Убежище драконов

Она была слишком ошеломлена, чтобы двигаться, и поэтому ждала, пока Элис Уайатт доберется до нее. Кей не столько уронила флаг, сколько позволила ему упасть, когда ее мать бросилась к ней с распростертыми объятиями.

— Боже мой, Кей, с тобой все в порядке, с тобой все в порядке!

Они обнялись. Мама задыхалась, смеялась или плакала, может быть, все вышеперечисленное.

— Я в порядке, я в порядке. Мама. Все в порядке. — Она повторяла это снова и снова, но не знала, действительно ли ее мать слушает.

— Нет, ты слишком худая, ты слишком бледная, посмотри на себя, что они с тобой делали? — Мама отступила назад, держа лицо Кей в ладонях и пристально изучая ее.

Кей рассмеялась то ли от нервов, то ли от облегчения. Забавляясь нелепостью всего этого.

— Мама, я жила под землей. Я просто отлично питаюсь. Но, знаешь ли, не так уж много газировки и нездоровой пищи в скрытом средневековом городе.

Какое-то мгновение Элис просто смотрела на нее, и Кей испугалась, что у нее прямо здесь случится какой-нибудь срыв, но через мгновение женщина рассмеялась.

— О, Кей! — Ее взгляд метнулся через плечо на дракона; Артегал ждал на вежливом расстоянии. Это не помешало ее матери нервничать.

— Мам, что ты здесь делаешь? Почему ты прослушивала Джона?

— Я сделала это для тебя, — сказала Элис Уайатт, как будто это было очевидно. — Я пришла за тобой.

Кей посмотрела на военный снегоход и горстку мужчин в зимней форме с оружием. Они не стали бы организовывать подобную экспедицию только для того, чтобы заполучить ее. Она была просто предлогом.

— Мам, ты должна познакомиться с Артегалом… он мой друг. Мы пришли поговорить…

— Нет, Кей. Давай, пойдем со мной сейчас. — Мать схватила ее за рукав пальто и потянула. Кей споткнулась, пытаясь освободиться.

Один из солдат поднял винтовку, но Кей крикнул:

— Опусти ее! Пожалуйста, убери это. Пожалуйста.

Другой солдат кивнул, и первый опустил оружие.

Кей не знала, что делать с этим беспорядком. Все смотрели на нее так, как будто она должна была что-то делать. Она сказала:

— Джон сказал, что жертвоприношение сработало. Что вы, ребята, разрабатываете новый мирный договор.

— Джон здесь? Он в безопасности? — На секунду мама вздохнула с облегчением и кивнула. — Да. Это занимает так много времени…

— Ты знаешь, что это может все испортить? Дракополис священен для драконов, когда они узнают, что ты здесь, что ты последовала за Джоном…

— Кей, успокойся. Это не имеет к этому никакого отношения. Ты пойдешь со мной, и мы забудем, что когда-либо были здесь. — Она снова потянулась к руке Кей, поворачиваясь обратно к Снегоходу.

Кей уставилась на него.

— Ты действительно думаешь, что это произойдет?

Возможно, это было то, что она говорила себе. Возможно, это было то, что она планировала сказать Кей, чтобы убедить ее уйти. Но Кей распознала ложь. Она заговорила быстрее, пытаясь заставить мать понять.

— Мама, мы — я и Артегал — послы. Мы пришли поговорить. — Она потянулась к руке матери. Они обе были в толстых перчатках, и напряжение между ними, казалось, исчезло. — Ты сказала, что жертвоприношение сработало. Это заставило всех прекратить ссориться и сесть, чтобы поговорить.

— Да, пока что…

— Тогда я не могу вернуться. — Она не знала, как еще это объяснить. Вы не могли заключить сделку, а потом притвориться, что ее никогда не было, или вернуться к тому, как все было.

— Я не понимаю, — резко сказала Элис.

Кей почувствовала мягкое дыхание позади себя — Артегал, оказывающий поддержку. Она поняла, что не только покой заставил ее остаться. Она не могла оставить его.

— Ты можешь назначить встречу? Как в Силвер-Ривер, когда они заключили договор. Мы хотим, чтобы это было официально. Люди здесь напуганы, потому что Дракополис должен был оставаться в секрете. — Но ты все испортила, она не сказала.

— Мы. Ты теперь одна из них?

— Я всего лишь посол. По крайней мере, я пытаюсь им быть.

— О, Кей, когда ты успела стать такой взрослой? — сказала Элис, ее глаза наполнились слезами, когда она обхватила лицо Кей руками. Шерсть зудела на ее коже. Она никогда не видела свою мать такой старой и измученной, как сейчас.

