Невольница для жестокого

Сева напрягся. Я видела, как его пальцы стиснули руль.

— Он поспорил на тебя, Лиз. Два месяца назад с Кравченко.

От услышанного мне стало не по себе. Пару месяцев назад… Когда мы стали встречаться. Так выходит все это был спор? Все ухаживания и красивые жесты. Все обещания и взгляды? Боже, какая дура! Хотелось кричать, хотелась остановить машину и убежать, чтобы даже Сева не был свидетелем моего позора. Хотя, я уже опозорена итак с головы до ног.

— Плевать…

Он то и дело бросал на меня напряженные взгляды. Будто что — то хотел сказать, но все не решался.

— Слушай, ты красивая и тебе нечего стесняться. И я был против, я хотел тебе сказать, но Олег пригрозил… Понимаешь, я один, а их много. Мне здесь учиться еще, и я с ними в одной команде…

Как раз в этот момент он затормозил у Юлькиного дома. Я посмотрела на него. Хороший он парень, если бы не был таким трусом.

— Все нормально, Сев. На видео не я.

Я вышла из машины. Открыла багажник, вытягивая чемодан. Когда захлопнула его крышку, Сева уже стоял рядом.

— На нем была не ты? — в его голосе звучало удивление.

Я улыбнулась. Его ошарашенный вид меня рассмешил.

— Да, Сев. Олег вас всех надурил. Потому что между нами никогда и ничего не было.

Взяв чемодан, я направилась к дому Юльки. Машина стояла на месте, и я буквально чувствовала на себе взгляд Севы, но так ни разу не обернулась. Впервые за этот день я почувствовала себя хорошо.

***

Все было слишком нервно и не по плану. Не так я представляла сегодняшний вечер. Юлькины туфли были малы и при каждом шаге натирали ногу до адской боли. А еще я забыла дома свою помаду. Без нее чувствовала себя бледной молью.

Мероприятие было в самом разгаре. Я сидела в первом ряду, рядом с Ковалевой. Ирина — глава модельного агентства, именно она тот последний шанс на что — то лучшее. Только она сможет мне помочь, если того захочет.

По подиуму дефилировали модели. Я не смотрела на сцену, я смотрела сквозь нее. У меня больше нет дома. У Юльки получится остаться максимум на неделю. Не думаю, что родители подруги будут рады мне. Денег у меня не было, как и парня. Практически каждую секунду приходилось сдерживать себя, чтобы не расплакаться.

Как только закончилась официальная часть мероприятия, гости стали разбредаться. Вечеринка будет проходить в ночном клубе, и я хотела успеть переговорить с Ириной до этого.

К ней было не прорваться. То одни, то другие гости мероприятия вели с ней беседы. Сейчас она стояла с несколькими мужчинами восточного вида. Одного из них голову покрывала чалма. Он был смуглым, и слишком высоким. В нем было не меньше двух метров роста. Но больше всего поразили глаза незнакомца. Когда он вдруг повернулся в мою сторону и посмотрел на меня, я замерла. Голубые — как чистое небо без облаков.

— Лиза, — голос Ирины вырвал из задумчивости. Женщина, как и таинственный голубоглазый незнакомец сейчас смотрела на меня.

— Подойди, милая.

Забрав со стула свой клатч, я прошла вперед. Почему — то в этот момент мне стало дико волнительно. Мужчина так внимательно смотрел на меня. Я не могу сказать, что испугалась, но от его взгляда было не по себе.

— Это Хасан Саисс глава крупной линии одежды. Он работает в Турции, и у него для тебя деловое предложение.

— Для меня?

Я перевела на него ошарашенный взгляд. Его имя было знакомо мне. Помню, как недавно девочки из агентства рассказывали об его компании. Он работает только с русскими моделями, выбирает лучших из лучших. И если удается попасть к нему, то, считай, поймал удачу за хвост. Многомиллионные контракты, и стремительно взлетающая карьера модели — вот те перспективы, которые сулят счастливицам. И сейчас, я стояла в шаге от него. Смотрела в его яркие голубые глаза, больше не боясь. Передо мной появилась цель.

