисто автоматически, и быстро вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Возникла тягучая пауза, во время которой я некоторое время, мало что соображая, просто смотрела в стену. В голове творился сумбур. Первым опомнился, как ни странно, Лоран.

— Кари, это сейчас что такое было?

Отступление первое. Храм Единого.

Хранителя знаний била дрожь. Он быстрым шагом шел по длинным переходам храма Единого, держа в руках кипу древних манускриптов и не отвечая на приветствия попадавшихся на пути братьев. Если он не справился… Нет, об этом лучше не думать. О Правой Длани Единого ходили разные слухи, но ни в одном из них не было ничего хорошего. Навлекший на себя гнев Длани, да какой гнев, даже мимолетное неудовольствие, попросту исчезал. Бесследно. Поэтому когда две недели назад одан настоятель вызвал хранителя к себе и повелел найти все древние манускрипты, в которых хотя бы мельком упоминались четырехцветные, и вдобавок генеалогическое древо рода Карвус, хранитель понял, что крупно влип. Знания о четырехцветных — проклятии и страшной сказке всего Орханта, которой пугали маленьких детей, — относились к запретным. И если эти знания опять вытаскивают из самых тайных уголков храмовых хранилищ, то жди беды. Интуиция хранителя просто вопила, что этот вызов ничем хорошим не кончится, но приказ настоятеля не оставлял никаких лазеек.

Хранитель подошел к массивной, обитой крест-накрест толстыми железными полосами двери, поправил выбившийся из охапки свиток, мысленно вознес короткую молитву Единому и несмело постучал.

— Входи, брат мой, — раздался из-за двери голос, и хранитель трясущейся рукой потянул на себя массивное дверное кольцо.

Глава 2. Векселя в обмен на жизнь

Так, ну вроде бы с Кари проблему решил. Судя по ее квадратным глазам и отвалившейся челюсти ее секретаря, я явно сделал что-то не так. Ах, да, вот оно что… Память подбросила кусок воспоминаний. Проблема только в том, что для того, чтобы что-то вспомнить, надо делать запрос. Как в поисковике в Гугле. Ты спросил — тебе ответили. Память срабатывала не сразу — все-таки я не Рэни Карвус, я просто занял его место. Личности наложились друг на друга, и, хотя телом управлял я, сознание иногда выкидывало фортели, как только что в кабинете Кари. По четко прописанному протоколу я должен вести себя соответственно своему высокому статусу. Как это происходит, я вспомнил, память нарисовала картинку перед внутренним взором. Все эти поклоны, преклонения колен, с кем я могу беседовать, а на кого вообще не должен обращать никакого внимания, и так далее, и тому подобное. Да и самому Рэни все это не нравилось, хотя отец вдалбливал все эти политесы, начиная с детства. А тут я со своей рабоче-крестьянской прямотой вламываюсь в кабинет к своему вассалу. Что она обо мне подумает?

Я забыл, где я нахожусь. До сих пор я воспринимаю все вокруг меня происходящее, как какой-то сон. Маги, кланы… Дуэль… Та самая злополучная дуэль, из-за которой я и попал в этот мир и в это тело. Почему-то именно сейчас я вспомнил до мельчайших деталей эту схватку. Я резко остановился возле оконного мозаичного витража, пропускавшего слабый свет, и прижался лбом к холодному стеклу. Из неприметной ниши шагнул страж в зеленых одеждах клана Земли.

— Господин Рэни, с вами все в порядке?

— Да, да. Все в порядке. Я просто задумался.

Я вновь прижался лбом к восхитительно прохладному стеклу. Воспоминание вломилось в мой мозг, вызывая панический страх и фантомную боль в уже залеченных ранах. Но я почему-то знал, что должен перебороть себя и вспомнить…

— Эй, гляньте-ка, кого занесло в нашу Академию! Рэни Карвус собственной персоной! И что это он здесь забыл?

