Капкан для саламандры

Скандал грозился начаться заново.

- Тихо, - снова повысила голос Мадам и те послушно замолчали.

- Курицы безголовые, - недовольно зыркнула на них женщина, забирая украшение из руки надувшейся от обиды блондинки. – Хотите под суд пойти?

- С чего бы? – хором нахмурились девицы.

- Уверены, что господин оставил вам подарок, а не просто потерял украшение? - строго посмотрела на них Мадам. – Обвинят вас потом в воровстве и пойдете в тюрьму народ развлекать.

Обе девочки резко побледнели.

- Значит так, - строгим голосом постановила Леванд, - Брошь пока останется у меня. Если за две недели хозяин не объявится, продадим ее, а деньги вам пополам. Все ясно?

Девочки хором кивнули, боясь сказать лишнее слово.

- Тогда быстро привели себя в порядок и марш в общий зал! – шикнула Мадам на них и те мгновенно испарились.

А мы вернулись обратно в кабинет.

- Пустышки безголовые, - покачала головой женщина, пряча украшение в стол. – Кидаются на каждую блестяшку словно сороки.

- Ну, ты их тут держишь не за высокий интеллект, - хмыкнула в ответ. – Светской беседы о политике и финансах от них не ждут.

- Это ты зря, - возразила мне Мадам, - есть такие, кто и в постели предпочитает исключительно интеллектуалок. Есть у меня парочка и таких.

- В общем, чем бы мужик не тешился, лишь бы деньги платил, - провозгласила я, поднимая бокал.

- Именно, - улыбнувшись, Мадам звонко коснулась кромкой своего фужера моего.

- Так что с замком? – спросила она после этого произвольного тоста.

- Следов взлома не вижу, - признала, прокручивая фужер в руках.

- И?

- Разберемся, - уверила ее. – С твоего позволения, поставлю парочку своих сигналок у тебя в кабинете. Безопасных, - заверила ее на настороженный взгляд. – Попробуем поймать на месте.

- Хорошо, - кивнула женщина, - я не против.

- Тогда расскажи мне, - откинулась я на спинку кресла, - чем тут у вас развлечься можно будет в ближайшее время?

***

Беседа текла неспешно. Ночь уже давно перевалила за полночь, а бутыль ликера опустела. Настроение было прекрасным и я, тихо хихикая, слушала пересказы курьезных ситуации, коих в борделе всегда было полно.

Мы хохотали с Мадам во все горло над приключениями незадачливого изменщика, когда сумрак ночи разорвал истошный женский крик. И кричали где-то в доме.

Переглянувшись, мы тут же вскочили на ноги и рванули к внутренней двери, ведущей в центральную часть дома. Место происшествия было видно издалека – у дверей комнаты перешептывалась кучка девушек различной степени раздетости. Из других открытых комнаты выглядывали обеспокоенные недоуменные клиенты. Одарив их вежливой, чуть извиняющейся улыбкой, Мадам строго зыркнула на приметивших ее девиц и те споро разбежались, утащив клиентов обратно в комнаты.

Лишь одна, всхлипывая, осталась сидеть у открытой двери в комнату. Со стороны центральной лестницы вслед за нами примчался Веренс. Вместе мы заглянули внутрь.

По белоснежному шелку подушки рассыпалась знакомая мне рыжая волна волос. А чуть ниже белизну белья портило расплывающееся бордовое пятно. В воздухе висел знакомый соленый запах.

- Отправляй вестника в управление, - строго приказала я Веренсу.

- В столичное, - вздохнув, добавила мрачная Мадам, прежде чем привратник успел даже дернуться.

Я бросила на нее недоуменный взгляд.

- Я знаю, что ты ценишь своих девочек, но будем честны - столица не станет выезжать на убийство шлюхи, - заметила нейтрально.

- Ты не права, - спокойно возразили мне, - это будет зависеть исключительно от ее клиента. Не признала ты перепутавшего вас?

- Я что, должна знать в лицо всех престарелых ловеласов империи? - хмуро фыркнула в ответ.

- Это был заместитель министра сельского хозяйства, - устало вздохнула женщина. – Каждый год приезжает к нам на побережье отдохнуть с семьей.

Мда… Повысила Мадам конкурентоспособность.

- Пиши столичным, - подтвердила я Веренсу.

***

Через час все клиенты были с извинениями выставлены, хотя я была против – все равно придется выдать их имена для допросов. Но Мадам пожелала хоть попытаться спасти репутацию заведения. Перепуганные девочки были собраны в большой зале, уже прилично одетые и без косметики. Кто-то плакал, кто-то просто переминался, не зная, куда себя деть. Я пристально следила за ними, пытаясь отметить, если кто-то будет вести себя подозрительно. Но ничего особенного не заметила.