Как все это могло случиться? Как они оказались здесь? О да, она занималась скалолазанием на границе с Драконами. Но если бы она этого не сделала, Военно-воздушные силы продолжали бы свои планы по давлению на границу, пока не получили бы реакции, драконы нанесли бы ответный удар, ни у кого не было бы возможности связаться с ними, и война началась бы снова.

Ей оставалось надеяться, что ее странная удача не покинет ее. Так убедительно, как только могла, она сказала:

— Как официально назначенный посол Дракополиса, я выдвигаю следующие требования: все внешнее военное присутствие должно покинуть это место и не приближаться ближе чем на сто миль. Этому региону должен быть предоставлен какой-то статус заповедника, чтобы убежище могло оставаться изолированным. Дракополис готов защитить себя, если потребуется.

Она никогда не видела свою мать такой грустной, даже в тот день, когда она пожертвовала собой.

— Хорошо, — наконец сказала Элис. — Хорошо. Позволь мне передать это по рации. Посмотрим, что они позволят мне сделать, на что я могу согласиться. Это займет всего минуту.

И снова, повинуясь порыву, мать заключила ее в объятия. Все это сработает, все должно было сработать. Так и должно было быть.

Мать Кей вернулась на пассажирское сиденье Снегохода, где заговорила в микрофон гарнитуры. Солдаты остались на вахте. У них все еще были винтовки — может быть, не поднятые и не нацеленные, но все еще наготове. Кей не чувствовала себя в безопасности. Артегал стоял у нее за спиной, как часовой. Он повернул голову, изучая сцену перед ними, его ноздри шевелились. Он шумно выдохнул, и дым заклубился — признак того, что он собирается с силами, чтобы разжечь пламя, если понадобится.

Она коснулась его груди.

— Эй, все в порядке, верно?

— Нет, — пробормотал он, и гулкие удары вертолетов сотрясли воздух. Два самолета направились к ним со стороны лагеря НАТО, как будто они этого ждали. Механические драконы, двигающиеся быстро и агрессивно.

Раздалась пара выстрелов, один за другим. Звук был похож на выстрел охотничьего ружья, эхом разнесшийся по льду, так что она не могла сказать, откуда он доносился. Солдаты из Снегохода бежали к ней. Инстинктивно она упала, закрыв голову руками, чтобы заглушить звук, найти себе хоть какое-то укрытие.

Рядом с ней Артегал споткнулся… и упал. Его хвост бил, а когти на концах крыльев царапали бок, где темная кровь капала на бледную чешую. Кей ахнула, но у нее не было возможности подойти к нему, даже сказать слово.

Дюжина мужчин в серо-белом камуфляже внезапно окружили ее. Кей безмолвно закричала в отчаянии.

Артегал отшатнулся, спотыкаясь и снова кряхтя от боли. Но его темные глаза сверкнули, и он зарычал, скривив губы, чтобы показать все свои зубы. Она знала, что сейчас произойдет, поэтому пригнулась, и он выпустил струю пламени, которая покрыла землю перед ними. Солдаты отступили, вскинув винтовки к плечу. Раздался еще один выстрел.

Кей закричала дракону:

— Давай, лети, убирайся отсюда!

— Но ты… — начал он, но солдаты уже схватили ее.

Они никогда не рассматривали это как переговоры, а как спасение заложников.

Глава 14

Кей брыкалась, пытаясь вырваться из их хватки, но солдаты были сильными и очень хорошо обученными, и они крепко прижали ее, оттаскивая обратно к Снегоходу, в то время как остальные прикрывали их отступление. Ее мать наблюдала за всем этим, серьезная и довольная. Она вызвала вертолеты, начала атаку.

Артегал, по крайней мере, был в воздухе, хлопая крыльями, движения его крыльев были резкими для ее взгляда. Возможно, ей показалось, что с него капает кровь.

Она собиралась накричать на свою мать. Возможно, она никогда больше не заговорит с ней.

У солдата, выкрикивавшего приказы, был британский акцент; другие отвечали ему слишком коротко, чтобы она могла сказать, откуда они родом. Она думала, что они везут ее на Снегоходе — теперь она была полностью сбита с ног, наполовину перекинутая через плечо одного парня, а другой держал ее ноги зажатыми вместе. Она продолжала пытаться пнуть их. У них не было лиц, все были в защитных очках и балаклавах под капюшонами своих парок.