Ну конечно, меня ждали. Отец предупреждал меня, что рано или поздно начнутся попытки проверки меня на слабость, но я надеялся, что это случится хотя бы не в тот же день. Я ошибся. Напротив меня собралась толпа студиозусов в накидках с красной каймой. Вассалы Огненных. С кланом Огня мы не были союзниками, но и открытыми противниками тоже не были. Ярые противники Огня — клан Воды. Чего они ко мне-то прицепились? Я еще здесь даже ни с кем толком и не знаком, — не считать же знакомством профессоров из приемной комиссии, перед которыми я только что демонстрировал свои умения? Впереди толпы прихлебателей огневиков стоял высокий, крепкий, в форменной академической одежде парень, смотрящий на меня с наглой, неприкрытой усмешкой.

Открытое пренебрежение с его стороны говорило только об одном — он прекрасно знает, на что идет. Он прекрасно знает, кто перед ним, он назвал мое имя, и значит, об ошибке речи идти не может. Что ж, такой вариант событий мы с отцом тоже рассматривали. Они думали, что я запаникую, встретив недружелюбно настроенную толпу огневиков? Не на того напали, за словом в карман я тоже не полезу.

— Огненные, я смотрю, совсем распустили своих вассалов, — небрежно сообщил я, ни к кому конкретно не обращаясь и высокомерно осматривая собравшийся «комитет по встрече». Я прекрасно знал, что это бесит еще больше, но намеренно избрал такую тактику. — Они понятия не имеют о приличиях.

Толпа огневиков агрессивно заворчала и двинулась вперед.

— Да кто бы говорил. — Стоящий впереди зачинщик уже не улыбался. В его глазах плескалась ненависть. — Моль земляная только выползла на свет — и уже свысока на всех смотрит? А на арене ты такой же храбрый, или сразу за папочку спрячешься?

Собравшееся стадо довольно загоготало.

— Чтобы вызвать меня на дуэль, милейший, надо иметь соответствующий статус, — негромко сказал я, вынуждая собравшихся умолкнуть и прислушаться к моим словам. «Никогда не кричи. Даже в ярости, — всегда говорил мне отец. — Кричат и размахивают руками только низшие. Ты — наследник клана Земли, и даже если ты прошепчешь, тебя должны услышать. Достоинство — вот что отличает высших. Правда, некоторые путают достоинство с высокомерием. Не допусти такой ошибки, сын». — Глупо устраивать дуэль с каждым низкородным. Эту честь еще нужно заслужить.

Глаза огневика побелели от ярости.

— Слышал я, — повернулся к толпе зачинщик, — что только подстилка четырехцветного могла родить такого урода. И прятала потом где-то в подвале, чтобы его слуги Единого в костер не бросили.

Внутри все заледенело. Стоящие в первом ряду огневики явно поняли, что они зашли слишком далеко, и невольно отступили на полшага назад. Клан Земли никому и никогда не прощал оскорблений, и они это знали. Увидев изменившиеся лица своих дружков, предводитель огневиков развернулся, наткнувшись на мой ледяной взгляд.

— Ты, ублюдок без чести и совести. Я, Рэни Карвус из клана Земли, вызываю тебя на дуэль до смерти, здесь и сейчас.

— Отлично, — процедил сквозь зубы мой противник. — Я, Крид Мерано из клана Огня, принимаю вызов Рэни Карвуса на дуэль до смерти. На арену! Сейчас мы посмотрим, моль земляная, на что ты способен.

С этими словами Крид резко развернулся, взметнув в воздух полы накидки, украшенной алой полосой, и быстрым шагом двинулся в сторону академической дуэльной площадки. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

Хорошо, что Ани ничего этого не видит. Я, как старший, сдавал приемный экзамен первым, Ани шла сразу за мной. Так что сейчас она занята тем, что демонстрирует свои возможности приемной комиссии. Сдаст, конечно, способности к магии Земли у нее просто на зависть. Те зубодробительные плетения, что мне удавались с трудом, сестренка щелкала как орехи, заставляя пораженно качать головой даже деда. Если бы она родилась мальчишкой, то стала бы главой клана вместо меня, а так… Выдадут замуж по политическим соображениям в другой клан, даже не обязательно Стихийный, и все, поминай как звали. Видеться будем только в редкие визиты, о которых надо предупреждать за полгода, да в праздник Объединения кланов. И все. Если входишь в чужой клан, то это навсегда, возврата нет. Впрочем, зная характер моей сестренки, вряд ли в ближайшее время на ее руку, сердце и приданое найдется претендент.