Уже ближе к рассвету послышался стук во входную дверь и отдаленные голоса.

В это время, в углу комнаты мы обсуждали с Мадам возможность связи мелких краж, из-за которых она меня позвала, и этого убийства, поэтому на вошедших представителей управления из столицы я поначалу не обратила внимания. Но знакомый голос заставил замереть, оборвав себя на полуслове, и медленно обернуться.

- Старший следователь Вайнн Матэмхейн. Что у вас произошло?

Да, ладно?! Это просто издевательство богов какое-то! С каким-то внутренним возмущением смотрела я на крупную фигуру блондина в дверном проеме.

Льдисто голубые глаза тем временем быстро осмотрели помещение, задержались на мгновение на Мадам и наконец уперлись в меня. Даже со своего места я видела, как зрачки мужчины удивленно расширились, а лицо мужчины мгновенно приняло более суровое выражение.

- Флора? А вы что здесь делаете?

Обреченно вздохнув, на мгновение прикрыла глаза, и открыв их, честно призналась.

- Работаю.

В комнате повисла подозрительная тишина. Глаза мужчины напротив подозрительно потемнели. Но только после того, как Мадам по соседству немного нервно хмыкнула, до меня дошло, что именно я сказала.

- Кхм… то есть нет, — поспешила исправиться, понимая, что почему-то начала нервно краснеть под этим строгим ледяным взглядом. – Скорее отдыхаю.

Тишина в зале стала еще впечатляющей. Затем раздались тихие смешки со стороны девушек. Я, разочарованно застонав, уткнулась лицом в ладонь. Сама не понимаю, что несу. Впрочем, тут как не объясняй свое присутствие в борделе звучать будет странно, поэтому, махнув рукой, коротко завершила свое представление:

- В общем, по работе я здесь, — а там, пусть каждый думает в меру своей испорченности.

Меня посверлили пару мгновений недовольным взглядом, но продолжать фарс не стали.

- Что случилось? – принял мужчина образ беспристрастного следователя.

- Одна из девушек убита, — коротко ответила ему. – Перерезано горло. Последний клиент, какая-то важная шишка, — поморщилась, пытаясь припомнить имя.

- Граф Валариус тер Лион, — с готовностью подсказала Леванд рядом. – Наш постоянный, весьма уважаемый клиент.

Услышав имя, Матэмхейн поморщился, но ничего говорить не стал. Уж не знаю, что его не устроило — высокое положение возможного подозреваемого, личность или то, что он, будучи женатым и с детьми, по борделям шлялся.

- Где тело? – строго спросил у Мадам, правильно определив в ней хозяйку заведения.

- Я провожу, — одарив его благосклонной улыбкой, которая мне ой как не понравилась, женщина жестом пригласила следовать за ней.

Вайнн быстро раздал указания свои людям, двоих оставив допрашивать собравшихся в зале девиц, и еще двоих захватив с собой на осмотр.

У меня вариантов даже не было – не выпуская из поля зрения деятельные ручки Мадам, расточающей улыбки, я поднялась вместе с компанией следователей к месту убийства. На мою радость, в какой-то момент Матэмхейн отстал, чтобы поравняться со мной, пропуская своих подчиненных вперед. Смерив меня подозрительным взглядом, тихо заговорил:

- Вегеросс, успокойте меня, погибшая не является ни вашей подопечной, ни клиенткой?

- Вчера первый раз в жизни увидела, клянусь, — заверила его. – Я здесь вообще ни при чем.

Судя по взгляду мне не особо поверили, но я продолжила изображать клятвенную искренность.

- Что вы здесь делаете? – продолжил он расспросы.

- Я давняя знакомая хозяйки, — решила сразу во всем признаться во избежание проблем. – Еще со времени работы следователем пару раз она мне помогла, иногда я ей. У нее возникли проблемы – кто-то повадился мелочевку из кабинета красть. Вот предложила бесплатно отдохнуть, и заодно воришку поймать, в оплату, так сказать.

Мужчина остановился посередь коридора и впился в меня недовольным взглядом.

- Отдохнуть? – мрачно уточнил он. – В борделе?

По интонации сразу было понятно, что он думает о моих умственных способностях и подобном отдыхе.

- Вот вы зря так, между прочим, — упрямо заметила в ответ.- Это очень приличное заведение. Никаких извращений и насилия. Клиенты уважаемый проверенные люди, девочки работают только из собственного желания, а не по принуждению. Тем более крыло хозяйки отделено и для гостей недоступно. Зато дом в центре города и море близко, — как-то постепенно затихла я, под осуждающим мужским взглядом.

- А в отель вы заселиться не могли? – процедил Матэмхейн, сверля меня взглядом.

- После оплаты штрафа по разбирательству нет, — вздохнула недовольно. – А отдохнуть на побережье, знаете ли, хочется. Я почти пять лет в отпуске не была, — пожаловалась искренне.