— Здравствуйте, вы говорите по — английски? — спросила его и порадовалась в который раз, что в школе усиленно занималась языком. Из всех предметов меня увлекал именно он. Словно чувствовала, что когда — то уеду заграницу и начну красивую жизнь.

— Красивый голос, как и твоя улыбка. Сколько тебе лет? — произнес хрипло и неспешно.

Я покосилась на Ирину. Она не без гордости следила за нашим разговором.

— Мне девятнадцать. И я много слышала о Вас, господин Хасан. Ваша компания — это то место, где мечтала бы оказаться любая девушка.

Он улыбнулся, сверкнув рядом белых, ровных зубов. Его взгляд не был открытым или добрым. Он смотрел на меня оценивающе, цепко. Словно примерял, достойна ли я его внимания. Уверенно подняв подбородок, я открыто встретила его взгляд.

— Мы ценим природную красоту, — произнес он. — Наши девочки — словно бриллианты. Мы ищем их по свету, будто ценные сокровища. Порой бриллиантам не достаточно лишь хорошей огранки — но это все мелочи. Мы способны довести их до совершенства. В твоем случае, даже огранка великолепна.

Ирина засмеялась.

— Благодарю вас, Хасан. Мы бережно храним репутацию лучшего агентства страны, потому наши девочки — словно жемчужины. Каждая из них.

Хасан не сводил с меня глаз.

— Я хотел бы предложить тебе работу…

Эти слова заставили мое сердце громко забиться о грудную клетку. Хотелось закричать, запрыгать от радости. Но я лишь неспешно опустила ресницы, сделав задумчивый вид.

— Господин Хасан, — вторглась в разговор Ирина. — Может, мы обсудим этот вопрос в более приватной обстановке?

— Я спешу, — перебил ее, ни на секунду не отведя с меня взгляда.

— У меня горит проект. Не хватает модели. Именно за этим я приехал сюда, в поисках девушки. И я ее нашел. Лиза, я не беру тебя в фирму, пока что я хочу поработать с тобой разово. Присмотреться, понять, сможем ли мы сотрудничать. Через неделю ты будешь свободна, но если ты согласна, лететь — нужно завтра.

Я ошарашено покосилась на Ирину. Предложение было насколько великолепным, настолько же странным. Обычно подписываются контракты, девочкам дают возможность консультироваться с юристом. А здесь, все так быстро.

— Ты же говорила, что тебе нужны деньги. Тем более это всего на неделю.

— Вы думаете, стоит согласиться?

Ее губы слегка вздрогнули в подобии улыбки.

— В жизни бывают случаи, когда нужно принимать решение быстро. И это решение может изменить жизнь, Лиза. Ты говорила о том, что у тебя проблемы с деньгами. Не кажется ли тебе, что это шанс?

Она права. Мы ведь не говорим о годовом контракте. Всего неделя моего времени. Работы с лучшими фотографами, в лучшей компании. О таком шансе мечтает каждая девчонка. Так, какого черта, я буду упускать свой шанс?

Глава 3

Лиза

На самолете я летела впервые. Было так страшно и волнительно. Мне постоянно хотелось снимать все вокруг, но мой старенький телефон этого не позволял. Пока летела, смотрела в иллюминатор и мечтала о том, как изменится моя жизнь к лучшему. Я все сделаю, чтобы добиться славы и разбогатеть. У меня будет все, о чем мечтала. Больше никто не будет кривиться при виде меня. Я докажу всем, что я чего — то стою.

Перелет оказался коротким. Все летевшие сошли с трапа. И стали ожидать свои вещи. Мне сказали, что перед таможней меня встретит человек. Так и произошло. Увидела табличку со своим именем и улыбнулась пожилому мужчине.

