Эхо древних рун

— Все равно это неправильно, — настаивала Рагнхильд. — Я требую, чтобы ты попросил их заплатить тебе десятую часть их прибыли в счет того, что они здесь живут и столуются. В конце концов, мы обеспечиваем их едой и крышей над головой, и…

Он прервал ее:

— Едой, которую они помогли вырастить, и крышей, которую помогли возвести. Все здесь усердно и на совесть работают. Нет, я не сделаю ничего подобного. — Сжав кулаки под столом, он сумел сдержать свой гнев.

Хокр всегда не спешил злиться и знал, что лучше оставаться спокойным. Несколько раз, когда он действительно терял самообладание, это ошеломляло: взрыв гнева, вселяющий страх перед богами в большинство людей.

— Но…

С другой стороны, очевидно, пришло время поставить точку.

— Хватит, женщина! — Он смерил Рагнхильд сердитым взглядом. — Ты донимала меня походом, пытаясь опозорить перед моими людьми, ты донимала меня тем, что нужно привезти из похода, ты донимала меня тем, что не нужно везти, и теперь у тебя хватает наглости жаловаться, когда я дарю тебе сокровище, достойное королевы? Ты с ума сошла, женщина? Клянусь Одином, я подумываю послать тебя одну в поход, чтобы ты могла привезти то, что хочешь!

Хокр чувствовал, что голос его постепенно повышался, и теперь он ревел так громко, что все остальные в комнате замолчали. Все, кроме девочки лет пяти или шести, стоявшей недалеко от Керидвен, которая смотрела на него во все глаза, издавая странные всхлипывающие звуки. Было очевидно, что она до смерти перепугана его яростью и не может словами высказать своего ужаса. Он мысленно застонал. Малышка была последним ребенком в поселке, которого он хотел бы обидеть.

К своему облегчению, он увидел, что Керидвен, действуя по наитию, наклонилась и подхватила ребенка на руки. Она отвернула лицо девочки в сторону, чтобы та не видела, как ярится Хокр, затем покачала ее и успокаивающе погладила по спинке, шепча что-то ласковое. Девчушка, похоже, ничего не поняла, но тем не менее уткнулась лицом в плечо Керидвен и снова стала то ли стонать, то ли всхлипывать.

Хокр отвернулся. Это не Керидвен должна была успокоить ребенка. Это должна была быть… Он заметил, как Рагнхильд покинула главное помещение и направилась в одну из комнат в дальнем конце, в их спальню.

— Хорош вождь, нечего сказать, — бросила она через плечо. — Кто будет уважать человека, который относится ко всем как к равным? Это ты сошел с ума. — И с этими словами она исчезла за занавеской, сердито задернув ее за собой.

Хокр испытывал сильное искушение пойти за ней и выбить из нее дурь, но, увы, не мог, потому что она была женщиной. Порядочный человек никогда бы не ударил свою жену, но, видят боги, она испытывала его терпение. Вместо этого он несколько раз глубоко вздохнул и приказал всем остальным заниматься своими делами. Трофеи быстро исчезли в сундуках и коробах разных размеров, а его люди поспешили наружу. Сам Хокр засунул свою долю добычи обратно в мешок и бросил его прямо за занавеску в задней комнате, не заглянув внутрь. Затем он повернулся и, снова увидев Керидвен и малышку, почувствовал, как выражение его лица смягчилось. Он подошел и положил руку на голову ребенка.

— Йорун, любовь моя…

Девочка вздрогнула и уставилась на него все еще настороженным взглядом, в то время как он, в свою очередь, посмотрел на Керидвен.

— Я ее напугал? Я не хотел. Может быть, ты отведешь ее к Старой Тайре и найдешь ей что-нибудь поесть, чтобы отвлечь? Она… она не такая, как другие дети. — Он с трудом сглотнул.

— К Старой Тайре? — переспросила Керидвен.

— О, я совсем забыл, ты же еще никого не знаешь. Эйсе! — крикнул он, и пожилая служанка поспешила к нему. — Эта женщина, — кивнул он на Кери, — присмотрит за Йорун после обеда. Познакомь ее со Старой Тайрой, пожалуйста. — Он поднял брови, глядя на Керидвен. — Ты не против? Я вижу, ты любишь детей.

— Хорошо, — неохотно кивнула она.

Хокр видел, что девушка испытала облегчение оттого, что ей дали такую относительно легкую работу. Она явно ожидала худшего.

— Спасибо. Позаботься о ней как следует.

Он знал, что она так и сделает, даже без его просьбы.