Но жалостливые взгляды не подействовали.

- Что вы видели? – отвернувшись мужчина продолжил путь к злополучной комнате, я поспешила за ним.

- Практически ничего, — призналась я. – Приехала, закинула вещи в комнату. Потом пару часов мы с Мадам болтали в кабинете за бутылкой ликера. Около трех часов после полуночи раздался крик. Мы вскочили, рванули на голос. А там заливающаяся слезами девица в дверях и труп на постели. Вот и все.

В кой-то веки я просто мимо проходила. И даже рассказать нечего.

- Клиента ее видели?

- Мельком пересеклись в вестибюле, — поморщилась я, припоминая эту встречу.

Естественно, мое недовольное лицо не ускользнуло от внимания господина следователя. Мне достался вопрошающий взгляд.

-Граф… обознался, — нехотя ответила, пряча глаза. – Но недоразумение было быстро улажено и мы разошлись без взаимных претензий.

Как бы не так. Ящерица внутри была крайне недовольна, что ей даже подпалить его не дали.

Вайнн понял - я что-то недоговариваю, но напирать не стал, тем более мы дошли до нужной комнаты, где его люди уже приступили к осмотру и опросу Мадам.

Зайдя, он окинул место преступления быстрым взглядом. Но о вид рыжеволосой гривы, распластанной по подушкам, явно запнулся. Подойдя к кровати, склонился и пристально осмотрел девушку, впрочем, не став пока трогать тело. А вот уже после развернулся ко мне, прислонившейся к косяку двери.

Ай, какая я молодец. У меня сегодня прямо мастер-класс по провоцированию ледяного мага на яркие эмоции. Это было заметно даже по непроницаемому лицу господина следователя, с которым он быстро и уверенно направился обратно в мою сторону.

Аккуратно, но крепко взяв за локоток, мужчина оттащил меня в сторону, подальше от чужих ушей, чтобы угрожающе зашипеть прямо в лицо.

- Ни при чем, Вегеросс? Серьезно?

Я насупилась от такого несправедливого обвинения.

- Слушайте, я ее правда только вчера увидела! Что я теперь в ответе за всех рыжих, кудрявых и зеленоглазых? – искренне возмутилась поклепом.

- Да вы же почти одно лицо! – откровенно злился мужчина, но я пока не вполне понимала на что.

- И в этом я виновата? Вопрос тогда скорее к моим родителям, о незаконнорожденных детях. Либо к Леванд, за наглое использование моего индивидуального стиля.

Мужчина крепко сжал губы, видимо, сдерживаясь, чтобы не сказать лишнего, но, чуть успокоившись, продолжил, все так же удерживая меня.

- Флора, ты либо талантливо притворяешься, в чем я не сомневаюсь, либо после ухода из управления совсем растеряла чутье, если не замечаешь, что происходит, — жестко заметили мне.

А то, конечно, же. Мне студенты все мозги выели. Я же чисто цветочек оранжерейный, ничего не осознаю вокруг.

- Три трупа за месяц, Флора, — чуть ли не рычали на меня. Прямо не ожидала такой эмоциональности. – И с каждым ты не просто связана, ты в первых рядах подозреваемых. Тут самый тупой вскоре заинтересуется, что с тобой не так, что люди мрут вокруг, а ты каждый раз "ни при чем".

Поджав губы, я отвернулась. Нет, такое беспокойство импонировало, но вот практически открытое обвинение в голосе задевало. У меня нет доказательств, что все это подстроено, как бы подозрительно ни выглядело. Мне даже копать не с чего начать.

- В общем, в твоих интересах держаться от этого всего подальше, — мрачно вздохнул мужчина, отпуская меня из плена рук и глаз. – Не лезь в это дело. Вообще, не приближайся к комнате и свидетелям. А лучше бы вовсе уехала отсюда.

Вот эти слова откровенно уязвили. Что вы прямо, мешаюсь я ему здесь.

- Я свидетель, в любом случае уехать не смогу, — процедила в ответ.

- Забудь. Вычеркнем тебя, все равно не видела ничего, — вернул Матэмхейн себе невозмутимо ледяное выражение лица.

- Зато меня все видели, — назло заметила в ответ. – Так что так просто из расследования меня не вычеркнешь. И вообще, я на отдых приехала, на море! Имею право сама решать, остаться мне или уезжать!

- Чтоб тебе… у подруги своей любимой в фамильном замке на море не отдыхалось, — пробормотал мужчина себе под нос, но недостаточно тихо, чтобы я не слышала.

- Вот спасибо, — фыркнула, начиная злится по-настоящему, — у нее второй медовый месяц с мужем, а я должна к ним примазываться? Пятым колесом запасным? Обойдусь своими силами.