Однако они обошли машину стороной. Один из вертолетов Чинук приземлился; они несли ее к нему. Его лопасти вращались, двигатель ревел. И там была Элис Уайатт, кричащая:

— Давайте, уведите ее отсюда, вперед!

Кей закричала, потому что это было все, что ей оставалось сделать. Тем временем ее быстро передали другой паре солдат в задней части вертолета, которые запихнули ее в кресло и начали пристегивать ремнями… один из них держал ее руки неподвижными, потому что она все еще билась.

Ее мать забралась в вертолет, когда он взлетел, и глаза Кей расширились, и она снова закричала:

— Тебе не нужно было ни в кого стрелять! Зачем ты это делаешь? — Ее голос звучал бессвязно, но она все равно продолжала кричать.

— Господи, — пробормотал один из солдат. Но не на нее… он смотрел через все еще открытую дверь.

Над входом в Дракополис роились десятки драконов. Всех мыслимых цветов: зеленый, красный, золотой, черный, серый, коричневый, желтый, они пикировали, кружились, ныряли и парили на крыльях, похожих на паруса. Совсем не похожие на стаю птиц, движущихся как одна большая фигура, они создавали беспорядок, каждый дракон следовал своим путем, но ни один из них не сталкивался. Это была сплошная благодать и хаос. Некоторые драконы носили упряжь и имели наездников, но у многих их не было. Вертолеты кружили по краю дисплея, но военные самолеты не могли вступить в бой с роем. Они не могли предсказать закономерности и поэтому не могли рисковать столкновениями, которые могли бы произойти, если бы они попытались. Кей боялась, что они могут просто начать стрелять ракетами и пулеметами в толпу. Может быть, драконы сумеют увернуться.

Она надеялась, что до этого не дойдет.

Артегал, должно быть, вернулся, чтобы предупредить их. Она надеялась, что это означало, что он получает помощь. Она искала его, но не узнала его фигуру среди всех остальных. Может быть, они услышали выстрелы и предприняли ответные действия. Это означало, что они ожидали, что она потерпит неудачу, и были готовы к ответу. Кей хотелось плакать.

Люди в вертолете мгновение ошеломленно наблюдали за происходящим. Затем Элис Уайатт окликнула пилота.

— Вперед! Вытащите нас отсюда! — Вертолет набрал высоту и начал движение.

— Нет! — Кей снова закричала, но это не принесло никакой пользы.

У Элис было очень решительное выражение лица, которое пугало своей холодностью.

— Я должна отвезти тебя домой…

— Как насчет войны, мы должны остановить… — крикнула Кей в ответ. Не говоря уже о Джоне. Что там говорилось о ее матери, что она использовала Джона, чтобы найти Дракополис, а потом просто бросила его?

— Войны не будет, Кей. Командование НАТО решило остановить драконов. Чтобы просто остановить их. — Она сжала губы.

Кей уставилась на мать, нахмурив брови и не веря своим ушам. Драконы, прекрасные драконы, которые существовали на протяжении тысячелетий, создавая тихую цивилизацию. И НАТО собиралось просто остановить их? В конце концов, Кей не остановила войну. Она ничего не остановила. Что заставляло ее продолжать думать, что она может что-то изменить?

Она сглотнула и сказала:

— А как насчет Джона? Он все еще там, внизу.

— Это его выбор.

— Это был мой выбор!

Именно тогда ей в голову пришла действительно безумная идея. Нелепое безумие. Но она спросила себя: доверяет ли она им? Да. Так как же она могла доказать своей матери, что доверяет им? Хорошо.

Она расстегнула пряжки на ремнях, удерживающих ее на сиденье, и прежде, чем кто-либо понял, что она делает, и смог остановить ее — все они все еще смотрели на рой драконов, больше драконов, чем кто-либо видел в одном месте, возможно, за столетия — она выскочила за дверь.

На мгновение ей показалось, что она плывет. Из-за шума мотора вертолета и крика ее матери мир казался очень громким.

Ее мать могла бы выпрыгнуть вслед за ней, если бы солдаты не удержали ее.

Затем она стала падать очень быстро. Она могла сказать это, потому что в воздухе внезапно стало тихо, а вертолет был далеко. Если бы она закрыла глаза, то могла бы подумать, что летит, но она не могла закрыть глаза, как бы хорошо это ни звучало, потому что она должна была быть готова. Но ей не нужно было смотреть вниз. Это была хорошая идея. Не смотри вниз.

Она быстро падала — но драконы летали очень быстро. Она на это рассчитывала. Она доверяла. И вот один из них появился, летя, как стрела, по умело выбранной траектории, не прямо на нее, а под ней.