— Добрый день, я Лиза, — подошла к нему и протянула руку. Мужчина смерил меня взглядом, от которого все тело покрылось мурашками. Я мысленно заставила себя расслабиться. Все хорошо.

— Паспорт давай и телефон, — грубо сказал мужчина с жутким акцентом.

— Зачем? — сразу насторожилась я.

— Визу поставлю. Тебя без нее не пустят. А на телефон придет смс.

Без задней мысли отдала все, что он попросил.

Если бы я только знала, чем все обернется… Бежала бы со всех ног прочь от этого человека. Но я была так ослеплена мечтами о будущем. Какая же глупая дурочка.

Мужчина сказал ждать его, что я и сделала. Стояла, смотрела по сторонам, не заметила, как он вернулся.

— Пошли, — мужик взял меня за руку и потащил за собой на выход из аэропорта.

— А мой чемодан? Там все мои вещи.

— Их привезут.

Мы вышли из здания аэропорта, он подвел к машине и открыл передо мной переднюю дверь. Я села в машину и пристегнулась ремнем безопасности. Мужчина занял место водителя, отъехал со стоянки.

— А нам долго ехать? — поинтересовалась спустя несколько минут молчания.

Водитель молчал. Я нахмурилась и попыталась снова заговорить.

— Куда посоветуете сходить в городе? Какие места приходят на ум?

— Заткнись, — грубо ответил мужчина. Я даже рот от удивления открыла.

— Извините…, — может, я ослышалась?

— Заткнись. Мне за разговоры с тобой не платят.

Я отвернулась к окну. Внутри такая горечь разлилась. Но я успокоила себя. Сколько раз я имела дело с такими мужланами.

Ехали мы долго. Как я поняла, мы уже даже не в черте города. Едем по какой — то пустынной дороге. Внутри все начало сжиматься от страха. Какой — то неприятный комок подкатил к горлу, но я постаралась взять себя в руки. Я просто выдумываю. Все хорошо. Ничего со мной не будет. Тот мужчина, Хасан, сам меня выбрал, я нужна ему.

Спустя некоторое время мы остановились. Водитель заглушил мотор и бросил, выбираясь из машины:

— Выходи, — я сделала, как он сказал.

— Где мы? — огляделась вокруг, здесь ничего не было. Пустырь.

Мужчина молчал.

— Я задала вопрос! — повысила голос, повернулась лицом к мужчине. — Где мой телефон?

Вдалеке увидела, как к нам подъезжает огромный черный фургон. И я была уверена, что они приехали по мою душу…

Мне нужно было бежать, прятаться или звать на помощь! Я понимала это… Но в горле пересохло, голос пропал, а ноги стали ватными, не слушались. У меня началась самая настоящая паника… Сейчас я в полной мере осознала всю ситуацию. Какая я идиотка!

Наконец — то, мне удалось прийти в себя. Фургон был совсем близко. Не теряя драгоценное время, я ринулась с места. Я бежала так быстро, как только могла…

Но было уже поздно бежать…

Меня толкнули в спину, не знаю, как мне удалость устоять на ногах. Я закричала, когда чужие руки перехватили меня за талию. Пыталась вырваться, пиналась, царапалась, но ничего уже не могло мне помочь.

Мгновенная вспышка боли в шее. Мне вкололи какую — то дрянь. А через секунду перед глазами закружились черные точки, и я провалилась в темноту.

***

Первое, что я почувствовала после пробуждения — боль. У меня жутко ломило в висках. Все тело онемело, сил не было ни на что. Такое чувство, что их просто выкачали! Я даже глаза удалось открыть не с первого раза.

До меня доносились какие — то звуки, но я ничего не могла разобрать…Не могла сосредоточиться. Чувствовала, что кто — то меня трогает. С трудом повернула голову. Начала моргать, чтобы убрать пелену с глаз и увидела, что нахожусь… На гинекологическом кресле! И какой — то мужчина рассматривает меня… там.