ГЛАВА 10

Когда Мия спустилась вниз, одетая в джинсы и теплый свитер с накинутой на плечи толстовкой, она обнаружила, что в саду перед домом уже установлена большая палатка, а на дорожке припарковано еще несколько автомобилей. К палатке направлялись незнакомые люди. Она последовала за ними и увидела, что внутри расставлены складные стол и стулья по меньшей мере на десять человек. Хотя Мия все еще была слегка раздражена своим гостем, ей пришлось признать, что действовал он чрезвычайно эффективно.

Она опоздала на собрание всего на пять минут, но, к счастью для нее, кое-кто появился на месте сбора еще позже. Хокон барабанил пальцами по столу, хмуро взглядывая в приоткрытый полог палатки. Когда все наконец уселись, он достал пачку фотографий и разложил их на столе. Это была аэрофотосъемка участка Мии и окружающей местности. Девушку охватило волнение: значит, эта земля действительно могла оказаться местом древнего поселения, и она окончательно поняла, что все происходящее реально. Рядом с фотографиями лежала крупномасштабная карта.

— Так, — сказал Хокон, — давайте начнем. Большинство из вас знакомы друг с другом, но на всякий случай, если нет… — Он начал с того, что представился сам и представил всех остальных, закончив словами: — А это Мия Мэддокс, дама, которой принадлежит дом. Она хранитель из Британского музея в Лондоне, как я понимаю, и она будет работать с нами. Не так ли, мисс Мэддокс?

— Пожалуйста, зовите меня Мия. — Она забыла сказать ему об этом раньше и заметила, что здесь никто не вел себя официально. — И да, это так, но…

Хокон перебил ее, очевидно не желая углубляться в детали.

— Хорошо. Так вот, эти фотографии особенно ничего не дают, за исключением нескольких курганов на другой стороне дороги. — Он снова взглянул на Мию. — Предположительно, эта земля принадлежит местному фермеру. Как вы думаете, согласится ли он, чтобы мы там копали?

— Через дорогу? — Мия наклонилась, чтобы посмотреть, в какое место на фотографии он указывал. — Нет, по-видимому, это тоже моя земля. Я понятия не имела, но адвокат сказал, что бабушке принадлежала часть здешнего леса и часть полей. Я, гм, попытаюсь раздобыть для вас точную карту.

— Было бы здорово, спасибо. Вероятно, будет лучше, если мы повременим с курганами до тех пор, пока не узнаем, где проходят границы. А пока давайте сосредоточимся на территории вокруг дома. Я предлагаю геофизикам начать прямо сейчас, в то время как остальные займутся организацией остального. Томас, — Он кивнул серьезному молодому человеку с короткими каштановыми волосами, который возился с каким-то оборудованием в углу палатки, — ты можешь подняться на вершину холма? Вероятно, для этого придется частично расчистить дорогу от растительности. Андерс, Микке, поможете ему?

— Да, я пошел, — кивнул Томас и исчез за дверью, не став принимать участия в дальнейшем обсуждении.

Андерс и Микке остались, чтобы послушать, что скажет Хокон дальше.

Он продолжал, будто следуя неписаным правилам.

— Нам нужно поставить жилые палатки, а также палатки для камеральной работы. Вот-вот прибудет фургон для хранения ценных находок. Привезли все необходимое? А, Дэниел, отлично, спасибо. И чья очередь сегодня дежурить по кухне? Никто не захватил булочек с корицей? — Он огляделся и заметил опоздавшую симпатичную светловолосую девушку с окрашенными в цвет фуксии прядками и обильным пирсингом. Она подняла руку.

— Я захватила, и сегодня буду заниматься кухней, — сказала девушка неестественно бодро для такой рани.

— Отлично, спасибо, Изабелла. График составим позже. Может, для начала всем выпить кофейку? Я готов ограничиться только кофе.

— Нет проблем. — Изабелла улыбнулась и пошла распаковывать вещи.

Мия надеялась, что кофе скоро появится, так как она тоже вполне могла бы обойтись порцией кофеина, пропустив завтрак.

Хокон все еще говорил:

— У меня имеется хорошая карта местности, и нам нужно прийти к согласию по поводу наиболее вероятного местоположения жилищ, если они не на этом холме, но я думаю, что лучше начать с полевой разведки и встретиться снова перед обедом, чтобы сравнить записи. Я предлагаю разделиться на две команды и двигаться вокруг озера, а затем сравнить результаты. Есть вопросы? Ладно, тогда пошли.

— Подождите минутку. — Мие надоело, что ее игнорируют. — Мне кажется, вы кое-что забыли.

— Я? — Удивленный Хокон опустил взгляд в свои бумаги, как будто хотел найти ответ там.

Очевидно, этого не произошло, поэтому Мия вытащила документ из заднего кармана и, обойдя стол, положила его перед ним. Договор о согласии между ней и профессором Маттссоном. Она развернула его и указала на абзац в тексте.

Она увидела, как он нахмурился, прочитав.

— Черт! — пробормотал он.