Поль. Это была Поль, зеленая чешуя сверкала, шея изгибалась, когда ее тело извивалось, чтобы принять нужную позу. Гэвин был на ней, махая рукой. Кей преодолела парализующий страх перед ситуацией, в которую она себя поставила, распрямилась и протянула руку, чтобы ее было легко поймать. Поль собиралась залезть под нее, а не пытаться схватить ее задними когтями. Она не была уверена, что попробует. Она даже не знала, возможно ли это, было ли это тем, ради чего они тренировались. И она была поражена тем, что секунды тянулись достаточно долго, чтобы позволить ей подумать об этих вещах.

Затем, вместо того, чтобы земля поднялась к ней, появилась широкая спина Поль, и Гэвин встал в своей упряжи, чтобы дотянуться до нее. Дыши, напомнила себе Кей. Она должна была продолжать дышать. И не слишком напрягайся. И будь готова к этому…

Она сильно ударилась, и у нее перехватило дыхание. Поль вздрогнула, теряя высоту и отклоняясь, прежде чем выровнять свой полет. Ее приземление, должно быть, было похоже на удар кулаком. Кей скользила, ее инерция несла ее дальше, в то время как Поль изо всех сил пыталась удержаться под ней. Руки Гэвина были на ней, царапая ее пальто. Она схватила его в ответ, и он вложил ей в руки веревку, которую она крепко сжала. Вместе они работали над тем, чтобы завязать вокруг нее петлю. От нее было мало толку, у нее так сильно тряслись руки.

— Ты сошла с ума! Ты сумасшедшая! — прокричал он, перекрикивая ветер прохода Поль. Шарф закрывал его лицо, так что она не могла видеть выражения его лица.

Кей не ответила; она была слишком сосредоточена на том, чтобы цепляться за упряжь Поль и наслаждаться ощущением твердого тела дракона, мышцы которой изгибались в такт движениям ее крыльев. Гэвин похлопал Кей по плечу, и она выдавила улыбку облегчения, пытаясь заставить свое сердце перестать колотиться в горле, а весь страх покинуть ее нервы.

Когда у нее появилась минутка, чтобы осмотреться, она поискала вертолет, с которого выпрыгнула. Он сделал круг назад, чтобы зависнуть на краю защитного роя драконов. Кей не могла видеть, была ли там ее мать, видела ли она, что дракон спас ее. Она должна была видеть.

Поль откинула голову назад и проворчала какое-то слово на драконьем языке. Гэвин прокричал. С этими словами она опустила крыло и описала дугу, возвращаясь к пещере, к Дракополису. Они прошли сквозь кружащийся рой, бурю драконов. Колышущиеся перепонки крыльев и горячее дыхание, запах дыма и серы. Воздух наполнили драконьи щелчки и крики, а также свист и взмах крыльев. Некоторые из всадников помахали им рукой. Гэвин помахал в ответ.

— Гэвин! — позвала она, чтобы быть услышанной сквозь шум крыльев, бьющихся о воздух, и ворчание драконов друг с другом. — Артегал! С Артегалом все в порядке? Как он? — Пожалуйста, пусть с ним все будет в порядке…

— Они затащили его внутрь, — сказал Гэвин. — После этого, я не знаю.

Они скользили над новыми укреплениями, теперь покрытыми собственными солдатами Дракополиса, вооруженными арбалетами, копьями и мечами. И как все это может быть использовано против современной армии? И все же бомбы еще не начали падать.

— Возвращайся! Я должна вернуться, они хотят разбомбить это место, я должна остановить их!

— Потому что это так хорошо сработало! — крикнул Гэвин в ответ, и ей захотелось стукнуть его. Она то и дело оборачивалась, чтобы посмотреть, но так близко от входа, на одном уровне с окружающим хребтом, она почти ничего не могла разглядеть. Просто рой драконов, живой щит, который не могли пробить самолеты.

Поль направилась ко входу, не потрудившись приземлиться первой и пройти так, как обычно делали драконы. Поджав крылья, вытянув задние лапы вперед, она вплыла во вход, ударилась о землю и резко остановилась, как самолет, садящийся на авианосец.

Кей хотела крикнуть ей, чтобы она повернула назад, но она не слушала ее, только Гэвина, который, казалось, был в ярости.

Резкий переход от яркого света снаружи к освещению туннеля означал, что она ничего не могла сразу разглядеть. Все было просто темно. Поэтому она сосредоточилась на том, чтобы отвязаться от ремня безопасности и соскользнуть с плеча Поль. Ее ноги задрожали, и она едва не села. Гэвин спустился следом и поддержал ее.