А вот и дуэльная арена. Именно такая, как ее описывал отец. Он-то, в отличие от меня, в реальных дуэлях участвовал, и не раз. На память о тех событиях у него на груди, выше сердца, остался ветвистый шрам, который отец не стал удалять, оставив в качестве напоминания о бурной молодости. Толпа тем временем становилась все больше. Не думал, что здесь столько вассалов клана Огня. Вокруг сплошь накидки с алой полосой, указывающей на принадлежность к клану. Хотя нет, я ошибся. Сквозь толпу приспешников огненных пробивался настоящий гигант в академической накидке, смотрящейся на нем из-за габаритов просто смешно. Если у обступивших ограждение арены огневиков накидка доходила до колен, то у гиганта накидка с прерывистой зеленой полосой — знаком Младшего клана — едва прикрывала поясницу. «Наверное, кто-то из Звериного клана», — мелькнула мысль, но тотчас пропала, так как я ступил на песок арены.

Мой противник отошел к дальнему краю площадки и сейчас перешептывался с каким-то студиозусом в модных черных очках, периодически оборачиваясь и бросая на меня оценивающие взгляды. Смотри-смотри, с меня не убудет. В настоящих дуэлях мне участвовать не приходилось, но в учебных я у отца выигрывал в трех схватках из пяти. Самое главное сейчас — не запаниковать и не забыть всего того, чему меня учили. Я закрыл глаза, стараясь выкинуть из головы все посторонние мысли. Думать нельзя. Инстинкт быстрее. Начнешь думать и сомневаться — считай, проиграл. Только на этот раз все всерьез, и ожогами или парой переломов, как в самом начале моего обучения, я уже не отделаюсь. На кону моя жизнь. Престиж клана не пострадает в любом случае. Я вызвал на дуэль, судя по всему, боевика из клана Мерано. Слышал я об этом клане. Из ближайших приспешников главы клана Огня — Трегора Натори. Что ж, сейчас я узнаю, чего стою в реальной схватке не на жизнь, а насмерть. Я намеренно повел себя так, как повел. Неприкрытое оскорбление моей матери только развязало мне руки.

«Запомни, сын, в каждом коллективе, а в Академии в особенности, приходится себя ставить. Да и не только там. Ты знаешь, какую банку с пауками представляет собой Совет Орханта. В академии на тебя будут смотреть и оценивать сотни глаз. Выискивать, додумывать и обмусоливать каждое твое слово или поступок. Поэтому ставить себя надо крайне жестко с самого начала. Дуэль для этого подойдет лучше всего. Таким образом ты громко о себе заявишь и укрепишь свое положение. Свой личный авторитет, а не авторитет клана. Это важно. Ты неплохо подготовлен против любых противников, ну, твоего уровня, разумеется. Ну а дальше все пойдет по подготовленному плану, ты знаешь, что нужно делать».

Да, отец, я помню. И я готов.

Я подошел к разделительной линии. До противника двадцать метров. Стандартная дистанция для дуэли. Я присел на корточки и набрал в ладонь песок, покрывавший арену. Пропустил его сквозь пальцы, дав внутреннему источнику силы прочувствовать место схватки. Отец говорил, что всегда надо знать, что у тебя под ногами. Тогда ты никогда не споткнешься в ненужный момент и сможешь использовать всю мощь Земли. Так, что у меня из комплексов на этот случай… Мой противник — маг Огня. Значит, стоит ждать огненных хлыстов, файерболов, струй огня, ну и, возможно, марева. На землю он передо мной ничего бросить не сможет, типа огненной мины или капкана, землю контролирую я. Значит, идем по схеме. Щит, щит, Каменный Гвоздь для прощупывания его защиты, щит, потом Шипы и Зыбучий Песок. Усиливающих амулетов на мне нет, но, думаю, должен справиться и так. Я поднялся и отряхнул ладони от налипшего песка.