— Именно.

Все остальные встали, но не вышли из палатки, а смотрели на Мию и Хокона. Он вздохнул.

— Оказывается, профессор забыл рассказать мне об одной маленькой детали.

— Не такой уж маленькой, — заметила Мия.

Хокон бросил на нее раздраженный взгляд.

— Мия, очевидно, должна быть соруководителем этих раскопок, так что вам всем придется отчитываться перед нами обоими. — Он глубоко вздохнул, как будто борясь с желанием сказать кое-что еще на эту тему, затем повернулся к Мие: — Вы согласны с тем, что я предлагал до сих пор?

Она кивнула. Если быть до конца честной, он все продумал. У нее не было никакого опыта руководства археологическими раскопками, кроме как в теории. Не желая казаться совершенно невежественной, она потратила некоторое время на чтение специальной литературы перед полетом в Швецию, но вот применить усвоенное на практике было бы пока трудновато. Однако она будет наблюдать и учиться, и остается надеяться, что Хокон не заметит ее пробелов.

— Да, хотя было бы хорошо, если бы мы могли обсуждать стратегию до будущих собраний.

Губы Хокона сжались.

— Вполне справедливо. Что-нибудь еще?

— В данный момент нет.

— Хорошо, тогда начинаем. — Он вышел из палатки, явно раздраженный, но Мие было все равно.

Она не виновата, что его начальник не дал ему четких инструкций. Это были ее раскопки, ее собственность. Она будет настаивать на том, чтобы с ней консультировались и информировали о каждом шаге, или она все отменит.

Она последовала за остальными и догнала их, когда они выстроились в линию на берегу озера. Она оказалась рядом с Хоконом где-то посередине цепочки, и он бросил на нее быстрый взгляд.

— Я так понимаю, вы занимались полевой разведкой раньше?

— Да, конечно. — Она не сказала ему, что с последнего ее выезда в поле прошло по меньшей мере лет пять, но не боги же горшки обжигают.

— Хорошо, просто проверяю.

Мия чуть не скрипнула зубами. Был ли то намек, что она, возможно, не знает, что делает, или он просто из тех руководителей, которые любят всех проверять?

Однако, когда она увидела веселый блеск в его глазах, ей вдруг захотелось дать ему ответного тумака. Он должен был знать, что она делала это раньше. Любой, кто когда-либо был на раскопках, неизбежно отправлялся на разведку в поле. Это был первый шаг, начало работы на новом месте, сбор любых видимых археологических материалов до того, как начать раскопки.

Следующие пару часов она трудилась рядом с ним в напряженной тишине. Он, конечно, бесил ее, но, безусловно, знал, что делал, когда дело касалось археологии, так что она не имела никаких претензий.

— Хорошо, так что же мы тогда об этом думаем? Мия?

Они снова собрались в главной палатке, кто-то сидел, кто-то стоял, облокотившись на стол и глядя на разложенные бумаги. Хокон попросил собрать воедино информацию, полученную во время полевой разведки, и самые плотные скопления глиняных черепков и других находок были нанесены на план участка. Он не удивился, увидев, что почти все они оказались на холме или вокруг него: в конце концов, это было самое подходящее место для жилого дома.

— Возможно, на вершине располагался длинный дом или поселение, — сказала Мия. — Это логично, и это достаточно близко к озеру. Рядом с бабушкиным домом ничего не нашлось, и я должна признаться, что благодарна за это, так как это означает, что вы, скорее всего, не будете копаться в саду. — Она улыбнулась, чтобы показать, что шутит, но у Хокона было чувство, что Мия действительно испытала облегчение.

Очевидно, у нее была особая связь с женщиной, от которой она унаследовала этот участок, и присутствие здесь стольких людей, в общем-то, должно было ее напрягать. Не говоря уже о том, что он будет спать в комнате ее бабушки. Черт. Он об этом не подумал.

— Да, там оказалось довольно много тому подтверждений, — вмешался Томас, эксперт по геофизике. Все утро он был занят своими приборами и, стараясь избегать остальных, двигался по прямым линиям, следуя невидимой сетке, снимая показания с почвы, чтобы обнаружить все, что могло находиться под поверхностью. — Я использовал как измеритель удельного сопротивления, так и магнитометр и получил некоторые интересные результаты. Кроме того, я заметил, что на оконечности маленького полуострова есть что-то похожее на курган. Я перейду туда сегодня днем. Хорошо бы проверить.

— Превосходно. Тогда мы начнем с того, что заложим пару шурфов на холме. Э-э… как вы думаете, Мия? — Хокон запоздало вспомнил, что нужно посоветоваться с ней.