Я дернулась, но сил совершенно не было.

— Что…, — только и смогла хрипло выдохнуть.

Услышала, как совсем рядом со мной заржали. Но уже не смогла повернуть голову. «Гинеколог» посмотрел на кого — то позади меня и сказал что — то на непонятном языке. Сзади меня снова начали смеяться и что — то говорить.

Один из уродов, которые ржали, обошел кресло и стал напротив меня. Я видела лишь ширинку на его джинсах. Почувствовала его руки начали шарить по моему телу. Он грубо сжимал нежную кожу, стискивал и щипал.

Я закрыла глаза.

Вроде, я должна бояться и паниковать, но внутри было так пусто. Я абсолютно ничего не чувствовала… Единственное о чем я надеялась, что это состояние продлиться вечно…

***

Я не могла нормально дышать. На моей голове отвратительно вонючий и пыльный мешок. Даже при маленьком вдохе, частицы пыли проникают в мой нос, и я закашливаюсь. Руки скрещены за спиной, и мне больно, потому что запястья сцепили металлическими наручниками. Мои ноги в цепях, я чувствую себя уголовником — смертником, которого везут на казнь. Но это лучше, чем то, что могло произойти в кабинете «гинеколога». Я не знаю, каким чудом они не надругался надо мной. Тот ужасный, отвратительный на вид мужик уже разорвал на мне футболку, когда в помещение вошел незнакомец. При виде него все стихли. Он что — то сказал им на турецком, и меня схватили под руки, и повели через темный длинный коридор на улицу. Я видела только черный фургон, и несколько девушек в нем. На них были надеты мешки, их руки и ноги были скреплены цепями. Они выглядели точно так, как выгляжу сейчас я. И нас всех везут в неизвестном направлении.

— Помогите, прошу, помогите, — из последних сил выдавила из себя. Но стоило мне произнести это, снова жуткий кашель сдавил грудь.

Мне никто не отвечал. Я слышала их плачь, изредка доносилась иностранная речь. Но это был не турецкий.

В какой — то момент боль на запястьях стала такой сильной, что я закричала. Из глаз лились слезы, меня душила паника, я просто не могла ни минуты находиться в таком состоянии. Дорога была ухабистой и мы подпрыгивали на каждой кочке, от чего по позвонку разливалась волна боли.

Сколько мы ехали, я не знаю. Сбилась со счета времени, хотя старалась отчитывать его, пытаясь запомнить. Наконец фургон остановился. Я услышала, как открылась дверь, и по взмокшему от пота телу скользнул поток воздуха.

Снова раздалась грубая мужская речь, а затем женские всхлипы и мольбы. Я не успела ничего понять, через секунду и меня выволокли из фургона. Было больно, хотелось выть. Но я слышала, как из — за рыданий обидели одну из девушек. Мне было так страшно! Я стояла и тряслась, хотя в воздухе стала адская жара.

Вокруг происходила возня. Многочисленные голоса, кто — то подходил к нам, а кто — то наоборот, вдруг исчезал. Я вслушивалась в каждый звук, в каждый голос, стараясь зацепиться хоть за что — то. В щели ткани мешка я могла видеть силуэты. Рядом со мной было две девушки. Одна из них тряслась как осиновый лист. Она молилась. Тихим, жалобным голоском.

Нас поставили на колени прямо на горячий песок. Моя голова кружилась, а язык начинал неметь. Страх скорой смерти сдавил тисками сердце.

К нам подошло двое мужчин. Высокие фигуры в темном. Они говорили между собой, а потом вдруг один из похитителей приблизился ко мне и резким движением стянул с меня мешок. Я вдохнула воздух, но он был таким горячим, стало только хуже. Я закашлялась. Глаза, не привыкшие к яркому свету, ничего не видели. Только через несколько секунд получилось разлепить их.