— Ну что, ты готов, моль земляная? Мамочку звать не будешь? — Крид подошел к своей линии, глумливо усмехаясь и демонстративно разминая пальцы. А вот пытаться вывести меня из равновесия очередным оскорблением у тебя не выйдет. Опрометчиво кидаются в драку, потеряв голову, только неопытные юнцы.

— Карвус, порви его! Земля, вперед!

Я повернулся на крик, раздавшийся из-за ограждения. Тот самый гигант в нелепой накидке, поймав мой взгляд, ударил сжатым кулаком в область сердца, посылая мне воинское приветствие. Хоть кто-то за меня болеет, уже хорошо. Надо бы запомнить этого парня, оборотень из Младшего клана может пригодиться. Я кивнул в ответ, и гигант расплылся в улыбке. Внезапно что-то странное, буквально на грани восприятия, привлекло мое внимание. Рядом с гигантом стоял невысокого роста невзрачный подросток в форме Академии. Он держал перед собой и перебирал пальцами какой-то небольшой блестящий предмет.

Вдруг ощутил, как в голове что-то щелкнуло, и руки как будто налились свинцом. Что это? Еще один щелчок, и ноги сами собой сделали шаг к разделительной черте. Меня накрыла волна паники. Что происходит? Я не контролирую своё тело! Я попытался призвать магию, но не смог — внутренний источник был заблокирован! Где-то здесь менталист! Кто-то применял запрещенную ментальную магию! Я попытался закричать, но из горла вырвался лишь приглушенный сип. Боги, нет! Я как будто со стороны наблюдал, как мое тело, совершая какие-то резкие, рваные движения, заступило за черту, давая сигнал к началу схватки. Успел заметить торжествующие глаза своего противника. А потом сознание погасло от нестерпимой боли, растворившись в океане огня.

— Рэни, очнись!

В себя я пришел от смачной пощечины. За шиворот с мокрых волос стекала вода. Рядом стояла Ани и лупила меня по лицу своими маленькими ладошками что есть силы.

— Хватит! — я перехватил руку, занесенную для очередного удара. — Ты что делаешь?

— Рэни, ты перепугал меня до смерти! Стоишь весь белый, с закрытыми глазами и не шевелишься! Страж увидел, что с тобой что-то не так. Пытался тебя дозваться, но не смог и побежал за помощью. Отец уже портанулся домой, и он позвал меня. А ты тут стоишь, как мертвый, и ни на что не реагируешь! — Ани шмыгнула носом, и в ее глазах выступили слезы. — Что с тобой? Я уже и воду из вазы на тебя вылила, а ты даже не пошевелился!

О, черт… Неплохо меня вставило. Но надо успокоить Ани, а то она сейчас устроит такой слезоразлив, что весь кампус затопит.

— Со мной все в порядке, сестра. Просто надо было кое-что вспомнить. — Я мрачно улыбнулся. — И, кажется, вспомнил.

Ани передумала реветь и теперь смотрела на меня, как на умалишенного.

— Что вспомнил?

— Лицо. Я понял, кто был тем менталистом.

***

Конечно, я сообщила обо всем отцу, связавшись с ним по родовому амулету связи, сразу же, как только Рэни вышел из кабинета. Лоран, увидев, как я снимаю с шеи амулет, коротко поклонился и вышел из кабинета, оставив меня наедине с главой клана.