Проклятый Маттссон — почему он не сказал ему, что Мия соруководитель? Профессор никогда раньше ни с кем не делил руководство раскопками, и Хокону этого тоже делать не случалось, но он предположил, что Мия поставила такое условие, оговаривая их появление здесь. Хотя это было чертовски неприятно, так как он предпочел бы просто делать все по-своему.

— Да, думаю, звучит неплохо.

— Я заметил, что с одной стороны холма течет небольшой ручей, — добавил он, указывая на каргу. — Может быть, стоит осмотреть и его, но только позже, летом, когда половодье уйдет. На данный момент у нас есть несколько вариантов того, где сделать шурфы — здесь, здесь или здесь. — Он указал на три места, где оборудование Томаса зарегистрировало контуры возможных стен, углов зданий или углублений в стенах.

Они, вероятно, в конечном итоге раскопают всё, но сейчас, намечая место возможного старта, он хотел, чтобы высказались члены команды. Он увидел, что Мия наблюдает за оживленной дискуссией, никак не участвуя в обсуждении.

Казалось, каждый облюбовал свою особенную точку начала работ, но в конце концов все посмотрели на Хокона, ожидая его слова. Он чувствовал обиду девушки из-за того, что никто не спрашивал ее мнения, но это было естественно. С ним большинство из них работало раньше, но Мию они совсем не знали. И хотя это была ее собственность, они понятия не имели, каковы ее полномочия в руководстве раскопками. Как и он, если подумать.

Он вполне мог обойтись без всех этих споров, но сейчас ничего нельзя было сделать, кроме как попытаться следовать намеченным курсом.

— Мия, вы не будете возражать, если мы срубим несколько деревьев на холме? — Он повернулся к ней и увидел, как она вздрогнула, будто ее мысли были где-то далеко.

Легкий румянец залил щеки девушки, и выглядела она такой беззащитной, что Хокон пожалел о своем прежнем раздражении. Нелегко ей тут одной, без привычной бабушкиной заботы и с бродящими повсюду незнакомыми людьми.

— Эээ… Да-да, конечно. Кстати, для печки в доме мне бы не помешала пара поленьев.

— Я не уверен, что у нас будет время нарубить вам дров, но мы сложим бревна рядом с домом, и вы сможете нанять кого-нибудь, кто это сделает.

Господи, они здесь не для того, чтобы быть ее слугами. У них каждый час на счету, и уже одна вырубка деревьев займет уйму времени.

— Правильно. Спасибо вам. — Ее румянец стал еще ярче.

— Думаю, пора обедать, — сказал Хокон, и тут же все шумно бросились к выходу из палатки.

Он вздохнул и последовал за ними более медленным шагом. Не похоже, что лето будет таким уж спокойным.

Мия молча вышла из палатки, злясь на себя и на Хокона за то, что он выставил ее глупой и эгоистичной. Она просто слишком задумалась и не смогла внятно ответить.

Вместо того чтобы последовать за остальными, она вошла в домик и открыла холодильник в поисках скудных припасов, которые привезла с собой, — хлеб, молоко и сыр, — чтобы сделать бутерброд. Хокон сказал ей ранее, что она может обедать со всеми, но она не хотела быть им в тягость. Всё стоило денег, так что если бы она питалась отдельно, то, по крайней мере, одним ртом стало бы меньше. Кроме того, она сказала профессору, что именно так и поступит.

— Я что-то не то сказал?

Он внезапно появился у нее за спиной, войдя так, что Мия его не заметила. Она вздрогнула и обернулась, вдруг затрепетав от его близости. Шаг — и они соприкоснутся; но одна мысль об этом заставила ее отступить. Она задавалась вопросом почему, он ведь никоим образом ей не угрожал.

— Что? Нет, я просто обедаю. — Она отступила еще дальше, якобы в поисках ножа, чтобы нарезать хлеб.

— Вы ушли довольно внезапно. Мне было интересно… согласовали ли вы с Маттссоном, что мы должны рубить для вас дрова? Только это отняло бы уйму драгоценного времени.

— Нет, я это понимаю. Я просто плохо соображала. На самом деле все нормально.

По-видимому, сказанное его не убедило.

— Так что же тогда не так?

— Всё так.

— Я сожалею о происшедшем. Маттссон мне ничего не сказал — думаю, просто запамятовал. Это и понятно — не до того, когда из тебя торчат разные трубки. — Он пытался обратить все в шутку, но это не помогло.

— Все в порядке. Я… чувствую себя немного обделенной, вот и все. — Это прозвучало слишком по-детски, и Мия пожалела о сказанном, но слова слетели с губ прежде, чем она смогла их остановить.

Она отвернулась, чтобы скрыть свое смущение. Он, должно быть, считает ее полной идиоткой. Она надеялась, что он поймет намек и уйдет. Однако, к ее удивлению, он положил руку ей на плечо и медленно развернул лицом к себе.