Отец, изображение которого появилось над лежащим на столе амулетом, долго расспрашивал меня, вызнавая подробности нашего разговора с Альбиносом. Его интересовало все — интонация голоса, как смотрел — прямо в глаза или отводил взгляд, закидывал ли ногу на ногу и скрещивал ли руки на груди. В общем, устроил допрос по всей форме. Потом его скрутил приступ кашля. У меня разрывалось сердце, когда видела, как отец, отвернувшись, украдкой промокает губы платком. Опять открылось кровотечение. Настойки, выписанные за большие деньги из столицы риксов — Рагема, — уже не помогали. Отец, буквально за последние три месяца превратившийся в обтянутую кожей мумию, думал недолго. Согласие было получено. Быть телохранителем наследника клана Земли — большая честь. Ты практически входишь в ближний круг сюзерена, что для представителя Младшего клана просто невероятная удача. И ответственность. Но клан Сорка никогда не бегал ни от опасности, ни от ответственности. Пора сообщить сюзерену о согласии и приступать к своим непосредственным обязанностям. Но только я собралась выйти из кабинета, как дверь распахнулась навстречу, едва не сбив меня с ног, и внутрь залетел Лоран.

— Что, опять?!

— С Рэни что-то не так!

— Где он?

— В коридоре седьмого яруса!

Я в долю секунды включила ускорение и буквально вылетела из кабинета, выбив воздушной волной входную дверь. Да что же такое! Опять что-то стряслось? Не успел Альбинос появиться в Академии, как все полетело четырехцветному под хвост! Это не Рэни, это ходячая катастрофа! Я прибавила ходу, не обращая внимания на сорванные позади меня картины со стен и разбившиеся цветочные вазы. А, к дорхоту их, все равно они мне никогда не нравились. Вот и седьмой ярус. Уровнем выше только личные покои главы клана Земли, его семьи и ближайших приближенных. Похоже, мне тоже придется туда переехать, телохранитель живет вместе с сюзереном, таков порядок. Вот он! Альбинос стоял возле мозаичного витража и что-то втолковывал своей сестре. Я выключила ускорение, буквально появившись из воздуха перед сюзереном. И едва успела увернуться от Каменного Шипа, просвистевшего рядом с головой!

— Сюзерен, это я, Кари! Ваш телохранитель! — Я выставила перед собой руки в примиряющем жесте ладонями к себе. Повернуть ладони от себя означало немедленную атаку. Очень многие боевые плетения сопровождались жестами с выставленной ладонью в сторону противника, и Рэни не может этого не знать. Хотя четырехцветный знает, чем он занимался все это время в своем родовом замке Карвусов. Может и не знать, слухи о нем ходили разные.

— Кари, чтоб тебя черти драли, — выдал странную фразу сюзерен, опуская руки. — Не делай так больше, напугала до полусмерти. — Рэни провел рукой по мокрым почему-то волосам и удивленно посмотрел на пробивший дорогой рухарский ковер двухметровый каменный шип, выросший из пола. — Кажется, я слегка погорячился.

Меня передернуло. Чуть-чуть левее — и я бы оказалась нанизана на каменное острие, как какая-нибудь бабочка. Вот это реакция! В долю секунды создать атакующее плетение! Даже мне на ускорении такое не всегда удается. Непонятно, как это он с такими способностями не размазал Крида по арене тонким слоем?

— Прошу простить, сюзерен, — поклонилась я, признавая свою ошибку. — Мне сообщили, что с вами что-то случилось, вот я и… Этого больше не повторится.

— Ладно, забей. Ах, да, этикет, чтоб его… Ани, позволь представить тебе арту Кари Сорка из клана Металла, моего телохранителя. Значит, твои дали добро? Вот и отлично. — Рэни отошел в сторону и церемонно представил меня своей сестре, смотрящей на меня как на какую-то заморскую диковинку. Я низко поклонилась. — Кари, это моя сестра Ани Карвус.

— Арта Карвус, — еще один поклон.

— Арта Сорка, — легкий кивок и улыбка.

— Ну вот и отлично. Формальности соблюдены. Вы тут пока пообщайтесь, а мне надо сходить переодеться. — Рэни с недовольством пощупал промокшую ткань форменного кителя и двинулся вверх по лестнице. Я, разумеется, направилась за ним. Страж, стоявший у входа на восьмой, хозяйский уровень, выдвинулся из своей ниши и преградил мне путь. Рэни, услышав за спиной движение, удивленно обернулся.